Глава 28. Вместо поцелуев

Три следующих дня принесли немало перемен в жизнь усадьбы. Бод принципиально не покидал хижину Плутона и часами строчил там свои сочинения. Нэнси шепнула Молли, что бывший хозяин по горячим следам записывает сцену пожара и полный Армагеддон любви.

Героям его романа грозила разлука и множество испытаний. Эротические сцены уступили место дракам и перестрелкам.

«Если так дальше пойдет, вместо слезливой мелодрамы у него получится годный вестерн», – рассуждала Лора, рыхля влажную почву на клумбе. Несколько кустиков лиловых и желтых колумбин они с Августом выкопали на лугу и принесли к дому. И хотя никто пока не предъявлял счет, Лора пыталась честно оправдать свое нахождение в Броуди-холле.

На пару с малышкой Кэти она кормила кур, под руководством Табиты толкла остатки миндаля для пудинга и резала яблоки. Мистер Гленн должен был приехать с проверкой, кухарка надеялась угодить новому господину.

Ожидая «одноглазого монстра» Лора выбирала скромные домашние платья, срезала бантики и рюши с пышных нарядов, просила Рут уложить волосы проще. Завтракала она теперь поздно, боясь столкнуться в кухне с Плутоном – между ними возникло странное отчуждение, после пожара они и двух слов не сказали друг другу.

Теперь прежде чем спускаться вниз, Лора отправляла Рут на разведку, потому что Элли с грудничком перебралась в поселок, а Молли охладела к своим прежним обязанностям горничной.

Зато они с Нэнси змейками вертелись вокруг Бода, носили ему еду и привычные безделушки из дома. Лора с недоумением поглядывала на выражение такой преданности бывшему тирану. Может, по их меркам дядя Сэм был не так уж плох? Или с стокгольмском синдроме есть свои удовольствия?

Сама же Лора не испытывала желания общаться с дядей, и он будто забыл о племяннице, погрузившись в мир вымышленных страстей.

Другое дело Плутон… Рут сообщила, что он каждую ночь приходит к дверям женской спальни на втором этаже.

– Гладит руками косяки, прижимает лоб к дереву и что-то бормочет. Но в этом опасности нет. Он хочет вас защитить. Может, и от себя.

– Хватит придумывать!

Лора прятала смущенное лицо в подушки, а Рут понимающе улыбалась. После свержения Бода, шустрая индианка обжилась в доме, завела дружбу с другими женщинами, щедро делилась советами в любовных делах и поправке здоровья, гадала на птичьих перьях и черных бусинах.

Даже Табита признала ее авторитет в изготовлении снадобий и способах узнавать судьбу, ласково привечала сынишку, жалела за худобу и старалась подкармливать.

Замкнутый мальчик быстро привязался к стряпухе и охотно выполнял мелкие поручения на кухне – мыл зелень, чистил овощи, ловко точил ножи.

Но стоило появиться Плутону – дети и служанки разбегались, а Табита молча подавала еду, воздерживаясь без обычных веселых реплик. После заявления Гленна народ перед ним открыто трепетал.

К тому же Плутон наголо побрил голову и выглядел действительно устрашающе. Даже голос его теперь раздавался по усадьбе как рык потревоженного хищника.

Табита недаром жаловалась Лоре:

– Плутон начинает задирать нос. И раньше был упрямый, а теперь вовсе не подступись. Хозяйство повел железной рукой, нисколечко не снизил норму в поле… правда, добавил мясо в рацион. И мои все припасы пересчитал, каждый мешочек с приправами и орехами взвесил. Отцовская хватка. Что ни говори, а кровь много значит.

– Он хочет, чтобы имение оправдывало себя, – вяло заступалась Лора. – Чтоб наши дела поскорее поправились и еды хватило на всех. Кстати, ужинать уже приходил?

Прислушавшись к стуку топоров на дворе, Табита выглянула в окно.

– Эти дни он вообще мало ест и загоняет себя работой. Гленн прислал плотников для строительства амбара. Плутон с ними доски таскает и устанавливает столбы, а потом до темноты разгружает повозки.

Табита бросила пристальный взгляд на Лору, потом тихо произнесла:

– Вы что-то больше не зовете его гулять к лесу. Не потому ли он такой мрачный.

Лора задумчиво перебирала в ладонях влажные косточки от спелой хурмы.

– Не может простить себе гибель Сары.

– Его-то вины тут нет! – убежденно сказала Табита, доставая из шкафа деревянную толкушку. – Ничьей нет вины, если женщина забыла свое место и потеряла голову.

На пол свалился маленький пакет, и Лора наклонилась, чтобы его поднять. Знакомый мешочек из черной ткани вышит светлыми нитками. А внутри… Лора дернула тесемки и вдохнула знакомый запах болотных трав.

– Это же зелье Джинды?

– Ну да, – спокойно отвечала Табита.

– Почему полон? – удивилась Лора. – Ты хоть щепоточку отсюда брала, я же просила сделать отвар, помнишь? Каждую неделю Молли приносит от тебя теплое питье…

– Приносит, – убежденно сказала Табита. – Только я не хочу вашим здоровьем рисковать. О травках Джинды ходят разные слухи. Одна белая дама чуть к праотцам не отошла. Уверяю, мэм, мои снадобья ничуть не хуже.

– Что-о? – закричала Лора. – Ты давала мне другой состав? Обманывала меня?

– Для вашего же блага, – кивнула Табита.

Сначала Лора тихонько всхлипывала, глядя на полный мешочек, потом стукнула кулачком по столу и вскочила с табурета, желая бежать куда подальше от бестолковых самовольных слуг.

Но не успела и пару шагов сделать от кухни, как увидела Плутона. Он только что помылся после работы и, кажется, сам выстирал рубашку. Теперь потряхивал ее в руках, глядя на дальнюю веревку, где сушилось женское белье – тонкие белые сорочки и панталончики в кружевах.

Несколько секунд Лора рассматривала мускулистую спину мулата, кривые полосы заживших шрамов, массивные плечи, узкую талию, крепкие бедра – невольно представляла, как это большое, неимоверно сильное тело накрывало ее в постели, приносило множество удовольствий.

«Только бы не заметил, не оглянулся!»

Лора попятилась, но Плутон уже повернул голову, словно почувствовал ее пристальный взгляд. Прятаться было поздно.

– Что случилось? Ты плачешь? Кто посмел тебя огорчить? – в его расширившихся зрачках стояли десятки вопросов.

– Мне нездоровится, и мысли дурные мешают спать, – сухо сказал Лора.

– А я думаю о тебе каждую ночь, – еле слышно признался Плутон.

– Обо мне? – усмехнулась Лора. – Да ладно… Скорее о табаке, маисе, гвоздях и корзинах…

– Нет, больше о тебе, – Плутон скривился, словно от боли.

– Думаешь… И не находишь времени подойти, – неуверенно сказала Лора.

– А ты этого хочешь? – с жадным любопытством воскликнул он. – Стоит нам встретиться взглядом – я вижу на твоем лице отвращение. Я сам знаю, что стал хуже. Волосы справа обгорели, пришлось их убрать совсем, еще отметины на лбу и щеке – теперь я кажусь тебе полным уродом.

– Дело не-не во внешности, – Лора запнулась, поскольку покривила душой, с обритой головой Плутон ее, правда, немного пугал. – Но после пожара ты будто другой человек – равнодушный, холодный, – Наверно, нам предстоит познакомиться снова. Здравствуйте, мистер, Плутон!

Она насмешливо поклонилась, но мысль о поступке Табиты вызвала острую горечь.

«Как после этого доверять слугам? Эх, надо было все сделать самой!»

– Ты заболела? Тебе нужен врач? – продолжая комкать в руках влажную рубаху, Плутон бросился к Лоре.

Она отшатнулась, свела руки на груди.

– Не знаю… У меня такое чувство, что я здесь совсем одна. Никто меня всерьез не принимает, не слушает. Табита запрещает трогать кастрюли, говорит, «зачем вам это надо – ручки испачкаете». Молли отбирает ведро с водой, когда хочу помыть окна. Может, я призрак бесплотный и только ты меня видишь?

Лора подняла руку в сторону заходящего солнца, хлопковая ткань рукава мягко скользнула к локтю.

– Смотри, какая прозрачная… Может, я потихонечку исчезаю?

– Не оставляй меня, – хрипло сказал Плутон. – Забери с собой, если хочешь уехать. Все равно куда – лишь бы с тобой.

– Согласен бросить теплое местечко управляющего ради сомнительных приключений? – дрогнувшим голосом спросила Лора. – И зря! У тебя все складывается хорошо. Теперь ты свободен, получил надежную должность, куча народа боится и уважает. Я уверена, Гленн привыкнет, успокоится насчет детей, а там и…

Она искала слова, чтобы обрисовать светлое будущее после отмены рабства, но понятия не имела, как пройдет этот процесс в Мэриленде.

– Я не хочу никакого «там» без тебя! – вдруг твердо сказал Плутон. – Скажи мне прямо, я тебе еще нужен? В любом качестве – раб, охранник, слуга, просто пёс для прогулок…

– Перестань! Я никогда о тебе так не думала.

– Тогда почему все эти дни смотришь мимо меня, избегаешь, прячешься?

– Боже мой! У меня нет на дверях задвижки, ты мог зайти любой ночью.

– Ты не звала. Я не хотел тебя испугать.

– Надо повесить твою рубашку, что ты ее мнешь… на нас уже смотрят, – Лора дернула подбородком в сторону хижины, откуда выбежала Молли.

Скверно выяснять отношения у всех на виду. Плутон тяжело вздохнул, разворачиваясь к зарослям акации. И не мог отойти от Лоры, замер, ссутулился. Пришлось ей обойти его и самой взять корзину для белья, чтобы снять собственные сорочки с веревки.

– Ну, помоги, не могу расстегнуть прищепку… Плутон, подойди ко мне!

Лора тянулась на поднятых носочках, делая вид, что не справляется, а он встал у нее за спиной и легко освободил из зажима тонкую ткань.

– Спасибо, надо все убрать до дождя, видишь, как хмурится небо!

– Ты позволишь мне снова любить тебя? – прошептал Плутон, когда их пальцы встретились на следующей прищепке.

– Приходи, как стемнеет, – пробормотала Лора после короткой паузы. – Хотя бы просто поговорим.

– Просто поговорим… – не скрывая досады, Плутон сильнее сжал ее пальчики.

– Ты не понимаешь?! – прошипела Лора. – Тут выяснилось, что Табита заваривала мне свои травы, а вовсе не состав Джинды.

– И что? – недоумевал Плутон.

– А то, что я уже могла залететь!

– Куда?

– Ох, Боже мой! Залететь – значит, получить ребенка. Да повесь уже свою рубаху, хватит ее держать!

– Ты беременна? – глухо спросил Плутон.

– Пока не знаю. Но предлагаю повременить с интимными встречами, – насупилась Лора.

– Если это случилось, ты избавишься от него? – жестко спросил Плутон.

Теперь они смотрели друг другу в глаза, их тела разделяла только корзинка с женским бельем.

– Я не стану вредить своему малышу, как ты мог такое подумать? Уф-ф, на нас уже люди таращатся, а кто там машет рукой?

– Чарли зовет! У нас гости, – заметил Плутон.

– Догадаться не трудно, – буркнула Лора. – Плевать на Гленна, даже если на ночь останется, просто найти способ ко мне пробраться. Я соскучилась, я хочу побыть с тобой, – хочу, чтобы ты меня обнял, чтобы…

Она не могла продолжать, томясь от желания, глядя, как часто вздымается голая грудь Плутона. И внезапно шальная мысль опалила разум.

– Давай сбежим в лес и нацелуемся вдоволь!

– Мы ведь можем делать это по-разному… как в начале, как раньше, – догадался Плутон. – Мы будем осторожны.

– И плевать на Гленна? – прищурилась она.

– Плевать на Гленна! У тебя удобная обувь? Проберемся через задний двор.

– А если будут искать? Надо предупредить Рут. Вон ее мальчик…

Лора подозвала сына индианки и, бурно, жестикулируя, велела передать, что идет с Плутоном выкапывать цветы на лугу.

– Это нужно делать обязательно в сумерках на полную луну, чтобы не повредить корни! Они очень нежные. Ты ничего не забудешь? Надеюсь, Рут выкрутится.

«Спасите все заинтересованные святые!»

Прошло менее получаса. Теплые сумерки окутали долину, стихли птичьи голоса и усилился треск цикад. Укрывшись под шатром старого сассафраса, Лора гладила голову Плутона у себя на коленях.

– Отдыхай! Уж ты заслужил.

Добравшись до кромки леса, они долго переводили дыхание и смеялись, как сумасшедшие, представляя обескураженную физиономию Гленна и растерянных слуг.

– В конце концов, пусть дядя Сэм с ним объясняется или мистер Смит показывает постройки. Ты имеешь право на передышку, а что с меня взять? Я маленький белый ангел – порхаю, где вздумается, и гуляю сама по себе.

Плутон согласно кивал, глядя на нее восторженными глазами, широко улыбался, ни слова не говоря. Вид у него был уставший, но притом умиротворенный. Лора села под дерево и поманила его к себе.

– Представляю, как вымотался за неделю. Табита сказала, почти не ешь, и, наверно, толком не высыпаешься. Ложись сюда… закрой глаза…

– Нет, я хочу долго смотреть на тебя.

Но все же послушно опустился рядом и склонил голову на ее колени. Лора гладила его высокий лоб, брови и виски, обводила пальчиками ушные раковины, сжимала и потягивала мочки, пока не услышала благодарный стон.

– Как это хорошо! У меня быстро отрастут волосы, очень быстро…

Он заметно переживал из-за их отсутствия, решив, что выглядит менее привлекательно для нее.

– И без волос ты не утратил своей силы, – решила поддержать Лора. – Ты ведь Плутон, а не Самсон.

– Гленн нарочно выбрал мне имя владыки вечной тьмы и печали.

– Далекой и загадочной планеты, – подхватила Лора. – Ты такой один, Плутон. Неповторимый, особенный, храбрый… (вздох) ты рисковал собой, чтобы спасти женщину.

– И не спас.

– Это мучает тебя? – осторожно спросила Лора.

– Такова воля Господа, – сурово сказал Плутон. – И потом… Сара желала тебя зла. Меня тревожит другое.

Он замолчал, прижавшись щекой к теплому бедру Лоры.

– Не хочешь сказать? – тихо спросила она.

– В тот вечер я был у нее. До того, как нарядиться пиратом и забрать тебя из купели, я был у Сары.

– Зачем?

– Я запретил ей к тебе приближаться. Я страшно злился.

– Говори, раз начал! И станет легче. Наверно, станет легче, если расскажешь, – торопила Лора.

– Она кричала и угрожала. Тогда я ударил ее по лицу.

– М-м… да уж…

– Я никогда прежде не бил женщину, – прошептал Плутон. – Но во мне бушевала ярость, ведь она могла тебе навредить.

– Успокойся! Все уже совершилось. Я уверена, Сара теперь на небесах и получит воздаяние за свои невзгоды.

– Она была не слишком-то набожна.

– Тогда мы помолимся за нее, – предложила Лора.

– Тебя не должно было это коснуться. Но я понял в себе одно – ради тебя я на все готов. На все, Лора!

– Да, я понимаю. И надеюсь, что тебе не придется делать ничего плохого.

Она тяжело вздохнула.

– Ничего такого, что после будет мучить твою совесть.

На плечо Плутона упали первые капли дождя. Лора накрыла их ладонью, согревая кожу.

– Надо было одежду захватить, а под рукой были только мои панталоны. Ну что за день сегодня, хочется смеяться и плакать.

– Ветер усилился, скоро начнется ливень, – предложил Плутон, поднимаясь. – Мы вечность сидим здесь вдвоем, и я тебя даже не поцеловал. А ведь ты хотела…

– Думаешь, я только за этим тебя утащила в лес? – Лора ощутила странную досаду.

– А что еще я могу тебе дать? Только себя, – Плутон помог ей подняться с охапки листьев, отряхнул платье.

– Хм-м… – его ответ вызвал новый прилив досады, – ты прав, пора возвращаться. Не стоит испытывать терпение Гленна.

«Все же Плутон устал, и я перенервничала. Мы уже не набрасываемся друг на друга, оставшись наедине, а начинаем душевные разговоры. И так тоже хорошо».

Она загадочно улыбалась, цепляясь за его руку – приноравливаясь к широким шагам, а он серьезно поглядывал на ее макушку сверху вниз.

И вдруг спросил:

– О чем ты задумалась?

Лора подняла к нему просветленное лицо:

– Во – первых, я рада, что мы снова познакомились, мистер Плутон. А во-вторых… мне сейчас представилось, будто Америку еще не открыли и здесь еще не ступала нога белого человека. Дикие заросли… множество птиц и зверушек… на месте Броуди-холла барсучья нора или кучи муравейника.

– И я часто так думал, – обрадовался Плутон. – Когда еще была жива миссис Глория, мне нравилось убегать сюда и устраивать игру, будто я один на двести миль и вокруг только леса и реки. Но порой я мечтал о друге, а позже о женщине. Я плохо видел в мыслях ее черты. Она должна была явиться ниоткуда.

– И явилась! – весело резюмировала Лора.

А потом притихла и замедлила шаг, легонько стукнув себя по лбу.

– Слушай, я только что поняла. Мир – такая интересная сложная штука. Нам кажется, что все вертится вокруг нас, и мы забываем о чувствах и желаниях других. А что если я оказалась здесь не по своей отчаянной просьбе, а по твоей? Или мистера Гленна, к примеру? И я – ответ на ваши молитвы. Если взять Гленна, так он годами хотел детей, потом начал просить у Филимона внуков. А ты желал свободы и любви.

– Все так, но почему ты грустишь? Твои мечты не исполнились? – огорчился Плутон.

– По-моему этот великий святой подыгрывает мужчинам, – обиженно пробурчала Лора. – А с другой стороны, здрасте-пожалуйте, вот тебе, Ларисочка, домик на природе, вот – возлюбленный для души и тела. И даже Джинда напророчила богатого мужа, а мистер Гленн сделал мне предложение. Но я отказалась.

– Может, предсказание еще сбудется, – заметил Плутон.

Лора неопределенно пожала плечами, в небесах раздался первый громовой залп и по листве застучали крупные капли.

– Я первой зайду в дом, а ты сначала найди одежду. Не стоит являться перед отцом таким дикарем.

Она побежала вперед, а Плутон остановился, держась за изгородь.

– Если верить Гленну, я тоже буду богат, но согласишься ли ты стать моей женой, белая голубка?

В шуме дождя Лора уже не слышала его крика.