Глава 5

Некоторое время Цикавацы отчаянно сопротивлялись Трупной Слизи, возмущались и поносили меня всякими заковыристыми ругательствами. Большая половина слов для меня были новыми, но по интонации, с которой они произносились, можно было догадаться, что это именно ругательства.

Все это время я смотрел по сторонам и наслаждался красотами, которые меня окружают. Все-таки здесь было здорово. Даже несмотря на скандал, который вышел у меня с Цикавацами, вокруг по-прежнему было сказочно красиво. Самое подходящее слово для этого.

Спустя примерно четверть часа они угомонились. Мне к этому времени наша стычка тоже перестала казаться ссорой. Так… Небольшое недоразумение, которое я намеревался разрешить в самое ближайшее время.

Самым идеальным вариантом будет, если мне удастся сделать это с выгодой для обеих сторон. Как-то мне не очень понравились их слова насчет моих соотечественников. То, что они считали мой мир Аномалией, еще ладно… Дикари все-таки…

Но вот то, что сказали будто оттуда к ним всякое дерьмо прется, звучало как-то совсем не очень. Нужно было с этим что-то делать, хотя бы в моем единичном случае. Не думаю, что прямо все попадали в Серый Мир с одной единственной целью — обмануть местных обитателей.

— Кстати, Макс, ты слышал? Эта мама-Цикавац говорила что-то насчет коллекции, которую ты якобы хотел украсть… Как ты думаешь, что бы это могло быть? — задумчиво спросил Мор.

— Отвали, Дориан. Я как раз об этом и говорю. Сначала нужно наладить с ними общий язык, прежде чем задавать какие-то вопросы, — сказал я, глядя как обессилившие Цикавацы практически совсем поникли в тесных объятиях Трупной Слизи. — Тем более, пока у меня в рюкзаке нет перьев, никакая коллекция меня не интересует.

— Да я так… На всякий случай… — пробормотал мой друг. — Просто стало интересно, что они собирают? Ты ведь знаешь какой я любознательный.

— Конечно знаю. Особенно когда есть шанс чем-нибудь поживиться.

Тем временем Цикавацы успокоились окончательно. У них даже не было сил обзывать меня и вновь стало тихо. Слышно было лишь пение птиц и пыхтение дома, из трубы которого то и дело вылетали дымные кольца.

Я так и не смог привыкнуть, что у дома на коленях глаза. У меня Берлога тоже была в некотором смысле живая, но она не подглядывала за мной. По крайне мере, я так думаю. Глаз я у нее не видел.

Интересно… Кому могло понадобиться угонять такие дома? Мамаша-Цикавац думала, что я пришел за их домом. Но, по правде говоря, что-то мне не попадались такие трехногие халупы в моем мире. Кто в них может жить? Разве что кто-то купит для своих детишек поиграть… Типа такого, который мне построил дед в детстве.

— Повторяю еще раз, меня зовут, Максим Темников, — вновь сказал я, глядя на уставших Цикавацев. — Мне не нужен ваш дом и у меня к вам дело. Срочное.

Мне показалось, что им и самим уже хочется освободиться, чтобы начать со мной разговор, но гордость не позволяет им первым пойти на мировую. Думаю, по их представлению, я не должен был одержать верх так быстро.

— Зови меня Демидилик, — с неохотой сказал отец-Цикавац. — Это мой сын — Сильсидор и жена — Кикарина. О своем срочном деле можешь даже не рассказывать. Ты пришел обменять волшебный механизм на какую-нибудь ценную вещь из нашей коллекции, так ведь, человек из Аномалии? Ни за чем другим вы к нам не приходите, мошенники.

— Может быть, я как раз не такой как другие? — осторожно попытался я. — Вдруг не мошенник?

— Так говорили и все остальные, кто приходил до тебя, — с досадой в голосе сказал Демидилик. — И что получается в результате? Дом, открой сокровищницу!

— О! У этих ребят есть сокровищница! — оживился Дориан.

В этот момент что-то заскрежетало и от дома отошел ржавый металлический лист. Если бы я не знал, что должно что-то открыться, я бы просто решил, что отвалился кусок старой железяки. Из образовавшегося проема на траву посыпался всякий хлам, вовсе не похожий на нечто ценное.

— Можешь пойти посмотреть какой дряни натаскали нам твои приятели, — разрешил мне папа-Цикавац. — Обманщики!

— Дерьмо из Аномалии! — прокудахтала Кикарина. — Я вам говорила, что лучше было делать из них мясные чипсы, а не торговать с ними!

— Мясные чипсы! — оживился сынок-Цикавац. — Давайте из этого человека сделаем хотя бы мешок! Раз уж он сам нас позвал, пусть пеняет на себя! Предлагаю голосовать — я за!

— Макс, мне кажется, у них сынок туго соображает, — сказал Дориан. — Предлагаю его самого нашинковать на чипсы. По крайне мере начать, а там, глядишь, поумнеет.

— Слушай, Сильсидор, я бы на твоем месте не обострял, — сказал я. — Даже если семья тебя поддержит большинством голосов, не думаю, что из этой затеи выйдет что-то путевое.

— Он прав, сынок, заткнись, — грустно велел чаду Демидилик. — Сила на его стороне. Какой-то негодяй снабдил его секретным оружием против нас, поэтому мы должны его послушать.

— Но никакого обмена! — грозно сказала Кикарина и посмотрела на мужа. — Мне из-за этих волшебных механизмов скоро спать негде будет!

— Само собой, любимая… — покорно согласился отец-Цикавац. — Пусть просто посмотрит на сокровища, скажет, что ему нужно, и уходит.

Пока я подходил к куче железного хлама, вся семья с подозрением следила за мной. Дом, кстати, тоже поглядывал на меня без особой радости. Такое ощущение, что все дружно переживали, как бы я не оказался угонщиком домов Цикавацев.

Все волшебные механизмы, которые Демидилик считал сокровищами, на деле оказались разными весьма полезными штуками. Здесь было все что угодно, начиная от старых часов-будильника, до мелодики на батарейках. К этому времени батарейки на всех приборах уже сели, поэтому пользы от них не было абсолютно никакой.

Я покопался в куче всех этих так называемых приборов, которые Цикавацы считали волшебными механизмами, нашел какие-то древние часы, которые оказались механическими. В них даже торчал ключ с обратной стороны. Интересно, они работают вообще?

К моему удивлению, ключ проворачивался довольно-таки легко. С характерным хрустящим звуком и легким звоном. Я прислонил часы к уху… Надо же, тикают… Это лишний раз подтверждает слова деда, который не раз говорил, что старую вещь не может сломать никакая магия. Даже время против нее бессильно. Вот, пожалуйста, живой пример.

Что у нас с будильником? Тоже работает? Я перевел стрелки будильника на минуту вперед, подождал немного и вскоре раздался оглушительный звон. Оказалось, что древние будильники еще и трезвонят громче моего мобильного телефона в сто раз!

Да еще и не выключаются почему-то! Твою мать!

— Дориан!

— Что?

— Куда здесь нужно нажимать, чтобы они замолчали? — спросил я, пытаясь как-то прекратить эти ужасные трели, которые своим жутким звуком бросали вызов этому милому сказочному миру вокруг.

Наконец будильник затих. Судя по всему, мне удалось найти волшебную кнопку, которая заставляла его замолчать. Фух… До сих пор звон в ушах стоит от этой штуки…

— Ты знаешь, мне кажется, тот, кто придумал таким образом будить людей, работал в тайной канцелярии, — поделился я своими соображениями с другом. — Вот это аппарат… Похлеще волшебной дудочки…

Так… А здесь что у нас? Велосипедист на батарейках… Машинка… Светящийся шар со снегом внутри и тоже на батарейках… Насколько я понял, эти существа были помешаны на всяких таких штуках и занимались их собирательством… Любопытно… В этот момент я услышал шепот за своей спиной:

— Он мастер-техник!

— Это еще ничего не значит! Все воры, я тебе говорю! Ублюдки из Аномалии!

— Хочется мясных чипсов… С солью и желтым рабадастром… Или зеленым… Нет, все-таки лучше с желтым…

Я резко обернулся и застал всю семейку за активной беседой. Однако, едва Цикавацы заметили, что я на них смотрю, как разговор прекратился, и они уставились на меня. Первым не выдержал Демидилик.

— Ты мастер-техник, Максим Темников? — спросил он. — Ты смог оживить волшебный механизм!

В глазах отца-Цикаваца читалось нескрываемое восхищение моей персоной, а я раздумывал, каким путем мне сейчас следует пойти. Кажется, я кое-что начинал понимать. Видимо, здесь так много волшебства, что как раз оно-то таковым и не считается, а вот какой-нибудь будильник на батарейке — запросто. Это многое объясняет.

Если так, то можно пойти первым путем. Он самый простой и сулит много выгод. Для этого достаточно сейчас сказать, что я и в самом деле мастер-техник. Да… Я правда только что оживил волшебный механизм. Что-то мне подсказывает, что после этого я смогу легко и просто решить все свои проблемы.

— Заодно выяснить, что такого они коллекционируют, — пробормотал Дориан.

— Однако, в этом случае я стану тем самым мошенником из Аномалии, которых так не любят Цикавацы, — ответил я ему. — А может быть даже не только они, но и все остальные существа Серого Мира.

Есть второй вариант. Выбрать более сложную дорогу и сказать так, как есть. Существует вероятность, что после этого мне будет сложнее подружиться с этими людьми-птичками, однако если у меня получится… Возможно, выгод будет еще больше, чем в первом случае.

— Ну да, конечно, слух о тебе разнесется по всему Серому Миру… Появится легенда, что существует хороший гость из аномалии… — сказал Дориан. — Все Цикавацы будут мечтать познакомиться с тобой…

— Ты не согласен? — перебил я его. — Обычно так и происходит.

— Согласен, — не стал спорить Мор. — Но так сложнее. К тому же, с чего ты взял, что вас не любят только Цикавацы? Может быть, весь Серый Мир мечтает о том, чтобы к ним перестал попадать всякий сброд из Аномалии. Со всеми будешь дружить?

— Все мне пока не нужны.

— Вот я и говорю, тогда почему бы сейчас не пойти по простому пути? — вкрадчиво спросил Мор. — А там видно будет…

— Нет, я не мастер-техник, — сказал я, глядя в большие карие глаза Демидилика. — В своем мире я маг, но это немного другое. Я не оживлял этот волшебный механизм. Точнее сказать — это не волшебный механизм, не артефакт.

— Я же говорила тебе, что он лгун! — разозлилась Кикарина, причем злоба ее была такой сильной, что ей удалось пошевелить перьями внутри Трупной Слизи. — Мало того, что он не мастер-техник! Так он еще говорит, что нас все время дурили! Но ведь какая-то из этих вещей должна же быть настоящим волшебным механизмом! Не могла же я выйти замуж за такого тупого Цикаваца как ты, Демидилик!

— Как же хочется мясных чипсов… — простонал Сильсидор. — Почему мы сразу не разделали его на чипсы…

Несмотря на щекотливую ситуацию, мне начинала нравиться эта семейка. С каждой минутой мне все больше хотелось узнать о том, как работает здесь все вокруг? Думаю, это было бы весело.

— Вот, смотри… — я подошел поближе к отцу-Цикавацу и показал ему часы. — Видишь этот ключик? Когда часы останавливаются, его нужно просто прокрутить несколько раз и они начинают идти снова.

— Часы? — с удивлением спросил он.

— Да, эта штука называется часы. Внутри них стоит механизм, и они тикают. Слышишь? — я прислонил часы к его уху. — Вообще-то, в моем мире они показывают и измеряют время.

— Значит это не Командирский Хронометрический Карманный Маятник Пополудни? — разочарованно спросил Демидилик.

— Извини, но нет… — сказал я и пожал плечами.

— И он не показывает астрономическое затишье?

— Прости? — вообще не понял я, что хочет сказать мне Цикавац.

— Они и раньше тикали. Тот, кто обменял мне этот волшебный механизм сказал, что когда механизм перестанет работать, он начнет показывать астрономическое затишье, — объяснил Демидилик. — Когда пойдет вновь — затишье закончится.

— Да? — удивился я сообразительности того, кто впарил Цикавацу эту рухлядь. — И что случится потом?

— Что-то должно будет измениться. Но я не очень понял, что именно, — признался человек-страус. — В любом случае, я так понимаю, этого не произошло. Так ведь?

— Верно.

Немного помолчали.

— В таком случае, почему он звенел? — раскрыл свои мысли Демидилик.

Блин… Меньше всего мне сейчас снова хотелось слышать эти безумные трели… Но чего не сделаешь, если уж я выбрал сложный второй путь…

— Смотри, вот здесь второй ключик, — я потер пальцем ржавчину, которой покрылась тыльная сторона будильника. — Видишь над ним колокольчик? Этот ключ заводит будильник. Ну вот допустим ты заснул и хочешь проснуться через определенное время.

— В моем доме за это отвечает Кикарина, — сообщил отец-Цикавац.

— Отлично, — кивнул я. — Но вот я живу один, поэтому пользуюсь такой штукой. Ставим стрелку сюда… Заводим и ждем…

Ровно через минуту будильник начал трезвонить, чем привел всю семью в радостное возбуждение. Еще бы, в их сокровищнице обнаружилась работающая вещь, разве не чудо?

— Значит ты оживил волшебный механизм! Ты мастер-техник! — не хотел сдаваться Демидилик.

Теперь уже и оставшиеся члены семьи смотрели на меня с добрыми выражениями на лицах. Даже здоровяк сынок с черно-белым пушистым хвостом перестал требовать мясных чипсов.

— Ребята, мне нужно вам кое-что объяснить, — вздохнул я. — В моем мире нет мастеров-техников. Точнее есть, но… В общем, вы сейчас поймете.

Мне понадобилось примерно минут двадцать, чтобы рассказать Цикавацам что к чему. Долго до них доходило. Похоже, в головах у них было слишком много от страусов — очень туго соображали.

К тому же, дело осложнялось тем, что долгие годы шла оживленная торговля между нашими мирами. Волшебные механизмы в обмен на местные ценности. Так что ломать сложившиеся устои оказалось довольно сложным делом.

— Значит в Аномалии так может сделать любой ребенок? — с грустью в голосе подвел итог нашему разговору Демидилик.

— Абсолютно, — кивнул я. — Уверен, что некоторые дети смогут разобраться с такой штукой даже лучше меня. Но не стоит расстраиваться, я же сказал — научу.

— А эти, как их… Батарейки для остальных волшебных механизмов? — с надеждой в голосе спросил Сильсидор. — Особенно меня интересует вон та штука с черно-белыми клавишами — Джазовое Пианино Судного Дня.

Я посмотрел на детскую мелодику, такие мне частенько дарили до того, как мне стукнуло четыре года. По-моему, я расколотил их штук пять, прежде чем гости стали понимать, что никакого интереса к музыке у меня нет. Судя по названию, тот, кто подарил сыну-Цикавацу эту мелодику, тоже не питал к музыке особой любви.

— С батарейками я вам тоже помогу, это не проблема, — пообещал я.

Цикавацы вновь переглянулись и начали перешептываться между собой. Чтобы их не смущать, я отошел подальше и сделал вид, что рассматриваю бесценные экспонаты их сокровищницы.

Интересно… На каких мусорках набрали такого хлама? Я даже не думал, что половина из этих предметов вообще еще существует. Хотя… Если предположить, что все это добро тащили сюда не один десяток лет, то удивляться нечему. Я же не знаю, сколько живут Цикавацы.

— Максим Темников, ты можешь освободить нас из заточения? — громко спросил у меня Демидилик. — Ноги затекли.

— Разумеется. Будем считать, что недоразумение исчерпано, — сказал я и отозвал Трупную Слизь, тоже сразу почувствовав себя легче. Хотя куски слизи не были особо большими, но энергия для их контроля все же тратилась, а учитывая, что их было три — это немного утомляло.

Оказавшись на свободе, Цикавацы дружно упали на траву, а я на всякий случай отошел немного подальше. Все-таки существа для меня незнакомые, кто его знает, что им взбредет в их головы. В которых, как оказалось, не так-то много мозгов.

Дав им время покопошиться в траве и найти в себе силы подняться на ноги, я молчал, наслаждался пением птиц и отмечал, что, между прочим, солнце перевалило за середину небосклона. Вот так, за разговорами уже незаметно полдня пролетело.

Усевшись друг напротив друга, семейка Цикавацев взялась за руки и вдруг их всех хорошенько тряхнуло молнией, от которой они в один момент поднялись на ноги.

— Хорошо! — хором сказали они и вновь вылупились на меня как в самом начале. Почему-то я был уверен, что они только что полностью восстановили свои силы.

— Дориан, ты видел? Эти птички не такие уж и простые птички… — сказал я, на всякий случай приготовившись защищаться, если им взбредет в голову какая-нибудь глупость.

— Макс, ты с ними поосторожнее… Говорил я тебе, нужно было по простому пути идти… — недовольно пробурчал Мор. — Вечно ты все усложняешь! Вот сказал бы им, что ты мастер-техник, и уже давно дома были бы.

— Ты говорил, у тебя к нам какое-то дело, Максим Темников, — сказал отец-Цикавац и потопал ко мне своей странной птичьей походкой. — Я буду рад помочь тебе. Хоть ты и не мастер-техник, но первый человек из Аномалии, который не захотел обменять у нас волшебный механизм. Какого свойства твое дело?

— Скорее личного, — сказал я. — Мне нужно перо Цикаваца. Любого.

Демидилик смотрел на меня, хлопая от удивления глазами. Сначала одним, потом другим. Затем отколол вот какую штуку — нащупал у себя самое длинное перо, одним махом выдернул его и протянул мне.

— Мое подойдет? Смотри какое красивое! Если хочешь, могу выдрать парочку у Кикарины, — сказал отец-Цикавац. — У нее еще красивее. Что скажешь?

— Было бы неплохо, — кивнул я и взял у него переливающееся на солнце ярко-зеленое перо. — Если еще получится и одно черное из Сильсидора вытащить, то вообще будет просто прекрасно. За пару батареек, само собой…