Глава 20 Цена баловства

Когда Янур догнал меня, идущую по богато украшенному саду, я уже и думать забыла о его жезле всевластия, который демону покоя не давал. Вокруг царила такая красота!

Таинственный сумрак, подсвеченный магическим свечением, которое туманом стелилось по траве, покрывая ее мельчайшими серебристыми капельками, манил за собой. Вокруг причудливо пели птицы — и не понять, настоящие или тоже волшебные, и порхали бабочки всех цветов радуги.

— Сколько сил угрохано! — супруг неодобрительно покачал головой.

Да, он прав — силы дадены магам высшими силами для того, чтобы они творили добро. А они растрачивают ее на состязания в том, кто пафоснее и ярче пустит пыль в глаза соседу. Нехорошо.

Мы вошли в холл замка, и в моем сердце затеплилась надежда, что встречи с Тардом удастся избежать. Если нам повезет, то именинника даже не увидим — ведь в одном вестибюле можно поставить целый дом! Впрочем, скоро это перестало меня занимать — потому что увидела, как местные разодетые в пух и прах мамзели заглядываются на Янура!

Они что, мужчин никогда не видели? Пялятся совершенно беззастенчиво, нахалки высокородные! Если так продолжится, то не только Тарду сегодня прилетит от моего демона, я тоже парочку личиков подпорчу!

— Редроуз, какая неожиданность! — от стаи обнаглевших леди отделилась одна и направилась к нам, покачивая юбкой, на которой был приколот целый сад.

Она подошла ближе, и я убедилась, что мне не показалось, цветы, ветки и вьюнок на подоле в самом деле были настоящими. Да и корсаж был словно образован бутонами. Но как они не вянут?..

— В кои-то веки вы почтили нас визитом! — продолжила дама, пока я разглядывала ее необычный наряд. — Мой супруг уже соскучился!

— Леди Тард, вы как всегда, чрезвычайно любезны, — мурлыкнул мой черт. — Надеюсь, ваш супруг уже смог залечить свои раны?

— О, эти царапины не доставили нам никаких хлопот, — она фыркнула, но черные глаза сверкнули злостью. — Я подержала руки над ними пару секунд, и все, как ни бывало, даже следа не осталось.

Так она магисса! Я отвела взгляд от цветов. Теперь понятно. С помощью того количества волшебства, что бездумно ухнуто на ее платье, сотканное из магией оживленных цветов, можно было вылечить не один десяток смертельно больных. Но, очевидно, произвести впечатление на балу для нее куда важнее.

— Мой отец любил повторять, что смысл ран не в том, чтобы принести боль, а в том, чтобы сделать страдающего от них мудрее, — Янур усмехнулся. — Жаль, что ваш муж не успел извлечь из них урок — останется таким же, как и был.

— А ваши раны, я смотрю, затянулись, — взгляд дамочки переместился на меня. — Кажется, вы не собирались жениться вновь, ведь ни одна женщина не сможет тягаться с Алисией!

— Лола, познакомься с леди Тард, — мой демон ничего не ответил на ее колкий выпад, а потом вдруг ухватил меня под локоть и шепнул, — а теперь пора танцевать!

Пара секунд и я уже в центре зала, который наполнился пением скрипок и оттеняющим их переливы журчанием свирелей, похожем на весенние горные ручейки. С губ сорвался легкий вскрик, когда Янур закружил меня — так, что все лица вокруг слились в одно сплошное пятно.

Да я и не хотела их видеть — важно было только одно лицо, властное, с пылающими глазами и по-мужски четко очерченными губами. Я знала их вкус и скучала по нему. Как и по страстным объятиям, которые сейчас вели меня в танце, заставляя порхать, не чувствуя под собой ног.

Вот бы музыка никогда не кончалась!..

Но она все-таки стихла. А потом большой зал наполнился аплодисментами. Хлопки улетали ввысь к потолку, разукрашенному лепниной и фигурками ангелочков с пухлыми щечками и попками, отражались от него и возвращались обратно, осыпая нас, как конфетти.

— Какая прекрасная пара! — к нам подошла высокая брюнетка. — Янур, представьте же нам супругу!

— Бетани, вам невозможно отказать, — он отвесил изящный поклон.

И это тот самый черт, который сам пашет, сеет, косит и орудует молотом не хуже Гефеста? Да кажется, что он родился в этих светских салонах! Ого, ему удалось меня удивить, признаю!

— Знакомьтесь, моя жена — Лола Редроуз. Лола, это Бетани, редкое исключение из правил, магисса, которую не хочется утопить в помойной яме.

— Рада познакомиться, — я почтительно склонила голову. — Такая рекомендация из уст мужа дорогого стоит!

— А теперь оставь нас, девочкам надо посекретничать о своем, — она ухватила меня под локоть. — Не бойся, никому не дам твою красавицу в обиду!

— Она и сама справится, — Янур усмехнулся и вопросительно глянул в мое лицо.

— Иди, — улыбнулась ему, — только не бей Тарда без меня, ладно?

— Мы все в предвкушении, когда же состоится сегодняшний бой! — Бетани рассмеялась, глядя ему вслед. — А иначе со скуки помереть можно! — она с тоской обвела глазами богато украшенный зал, полный разодетых в пух и прах гостей. — Отметим знакомство? — остановила лакея и взяла у него с подноса бокал.

— Конечно, — я последовала ее примеру, но пить не стала, лишь «помочила губки».

Помню, как однажды бабушка втолковывала Каринде на первом балу:

— Запомни, деточка, приличная ледь весь вечер носит с собой один бокал, будто ее пальцы к нему приклеены.

— Словно я его спереть хочу? — уточнила сестрица, которая уже была намного выше и крупнее бабушки.

— Можно и так сказать, дитя мое, — она кивнула, и седые букли на голове затряслись. — Так вот, слушай далее. К концу бала бокал должен опустеть лишь наполовину, поняла? Запомни!

Каринда в тот день об этом напрочь позабыла. Зато я хорошо запомнила, увидев, как ее вырвало прямо на ботинки нашего отца, тоже уже не сильно трезвого, и усвоила, что алкоголь — зло.

А на следующий день разозленная мачеха курсировала из спальни мужа, который охал, лежа на кровати, в комнату Каринды, которая тоже не могла голову поднять от подушки. Проклиная супруга и потомство, женщина сначала мужу читала гневную отповедь, а потом повторяла ее доченьке, на бис.

— Вы не пьете? — спросила Бетани.

— Предпочитаю не рисковать, — я улыбнулась. — Эти горячительные напитки так коварны: два бокала, и ты коала!

— Какая прелесть! — женщина расхохоталась. — Надо запомнить!

П-пух! И на моем плече появился Шушик.

— Тарда еще не били? — осведомился пушистик, оглядевшись. — Мое почтение, дамы!

— Ой, какая прелесть, кто это у вас такой замечательный? Упитанный мужчинка!

— Пора на диету садиться, — хищнегг нахохлился обиженно. — Это у меня просто шерсть плотная, а так я ни разу и не упитанный!

— Это фамильяр Шушик, Бетани! — я подмигнула ему, перепрыгнувшему мне на руку.

— Шушик Шустрикович, — поправил он и важно кивнул, шаркнув лапкой по моей ладони, отвешивая церемонный поклон. — Приятно познакомиться, миледи!

— И мне приятно, Шушик!

— Хочешь ягодку? — я взяла со стола, уставленного разнообразной снедью, тарелочку с угощением.

— Я лучше бутер с икоркой! — он цапнул тарталетку и впился в нее зубками. — Фкучна!

— Вот и я говорю, скучно, — поняла его по-своему Бетани. — Каждый год одно и то же! Танцы, сплетни, снова танцы.

— А это кто такой? — к нам подошла пышная, будто сдобная булочка, мадам. — Ути, какой! Тоже такого хочу! — она протянула палец к Шушику. — Почем брали, милая? И где? Ведьмы подторговывают фамильярчиками, да?

— Можно я ей пальчик откушу? — шепнул малыш мне на ухо.

— Не надо, отравишься, — ответила со смешком.

— И то верно.

— У нас с мужем приют для фамильяров, — я пустилась в рассказ о подлых бессердечных магах, которые бросают их на произвол судьбы.

— Какие злюки эти волшебники! — заохали собравшиеся вокруг меня дамы. — Как же можно так себя вести!

— А почему они не умирают, интересно? — спросила сдобная мадам. — Ведь фамильяр, отвергнутый магом, обречен на смерть.

— Потому что мы их любим, — ответила я и вспомнила слова Элис, о которых говорила Пружинка, — а любовью можно исцелить всех!

— Да-да, любовь — великая сила! — дамы закивали.

— А почему этот пузатенький фамильяр выбрал вас, вы же не магисса? — не унималась «булочка», снова протянув к нему руку.

— Мы просто друзья, — я едва успела отступить на шаг, чтобы она не осталась покусанной.

— Значит, и у других могут быть такие же фамильяры, не только у магов?

— Наверное, — я пожала плечами. — Но только если вы с ними подружитесь, и они сами захотят с вами остаться!

— Как интересно! — протянула пышная во всех местах леди.

— Я сбегаю! — Шушик сделал п-пух и исчез.

Дамы разочарованно застонали. Но тут в воздухе снова будто полопались мыльные пузыри, и вокруг меня начали порхать наши феечки.

— О, какая красота! — умилились женщины. — Восторг!

— Вы произвели фурор! — шепнула я Фиа.

— Мы такие! — она довольно кивнула, взмахнула палочкой, и под потолком расцвел золотистый цветок.

Ярко вспыхнув, он рассыпался на искорки, которые начали медленно оседать на прически и наряды дам, заставляя все это переливаться.

— Волшебство! — «булочка» прижала руки к сердцу. — Я бы все отдала за такую подружку-феечку!

— А я бы не отказалась стать ее подружкой, — шепнула Миа, шлепнувшись мне на плечо. — Она одна живет и, говорят, добрая!

— Да? — я покосилась на нее.

В голове начала зреть интересная мысль.

— В принципе, — протянула я. — Если фамильяр не против, можно было бы попробовать. При обоюдном согласии и после заключения соответствующего договора, где будут прописаны все условия и, — я помедлила, — разумная плата, которая пойдет на содержание приюта.

— По-моему, из этого может получиться кое-что интересное, — поддержала меня Бетани. — И, наверное, приюту не помешают волонтеры, правда, Лола?

— Разумеется! — я кивнула. — Тем, кто добр и будет хорошо работать, фамильяры с удовольствием покажутся и уверена, будут рады пообщаться!

— Только отошел, а ты уже тут в центре внимания? — горячее дыхание обожгло мою шею. — Простите, дамы, позвольте украсть у вас мою красавицу-супругу, на один танец!

Он обхватил меня за талию и тут же «утанцевал» подальше. Покружив жену по залу среди других парочек, мой демон без зазрения совести увлек меня к дверям.

— А ведь обещал всего на один танец! — попеняла я, когда меня бессовестно вытащили в коридор.

— Обманул! — довольно рассмеялся.

— Ась? Что? — бабулька, стоявшая у лестницы, приставила руку к уху. — Бессовестные совсем! — погрозила нам кулаком. — Вы еще прямо на лестнице свой размножательный процесс устройте! Никакого стыда!

Мы с мужем хихикнули.

— Вот в мое время, — продолжала вещать старушка, — на людях и за руки-то держаться было нельзя!

— Так это когда было бабушка, — любезно ответил демон. — Тогда еще, наверное, динозавры по земле бегали!

— Охальник! — возмутилась она. — Я… — ее глаза остекленели.

— Я хищнегггг! — раздалось в воздухе и после традиционного п-пух в нем появился Шушик — с мордочкой, перемазанной вишневым соком.

— Антихрист! — взвизгнула бабка и рухнула в обморок.

— Ой, — пушистик замер. — А чего это она?

— Ты ее напугал, — я нахмурилась и присела рядом.

— Может, пора идти радовать наследников? — Янур усмехнулся.

— Не шути так! — я нащупала сонную артерию. — Жива.

— Значит, диагноз прост — ушиб всей бабки! — демон помог мне поднять щуплую бабульку и усадить на скамейку.

— Ась? — она раскрыла глаза. — Бессовестные совсем! — погрозила нам кулаком. — Вы еще прямо на лестнице свой размножательный процесс устройте! Никакого стыда!

— По-моему, ее замкнуло! — черт расхохотался и схватил меня за руку. — Давай сбежим, пока эта полиция нравов не поймала нас в свои цепкие ручонки, — шепнул супруг и мы, хохоча, убежали в сад.

* * *

Длинная аллея привела к еще одному озеру, по сияющей поверхности которого разбегались разноцветные волны.

— Почему не сказал, что умеешь танцевать? — обрушилась я на супруга.

— Ты не спрашивала, Лола, — ухмыльнулся довольно и притянул к себе. — Думала, муж неуклюжий, как табурет с отломанной ножкой?

— Ты полон сюрпризов, Янур, — вынуждена была признать. — Чем еще намерен удивлять? Может, сразу расскажешь?

— Раскрыть махом все карты? — фыркнул пренебрежительно. — Еще чего! Сюрприз будет!

— Кстати, о сюрпризах, — поморщилась. — Где во всем этом великолепии такое заведение, куда можно отнести выпитый в дороге сок?

— Идем, — демон взял меня под руку и повел к небольшим домикам. — Сам пока тоже воспользуюсь шансом подгадить Тарду, в прямом смысле!

Со смехом качая головой, я насладилась гостеприимством магического клозета и, готовая к приключениям, вышла на улицу. Пряная ночь накрыла меня звездным сияющим куполом. Моего демона было не видно. Подождав, я хмыкнула — похоже, кто-то нашел приключения быстрее меня!

Похрустывающая под ногами дорожка привела к небольшой полянке, укрытой от чужих взглядов длинными ветвями деревьев — на этот раз, без подсветки. Собиралась уж было уйти, но тихое поскуливание меня остановило. Нахмурилась, прислушавшись. Тишина. Показалось?

Но только сделала шаг, как слух вновь уловил этот звук. Пошла к нему, поднырнула под ветви и увидела маленький комочек, издающий его. Лисенок?

— Эй, ты чего? — подошла ближе. — Ой!

Комочек встрепенулся, и оказалось, что это девочка с ярко-рыжими волосами. Заплаканные глаза-озера с испугом глянули на меня.

— Прости, не хотела помешать. Ты хочешь побыть одна? Или расскажешь, что произошло?

— С чего бы мне откровенничать с вами? — девочка сурово шмыгнула носом.

— Потому что я незнакомка, мы больше никогда и не увидимся, наверное. Поэтому тебе будет легко все рассказать.

— Может, — она с сомнением глянула в мое лицо.

— Так что произошло?

— Вы магисса? — ответила вопросом на вопрос.

— Нет.

— Тогда вам не понять.

— Тебя кто-то обидел?

— Сегодня у меня появился фамильяр, — тихо сказала девочка. — Лисенок. Маленький совсем, Рыжик. — Ее лицо озарилось нежнейшей улыбкой. — Это такое чудо, вы не представляете! Твой лучший друг, только твой!

— Поздравляю, — я улыбнулась. — Но почему тогда ты плачешь?

— Папа заставил меня отказаться от него, — девочка стиснула кулачки, стараясь сдержать слезы, но они набухли на ее глазах и хлынули по щекам.

— Почему? — я подошла ближе к бедняжке, достала из сумочки платок и протянула ей.

— Он… — она скомкала его и всхлипнула, — он одноглазый был. Папа сказал, что это… это позорище, что дочь лорда должна иметь фамильяра, которого не стыдно показать в свете. Он заставил меня произнести ТЕ СЛОВА.

Девочка невидящим взглядом уставилась во тьму и с искусанных губ сорвалось:

— Я разрываю связь. Мы не единое целое. Отказываюсь от тебя. Ты мне не нужен.

Она разрыдалась.

— Он… он умрет теперь! Я убила его, моего Рыжика! Он плакал, когда папа его уносил…

По моим щекам тоже заструились слезы. Так не должно быть, ни в одном из миров, это же попросту жестоко! Я шагнула к юной магиссе, которая сейчас была лишь маленькой девочкой с душой, разрывающейся от боли, и прижала ее к себе.

— Я не хочу этого волшебства! — прорыдала она. — Такой ценой оно мне не нужно! Я хочу Рыжика обратно! Пусть с одним глазом, я его и такого люблю! Он самый-самый лучший!

— Стефания! — мужской рык заставил вздрогнуть нас обоих. — Прекрати истерику, немедленно! Веди себя, как подобает!

К нам подошел рыжеволосый мужчина с перекошенным от гнева лицом.

— А то что?! — сквозь рыдания, которые душили ее, прокричала девочка. — Откажешься от меня? Как меня заставил отказаться от Рыжика? Такая дочь тебе не нужна, да, папочка?! Не пристало лорду Тарду иметь в дочерях такое позорище?!

Вскочив, она убежала во тьму. А я посмотрела на незнакомца. Вот, значит, какой ты, лорд Тард? Убогое чудовище без капли сострадания, помешанное на своей репутации?

— Прошу прощения, миледи, за то, что вам пришлось стать свидетельницей такой нелицеприятной сцены, — мужчина улыбнулся, как ни в чем ни бывало. — Трудный возраст, что поделать.

— Вам нужно просить прощения не у меня, а у дочери, лорд Тард, — сухо ответила я, едва сдерживаясь, чтобы не треснуть ему по роже сумочкой.

— Что?.. — он пораженно уставился на меня. — Да как вы смеете?!

Взгляд один в один, как если бы таракан, пробегающий у его ног, посмел заговорить.

— Что, правду слышать непривычно? — усмехнулась. — Заставить дочь пережить такое — кем же для этого надо быть? Вы сразу родились моральным уродом или это уже благоприобретенное?

— Она скажет мне спасибо, когда вырастет! — рыкнул он, сжав кулаки и побледнев. — Над ней не будут насмехаться, травить, тыкать пальцем — как когда-то было со мной!

— Да, кстати, вам привет от Пегаса! — рявкнула в ответ. — Ему прекрасно живется и без вас! Это умнейший фамильяр и то, что он не умеет летать, его хуже не делает! А вам — стыд и позор, что вы бросили его! Вы обязаны были заботиться о нем, защищать от всех насмешников, а не вести себя, как трусливое дерьмо!

Я бросила ему это в лицо и ничуть не сожалела о сказанном! Даже когда между нами взорвалась яркая вспышка и из ее белого света на меня выпрыгнул…

Огромный лев!

Зарычав так, что мои «перепонные барабанки» задрожали, хищник распахнул пасть, открыв моему взору алую пасть с огромными белоснежными клыками. Когда он, тряся гривой, захлопнул ее, я увидела, как довольно усмехается Тард. Зверюга же, подстегивая себя хвостом с кисточкой на конце, двинулась на меня.

Как же хорошо, что я совсем недавно посетила туалет!

П-пух!

Воздух вокруг наполнился многочисленными вспышками. Сначала появились феи, потом зацокали копытцами по воздуху олени, следом за ними выскочили мышки, заголосил Лестер, прижимая к груди корзиночку, жар-птица веером раскрыла умопомрачительно красивый огненный хвост, осветив все вокруг.

— Большая киса, — гном Ганс задрал голову, разглядывая льва.

Киса же, опешив, посмотрела на это нашествие фамильяров и оглянулась на хозяина, который тоже только и мог, что хлопать глазами.

Я усмехнулась — вот, значит, какого фамильяра Тард себе завел вместо Пегаса.

— Впереооооод, в атакуууу! — летая над всеми, прокричал малыш Шушик.

Лев огрызнулся, попытавшись поймать его передними лапами.

— Спаситяяяяя! — малыш вспыхнул яркой звездочкой и тут же исчез.

Пеликан Сева, растопорщив крылья и защелкав клювом, двинулся на хищника. Тот поджал хвост и отступил назад.

— А принц мимо не пробегал? — лягуха со стрелой в лапах с надеждой посмотрела в мое лицо.

— Простите, нет, — растерянно ответила я.

— Найду — в зад ему эту стрелу засуну! — пообещала она, а потом мечтательно протянула, — а как вылечится, свадебку закатим!

— Пшел, пшел вон! — феечки закружили над перепуганным львом, который скукожился до размеров собачонки у ног Тарда.

— Так это ты!.. — прошипел он, догадавшись. — Новая жена Редроуза!

— Вот именно! — новый мужской рык сотряс воздух. — Это моя жена!

На поляну вышел Янур — злой, как черт!

Порхающий над ним Шушик указал на льва:

— Вот этот вот кот-переросток пытался меня съесть!

— Какие люди! — протянул маг, оскалившись.

В его руках заклубился огненный шар, но наши феи тут же метнулись вперед, орудуя волшебными палочками, и фаербол большущей каплей скользнул на ногу Тарда. Тот поморщился и прошептал пару слов, после которых пламя погасло, успев основательно подпортить ботинок.

— По-честному, по-честному! — возмущенно закричали малышки-феи, тряся кулачками.

— Хорошо, — нехотя процедил мужчина. — Клянусь Силой не использовать магию!

Он протянул вперед руку. На ладони взвился огненный язычок.

— Клянусь Силой не использовать магию, — повторил Янур.

Его ладонь с таким же язычком огня сжала руку врага.