Глава 18. О птицах и людях

Слова Бода звучали обманчиво спокойно, но в глазах загорелся огонек азарта. Лора мимолетом подумала, что дядюшка сейчас напоминает мелкого зубастого хищника вроде хорька. Внешне не слишком грозен, но может болезненно покусать.

Вот уже и голос его повысился до противного визга.

– Долго я буду ждать?! У меня колено болит. Я хочу отдыхать и наслаждаться приятным чтением. И вы обязаны стараться изо всех сил.

Лора перевела дыхание и посмотрела на Плутона.

– Падай в кресло, чего ждешь? Вот так… Думаю, нам всем будет удобно. Все будут довольны и счастливы. Порадуем нашего кормильца.

Дождавшись, пока Плутон устроится в старом кресле с резными деревянными ручками, Лора непринужденным движением скользнула ему на колени и раскрыла книгу там, где находилась матерчатая закладка прежнего чтеца.

Речь ее полилась плавной рекой:

– Две горлицы весной сидят на ветке и беспрестанно чистят друг другу перышки. Их маленькие клювы настойчиво снуют вокруг глаз, вдоль горлышка и по макушке. Они так заходятся от чувств, что даже прикрывают глаза. Им так приятно греться на солнышке и обмениваться поцелуями, прижимаясь друг к другу. Ничто их не волнует, им хорошо вдвоем. Они счастливы и влюблены.

Краем глаза Лора заметила, как Бод вытянулся на кровати и теперь дышал ровно, будто внимательно прислушивался. Неужели удастся смирить его раздражительность и настроить на мирный лад… Вот бы скорее уснул.

Мягкий говорок чтицы мог бы и камень растрогать.

– Разве при взгляде на этих пташек не становится ясным, что представляет собой любовь? Это сочетание влечения, уважения и обожания. Это желание сделать любимому что-то приятное, не потревожить, а уберечь от опасности, в то же время тщательно обустраивать общее гнездышко, приносить подарки и кормить повкуснее.

На этой фразе Лора едва не всхлипнула, вспомнив свой неудавшийся брак. В груди стало тесно и жарко, настигла тревога за будущее. И вдруг она почувствовала, как ладонь Плутона, до сей поры лежавшая на изогнутом подлокотнике кресла, переместилась на ее бедро и смело направилась выше, пока не обхватила живот.

Лора стрельнула взглядом в сторону кровати – Бод дремал, приоткрыв рот, к тому же в комнате было сумрачно, пара свеч на столе едва позволяла разглядеть буквы.

– Но не стоит обманываться внешним видом, – деловито продолжила Лора. – Например, садовые завирушки – птички мелкие и невзрачные. В своем сером оперенье они похожи на скромных монашек. Притом, завирушки не хранят верность своим избранникам. Самец может спариваться с любой самкой, оказавшейся на его территории и согласной принять его ухаживания.

Голос ее слегка задрожал, потому что Плутон положил вторую ладонь на ее колено и тихо поцеловал волосы на затылке.

Ей хотелось крикнуть: «Прекрати немедленно! Мы же по острию ходим», но присутствие дядюшки и пикантность ситуации усиливали возбуждение. Лора поерзала на коленях Плутона, немедленно ощутив живой отклик под ягодицами.

Мистер Бод сонно пробормотал, потирая ногу:

– Я всегда знал, что мужчины по сути своей полигамны, так уж заведено в природе. Ты не устала, птичка моя? Пусть дальше читает Плутон.

Лора с облегчением откинулась назад – на широкую грудь мулата, приподняла книгу ближе к свету.

– Вот здесь… осталось полстранички про завирушек.

Наклонившись якобы для того, чтобы лучше рассмотреть текст, Плутон коснулся губами ее шеи, вызывая волну желания и удовольствия. «Ах, если бы они сейчас были одни!» – мысленно простонала Лора. Можно скинуть тесное платье и подставить напряженные соски под его поцелуи, раздвинуть ноги, чтобы он сначала пальцами, а потом языком…

– Вы что там – заснули? – хрипло бросил Бод, а потом широко зевнул.

– Простите, сэр… Я ищу нужную строку, – виновато бормотал Плутон.

Теперь он крепко держал Лору в руках, обдавая горячим дыханием изгиб ее плеча.

Плутон начал читать:

– Люди часто скрывают порок под личиной мнимой добродетели, а птицы ведут себя без притворства. Перед совокуплением с чужой самкой самец-завирушка пытается ущипнуть ее клоаку, вероятно для того, чтобы заставить излиться чужое семя.

– Зачем нам это знать? – шепотом перебила Лора. – Переверни страницу, там будет про среду обитания и кормовые пристрастия.

– Нет, продолжай! – хихикнул Бод. – Ты была права, милая. Книги о птицах бывают не так скучны, как я представлял.

Теперь он приподнялся на подушке и с язвительной улыбкой рассматривал парочку в кресле у стола. Плутон почти сливался с темнотой за окнами, казался мрачным демоном, сжимавшим в объятьях хрупкую белую девушку с испуганными глазами и покрасневшими щечками.

– Так что там дальше с птичьими танцами у гнезда? – спросил Бод, удовлетворенный обзором. – И не смей ничего пролистывать.

Плутон тяжело дышал. Дело в том, что он уже про себя прочел абзац до конца и теперь испытывал то же мучительно-сладкое возбуждение, что и Лора.

Но продолжив чтение, голос его окреп и звучал с дерзким вызовом:

– Ученые Британского университета выдвинули гипотезу о том, что форма мужского полового члена связана с конкретной функцией. Во время фрикций, то есть во время возвратно-поступательных движений мужского члена внутри влагалища венец головки способствует элиминированию спермы предыдущего партнера…

«Боже мой! Как я сразу не поняла, что это за книга!» – стонала про себя Лора. – «Почему только картинки разглядывала и прочла вводную часть, а не углубилась в содержание.

Ведь не случайно же она зачитала до дыр, – это просто справочник по сексологии под прикрытием невинных пташек».

– Довольно! – грубо выкрикнул Бод. – Убирайтесь отсюда оба и позовите ко мне Нэн и Молли.

– Тебя колено беспокоит? – невинным тоном спросила Лора, но получила в ответ злобное рычание.

– И вам доброй ночи, дядя!

Выскочив в коридор на ватных ногах, она чуть не запнулась – Плутон удержал ее за талию, и еще успел нарочито бодро сказать:

– Вам нехорошо? Я провожу вас до комнаты, мэм.

Навстречу уже бежали потревоженные служанки, где-то внизу в пристрое плакал ребенок Элли, и во дворе яростно лаяли псы. Лора ухватилась за плечо Плутона, словно не имела сил передвигаться сама, слабым голосом попросила:

– Да, проводи меня.

А когда они оказались в ее спальне, выдала пару новых приказов:

– Закрой дверь и спусти штаны, хочу на тебя посмотреть.

Щелкнула задвижка, низкий голос Плутона вкрадчиво напомнил:

– Здесь совсем темно. Вы не увидите ничего.

– Я справлюсь, – холодно отвечала Лора. – Пошевеливайся!

Она толкнула его к стене – ну, как толкнула? Уперлась руками в стальную грудь и задала направление, пока Плутон возился с тесемками у паха. Но то, что произошло дальше на несколько минут лишило его способности мыслить здраво, заставило забыть о месте и времени, наполнило душу восторженным трепетом.

Лора опустилась на колени, нащупала рукой его вздыбленный член, некоторое время медленно сжимала его по всей длине, взвесила на ладошке напрягшиеся яички, а потом… взяла в рот головку и принялась энергично сосать.

Не-ет, сначала уткнулась в нее сомкнутыми губами, будто раздумывала и сомневалась, а дальше лизнула, дразня чувствительную кожу языком, лишь потом захватила губами крепче, втянула в себя дальше и глубже, удовлетворенно вздохнула носом и стала сосать, то ослабляя, то сжимая сильнее.

Плутон хотел взять ее за волосы, но не посмел, и развел руки в стороны, словно крылья, откинулся на стену и зажмурил глаза. Но скоро снова открыл их и посмотрел вниз, чтобы убедиться – она делает с ним именно это – тайное, откровенное, непристойное и очень приятное.

В то же время его опаляла вина, что ей не удобно стоять на коленях, а лучше бы лечь на кровать и раскрыться перед ним, лучше бы он доставил ей удовольствие и сам его получил, потому что ласкать ее соски и клитор, ощупывать кругленькие груди и ягодицы для него то же самое неземное блаженство. А нравится ли ей самой то, что происходит? Зачем она это делает с ним, если могла бы наслаждаться сама?

Догадка была настолько невероятна и хороша, что Плутон боялся ее полностью принять. Неужели Лора в самом деле хочет лизать его член? Ей нравится теребить его руками, щекотать мошонку и брать в рот. О-о-о…

– Я не могу сдержаться, – жалобно признался он. – Я сейчас.

– Угу!

Она шмыгнула носом и отпустила его, заставил излиться на подбородок и ворот платья. Кажется, вытиралась рукавом.

– Ложись, – настойчиво попросил он, стараясь успокоить дыхание и вернуться в реальность. – Теперь я буду любить тебя.

– Нет-нет, лучше покинь комнату. И так задержался, кто-то может заметить. Завтра попробуем наверстать на прогулке.

– Но я не могу оставить тебя сейчас, – умолял он. – Я хочу сделать тебя счастливой хотя бы сегодня ночью. Как ты сделала меня…

Он смутился. Он не знал, как правильней и достойней выразить палитру своих ощущений – смесь благодарности и восторга, предвкушения и надежды.

– Поцелуй и сразу уходи. Я так хочу.

Лора отстранилась от него первой и решительно приоткрыла дверь.

– Доброй ночи! И будь осторожен, не смей на окна смотреть.

– Я буду о тебе думать, буду представлять, как ласкаю тебя везде, как ложусь на тебя – и ты поднимаешь бедра навстречу, закидываешь беленькие ножки мне на плечи, изгибаешься и кричишь… а в кустах птицы поют, – жарко воскликнул Плутон.

– Надо спрятать эту бесстыжую книгу подальше! – строго заявила она. – И вообще, мне порой хочется быть сверху. Ну все, ступай!

Оставшись одна в темноте, Лора быстро разделась и недолго плескалась у таза с водой, приготовленной Молли для вечернего туалета. Из окна доносился шелест дубовой листвы и запах ночных цветов с клумбы.

Что нужно взрослой женщине для счастья? Очень многое нужно на самом деле, но иногда достаточно подержать во рту упругий и плотный мужской половой орган. Природа недаром сделала его таким привлекательным и манящим для разных целей.

* * *

На следующий день ближе к обеду отлично выспавшуюся Лору позвал в кабинет мистер Бод.

– Ты пропустила завтрак и важные новости. Сегодня к нам Гленн приедет. Нужно хорошенько подготовиться. Что-о? Никаких прогулок! Ты в своем уме? Хочешь, чтобы от тебя воняло потом и лошадьми? Гленн любит красивых, веселых женщин – будь добра, приведи в порядок прическу и вспомни парочку милых историй, например, о птичках. У тебя хорошо получается развлекать солидных мужчин.

Учти, я-то не собираюсь до конца жизни тебя содержать. Если понравишься Гленну – станешь обеспеченной и зависимой только от желаний хозяина, тьфу… то есть супруга, конечно. Но разница не очень велика. А, Плутон? Верно я говорю?

Он рассмеялся забавной шутке и задрал голову, чтобы рассмотреть выражение лица мулата, стоявшего у стола с раскрытым письмом в руке.

Лора сделала неуклюжий поклон только чтобы справиться с внезапной тревогой. В голове завертелся пестрый поток домыслов и предположений:

«Это просто визит вежливости. Гленн не такое уж чудовище, с ним можно договориться. Я его не боюсь».

Рядом продолжал брюзжать дядя Сэм:

– Выгодней партии тебе не сыскать, малышка! Мистер Гленн самый богатый человек в наших краях. Уж ты постарайся его впечатлить за ужином.

«Самый богатый человек… в спальне его найдешь врата в твой мир…»

Предсказание старой Джинды змеиным шипением раздалось в ушах Лоры, а во взгляде Плутона была плохо скрытая ярость.

– Вы не можете заставлять ее, – глухо сказал он, сминая голубой лист в кулаке.

– Что я слышу? – презрительно протянул Бод. – Да кто ты такой, чтобы спорить? Перегрелся на солнце или по ошибке выпил у Табби какой-то яд вместо микстуры? Знай свое место, раб!

– Я – раб, вы правильно сказали. Но миссис Уайт – свободная белая женщина и вправе сама решать свою судьбу, – упрямо твердил Плутон.

– Умолкни, животное, и убирайся на двор, где тебя ждут дела!

– Не надо с ним так говорить, дядя, – вступилась Лора. – Он твой лучший слуга, почти часть семьи. Ты ведь совсем один…

Однако Сэм не позволил ей продолжить.

– Так-так, откуда у тебя сочувствие к моему верному псу? Понравилось прыгать на его коленях? Поверь, у Гленна тоже мускулистые ляжки и с бабами он умеет обращаться. Вчера я хотел тебя раззадорить, чтобы текла при мысли о жеребце, но видно ты настолько глупа, что не понимаешь разницы. Уж если дать себя покрыть, так жеребцу породистому и с золотой уздой.

– Вы нездоровы, дядя! У вас все мысли только о половых сношениях, – горестно воскликнула Лора. – Давайте же вспомним псалмы Давида и укрепимся духом…

– Пошла вон, дура! – заорал Бод. – Выкинешь какую-то глупость за ужином, я велю Мурене выпороть тебя на конюшне.

С больной головой Лора вернулась к себе в комнату, а Плутон был отправлен на кухню – передать Табите несколько поручений. Однако спустя полчаса у мистера Бода нашелся новый повод для раздражения.

Мистер Смит доложил, что главный надсмотрщик Мигель Кано серьезно нездоров, потому что ночью ударился головой о столбик негритянской хижины.

– Утром он едва смог взобраться на лошадь, а в поле под солнцем его совсем развезло, говорит, круги перед глазами и шум в ушах. Просит позволения отлежаться пару деньков в тенечке, – доложил Смит. – Да, еще Джим просил передать с сожалением – Хара сдохла. Ничего сделать нельзя. Старушка еще долго держалась. Прикажете шкуру снять?

– Все будто сговорились разорить меня! Нарочно ломают себе черепа и копыта, – кричал Бод, схватившись за больное колено. – Элли! Куда ты запропастилась, дрянь! Шевели задницей, подай мне лекарство.