Глава 20 · Неожиданная встреча

С того дня, как мистер Стрикленд узнал о де Редверсе, прошло больше недели. Уолтер быстро выздоравливал, и теперь Сильвия с трудом узнавала в нем мрачного и озлобленного на весь белый свет мужчину, присутствие которого долгое время заставляло ее сбегать из «Дома на скале». Да, в первые дни они оба очень смущались, когда оказывались за одним столом во время завтрака или ужина, пересекались в коридоре или библиотеке, но постепенно неловкость уходила.

Под настроение Уолтер рассказывал увлекательные истории о своей службе в Майсуре. Случалось это нечасто, но каждый раз Сильвия слушала его, затаив дыхание и жалея, что ей не придется увидеть в жизни даже сотую долю того, что видел он. Правда, порой де Редверс замолкал, не закончив рассказ. Мрачнел и замыкался в себе. Мисс Мюррей долго не могла понять, почему и в конце концов сумела разговорить Раджа.

Обратная сторона увлекательных приключений и легенд оказалась поистине чудовищной. Уолтер щадил девушку, ни словом не упоминая о голоде и смертях, на которые обрекали колонизаторы жителей Майсура. Он выбирал лишь самые безобидные события, но, увы, даже они порой оказывались связаны с жестокостью и ужасами. Зная теперь причину внезапных перепадов настроения Уолтера, мисс Мюррей набралась терпения и перестала принимать происходящее на свой счет.

Мистер Стрикленд настаивал на том, чтобы Сильвия вела прежний образ жизни, посещая званые вечера и пикники, но все эти увеселительные мероприятия потеряли в ее глазах львиную долю привлекательности. Отчасти потому, что на них все реже появлялся Марк Фишер, но все чаще – мистер Палмер. Кроме того, теперь ей хотелось больше времени проводить с Уолтером. С ним было даже интереснее, чем с мистером Фишером. Уолтер многое знал, многое повидал, и при этом он не менее серьезно, чем Марк, относился к словам Сильвии, умел и любил слушать ее нехитрые рассуждения. Порой даже казалось, что воспоминания мисс Мюррей о совершенно обыденных вещах увлекают его ничуть не меньше, чем ее саму – рассказы о далеком Майсуре. Когда она рассказывала о своем отце, о своем детстве, на лице Уолтера часто появлялась мечтательная улыбка, и казалось, будто он действительно переносится в счастливое для Сильвии время, разделяя с ней самые дорогие моменты ее жизни.

Увы, распоряжения мистера Стрикленда оставляли не так уж много возможностей побыть дома. И мисс Мюррей теперь чуть ли не каждый день приходилось терпеть настойчивые ухаживания самовлюбленного Палмера. Счастье еще, что мистер Стрикленд избавлял свою подопечную от назойливого сопровождения, на двуколке встречая ее после всех мероприятий, куда сыщика не приглашали в силу его невысокого происхождения.

Но долго так продолжаться не могло. Сильвия понимала, что вскоре защитник, к которому она так привыкла, должен будет уехать в Ландерин. Да, он обещал вернуться, но совсем в другом качестве, и потому больше не сможет играть роль опекуна. Им придется общаться совсем иначе, а чувство безопасности, которое мисс Мюррей ощущала благодаря присутствию мистера Стрикленда, исчезнет. Конечно, в том и заключался план, но рассуждать об абстрактной опасности и столкнуться с ней лично – разные вещи.

Налаженная жизнь закончилась однажды утром. В девять часов Сильвия спустилась к завтраку в столовую, где ее ждал Уолтер, но стук в дверь заставил де Редверса быстро встать с места и вернуться на второй этаж – на тот случай, если в дом явился посторонний. Убедившись, что хозяин скрылся, Радж в образе служанки открыл дверь. Любопытный Горди последовал за ним – он всегда интересовался гостями, не иначе как рассчитывая на дополнительное внимание.

– Доброе утро, мисс Мюррей, – поздоровался с девушкой мистер Стрикленд, протягивая слуге шляпу.

Услышав знакомый голос, Уолтер спустился вниз.

– Вы позавтракаете с нами? – предложила Сильвия.

– Да, пожалуй, не откажусь. У меня выдалась весьма интересная ночь, – ответил сыщик, вслед за хозяйкой и де Редверсом направляясь в столовую, в которой теперь постоянно были задернуты шторы и царил полумрак. Несмотря на удаленность дома от города, жильцам приходилось соблюдать осторожность.

– Что-то случилось? – поинтересовался Уолтер, задумчиво гладя Горди.

Зная слабость хозяина к своей персоне, пес неизменно присутствовал на завтраках, обедах и ужинах, когда мог рассчитывать на законные лакомства. В этом он не был одинок – Сэр Николас поступал точно так же, не забывая заодно подворовывать у своего менее расторопного приятеля.

– Случилось, – кивнул Стрикленд, усаживаясь за стол.

Пока Радж ходил за еще одним прибором, сыщик огорошил всех неожиданным известием.

– Сегодня я уезжаю, – сказал он, почему-то пристально посмотрев на Уолтера. – Прямо от вас. И осталось не так уж много времени – пароход отходит в полдень.

Сильвия спросила его, не скрывая тревоги:

– Что-то случилось? Ваш отъезд… он такой внезапный.

– Кое-что действительно случилось, – кивнул Стрикленд. – Но все к лучшему. Мы топчемся на месте, а нам пора двигаться дальше. Мистер де Редверс уже в состоянии защитить вас. Значит, я могу отправляться в Ландерин, оставив вас на его попечении. Каюсь, у меня была мысль разыграть свой отъезд в Далиш, пообещав вернуться через сутки, но по здравом размышлении это вряд ли сработает. Кто бы ни злоумышлял против вас, он нетороплив и осторожен. Есть, конечно, вероятность, что он сорвется и наделает ошибок, желая добраться до мисс Мюррей в мое отсутствие, однако хладнокровие может ему и не отказать. Тогда мы потеряем время и окажемся не готовыми к моменту, когда он все-таки нанесет удар. Поэтому будем действовать по первоначальному плану.

Радж поставил перед сыщиком прибор, и Стрикленд охотно воздал должное завтраку, между делом продолжая свою речь:

– Общение с жителями Пилхолда позволило мне выявить некоторые закономерности в том, что происходило с наследницами «Дома на скале» перед их исчезновением. Все без исключения девушки были напуганы происходящим в доме. Они видели призрака, слышали странные звуки по ночам. И с каждым днем их страхи усиливались – до определенного предела, который наступал примерно через месяц или два после их переезда на Мэйн. В это время девушки как будто немного успокаивались, но начинали вести себя странно.

– Странно? – переспросил Уолтер.

– Да. Во-первых, они становились немного… – Стрикленд замялся, подбирая точный эпитет, – высокомерными.

– В чем это выражалось? – поинтересовалась Сильвия.

– Если до того все они были довольно милы и вели себя доброжелательно и сообразно положению в обществе, то потом в их поведении все чаще и чаще начинало сквозить открытое пренебрежение к простым людям. Пренебрежение того сорта, который вам, мисс, отлично знаком по жизни в семье мистера Коула. Они старались общаться с лучшими людьми Пилхолда, были частыми гостями у бейлифа, но при этом переставали здороваться и поддерживать добрые отношения с теми же торговцами, фермерами, ремесленниками. Понимаете?

– Да. – Сильвия опустила глаза.

– Вы сейчас подумали о гордыне? – заметил Стрикленд. – Я тоже, каюсь, об этом подумал. В конце концов, пристальное внимание со стороны сильных мира сего развращает. И все же – шесть разных девушек, но совершенно одинаковое поведение. Я ведь не без умысла пригласил вас навестить Муров. Мне было интересно, насколько охотно вы туда пойдете и как будете себя вести, ведь как раз прошло около месяца с вашего появления в Пилхолде. И что же? Стало ясно – вам куда спокойней и приятней общение с простыми людьми. Ни единого намека на высокомерие, ни единого косого взгляда, хотя даже мне было заметно, что манеры и речь окружающих далеки от изящества. И тем не менее вы оставались благожелательной, ни словом, ни жестом не выразив ни возмущения, ни пренебрежения, ни осуждения. Мне сложно поверить, что спустя, скажем, еще месяц вы можете разительно измениться. А те девушки изменились. Все.

– И что же это означает, по-вашему? – спросил Уолтер, нахмурившись.

– Понятия не имею. Это-то и плохо, – признался Стрикленд, отправив в рот последний кусочек жареного бекона.

– Вы предполагаете, что на девушек как-то воздействовали?

– Очень похоже. Так нередко случается. Оброненное невзначай язвительное слово здесь, ироничная фраза там… Умный человек вполне может незаметно втереться в доверие и начать подводить вас к мысли, что черное – это белое, а твердое – это мягкое. Молодые и неопытные девушки – легкая добыча для таких людей. Скажите, мисс Мюррей, за то время, что вы живете в Пилхолде, кто-нибудь пытался, к примеру, попрекнуть вас знакомством со мной или общением с кем-то из простых горожан?

Сильвия задумалась, потом медленно произнесла, перебрав в памяти все визиты, встречи и пикники:

– Если только мистер Палмер. Пару раз он высказывался пренебрежительно о моих связях, намекая на вас. А еще мистер Фишер несколько раз подчеркивал, что теперь я занимаю куда более высокое положение, чем прежде. Советовал заводить связи и знакомства. Но не только он так говорил. Подобные рекомендации мне давал каждый второй. Почти всем не давала покоя мысль, что некогда я, дочь джентльмена, была вынуждена работать гувернанткой. Думаю, эти люди считают, будто облагодетельствовали меня, возвысив до своего уровня, дав возможность найти… подходящую партию. Поисками «партии» для меня сейчас излишне активно занимаются как минимум три дамы. Я так понимаю, они получают удовольствие от этого занятия.

– А что думаете об этом вы? – внезапно спросил Уолтер.

Мисс Мюррей замерла. Потом нерешительно посмотрела на говорящего. Де Редверс глядел на нее непривычно сурово, даже с каким-то осуждением, словно уже заранее знал, что ответ ему не понравится.

– О чем думаю? О связях и знакомствах? – переспросила она.

– О том, что говорят и делают все эти люди из лучшего общества. А еще – что вы планируете делать дальше, когда история с наследством завершится.

– Отчасти я согласна с ними – связи и знакомства, конечно, нужны, – благоразумно заметила девушка после того, как велела Раджу подавать чай и пирожные. – Как и добрые отношения с соседями, какое бы положение в обществе они ни занимали. Нравится ли мне высшее общество Пилхолда? Пожалуй, мне в нем не очень уютно. Я чувствую себя игрушкой, которой вот-вот наиграются, а потом выбросят. И это неизбежно случится – наследство, оставленное мистером Бигли, едва ли позволит мне владеть этим домом. Прожив здесь год и получив обещанные две тысячи кингов, я вынуждена буду продать особняк, а затем решать, что делать дальше. Работа гувернантки больше меня не прельщает, поэтому вариантов остается всего два: либо действительно выйти замуж за кого-то, кому мое приданое покажется достаточным, либо воспользоваться великодушным предложением мистера Стрикленда и отправиться осваивать профессию сыщика в Дал Риад к миссис Вульф.

– Сыщика? – Уолтер удивленно приподнял бровь. – Вы серьезно?

– Вполне. Или вы считаете, что женщины годны лишь для замужества? – разозлилась мисс Мюррей, которую задел тон де Редверса.

– Нет, но профессия сыщика – уж точно не женское дело. Это опасная и грязная работа!

Услышав это утверждение, Стрикленд отвернулся. Он явно пытался скрыть улыбку, но Сильвия почувствовала его незримую поддержку.

– Как будто в этом доме жить не опасно! – заявила она возмущенно. – Между прочим, я здесь живу целый месяц. И до последних дней не вы были моим защитником, а я – вашим!

Услышав эти слова, Уолтер так сильно сжал челюсти, что мисс Мюррей даже почудился скрежет его зубов. Не следовало ей так говорить, конечно. Уязвленная гордость де Редверса сейчас явно требовала реванша, но воспитание не позволяло ответить так, как он хотел.

– Итак, я говорил, что девушки, прожив некоторое время в «Доме на скале», становились высокомерными. – Стрикленд сделал вид, что не заметил размолвку, и вернулся к изначальной теме. – Но это не все. Последние две наследницы как будто планировали уехать. Они не говорили об этом прямо, но несколько раз выражали сомнение, что стоит терпеть ужасы «Дома на скале» ради двух тысяч кингов и особняка с дурной славой. И наконец, как я уже говорил, если верить слухам, мисс Робинсон ожидала неких перемен в жизни.

– Может, все эти девушки правы? – спросила Сильвия. – Я тоже не раз думала о том, что поторопилась согласиться на странное наследство.

– Может, они и правы. Но мне точно известно, что им не довелось покинуть этот остров.

– Их убили? – ахнула девушка.

– Да, мисс Мюррей.

Сильвия поежилась.

Меж тем Радж убрал тарелки и принес чайную посуду. Сильвия встала и, как хозяйка дома, занялась заваркой.

– Милейший, кажется, вы забыли подать молоко, – заметил Стрикленд, оглядев стол.

– Радж! – рявкнул Уолтер. – Где молоко?

– Его нет, сэр!

– Мисс Мюррей еще вчера велела тебе сходить в город и купить его! Почему ты не выполнил ее приказ?

– Но, сэр, это невозможно! – испуганно возразил майсурец.

– Невозможно – пить чистый чай из-за твоих нелепых суеверий!

– Сэр, это не суеверия!

– Немедленно сходи в город и без молока не возвращайся! – с нажимом произнес Уолтер. – И быстро! Наш гость торопится.

– Сэр…

Де Редверс с такой злостью посмотрел на слугу, что тот отступил к двери. Сильвия промолчала. Ей тоже надоело пить чистый чай и обходиться перед сном простой водой. Былые ужасы давно казались следствием страха и чужого злого умысла, а вовсе не проявлениями сверхъестественного. В самом деле, за все это время в доме ровным счетом ничего страшного не произошло. Никаких потусторонних шорохов, шагов и появлений, если не считать ночных проказ Сэра Николаса, а также громкого храпа, почти человеческих вздохов и поскуливания в исполнении беспокойного Горди. Сильвия и Уолтер уже несколько раз обсуждали ситуацию и пришли к выводу, что от чая с молоком точно не случится ничего ужасного. Мисс Мюррей не захотела отказываться от светильников с куркумой – исключительно на всякий случай, но жить без молока было поистине невыносимо.

Война между хозяевами и слугой велась уже больше недели. Радж игнорировал просьбы купить молоко и несколько раз намеренно разбивал бутылки, которые самостоятельно приносила мисс Мюррей. Он, конечно, делал вид, будто все происходит случайно, но после второго случая поверить в это было непросто. Уолтер отчитывал слугу и пару раз даже отвесил ему подзатыльник, но упрямый Радж продолжал поступать по-своему.

– Хорошо, сэр, я схожу в город.

Слуга побледнел, несмотря на смуглую кожу.

– Радж, не переживай, с нами ничего страшного не случится, – попыталась успокоить парня Сильвия. – В Альбии все пьют чай с молоком и никакие бхуты ни в кого не вселяются.

– Мисс, вы ведь видели ее. Своими глазами…

– Я не думаю, что видела именно призрак, – вздохнула мисс Мюррей. Мистер Стрикленд вполне убедительно объяснил ей, что в первый раз она приняла за призрак лунный свет, пробившийся через штору, во второй раз – стоящую на окне вазу в сочетании с бликами, ну а в третий раз опасность действительно была, но уже в лице вполне реального злоумышленника. – У страха глаза велики. Мне стало страшно, вот я и выдумала невесть что.

– Мисс, это была бхута! – попытался возразить Радж.

– Довольно разговоров! – сурово перебил его Уолтер. – У тебя пятнадцать минут, чтобы добежать до города и вернуться обратно.

Проводив взглядом слугу, де Редверс опять замолчал, опустив голову и избегая смотреть на Сильвию.

– Забавный паренек, – усмехнулся Стрикленд. – Так вот, вернемся к нашей основной проблеме. Из тех, кто довольно близко и часто общался с исчезнувшими девушками, мне назвали Палмера, Фишера с супругой и мистера Гриффина. Палмер, как мне сообщили, упорно ухаживал за всеми наследницами без разбора. Однако это не выглядит подозрительным и вполне объясняется погоней за наследством. Фишер с супругой совместно опекали ваших предшественниц, мисс Мюррей, но в их внимании никто не заметил ничего предосудительного, тем более что делали они это по просьбе бейлифа. Также, к вашему сведению, я уже несколько раз слышал, будто мистер Фишер испытывает лично к вам куда больший интерес, чем ко всем остальным. Определенные слухи уже поползли, что склоняет меня к мнению о непричастности этого джентльмена, как и его жены, к исчезновению девушек.

– Интересно, почему бы это? – спросил Уолтер со злостью в голосе.

– Мистер Стрикленд! – возмутилась Сильвия. – Поверьте, наши отношения с мистером Фишером не выходят за рамки дружеских!

– Не сомневаюсь, – заверил ее сыщик. – Но людям только дай посплетничать. Что касается вашего вопроса, мистер де Редверс, – детектив повернулся к Уолтеру, – то могу заметить следующее. Если бы мистер Фишер уделял избыточное внимание всем наследницам, слухи бы неизбежно пошли, а меж тем ничего такого не наблюдалось. Со счетов я этого человека не списываю, но в списке главных подозреваемых он у меня на последнем месте.

– А кто на первом? – поинтересовалась Сильвия.

– Мистер Гриффин, – ответил сыщик. – У него достаточно денег и влияния, чтобы провернуть практически любую аферу, и он единственный, у кого могли быть и мотивы.

– Мотивы? – подобрался Уолтер.

– Он – старый друг семьи Хейвудов, – пояснил Стрикленд. – Был вхож в их дом. Одна из местных сплетниц обмолвилась, будто Сибилла Смитти, такова была ее фамилия в девичестве, сначала пыталась заманить в свои сети именно Гриффина, который в то время был еще не женат. И до определенной степени ей это даже удалось, но в последний момент Гриффин передумал – его нынешняя супруга показалась куда более выгодной партией. Еще бы – в ту пору бейлифом был ее отец, да и приданое девушки выглядело впечатляюще. От таких невест не отказываются. Таким образом, мисс Смитти пришлось обратить внимание на собственного нанимателя, что и привело к трагедии.

– И при этом у Сибиллы Смитти были хорошие рекомендации? – Мисс Мюррей с трудом могла поверить в это.

– Теперь сложно установить, насколько ее рекомендации были подлинными. Исключительно за давностью лет. Все, что удалось узнать, – мисс Смитти приехала откуда-то с севера Альбии. Вроде бы. Но никто здесь не помнит, у кого именно она работала до Хейвудов, так что эту нить можно считать оборванной, если, конечно, мистер Хейвуд, которого здесь вскоре ждут, не внесет какую-либо ясность. Кто знает, не вспомнит ли он подробности тех событий. Однако сейчас его здесь нет и говорить не о чем. – Сыщик помолчал немного, задумчиво провел пальцами по скатерти. – Сегодня ночью я нашел пропавших наследниц… точнее, их тела.

– Где? – спросил Уолтер.

– Заброшенная ферма за чертой города. Рядом с болотом. Их всех сбросили в старый колодец.

– Мисс Мюррей, мне кажется, вам не следует это слышать, – спохватился де Редверс.

– Ей необходимо это слышать, – не поддержал его Стрикленд. – В таких случаях неполная информация может оказаться смертельно опасной.

– Вы уже знаете, как их… убили? – Подавив в себе ужас, Сильвия смело посмотрела на сыщика.

– Тела я не осматривал – не было такой возможности. Однако думаю, что их повесили. Так же, как повесили Сибиллу Хейвуд.

– Повесили… – тихо, почти беззвучно повторила за ним мисс Мюррей, зябко поежившись. – Повесили…

Почему-то после слов Стрикленда горло девушки перехватило, словно веревкой, и стало трудно дышать.

– Повесили…

– Вам страшно, – произнес сыщик с искренним сочувствием в голосе, игнорируя недобрые взгляды Уолтера. – Это хорошо. Когда страшно, люди становятся более осторожными и стараются не совершать опрометчивых поступков. Запомните, мисс Мюррей, вам не следует принимать приглашения на загородные прогулки. Особенно те, что планируются где-нибудь на юго-востоке от Пилхолда. Точнее, такие приглашения принимать следует, но лишь после того, как об этом узнают мистер де Редверс и его слуга.

– А если ее похитят? – подал голос Уолтер.

– Вряд ли мисс Мюррей что-либо грозит днем. А ночью ее непременно следует сопровождать. На расстоянии, разумеется. Радж будет находиться рядом с нашей мисс в светлое время суток, а вы, мистер де Редверс, станете сопровождать ее после наступления темноты. К слову, велите слуге купить вам у старьевщика одежду, подходящую для какого-нибудь рыбака, и не забудьте о шляпе с широкими полями. В таком виде вы не привлечете лишнего внимания. Ну и не забывайте о нетвердой походке. Делайте вид, будто возвращаетесь из паба. Ночью любителей выпивки на улицах немало. – Сыщик сделал паузу и окинул Уолтера цепким взглядом, мысленно примеряя на него образ рыбака. – Еще, мистер де Редверс, не забывайте сутулиться, иначе вашу военную выправку будет видно даже в кромешной темноте. А вы, мисс Мюррей, меж тем всячески демонстрируйте, как недовольны своей служанкой. Пореже берите… гхм… Раджину с собой, не забывайте на людях сетовать, что она небрежна. После моего возвращения в Пилхолд ваше терпение должно иссякнуть, и компаньонка «уедет» в Альбию. Пусть наш преступник считает, что все вернулось на круги своя, и поступает привычным образом. Чем быстрее он решит действовать, тем быстрее мы разберемся с нашей проблемой.

– Интересно, попытается ли он проникнуть в дом, чтобы похитить мисс Мюррей? – произнес Уолтер задумчиво. – Я бы с удовольствием потолковал с ним лично. Один на один.

– Для нас всех это было бы самым удобным вариантом, но я не думаю, что так случится, – покачал головой Стрикленд. – Судя по всему, предыдущих девушек никто не похищал. Они самостоятельно собирали вещи и уходили из дома. Мистер Келли не видел ни следов борьбы, ни взлома. Он также считает, что наследницы готовились к отъезду без всякой спешки, а потому не оставляли после себя ни беспорядка, ни личных вещей – только записки, к слову, написанные вполне разборчиво. А ведь мы знаем, что, когда человек торопится, его почерк изменяется в худшую сторону. – Сыщик бросил взгляд на большие напольные часы и заторопился. – Мисс Мюррей, прошу меня простить, но вынужден вас оставить – я рискую опоздать на пароход. – Он поднялся с места. – Мистер де Редверс…

– Мистер Стрикленд. – Уолтер поспешно встал. – Не уделите ли мне пару минут. У меня есть к вам небольшая просьба.

– Извольте. Мисс Мюррей, до встречи.

Сыщик поклонился, прощаясь.

– Я провожу вас. – Де Редверс подошел к двери. За ним, цокая по полу когтями, с неохотой последовал Горди.

Сильвия осталась в столовой – мужчинам нужно было поговорить.

Пользуясь случаем, Сэр Николас покрутился у ног хозяйки, осторожно тронул лапой подол ее юбки, намекая, что не прочь подкрепиться, пока никто не видит. Увы, ничего съедобного на столе уже не осталось.

Уолтер вернулся минут через десять, мрачный и раздраженный. Сел, избегая встречаться взглядом с Сильвией. Некоторое время невидяще смотрел на остывающий чайник.

– Что-то случилось? – не выдержала мисс Мюррей.

Некоторое время де Редверс молчал. Потом неохотно ответил:

– Нет, – и спустя полминуты добавил: – Радж задерживается. В последнее время его суеверия становятся… раздражающими.

– Но его можно понять. В этом доме очень легко поверить в призраков, – заступилась Сильвия за майсурца. – До вашего с Раджем появления мне было до того страшно, что воображение рисовало разные ужасы. Да, мистер Стрикленд все подробно объяснил, но, честно говоря, и теперь мне не хотелось бы остаться здесь одной.

– То есть даже после доводов мистера Стрикленда вы не вполне уверены, что никаких призраков нет? Именно поэтому у нас в спальнях по-прежнему дымят апельсиновые светильники с куркумой?

– Мне так спокойней, Уолтер. Я буду вам признательна, если вы потерпите еще немного.

– Но молоко вы тем не менее пить не отказываетесь, – заметил де Редверс, переводя взгляд с чайника на руки девушки.

– Вы хоть раз слышали, чтобы призраки вселялись в людей через молоко?

– Я много лет жил в Майсуре, мисс Мюррей. Разумеется, слышал.

– Но в Альбии, как и на Мэйне, подобных поверий нет.

– Нет. Как, впрочем, и советов жечь куркуму, дабы отпугнуть призраков. – Уолтер медленно провел рукой по голове Горди.

– Хотите сказать, что я веду себя нелепо? – Сильвия начала сердиться.

– Я бы сказал, непоследовательно.

– Пусть так. Считайте это моей причудой, но по ночам в наших спальнях лампы все равно будут гореть. Уж простите, мистер де Редверс!

Девушка намеренно назвала Уолтера по фамилии. Тот нахмурился еще больше и замолчал.

– Похоже, молока мы не дождемся, – сказал он, когда тишина стала тяжелой, почти физически ощутимой. – С вашего позволения, я хотел бы подняться в библиотеку.

– Да, конечно.

Сильвия не понимала, что произошло с ее гостем и защитником, однако у нее была идея, как поднять Уолтеру настроение. Переодевшись, девушка отправилась в город, ничего не сообщив при этом де Редверсу, – в конце концов, если мистер Стрикленд считает, что днем в Пилхолде для нее безопасно, то вполне можно без сопровождения дойти до рынка, да и не только до него.

Увы, об этом решении ей пришлось пожалеть почти сразу же. Стоило перейти реку по мосту и добраться до набережной, как навстречу попался мистер Палмер. Полностью проигнорировав приличия, он устремился к Сильвии, не дожидаясь с ее стороны знака, свидетельствующего о желании общаться.

– Мисс Мюррей! – Широкая улыбка преобразила его лицо до такой степени, что он стал напоминать уже не морского угря, а самую настоящую мурену. – Как я рад вас видеть!

– Мистер Палмер, у вас что-то случилось? – вымученно улыбнулась девушка. Она не представляла, как вежливо отправить настырного знакомого гулять куда-нибудь в другое место, скажем, на набережную или в парк на окраине города.

– Разумеется, – объявил Палмер, старательно тараща свои водянистые глаза так, будто этот сомнительный маневр мог обеспечить его лицу особенную привлекательность. – Я не видел вас целых два дня и расцениваю это как предательство с вашей стороны.

– Предательство? – удивилась Сильвия.

– О, мисс Мюррей, неужели вы до сих пор не поняли, что являетесь украшением нашего общества?

– Простите, мистер Палмер, но вы явно переоцениваете мою значимость для вашего общества, – торопливо ответила девушка, ускоряя шаг.

Увы, маневр не удался и собеседник последовал за ней. Гадая, как от него отделаться, Сильвия увидела мистера Фишера, идущего в их сторону. Встретившись с ним взглядом, девушка робко улыбнулась, надеясь на помощь.

– Мисс Мюррей. – Марк Фишер тотчас же подошел к ней. – Какая приятная встреча! Мистер Палмер, – он сухо поклонился, окинув собеседника неприязненным взглядом, – мне казалось, вы очень торопитесь.

– Куда? – Улыбка «мурены» потускнела, глаза забегали, а плечи ссутулились.

– Скажем, на почту, – с нажимом произнес Фишер.

– А… да… конечно, – ответил Палмер покорно и побрел прочь, сначала медленно, потом все быстрее.

– Знаете, мисс Мюррей, – задумчиво проговорил Марк Фишер, провожая взглядом удаляющуюся нескладную фигуру, – я бы советовал вам остерегаться этого человека и не верить ни единому его слову.

– Почему? – спросила Сильвия.

– Он игрок. Достаточно и этого. А вы – умная девушка, в отличие от ваших предшественниц. Надеюсь, вы сумеете сделать правильные выводы из моих слов.

– Вы что-то знаете о других девушках? – Сильвия еле скрыла нервный озноб, охвативший ее после последних слов мистера Фишера.

– Ничего такого, что могло бы помочь вам понять происходящее, – повел плечами Марк. – Однако ведете вы себя не в пример рассудительней. А теперь простите, мисс Мюррей, мне нужно идти.

– Да, конечно, – растерялась Сильвия. – Скажите только, как себя чувствует Кэролайн?

– Ей уже лучше, благодарю вас, – поклонился Фишер.

Оставшись одна, девушка неторопливо двинулась прочь, а по пути пыталась осмыслить происшедшее.

Полученное предостережение выглядело очень странно. Вроде бы Марк Фишер не сказал ничего конкретного, но вместе с тем его намеки выглядели так, будто ее подозревают как минимум в готовности принять нелепые ухаживания Палмера. Меж тем Сильвии такая идея и в голову прийти не могла. Даже в шутку. Палмер? Серьезно?

Размышляя об этом, девушка купила у торговки сразу две бутылки молока, а потом направилась домой по одной из тихих, уединенных улочек в обход набережной и променада.

Трехэтажные аккуратные дома. Мощенные булыжником мостовые. Темно-красная колокольня старого храма, что возвышается над серыми черепичными крышами… Здесь было так спокойно, что Сильвия на какое-то время и думать забыла о грозящих опасностях и неприятностях. Она так устала всего бояться…

Наслаждаясь прогулкой, мисс Мюррей прошла мимо незнакомого высокого мужчины, держащего в поводу лошадь. Судя по простой одежде и широкополой, видавшей виды шляпе, это был фермер. Он о чем-то разговаривал с уличным торговцем и, похоже, спрашивал дорогу.

Предвкушая приятное чаепитие в компании де Редверса, Сильвия миновала последние дома Пилхолда и ступила на камни старого моста, ведущего на другой берег реки. Стук копыт, раздавшийся за спиной, заставил ее насторожиться: единственным строением по ту сторону реки был «Дом на скале».

Оглянувшись, мисс Мюррей увидела все того же фермера, следующего за ней верхом. Сильвия ускорила шаг, стремясь как можно быстрее добраться до дома, где всегда могла рассчитывать на защиту Уолтера. Однако маневр не удался: всадник подстегнул лошадь и быстро догнал девушку.

– Прошу прощения, – сказал он, спрыгивая на землю. – Имею ли я честь говорить с мисс Мюррей, владелицей «Дома на скале»?

– Да, сэр, – ответила девушка, разглядывая незнакомца.

Он оказался довольно высоким и хорошо сложенным. На вид ему было лет тридцать пять или немногим меньше. Речь его звучала слишком правильно для фермера, да и осанка тоже выдавала принадлежность к благородному сословию.

– Называйте меня Смит. Джон Смит, – весьма бесцеремонно представился он. Можно было не сомневаться в том, что это не его имя.

Все происходящее выглядело странно, ведь настоящий джентльмен не может позволить себе подобное поведение. Догонять незнакомую девушку, самостоятельно ей представляться, да еще и ненастоящим именем… В высшей степени подозрительно!

– Простите, мисс, если мои манеры сейчас оставляют желать лучшего, – мужчина словно подслушал мысли Сильвии, – однако обстоятельства вынуждают пренебрегать приличиями, что, полагаю, в ваших же собственных интересах.

– Вы говорите загадками, сэр, а я тороплюсь! Простите, мне пора.

Девушка двинулась к дому, но незнакомец сделал вид, что не заметил ее нежелания общаться. Ведя коня в поводу, он последовал за мисс Мюррей.

– Мистер Смит! Вынуждена попросить вас оставить меня в покое! – потребовала Сильвия, ускоряя шаг.

– Я оставлю вас в покое, как только узнаю, что вам известно о Уолтере де Редверсе! – тихо, но требовательно произнес незнакомец, заставив мисс Мюррей испуганно замереть.

– Понятия не имею, о чем вы толкуете! – заявила девушка категоричным тоном, сжимая в свободной руке зонтик, с которым не расставалась, выходя из дома. – А теперь простите, мне нужно идти.

– Вынужден настаивать на своем вопросе… – Незнакомец решительно заступил ей дорогу, и вид у него при этом был непреклонный. – Мне доподлинно известно, что имя Уолтера де Редверса вам хорошо известно.

– Известно! Я читаю газеты. – Сильвия осторожно поставила корзинку с молоком на землю и поудобней перехватила зонтик.

– И вам оно известно только по газетам? – продолжал настаивать подозрительный тип.

– Разумеется! – Сильвия оценила свои силы и пришла к выводу, что сможет сбить незнакомца с ног. Главное – чтобы потом хватило времени добежать до дома.

– Мисс, давайте мы не будем играть в загадки! Я точно знаю, что меньше месяца назад вы отправили письмо некоему Роберту Маршу и теперь ждете перевод с определенной суммой!

Вот это было уже очень плохо. Полицейский? Сыщик? Охотник за головами? Уолтер действительно просил отправить письмо. Точнее, просил Радж. Сильвия уже забыла об этом, но что, если послание перехватили и по нему вышли на неосторожного беглеца? Значит, Уолтеру опять придется бежать.

Пальцы стиснули рукоять зонтика. Но как же все не вовремя! И как раз когда уехал мистер Стрикленд!

Однако мисс Мюррей ни в коем случае не могла допустить, чтобы де Редверса арестовали. Даже если для этого придется остаться одной. Без охраны. В жутком призрачном доме.

Приняв решение, Сильвия, как ни странно, успокоилась. Вдвоем с Уолтером они сумеют оглушить и связать этого человека, и тогда де Редверс спокойно уедет…

– И что было в том письме? – спросила девушка.

– Вам виднее.

– Вы ошибаетесь. Я понятия не имею, о чем вы толкуете! – заявила мисс Мюррей. – И вас я тоже не знаю. Поэтому, будьте так добры, уйдите с дороги!

– Мисс…

Смит протянул руку, словно собираясь схватить девушку за плечо. Тело среагировало мгновенно. Удар тяжелым концом зонта под подбородок, подсечка… Мужчина рухнул в дорожную пыль. Сильвия бросилась к дому, зная, что своим маневром выиграла лишь несколько секунд, но до особняка оставалось еще больше ста шагов.

Задыхаясь, она бежала так быстро, словно за ней гналась сама смерть. Но вскоре до нее донесся топот ног. Погоня приближалась. До спасительной двери оставалось всего несколько шагов, когда Сильвию грубо схватили за талию и приподняли над землей. Девушка дернулась, пытаясь освободиться, но тщетно.

– Отпусти ее! Живо! – с яростью выкрикнул Уолтер, сбегая с крыльца.

Даже не думая о том, что его увидят, де Редверс без колебаний бросился на помощь. В руке он держал револьвер, целясь в голову незнакомцу.

– Живой! – выдохнул похититель, и Сильвия услышала в его голосе облегчение.

– Уолт, так-то ты брата встречаешь? – спросил он, бережно опуская девушку на землю. – Простите, мисс.

– Эд? – Револьвер был тут же убран за пояс, а де Редверс подошел ближе, уже с улыбкой разглядывая гостя.

– Еле добрался до тебя, – сообщил «Смит». – Теперь, может, представишь меня своей отважной защитнице? Мисс так хорошо дерется своим зонтиком, что я не сразу пришел в себя после ее блистательной атаки, а челюсть болит до сих пор.

– Когда на меня нападают, я вынуждена защищаться, сэр! Вы не сказали, что являетесь братом Уолтера, зато требовали рассказать все, что я о нем знаю. Вы вели себя как полицейский!

– Старался быть осторожным. Вдруг это ловушка маркиза.

– Осторожным, – хмыкнул Уолтер. – А ты не подумал, что мисс могла и не знать меня под настоящим именем?

Брат смутился.

– Признаться, мне это в голову не пришло. Если ты доверяешь какой-то неизвестной леди настолько, что просишь меня перевести ей деньги, то… прости, я не подумал.

– Ничего, – махнул рукой Уолтер. – К счастью, ты не ошибся. Итак, мисс Мюррей, позвольте вам представить моего старшего брата, Эдварда де Редверса. Эдвард, это мисс Мюррей. Я обязан ей жизнью.

Последние слова, которые он произнес, прозвучали тихо, но очень торжественно. Как клятва или присяга. Встретив взгляд Уолтера, девушка вдруг смутилась и почувствовала, что у нее горят щеки.

– Быть может, пройдем в дом? – предложила она. – Хотя бы чаю с молоком выпьем.

– С молоком? – оживился Уолтер. – Так вот куда вы пропали! Сильвия, не уходите больше из дома, не предупредив. Я волновался. Обнаружил ваше исчезновение, когда спустился из библиотеки и…

– Я просто не хотела отрывать вас от чтения. К тому же мистер Стрикленд все равно считает, что днем мне ничего не грозит.

– А ночью? – уточнил Эдвард де Редверс, безошибочно уловив главное в их разговоре.

– Заходи, позже объясню, – ответил ему Уолтер, пропуская брата в дом.