Глава 6. Хрустальный коридор

Дрон, казалось, отключился — ни движения, ни звука. При этом он продолжал висеть в воздухе, поэтому Зои продолжала сидеть неподвижно. И мысленно просила Димитра не шуметь, пытаясь себя убедить, что он обязательно прочтёт мысли и всё обойдётся.

Тот, видимо, забрался достаточно высоко, чтобы его не было слышно.

Только бы он не закричал! Не стал звать Зои! Не уронил что-нибудь.

Держать глаза открытыми долго она не смогла. Прикрыла.

А когда рискнула разомкнуть ресницы — дрона не было. Ни звука, ни дуновения — он просто исчез, словно растворился в воздухе без следа.

Зои ещё некоторое время сидела спокойно, потом рискнула пошевелиться, разминая затёкшие мышцы, которые с радостью противно заныли. Огляделась. Потом встала, сделала несколько шагов на полусогнутых ногах и вновь прислушалась.

Куда бы не делся дрон, поблизости его не было.

Так как ходить пришлось скрюченной, ноги от напряжения очень быстро устали и затряслись.

Зои вернулась на прежнее место, под вертикальную шахту, в которой сидел Димитр и встала на колени. Её качало в стороны, словно маятник, будь рядом стена, она, наверное, билась бы об неё головой.

Она ведь могла умереть. Снова. Вот взять и умереть, прямо сейчас. И никто бы не помог. Димитр бы вернулся и нашёл только дымящуюся кучу плоти. Такую же, как осталась от его друзей.

Вот бы он обрадовался! Смог бы рассмотреть внутренности и убедиться, что все они настоящие, человеческие.

Зои мотнула головой. Нет, не сейчас. Пожалеть себя, несчастную, лучше потом, когда всё наладится.

Кстати, что там с выходом?

Зои задрала голову и увидела где-то очень высоко свет. Он шевелился. Это фонарь, который Димитр оставил висеть у себя на поясе.

— Димитр. — Тихо позвала Зои. Конечно, он не услышал и не ответил.

— Димитр!

Тишина. Далёкий свет фонаря продолжал подрагивать в прежнем ритме. Не слышит.

Зои ничего не оставалось, кроме как смириться и ждать.

Она вздохнула и села, уткнулась носом в колени. Перед ней расположился круг бледного света из тоннеля, по которому лез Димитр. Он был настолько высоко, что тени на кругу не двигались, лишь слегка колыхались. Это еле заметное смешение света и тени завораживало, как плохо различимые очертания фигур на стене, которые видишь перед сном, когда от усталости двоится в глазах. На них можно смотреть вечно, так же как на огонь и воду. В этих движениях есть нечто гипнотическое.

Вдруг на бледном полотне расползлась огромная тёмная клякса. Зои дёрнула подбородком. Что это… что это может быть такое?

Рядом тут же расплылась вторая капля. А следом в нос ударил запах крови.

Зои вскочила так стремительно, что стукнулась макушкой о потолок. Но не закричала, а подбежала к проёму и сунула туда голову.

Кровь. Дрон мог залететь по тоннелю вверх и убить Димитра, порезать на куски, как остальных военных. Вот куда он мог деться!

Но не было криков, осадила себя Зои. Никаких звуков. Вряд ли бы такое могло произойти беззвучно.

— Димитр! Спускайся! — Крикнула Зои, трогая ладонями стенки шахты.

— Иду. — Донеслось издалека. — Отойди!

Он сполз и вывалился из колодца, еле успел встать на ноги. Спустился очень быстро, всего за пару минут. Зои не поняла, как это у него вышло, но не стала спрашивать, а бросилась к нему и стала осматривать. Кровь. Он был весь в крови.

Димитр медленно опустился на колени. На спине по кофте его спортивного костюма медленно расползались красные пятна. Это зрелище завораживало, оно было почти красивым, если бы не означало наличие кровотечения.

— Что случилось? Что произошло? Почему на тебе кровь? — Лепетала Зои, пытаясь его развернуть и раздеть.

— Стой. — Он на миг замер, видимо, от боли. Зои отдёрнула руки. — Я сам.

Димитр, сжав зубы, расстегнул молнию у и неловко стал вытряхивать руки из рукавов. У него не очень хорошо выходило.

— Да помоги же! — В конце концов рявкнул он. Зои молча помогла стянуть ему пропитанную кровью ткань. Потом стянула футболку. Молча стала осматривать.

На спине Димитра было две длинные и глубокие продольные раны, будто его резало что-то тонкое, вроде лезвия.

— Это дрон? — Еле выдавила Зои пересохшими губами. — Это он тебя порезал?

— Дрон? Какой дрон?

— Тут был дрон. — Зои попыталась пальцами сомкнуть края одного разреза, будто этого достаточно и тот вдруг сам по себе заживёт. — Висел прямо передо мной, я думала, он меня убьёт. Порежет, как твоих друзей.

Димитр напрягся, быстро огляделся.

— Где он?

— Улетел. Я думала… — У Зои вдруг опустились руки. — Когда увидела, что кровь капает, я думала, что он тебя достал и сейчас убивает.

Голос Зои стал почти неслышным, плечи поникли.

Димитр взглянул ей в лицо, а потом вдруг молча схватил её за плечо и притянул к себе, крепко обнял. Зои закрыла глаза и расслабилась, вдохнула запах его разгорячённой кожи и крови. Вздохнула с таким огромным облегчением, что слышен был даже всхлип.

Так приятно было прижаться к нему — живому, горячему, услышать стук сильного сердца. Убедиться, что всё хорошо на тактильном уровне, а не просто увидеть глазами.

— Я в порядке. — Негромко сказал Димитр. — Не бойся, я цел.

Так странно… Зои никогда не утешали. Скорее, она постоянно исполняла роль лидера и выслушивала, и успокаивала, и помогала. Даже своих парней. Однажды Лоренцо, один из её любимчиков, случайно задавил собственную собачку и три дня рыдал, утопая в подушках своей кровати. А Зои утешала. И в конце концов купила ему новую.

Так нелепо. И так приятно, когда кто-то утешает тебя, и нет надобности держать лицо и являть собой образец стойкости.

А ведь он ранен.

Зои позволила себе ещё пару минут понежиться и решительно оторвалась. Вытерла глаза, хотя они и оставались сухими.

— Давай тебя вылечим.

Димитр послушно повернулся спиной. Зои вытащила из рюкзака спиртовые салфетки и клей для порезов. Клей пришлось выдавить толстым слоем и раны вроде бы схватились, но неизвестно, удержит ли он их и как надолго.

— Может, на базу вернёмся? Тебе бы в медкапсулу.

— Не сейчас. Так заживёт.

— Ну конечно! Заживёт! А если нет? — Вспылила Зои.

— Значит, не заживёт.

И сказать нечего!

Зои поскрипела зубами и собрала вещи обратно в рюкзак, швыряя их туда, как камни в пропасть.

— Куда дальше?

— Зои.

— А? — Зло дёргая молнию, спросила она.

— Ты мой идеал.

— Что? — Злость, конечно, тут же улетучилась. Зои показалось, что она ослышалась.

— Ты точно такая, какой я представлял идеальную женщину. Поэтому сложно поверить, что ты настоящая. Я был уверен, что таких девушек не бывает.

— Правда?

Этот простой и довольно неловкий комплимент поразил Зои. Конечно, она слышала много разных слов от своих многочисленных кавалеров, но этот военный был слишком искренним для её тусовки. Значит, говорил то, что думает.

— Ты тоже очень даже неплох. — Улыбнулась Зои.

Он кивнул.

— Мы выберемся. Слышишь? Я всё для этого сделаю. Ясно? Ты обязательно вернёшься домой. Всё будет хорошо.

— Мы.

— А?

— Мы вернёмся домой. — Поправила Зои и снова нахмурилась. Он что, сказал приятные слова, только чтобы её успокоить?

— Конечно. Мы.

— Так что делаем дальше?

Димитр уставился куда-то вдаль и вздохнул.

— Наверх этим путём нам не подняться. Там в стенах лезвия. Не знаю, зачем, не спрашивай. Но чем выше, тем сильней этот подъем напичкан лезвиями, словно акулья пасть зубами. Вначале удавалось поворачиваться, но чем выше, тем их больше. И боковых проходов там нет.

Димитр помолчал и добавил.

— Не знаю, кто и зачем сделал эту трубу. Бред какой-то.

— Как и всё остальное. Тут вообще логики нет ни в чём.

— То, что мы не видим логики, не значит, что её нет. — Занудным тоном сказал он.

— Даже комментировать это не собираюсь. — Зои закатила глаза к потолку, но он был слишком близко, нависал прямо над головой, так что она быстро опустила глаза.

Димитр тем временем скомкал футболку и бросит ее в рюкзак, потом осторожно натянул на себя кофту, молнию застёгивать не стал. Зои то и дело смотрела на его грудь, на то, как перекатываются, двигаются его мышцы. Так и зависла.

— Придется обыскивать тоннели. Если тут был дрон, значит, есть и проход в какие-то другие части подземелья. Откуда-то он тут взялся?

Зои пришлось встряхнуться.

— Я тоже об этом подумала. Значит, будем обыскивать тоннели. Проверять ходы вверх.

— Я могу сам. А ты, если хочешь, можешь вернуться к подруге.

— Нет, я буду тебе помогать.

— Как хочешь.

— Только проверю, как она там. Может, она нашла открывашку?

— Хорошо. Вернёмся к тому проходу, что ведёт к Кире. Оттуда и начну.

Вскоре Зои уже шла по знакомому коридору. Киру увидела издалека — та лежала на полу у преграды. Прямо на спине, вытянув руки по швам. Она была такой маленькой и неподвижной, будто превратилась в плоский лист картона.

— Кира!

Подруга не шевелилась.

— Вставай! — Зои подскочила к ней и забарабанила ладонями по преграде. Вернее, попыталась, но звука не получилось. Только руки отбила.

— Я просто сплю. — Не открывая глаз, сообщила Кира. — Нашли проход?

— Не-а.

Димитр хмыкнул. Зои покосилась на него и вдруг покраснела. Это “не-а” она произнесла точно так же, как говорил он, отвратительно долго растягивая последний звук.

— Там, в общем, лабиринт. Нужно долго изучать. А ты как? Не нашла открывашку?

— Не-а.

Какое, однако, прилипчивое словечко. Но Зои почему-то не понравилось, когда Кира его повторила. Даже ревность какая-то невразумительная возникла, вроде того, что это произношение принадлежит только Зои и Димитру.

Конечно, Зои не стала себе позволять такую чушь — придираться к человеку из-за какого-то одного звука. Зато вспомнила о другом.

— А дрон? Ты видела дрон?

— Дрон?

Кира медленно поднялась, села по-турецки у преграды и, прищурившись, посмотрела на Зои снизу-вверх. Вокруг её глаз были черные круги, а губы цветом не отличались от бледных щёк. Потом она вскочила, покачнулась и упёрлась ладонями в преграду.

— Зои! Ты в крови! Что случилось?

— Где? — Зои опустила глаза и увидела, что её руки действительно в крови, и кофта впереди вся испачкана.

— Это не моя, Димитр поранился, но всё в порядке.

Кира молча ткнулась лбом в преграду и замерла. Но взгляд вроде бы стал более ровный.

— Так что насчёт дрона?

— Нет, я ничего не видела. А что, был дрон?

— Да. Висел у меня перед носом. Я его видела так же чётко, как сейчас вижу тебя. — Зои опустилась на колени, потому что по-турецки сидеть терпеть не могла — ноги болели. — Жуткая штука. Висит беззвучно, вообще не двигается и ждёт.

— Он не нападал? — Спросила Кира.

— Нет. Просто улетел. Я глаза закрыла, открыла — его нет.

— А ты точно его видела?

Зои вздохнула.

— Да точно, точно. Хотелось бы, конечно, сказать, что у меня галлюцинации, но я абсолютно здорова. Димитр докажет, он сам недавно проверял меня на УЗИ-м.

— УЗИ-м? Зачем? Ты заболела? — Всполошилась Кира.

— Просто так. На всякий случай.

Зои посчитала лишним упоминать, что Димитр считает её искусственной. Кстати, а что он думает насчёт Киры? Её для чего сделали? Нужно будет поинтересоваться, когда они останутся наедине.

— Будьте здесь. — Тут же заговорил Димитр. — Вам обеим нужно отдохнуть. Я начну осмотр, скоро вернусь.

Он, не дожидаясь ответа, развернулся, но вдруг застыл.

— И это… если услышите дрон, не шевелитесь. Похоже, он реагирует на движение.

Димитр ушёл, а Зои осталась думать — это что, проявление заботы? Он таким образом переживает?

— Зои.

Кира снова сползла и села на землю. Зои присела рядом на корточки.

— Я так устала. — Бесцветным голосом сказала Кира. — Так дико устала, что иногда думаю — если умереть, то ведь не придётся ничего решать, верно? Просто ничего не станет. Ни проблем, ни забот, ни мыслей. Это ведь покой, так?

— Нет, не так. — Твёрдо ответила Зои, стараясь не показывать, что внутренности от услышанного противно задрожали. — Мы не знаем, что там, потом, будет. Ясно?

Кира еле заметно кивнула. Но что-то не было похоже, что ей ясно.

— Знаешь, я почему-то думаю, что он нас вытащит. — Сказала Зои, пристально глядя вслед Димитру.

— Почему?

— Не могу объяснить. Но он будто… заводной. Знаешь, механические игрушки такие? Их, если завести, то они будут двигаться, пока завод не закончится. И у меня такой впечатление, что его как раз завели. Что пока я не появилась, он находился в состоянии покоя. А теперь его не остановить. Я вверх не лазила, и валяюсь без сил — а он, видела, просто пошёл исследовать пещеру дальше. Спина вся изрезана, а он даже не морщится. В нём силы больше, чем во всех нас вместе взятых. И нашим курсантам, хоть они сто раз крутые, до него ещё пахать и пахать!

— Правда? — Кира слабо улыбнулась. — Ты так в него веришь?

— Да. Верю. Сама удивлена.

— Может, ты просто влюбилась?

— А это тут причём? — Нахмурилась Зои, избегая смотреть Кире в глаза.

— Ну, не завёлся бы он, не будь стимула. Наверное, ты ему тоже нравишься.

Зои снова посмотрела в пустоту, всё ещё мысленно видя очертания уходящего человека — огромного и надёжного. Сердце сжалось, прямо как положено сжиматься влюблённому женскому сердцу.

— Надеюсь, что так. — Тихо сказала Зои.

Времени прошло много, они, кажется, даже задремали. Говорить было не о чем, делать тоже нечего, только и оставалось, что лежать и смотреть в потолок.

Когда вернулся Димитр, Зои села, схватившись за голову — та просто раскалывалась. Оглянулась — Кира продолжала лежать за пеленой и не шевелилась. По её лицу скользнул луч от фонаря, высвечивая заострившийся нос и тёмные неподвижные веки. На миг показалось, что она мертва.

— Кира!

Зои, забыв обо всём, бросилась вперёд и стукнулась о преграду лбом, чуть искры из глаз не полетели!

— А? — Зато Кира проснулась, подняла голову.

— Ничего. — Теперь Зои было стыдно признаваться в том, что ей померещилось, она встала и стала приглаживать себе волосы. — Ничего, просто со сна испугалась.

— Ты? — Кира усмехнулась.

— Я тоже человек и могу испугаться. — Чрезмерно строго ответила Зои.

Кира, наконец, увидела Димитра, который молча стоял позади Зои и тоже поднялась — ей было неловко продолжать лежать, когда рядом этот незнакомец. Зои от него в восторге, но Кира-то его не знала. Тем более это даже не студент, ему наверняка лет тридцать — взрослый человек.

— Проснулись? — Спросил Димитр.

— Да. Ага. — Невпопад ответила Зои и перестала одёргивать одежду и оглаживать волосы. — Что-то нашёл?

— Докладываю ситуацию. Я проверил оба прохода вверх, но там тупики, большие обвалы. Старые обвалы, всё заплесневело. В общем, наверх пути нет. Этот этаж тоже никуда не ведёт. Остался только один ход вниз, его я ещё не проверил. Не знаю, сколько времени займёт проверка, да и передохнуть нужно. Разбуди меня через два часа.

После этой речи Димитр молча лёг вдоль коридора, отвернулся к стене, сунул рюкзак под голову и мгновенно уснул.

— Он что, спит? — Спросила Кира через пару минут, хотя дыхание и похрапывание само за себя свидетельствовало.

— Похоже на то.

— Стальные нервы.

Зои только фыркнула, но с весьма довольным лицом, будто его стальные нервы — её прямая заслуга.

— Пойдёшь с ним? — Спросила Кира шёпотом, хотя Димитра, пожалуй, и стрельба бы не разбудила.

— Да. Ты не против?

— Не против. Я пойду опять искать открывашку. На самом деле в прошлый раз я не очень-то старалась. Как-то всё равно было. Теперь иначе. Нужно выбираться. У вас вон какие приключения — базы, вертикальные шахты, дроны, обвалы и ходы вниз. А я тут как в аквариуме сижу, только и могу, что смотреть наружу.

— И правильно. Ищи! У тебя ведь тоже есть цель.

Зои с облегчением отметила, что Кира, похоже, оживает.

Они ещё поболтали, перекусили — Кира какими-то восстановленными овощными котлетами, которыми были забиты ящики в её комнатах и которые ей очень нравились, Зои — восстановленными бифштексами, которые ей нравились не меньше.

Через два часа Зои стала будить Димитра. Тот проснулся на удивление легко, несколько секунд смотрел на неё, а потом улыбнулся и встал. Тоже поел, и потом они с Зои собрались и пошли исследовать нижний этаж подземелья.

— Удачи. — На прощание сказала Кира.

— И тебе! Как только что-нибудь узнаем, вернёмся. А ты, если выберешься, не уходи далеко, заблудишься. Лучше дождись нас тут. — Зои помахала рукой. И подумала ещё, что Кира всё же молодчина и отлично держится. Сама Зои и Димитр, считай, теперь практически на свободе, а Кира в запертом отсеке. И не знает, вернутся ли за ней. И находит силы действовать.

Нет, всё же мне повезло познакомиться с такой отличной девчонкой, как Кира, думала Зои. И самое главное — не будь этого несчастья, этого нелепого падения, она никогда бы не узнала настоящую Киру. Ну увидела бы её с этой стороны. Та навсегда осталась бы для Зои бюджетницей без гроша за душой — одной из миллионов.

Жизнь бывает очень интересной штукой.

У спуска на нижний этаж Димитр попросил Зои подождать и отошёл на пару минут. Наверное, в туалет, куда ещё? Зои кивнула и стала светить фонарём вниз.

Спуск был прямым, из очень длинных ступеней, каждая, верно, шириной метра полтора. Очень плотная поверхность, не похожая на ту, что была на их этаже.

Зои потопала по первой ступеньке ногой. Действительно, сразу видно, что это весьма крепкий и плотный материал. Он слегка гудел и поглощал удары, будто их вовсе не чувствовал.

— Что ты делаешь? — Димитр подошёл неслышно, остановился рядом.

— Такая странная поверхность.

— Да, я видел. Думаю, это искусственный материал. Ну, пошли. Я первый.

— Почему ты?

— А почему нет?

Они уставились друг на друга с недоумением. Зои хотела было напомнить, что и сама способна справиться со всякими неприятностями, с которыми они могут столкнуться по пути, но вдруг передумала. Она, конечно, во многих отношениях хороша, но военный всё же лучше подготовлен.

— Ладно, иди ты. — Сдалась Зои.

Его брови слегка дёрнулись в ответ на это милостивое разрешение, но Димитр не стал уподобляться некоторым и просто пошёл вперёд. Зои подумала, что надо было бы осмотреть раны на его спине, но он вёл себя так, будто их уже не было. Даже когда надевал и нёс рюкзак, не менялся в лице. А так как новых пятен крови на его спине по появилось, Зои решила, что разрезы не расходились, значит, действительно заживают.

В остальном… Обезболивающие хорошие или он просто привык к боли? Жуткое предположение. После того разговора про киборгов Зои иногда думала — смогла бы она добровольно отказаться от части тела ради того, чтобы получить какой-нибудь крутой апгрейд? И нет — не смогла бы. А уж если учесть фантомные боли от конечности, которой нет, но которая продолжает болеть… И говорить не о чем.

Но Димитр… чем дальше, тем больше Зои им восхищалась. Вначале ей показалось, это просто тупой военный отморозок, которого свои же оставили, потому что не жалко было. Но с каждым днём она меняла своё мнение и сейчас думала, что ей невероятно повезло, что она с ним встретилась. Что без него она, видимо, сидела бы, как и Кира, за пеленой и в жизни бы не догадалась найти и использовать открывашку. Не говоря об остальном. Его терпимость к боли, опять же, поражала. Его настойчивость. Выносливость. Внешность…

Зои вздохнула, стараясь сделать это тише.

Шаги в этом новом коридоре-спуске тоже звучали непривычно — глухо, словно поверхность поглощала звуки.

Они спускались довольно долго. Коридор то сужался до пары метров, то расширялся и становился в три раза больше. Всё-таки изначально он был естественного происхождения, решила Зои, просто потом его облагородили.

Вдруг впереди что-то сверкнуло. Димитр замедлил шаг и снова направил туда фонарик. Луч мигнул и рассыпался на много мелких искр.

Пройдя ещё метров двадцать, они поняли, почему. Коридор вливался в другой — будто сделанный из стекла. Это стекло преломляло свет, рассылало вокруг лучи и блики, и они цветными искрами, пятнами и разводами сверкали и таяли вокруг, создавая этим просто непередаваемой красоты зрелище. У Зои челюсть так и отвалилась.

Димитр ступил в хрустальный коридор, перенёс на ногу всю тяжесть, попрыгал.

— Крепкое.

— Может, это алмазные стены? — Прошептала Зои, с восхищением любуясь игрой света, тем, как он тонет и постепенно затухает в толще прозрачных стен. — Огромный многотонный алмаз.

— Почему именно алмаз?

— Самый твёрдый камень в мире.

— Ты серьёзно? — Димитр посмотрел на неё с недоумением и рассмеялся. — Самый твёрдый?

— Да! И что ты смеёшься?

— Алмаз давно уже не самый твёрдый камень. Я знаю как минимум пять камней, которые твёрже. Два искусственных и три натуральных, правда, с других планет.

— И что? — Холодно спросила Зои.

— Да ладно тебе, не дуйся. Никто не может знать всего. — Благосклонно улыбаясь, сказал Димитр. Его физиономия была такой довольной, что промолчать было просто невозможно!

— Мне кажется, или ты наглеешь?

— Я?!

— Вот сейчас как возьму и пойду первой! Узнаешь у меня!

— Только не это. — Димитр схватился за сердце, а Зои толкнула его в плечо. Они со смехом стали рваться в коридор, мешая друг другу выбиться вперёд. Потом каким-то образом одновременно всё же вырвались вперёд и, держась друг за друга, заскользили по хрустальному полу, как по льду. Вокруг тут же засверкали и засияли яркие огни — лучи множественно отражались и пронзали коридор сеткой разноцветных полос — тонких и толстых, ярких и зыбких, и переливающихся от каждого движения. Они словно очутились в огромном калейдоскопе.

— Как же красиво! — Закричала Зои и раскинула руки. Руки переливались, как будто Зои меняла цвет кожи и заставляла её светиться то одним, то другим цветом. — Димитр, смотри как красиво!

— Я смотрю.

Зои оглянулась — он смотрел не на окружающую красоту, а на неё. С искренним восхищением. Что, в общем-то, тоже неплохо.

Наверное, давно было пора просто повеселиться, не заморачиваясь архиважными делами собственного спасения и не ломая головы над тем, как всё устроено у инопланетян. Зои схватила Димитра за руки, тот в ответ перехватил её запястья своими руками и, почти скользя по полу, закружил Зои — и вокруг вертелись и сияли безумные огни, окрашивая их лица цветными пятнами, и в душе пела и ликовала радость и, возможно, любовь. Не хватало только немного музыки, но её прекрасно заменил смех и дыхание.

Они то ли танцевали, то ли плыли по коридору, когда тот вдруг резко свернул влево. Димитр замедлился, пытаясь затормозить и остановиться. Он заглянул туда, дальше, а Зои, тоже в попытке посмотреть, как далеко простирается чудесный хрустальный проход, невольно наскочила на Димитра и толкнула его.

И Димитр не удержался на ногах, заскользил в проход, и Зои за ним, потому что, как оказалось, сразу за углом начинался резкий спуск вниз, причём настолько крутой, что они просто не смогли остановиться.

Даже крикнуть не успели. Зои упала и так сильно ударилась копчиком, что в глазах побелело. Рядом упал Димитр. Она пыталась затормозить, упёрлась ладонями и ступнями в пол, но тот был слишком скользкий.

Они проехали, наверное, метров двадцать, и тут коридор стал уже и Димитр каким-то чудом сумел упереться в его стороны, как делал, когда лез вверх по шахте, и затормозить, а Зои остановилась, потому что уткнулась в него, как в препятствие. Димитр чуть не соскользнул, когда Зои на скорости ударилась об него, но всё же удержался. Она, как только сообразила, что к чему, попыталась так же упереться в стенки тоннеля рядом. Ей удалось, но приходилось сильно напрягать ноги, так что Зои не думала, что продержится долго. Да ещё рюкзак на спине мешал.

Но хуже всего было другое. Сверкающие стены в паре метров за ними обрывались. Совсем. Их сменяла густая черная мгла.

Провал. Кажется, тоннель заканчивался.

— Ты в порядке? — Неожиданно спокойно спросил Димитр.

— А? — Зои отняла одну из ладоней, потому что от страха руки стали мокнуть. Быстро вытерла о штаны и снова упёрлась ею в пол.

— Дыши ровно и старайся лишний раз не двигаться. Я проверю, что там дальше.

Он перенёс вес на одну руку, вторую сунул в карман, что-то вытащил из него и бросил в проём, в черноту.

Через несколько секунд раздался глухой далёкий стук.

У Зои похолодело сердце. Она хотела спросить, но побоялась. Пока это не сказано вслух, этого будто нет. А если сказать — всё, это станет правдой. Там обрыв, достаточно высокий, чтобы убиться насмерть, и они убьются рано или поздно, потому что тут слишком скользко, и долго они не продержаться. И подняться вверх невозможно — уклон слишком крутой.

Димитр тоже молчал, но дышал вроде спокойно. По крайней мере, Зои казалось, это она пыхтит как паровоз и пытается вдохнуть сразу весь воздух, а он этого не делает.

— Зои.

— Да.

Голос дрогнул. Вдруг задрожали ноги, да так, что Зои чуть не скатилась на него и только огромным усилием воли удержалась. Но стало больно мышцам. Значит, их может свести в любой момент.

— Наши дела не ахти.

Она глубоко вздохнула, чтобы не всхлипнуть.

— Зои, ты должна успокоиться и не паниковать. Я думаю, что делать.

— Что тут можно сделать? — Она с ужасом услышала в собственном голосе панику.

— Ты должна мне довериться. И не мешать.

— Хорошо.

Теперь вся эта игра света и красок казалась зловещей, а в глубине хрусталя мерещились зубастые чудовища. Как же Зои сразу не почувствовала подвох? Почему позволила себе расслабиться? Порадоваться? Вот чем это закончилось!

Тишина была жуткой. Как же не хотелось падать с высоты! Впрочем, как и тонуть. Зои с горечью подумала, что кажется, в её жизни перебор с приключениями. Если она выберется… вернётся домой целой и невредимой, то больше никогда не будет жаловаться, что ей скучно. Никогда. Никогда! Только пусть снова будет родной дом! Знакомые стены! Безопасность!

Только вот выберется ли? У них нет вариантов.

— Я хочу домой. — Неожиданно для себя сказала Зои. — Просто домой…

— Мы сделаем вот что. — Словно не слыша, ответил Димитр. — Я сломаю ногу и зафиксирую наше положение. Ты примотаешь к рукам и ногам резину и попробуешь подняться вверх. Оттуда сбросишь мне верёвку.

— С-сломаешь ногу?

— Да. — Усмехнулся Димитр. — Не бойся, это не страшно. Но тебе нужно попробовать подняться хотя бы на метр вверх, мне нужно пространство.

Когда Зои услышала план, пусть даже половины не поняла, но всё равно ей стало чуть легче. Когда точно знаешь, что делать, необходимость действовать занимает место в голове и для пустой паники его не остаётся.

— Давай. Осторожно, медленно попробуй подняться чуть выше. Если чувствуешь, что не сможешь, остановись.

— Рюкзак мешает.

— Не снимай. На самом деле он тебе помогает, создаёт дополнительный упор. Давай.

Тут уж Зои заупрямилась и решила сделать всё, что нужно. Она должна сделать! Пока ноги достают до противоположной стены, можно держаться. Правда, вряд ли у неё получиться держаться долго. Нет, не верно! Она будет держаться долго, столько, сколько нужно! Главное, правильно рассчитать свои силы.

Димитр это понимал. Когда Зои поднялась сантиметров на семьдесят и остановилась в нерешительности, потому что уже вытянулась почти в полный рост, он сказал.

— Хватит. Попробуем так.

И без передышки поднял левую ногу, которая сейчас отливала серебром и вдруг с силой стукнул пяткой по полу тоннеля. Раздался звон. Он устроился удобнее и стукнул ещё раз. Скрип был такой сильный и неприятный, что Зои сжала зубы и поморщилась, потому что уши заткнуть не могла.

Ещё несколько ударов, такой силы, что искры летят — и Димитр, упираясь только одной рукой, второй схватил свой протез и одним резким движением свернул его вверх. И закричал. Почти сразу крик перешёл в маты, а Зои зажмурилась изо всех сил и молчала, потому что не могла ничем помочь. Открыла глаза только когда Димитр высказал всё, что хотел и замолчал.

Он зажал оторванную конечность коленями, как-то приловчился и свернул у искусственной ноги ступню, которая от резкого движения выскочила, заскользила по полу и через секунду упала в проём.

— Чёрт! Закрой уши. — Крикнул Димитр, но звук упавшего предмета Зои услышала. Он был громкий, очень громкий. Но они упадут ещё громче.

Зои стиснула зубы и поболтала головой.

— Ничего. Я в порядке.

Он разорвал пальцами искусственную кожу над голенью и что-то повернул внутри — и протез превратился в подобие штыка — из узкой части выскочил тонкий острый шип. Потом снова спрятал штык, ткнул этим концом в пол и вздохнул. Снова нажал внутри рычаг.

Раздался тупой звук, такой силы, что пол дрогнул. Димитр осторожно отпустил протез — тот держался. Попытался согнуть его в разные стороны — ничего не вышло, он стоял словно вкопанный.

— Повезло, — равнодушно ответил Димитр. — Если бы он не пробил этот твёрдый… алмаз, тогда нам была бы крышка.

— Ты… не был уверен? — Сглотнув, прошептала Зои.

— Нет. Не теряй времени. План такой. Опираешься об меня, освобождаешь руки. Делаешь себе нашлёпки из резины. В моём рюкзаке есть куски резины — ковыряешь в ней дыры ножом и приматываешь к рукам. Обувь тоже нужно продырявить, хоть немного будет работать как присоска. Тебе нужно выбраться.

Димитр уселся на вбитый в пол протез, как на ветку дерева. Поворачиваясь, снял рюкзак вначале с одного плеча, потом с другого. Сел свободно. Теперь ему не приходилось раскорячиваться и упираться во все стороны руками и ногами, он сидел довольно удобно.

Пока держался костыль.

Зои расслабила руки и ноги, и заскользила к нему, мягко уткнулась в его тело. У неё всё внутри заныло и затрепетало от нахлынувшего чувства безопасности, хотя Зои прекрасно понимала, что это самообман. Их положение крайне шаткое.

Димитр провёл рукой по её плечу, прикоснулся к щеке.

— Отдохни пару минут.

— Спасибо.

— Поблагодаришь, когда выберемся. — Хмыкнул Димитр.

Отдыхать долго она не стала, просто не смогла. Как вообще можно расслабиться в такой ситуации?

Зои последовала его совету. Первым делом размотала свою импровизированную обувь, достала из его рюкзака нож и сделала несколько дырок в подошве. Так, как он говорил — чтобы снаружи дыра была больше, чем внутри. Потом достала куски резины, которые, видимо, остались после того, как он сделал обувь. Зои видела, что Димитр рассматривал и добавлял какие-то вещи в свой рюкзак, и даже чуть не возмутилась тогда, зачем он проверяет, что Зои собрала — она взяла самое необходимое! — но теперь была благодарна, что смогла промолчать и он их взял.

Потом она продырявила и примотала резину к ладоням так, чтобы пальцы оставались свободными, а на другой стороне вырезала несколько продольных полос. Самая нескользящая поверхность из им доступных.

Верёвку Димитр достал из рюкзака сам и надел ей на шею — осторожно, будто дорогое ожерелье в подарок преподнёс. Потом объяснил:

— Рюкзак тащить смысла нет, он будет тянуть тебя назад. На поясе верёвка будет мешать двигаться. Попробуем так.

Зои только молча кивала. Она находилась в каком-то ступоре — в голове был только сплошной гулкий туман, в котором слова Димитра всплывали, словно яркие и завораживающие приказы. И ещё его взгляды — короткие, жалящие чем-то непонятным — то ли страхом, то ли ожесточённостью.

Димитр говорил неторопливо, но как-то так, что каждое слово Зои запоминала, будто они сами по себе сохранялись в её памяти.

— Не спеши. Особенно в конце, когда покажется, что до выхода рукой подать. Там будет самое опасное место. Давай. Тут потренируйся, чтобы не высоко падать. Я не знаю, какой вес и силу какого удара выдержит наш костыль.

— Я поняла.

Зои сама себе казалась тихой и маленькой, как мышка. Она просто вздохнула поглубже, встала ногами на его живот, вытянулась в полный рост и попыталась перенести вес на пол тоннеля.

Ей понадобилось несколько попыток, чтобы понять, как хотя бы просто удержаться на скользкой поверхности. Переставляла руки на миллиметры, еле шевелилась.

И когда ей это удалось, Зои чуть не завопила победный марш!

Впрочем, нужно было не просто удержаться, нужно было двигаться вверх. И это было просто адским испытанием.

Первый раз Зои проползла целых полметра, пока не начала соскальзывать обратно. Она сглупила, попытавшись плотней прижать к поверхности ладони, отчего резко дёрнулась и, конечно, только ускорила сползание.

Димитр молчал. Видимо, он уже прочёл все имеющиеся в наличии инструкции и ничего нового добавить не мог.

Потом несколько раз подряд она сразу сползала вниз, подтянувшись всего на двадцать-тридцать сантиметров.

Потом она устала. Сползла и осталась сидеть, слушая свои мышцы. За такое короткое время — всего несколько минут — она напрягала их слишком сильно. И поняла, что если бы у неё сейчас получилось залезть вверх, она всё равно бы не добралась до конца, туда, где начиналась ровная поверхность.

Нужно точно рассчитать свои силы. Распределить каждую каплю. Зои проанализировала движения, которые делала, когда пыталась удержаться на скользкой поверхности, разобрала, какие из них были эффективными, а какие только мешали.

Выходит, двигаться нужно очень медленно, давить еле ощутимо. Не напрягаться. Дышать длинно и ровно.

Зои подняла глаза и посмотрела Димитру в лицо. Он молчал. Почему-то выделялась линия его подбородка, покрытая еле заметной щетиной. Она была словно нарисована синей краской. А тени вокруг глаз — малиновые. Но это не пугало, наоборот, подчеркивало его человечность. Он слишком сильно старался оставаться невозмутимым, чтобы этого не было заметно. Он переживал.

Почему-то Зои считала, что люди в таких ситуациях обязательно разговаривают. Хотя бы повторяют — ты сможешь! Я в тебя верю! Давай!

Зои смотрела на него и понимала, что он в неё верит. Не потому, что так нужно говорить тому, кого ждёт испытание. Верит, потому то на самом деле считает — Зои способна это сделать. Наверное, только поэтому и не прощается, не жалеет, что не попытался её соблазнить. Или завоевать.

— Ты разве не должен мне что-нибудь сказать? — Всё же засомневалась Зои.

— Что, например?

— Ну, что ты горд и счастлив, что я появилась в твоей скучной жизни.

— Я горд и счастлив, что ты появилась в моей скучной жизни. Без преувеличения. — Повторил Димитр.

— И что ты обязательно пригласишь меня на свидание… если мы выберемся.

— Я обязательно приглашу тебя на свидание… когда мы выберемся. — Эхом повторил Димитр. — С большим удовольствием.

— Не струсишь?

— Нет.

— Не потому, что я напросилась, а потому, что ты этого хочешь?

— Потому что я безумно этого хочу.

— Ладно. — Словно нехотя, согласилась Зои. Посмотрела вверх и вздохнула. — Тогда я пошла.

— Иди. Стой. — Димитр замялся. — Ты… любишь горные походы?

— Что?

— Карабкаться по горам?

— Не очень своевременный вопрос.

— Я думаю, это в твоём стиле — покорять вершины. Иди.

Его ровный голос Зои больше не обманул. Ситуация была почти безвыходной. А Зои почему-то отупела и не могла понять — действительно можно влезть наверх или это из области невероятного, а Димитр специально так уверенно смотрит, чтобы она не поняла — ничего не выйдет. Вдруг Зои не будет понимать, и у неё каким-то чудом выйдет?

Кстати…

— Что, если попробовать спуститься вниз? — Спросила она. Примотаем к костылю верёвку и спустимся.

— Длины не хватит. — Ответил Димитр. — Я учитывал этот вариант. Не хватит нескольких метров. И мы не знаем, какая внизу поверхность. Если гладкая, то несколько метров можно и рискнуть, спрыгнуть. Но если там острые камни, даже два метра падения смертельно опасны. В общем, этот вариант будет крайним.

Ну, тоже какая-никакая надежда.

— Ладно. — Зои вздохнула и встряхнулась. — Я пошла.

Он не стал ничего говорить или обещать. Просто поднял руку и слегка прикоснулся в Зоиной ноге, будто хотел удостовериться, что она ещё здесь.

Зоя покосилась на него, развернулась и полезла вверх. Так, как нужно было это делать — крошечными шажками, без давления на поверхность, без долгих остановок.

Когда она добралась до поворота, сердце бешено заколотилось. Осталось всего несколько метров до безопасной поверхности. Захотелось немедленно, как можно быстрей броситься вперёд, как и предупреждал Димитр. Но Зои умела сдерживаться. Однажды она так проиграла. Соперница, как ей казалось, сдалась. Зои расслабилась. И получила неожиданный удар, который привёл к сотрясению мозга и научил никогда не спешить.

Учёная она уже была, поэтому и последние метры ползла еле-еле.

Потом поверхность сменила угол и стала ровной.

Зои заползла на неё и упала, прижалась щекой к гладкому холодному стеклу.

Даже не верилось. Не верилось! Она тяжело дышала, наслаждаясь тем, что можно расслабиться, развалиться, раскинуть руки и ноги, и не бояться при этом за свою жизнь.

Но времени разлёживаться нет, Димитр ждёт. И сколько продержится костыль, никому неизвестно.

Зои отмотала от ладоней присоски, отбросила в сторону, сняла сняла с шеи верёвку и перевернулась на спину. Потом села, задумчиво огляделась. Так, а как её фиксировать? Привязать не к чему, удержать его вес Зои на такой поверхности не факт, что сможет, скорее, снова соскользнёт вниз.

Она побоялась встать на ноги, поэтому на четвереньках поползла по прекрасному хрустальному коридору в сторону лестницы. Вот и она, здесь уже можно спокойно ходить.

От радости Зои готова была расцеловать ступеньки. Только рано пока.

Здесь она сможет удержаться, поверхность подходящая. Упрётся ногами и выстоит, Димитр тяжёлый, конечно, но он не будет висеть мёртвым грузом, он будет помогать, всего лишь держаться за верёвку. Даже если соскользнёт и повиснет, то ненадолго.

А вот верёвки не хватит.

Зои долго просто стояла и смотрела на верёвку в своих руках, потом размотала её, снова смотала. Примерилась. И ещё раз.

Ничего не изменилось, верёвка не стала длинней. Зои вернулась обратно к повороту и примерно прикинула расстояние. После поворота нужна ещё треть этой длины. Она снова пришла к лестнице и измерила верёвку шагами. Нет, чуда не произошло. Как ни считай, а верёвки хватить максимум на две трети пути. Чёрт! Чёрт!!!

Выход был только один.

— Димитр! — Крикнула Зои.

— Да?

Слышно, хоть и не очень.

— Верёвки не хватит! Слышишь?

Он ответил с задержкой.

— Слышу.

И больше ничего. Чёрт!

— Мне нужно сходить на базу, слышишь? Я бегом, только туда и обратно. Слышишь?

— Да.

Сидит там, наверное, и с жизнью прощается, подумала Зои. У него же никаких гарантий, что она вернётся и вытащит его. Зачем? Если допустить, что Зои искусственная…

Ну, приплыли! Теперь она и сама что ли собирается забивать голову мыслью, что она искусственная? Ну это перебор!

— Я пошла! Жди меня. Слышишь? Я вернусь!

Зои вскочила на ноги и побежала.

Она неслась по коридору, радуясь, что свет не успел погаснуть полностью, потому что о фонарях, конечно же, они не подумали — было не до того. К счастью, в полумраке Зои хорошо видела, и они оставляли фосфоресцирующие метки, и теперь это очень пригодилось. Какие они молодцы! Какие они предусмотрительные! Это Димитр настоял на том, чтобы рисовать стрелки. Как правильно, что они не поленились их оставлять! Да ещё и фосфоресцирующую краску выбрали! Зои передвигалась быстро и стрелки помогали ей не терять времени.

Она после подъёма так и не отдохнула, так что в зал с тысячей стен вывалилась уже вся мокрая. Мышцы ныли и гудели, и Зои знала, как плохо вскоре ей будет.

Ничего. Это будет потом.

Зои притормозила, чтобы не заблудиться. У неё была рисковая идея — в том месте, где две стрелки будут близко, не идти по пути ближайшей, а перебежать к дальней, так полчаса хода можно сэкономить. Главное, в спешке ничего не перепутать, а то только хуже будет.

Хотя риска особого нет, нужное место она хорошо запомнила. Поэтому пробежала по прямой, не отрывая глаз от стрелки и дальше шла уже знакомым путём.

Ещё несколько минут, когда задыхаешься, но не можешь остановиться — и вот он коридор, который ведёт к базе.

Они давно сюда не заглядывали. Оставалось надеяться, что стена не самовосстановится, как рассказывал Димитр.

Зои чуть не взвыла, когда об этом подумала. Но понеслась дальше.

Дыра была на месте. Какое облегчение!

Она нырнула в лаз вниз головой, еле успевая держаться руками. Сползла на животе по насыпи. Прошлёпала ногами по воде.

Внизу всё показалось таким привычным, почти приятным. Знакомым. Но нет, возвращаться сюда никакого желания не появилось — если бы не нужда, ноги бы её здесь не было!

Зои отправилась на склад и стала бросать в кучу всё, что хотела бы взять с собой. Потом оценила свои силы и поняла, что необходимое оборудование самостоятельно не донесёт. Ну, то есть не донесёт быстро, а ведь это одно из основных требований.

Значит, нужен транспорт. На складе было четыре тележки разных размеров и форм, Зои выбрала тачку на двух колёсах — её везти легче всего. Сложно только вытащить из узкой дыры в верхний коридор, а дальше поверхность везде ровная, она быстро доставит тележку до места.

Когда вопрос с транспортом был решён, Зои уже с большим оптимизмом стала собирать вещи. Она взяла лебёдку со стальным тросом длиной сто метров — гораздо больше, чем нужно. Но в её голове промелькнула идея спуска, ведь другого пути нет, только туда, вниз.

Взяла фиксатор — тяжеленая хрень, которая вбивается в поверхность и намертво фиксирует лебёдку. Похожее устройство, судя по всему, было у Димитра в искусственной ноге. Немного ремней и карабинов, без лишнего энтузиазма, и так справятся, лишние цацки им ни к чему.

Отвлеклась Зои всего на несколько секунд — сбегала в столовую выпить воды. И снова за работу. Перетащила вещи в бассейн, стала проталкивать в дыру. Намучилась с тачкой и лебёдкой, но в общем, справилась быстро. И уже через несколько минут неслась обратно. Не так быстро, конечно, как сюда, но всё же довольно быстро. Тележка громко тарахтела, периодически подпрыгивала на камнях, но ехала исправно.

На стрелках опять сэкономила время, перебежав к дальней.

Зои ничто не мешало. Кроме собственной усталости. При подходе к лестнице она чуть не навернулась, и даже была вынуждена остановиться передохнуть. Мокрая, потная, с прилипшей к спине футболкой и волосами, с которых стекает вода — жалкое зрелище. Но Зои думала только, что если ей сведёт мышцы, она потеряет время, а этого позволить себе нельзя.

И вот он — хрустальный коридор, загадочно сверкает впереди своими волшебными бликами. Засранец такой!

— Димитр! — Завопила Зои и замерла. Руки хотели вытаскивать лебёдку, настраивать её, суетиться, но она застыла, прислушиваясь и слыша только своё судорожное дыхание. И больше ничего.

— Димитр, ты слышишь? — Ещё громче завопила Зои, с изумлением замечая, что её руки трясутся.

— Да.

Зои выдохнула и свалилась на пол, села, обхватила голову руками.

Успела. Она успела.

Но нужно действовать дальше. Несколько секунд — и Зои снова на ногах.

Установка лебёдки заняла минуты три, Зои прицепила к тросу ремень с двумя карабинами и стала его разматывать.

— Держи! Дёрни, когда поймаешь!

— Понял.

Вскоре верёвка дёрнулась.

Зои перестала крутить ручку, зафиксировала трос, а потом свалилась на землю и закрыла глаза.

Всё. Он не свалится. Остальное — мелочи, дело пяти минут. Димитр живой, он живой!

— Тащи! — Донеслось издалека.

Ну, дальше дело техники. Зои крутила рукоятку и с жадностью вглядывалась в хрустальный коридор, ожидая, когда же, наконец, появится Димитр.

Вначале стены покрылись тёмными, кривыми тенями, после в них заскользили синие и фиолетовые блики, разбрызгиваясь по стенам, расползаясь, как чернила каракатицы.

Вот его цвета — синий и фиолетовый, подумала Зои. Как у воды, в самой непостижимой её глубине.

Трос перестал натягиваться. Спустя несколько секунд из-за угла Димитр вышел на своих двоих. Вернее, на одной — вторая осталась без ступни и теперь он нещадно хромал, опираясь на костыль и придерживаясь рукой за стену.

Вот и новая проблема, подумала Зои. Глупо улыбнулась, легла на пол и закрыла глаза.

Нужно чуть-чуть отдохнуть.