Глава 13

Монти весь день был подавлен. Я видела в окно, как он задумчиво прогуливался по саду, не желая ни с кем разговаривать. Его можно понять – никому не нравится быть марионеткой в чьих-то планах. Видимо, почувствовав это, конкурсантки сегодня не были столь напористы. Амалия Росси – скелетная дева, и так не особо интересовалась принцем, теперь стала завсегдатаем в наших апартаментах. Милая болтушка рассказывала сплетни, делилась впечатлениями от посещения театров и выставок, но всегда увиливала от вопросов о том, почему продала свою душу и кем была в прошлой жизни.

– Мне кажется, Мизриэль и Лусинда выйдут в финал, – произнесла гостья, – прости, Сардиночка, но я не вижу в тебе сильного конкурента.

Рыжий кот, сидевший на её коленях, довольно заурчал. Заметив это, русалка почесала его за ушком.

– Я бы не сказала, что сильно расстроюсь. Монти не единственный принц во всем мире, да и я уже не уверена, что мне он нужен, как и его корона.

– Именно! Принцы напыщенные, эгоистичные и очень чудаковатые. На нашего Монти без слез не глянешь – он очень странный! Тебе нужен другой жених, Сардиния, попроще и понормальней, – встрял в разговор Даниэль.

– Мур-р-р, – одобрял слова Эллы Отважный.

Я мило улыбнулась агитационной компании, которая разворачивалась вокруг рыжеволосой девушки. Прошла в комнату и взяла темную длинную накидку и прошла с ней через гостиную.

– Куда ты собралась? – поинтересовалась Элла.

– Клиент появился. Нужно исполнить желание, – солгала.

– Хорошо. Что-то зачастили эти клиенты по ночам желания придумывать, – размышлял Даниэль.

– Уже ночь? Как быстро время пролетело, я и не заметила, – всполошилась Амалия и, распрощавшись, выскочила вперед меня.

Надев накидку, я спустилась в королевскую конюшню. Меньше всего хотела встретить Бриера, и мне улыбнулась удача. К тому же костяная помощница доложила, что он с королем обсуждал какой-то важный закон, связанный с урегулированием прав скелетов. А значит, Себастьян будет занят еще долго. Оседлав первую попавшуюся лошадь, я помчалась из дворца вон – не могла потратить время даже на ожидание извозчика. Поместье Бриера находилось за городом в одной из близлежащих деревень.

Неслась по проселочной дороге на высокий холм, с него увидела огоньки – свет в доме, который скрывает секрет Бриера. Перешла на спокойный шаг, стараясь двигаться максимально тихо и незаметно. Привязала коня в небольшой роще под стенами поместья.

– Осталось дело за малым, – подбодрила себя, хотя было очень страшно.

Весь периметр особняка, окруженного высоким ограждением, накрывала магическая защита. Она незаметна для обычного человека, ее энергетику могут распознать только колдуны. Рабочие вилы тут же появились в моей руке – в очередной раз нарушаю правило не использовать их в личных целях. На острых зубцах вспыхнули языки пламени.

– Сильней!

Вилы выполнили приказ. Магический свет рассеивал ночную мглу. Я коснулась светящимися концами земли, и иссушенная летней жарой трава вспыхнула, как спичка. Огненная нить стремительно понеслась вокруг забора, окружая его пламенным кольцом. Огонь накинулся на деревянную обрешетку и кирпичные столбы. Удушливый дым поднялся столбом, и в поместье заметили пожар. Слуги тушили пламя, которое не трогало ничего, кроме забора, но погасить его не давала магия: погаснув в одном месте, оно тут же разгоралось в другом.

– Ждем хозяина. Он должен приехать с минуты на минуту, – услышала я разговор одного из слуг, который сообразил, что им не справиться.

Бриера не было еще с четверть часа. За это время часть забора рядом со мной изрядно выгорела, образовав большую дыру, в некоторых местах он испепелился до самого основания.

Топот копыт заставил меня уйти еще глубже в темноту, но даже оттуда я слышала разговор Себастьяна и нескольких его спутников с управляющим, который рассказывал о случившемся. Расчет был правильным – Себастьян прихватил с собой чужаков, не зная, какой именно маг совершил набег на его дом.

Пламя уже дожирало остатки ограждения. Трость Себастьяна с рукояткой в виде черепа ярко засияла зеленым светом, он стукнул наконечником о землю, и огонь стал понемногу затихать. Осмотрев ущерб, ведьмак прошел к усадьбе. В момент пересечения защитного барьера его спутниками, он отключил невидимую защиту, и я юркнула в дыру и спряталась за кустом можжевельника.

Взбудораженные слугам было не до меня, они убирали последствия пожара и старались не попадаться на глаза разгневанному хозяину. Когда Себастьян зашел в поместье, я стала пробираться к дому. Привыкшие к магической защите слуги даже не побеспокоились закрыть распахнутые настежь окна. Почему-то вспомнился проныра Даниэль – он бы с удовольствием пошел на это дело, но он связан контрактом, а его озабоченность персоной Бриера заставила меня не предупреждать о своих планах.

Я влезла в комнату с выключенным светом. Из щели под дверью бил яркий свет, доносился топот шагов. Незнакомая женщина, разгуливающая по дому с вилами в руке, вызовет много вопросов, поэтому я решила преобразиться. Магический трезубец засиял, превращая меня в черную кошку. Пушистый питомец не вызовет таких подозрений, а маленький размер и неброский окрас, позволит быть почти незаметной.

Стоило мне упасть на четыре лапы, магические вилы растворились, не оставляя и следа колдовства. С кошачьим зрением в темноте лучше рассмотрела комнату. Приноровившись, подпрыгнула и дернула ручку, открыв дверь. С осторожностью осмотрела светлый коридор – несколько дверей и красивые шторы на окнах, и никого. Перебежками я добралась до комнаты, из которой доносился голос Себастьяна. Уже раздумывала над тем, как бы туда пробраться, но с другой стороны раздались шаги, и я спряталась за портьеру.

– …Слуги испугались, что не смогут справиться с огнем, – провожал Бриер своих гостей, – никакого нападения не было. Скорее, мелкое хулиганство. Зря вы за мной увязались, джентльмены, с такой ерундой я бы справился и без посторонней помощи…

Он провел их в конец коридора в сторону холла. Дверь, из которой вышел ведьмак, осталось открытой, и я проскользнула за нее в рабочий кабинет, в котором на первый взгляд не было ничего необычного, но, повернувшись к камину, я удивилась – над ним, как картина, прикреплены вилы точь-в-точь, как и мои. Видимо, негодяй смотрит на них и ухмыляется своему коварству. Скорее всего, он одурачил несчастную чертовку и забрал её вилы.

Рассматривая артефакт, взглядом зацепилась за небольшую выпуклость на рукоятке. Совсем незаметная для посторонних, но когда ты каждый день работаешь с таким же магическим предметом, подобные мелочи сразу режут глаз.

В коридоре было тихо, и я обратилась человеком, чтобы рассмотреть дефект поближе. Легонько коснулась его рукой, и от этого сработал какой-то механизм, и из лепнины, украшавшей камин, выехал потайной шкафчик. Я не верила своей удаче! На дне лежало что-то странное: резная игрушечная голова зайца, приделанная к кошачьей лапе и обмотанная нитями, на концах которых висят бусины с перьями.

Не побоявшись, взяла в руки это уродство и ощутила какую-то странную легкость и безмятежность. А еще ощущение вседозволенности и, как ни странно, удачи!

– Кроличья лапка, приносящая Бриеру везение, – произнесла вслух.

Это находка была ценнее души Сардинии, с ней и отбор можно выиграть, и душу отыграть, и Себастьяна прихватить в придачу. Спрятала в сумочку магический предмет, а чтобы хозяин сразу не хватился пропажи, взяла со стола нож для конвертов и превратила его в копию. Подделка была идеальна, и не отличить. Стала ощупывать камин в поисках еще одного тайника, но ничего не нашла. Не было души русалки ни в столе, ни вообще в кабинете. Понадеявшись на удачу, я решила поискать тайник в другой части дома. Приняла лик кошки, тихонько подошла к двери. К кабинету кто-то быстро приближался, я беззвучно прыгнула на подоконник и спряталась за приспущенной гардиной. Это было единственное место в комнате, куда он точно не сунется посреди ночи.

Бриер зашел в кабинет, сел в кресло и откинулся на спинку. Он не брал бумаги или почту, а лишь смотрел в одну точку, не двигаясь.

– И долго ты собираешься прятаться?

Мне показалось, что сердце перестало биться. Но я не шевелилась, в надежде, что мне послышалось.

– Козочка моя, не знал, что ты у меня еще и кошечка. Хотя с твоими острыми коготками я уже знаком, – Себастьян повернулся к окну, и мне показалось, что он видит меня сквозь плотную ткань.

Я приняла свой настоящий облик, облокотилась на окно, вцепившись руками в подоконник.

– Зачем хулиганишь? Спалила ограду… Могла просто в дверь постучать, я бы открыл… Соскучилась?

– Я не соскучилась.

Себастьян поднялся с кресла, подошел вплотную и навис надо мной. Я застыла в ожидании.

– Лгунья, – произнес проникновенно.

Приподнял рукой подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза, и накрыл мои уста своими. От поцелуя кружилась голова, а внизу живота заныло томительно желание, требующее большего. Себастьян сорвал с меня накидку, оставляя губами влажный след на шее. Каждое его касание обдавало внутренним жаром. Его руки жадно блуждали по моему телу, круша остатки самообладания, а от опасности я распалялась еще сильней.

Не выдержав, вцепилась в ворот рубашки и с силой дернула – пуговицы разлетелись во все стороны, позволяя прикасаться к его коже. Себастьян посмотрел на меня с хитрым прищуром, подхватил, как пушинку, и усадил на стол. С грохотом сбросил все, что лежало на нем.

– Какое у вас гостеприимство, – не удержалась от иронии, глядя, как чернила растекались по дорогому ковру.

Вместо ответа он задрал юбку и притянул меня к себе, коснулся обнаженной коленки, лаская кожу и медленно приближалась к бедру.

– Для желанного гостя ничего не жалко…

Шнуровка на моем корсете развязывалась сама собой…

***

Из поместья Себастьян отпустил меня только под утро, но не скажу, что я сильно настаивала уйти раньше. Каким бы он наглым самодовольным типом он ни был, любовником был прекрасным. Мне даже стало казаться, что у нас все по-настоящему, а где-то глубоки внутри слышались отголоски мифического слова «Любовь». Однако с рассветом все стало на свои места – мы разные, и находимся в противоположных лагерях.

Карета везла нас во дворец. Я смотрела в окно, Себастьян довольно улыбался, поглядывая на меня. Знал бы, что у меня его кроличья лапка, не был бы столь радостным.

Уже подъезжая к вратам замка, я не выдержала:

– Если не прекратишь улыбаться, я решу, что ты тронулся умом.

– Это в предвкушении, козочка моя. В предвкушение того момента, когда тебе не нужно будет возвращаться во дворец, и ты окончательно обоснуетесь в моем доме.

Я искренне рассмеялась его самоуверенности.

– Знаешь, Себастьян, мне показалось, что ты не на контракт намекаешь, а замуж меня зовешь. К несчастью, ни тот, ни другой вариант тебе не светит. – Карета остановилась. – Мой визит – это прощание с холостяцкой молодостью. Не более того, – и, не желая продолжать разговор, вышла из кареты.

Каково же было мое удивление, когда мне подал руку сам принц Монти!

– Мизриэль, где вы были? Я вас пол утра искал, – спросил монарх.

Немного растерялась, но мне на выручку пришел Себастьян.

– Я встретил миледи де Вьер в городе и любезно предложил подвести во дворец.

– У меня была работа, Ваше Высочество.

– Вы же понимаете, Ваше Высочество, – Бриер дружески стукнул принца по плечу, отчего тот вздрогнул, словно его ударили палкой, – все хотят исполнений желаний, особенно молодые холостяки и холостячки.

Двусмысленно на меня посмотрел, но мы оба знали, что дальше намеков и шуточек он не пойдет – его тоже затронет этот скандал.

– Да-да, я понимаю… – скуксился Монти, потупившись на свою обувь. – Мизриэль, можно с вами поговорить без посторонних?

Я грозно посмотрела на ведьмака и, взяв под руку принца, пошла с ним узкой дорожке. Монти молчал, а я его не торопила – понимала, что его беспокоит то, что вытворяют Бриер и Крестная Фея. Мы ушли далеко от здания, прежде чем он произнес:

– Думаю, вы догадались, что на церемонии говорил не я. Бриер околдовал меня.

– Я это сразу поняла.

– Меня это тревожит. Я и раньше знал, что нахожусь в опасности, но произошедший инцидент стал последней каплей, – сказал принц грустным голосом. Он словно повзрослел. – Я хочу, чтобы Бриера и Крестной Феи не было ни в моем дворце, ни в моем королевстве, Мизриэль.

Дыхание перехватило. Я хотела стереть с Себастьяна наглую ухмылку, но чтобы навсегда выгнать из королевства… И выгнать ли?

– Что я могу сделать, Ваше Высочество? – спросила осторожно, пытаясь понять, куда клонит Монти.

– Я решил, Мизриэль. Я женюсь на вас, что бы ни делала эта парочка. Но вы должны мне помочь. Крестная Фея пойдет на все, чтобы сделать Лусинду королевой. Вы должны быть готовы к любым провокациям. Поверьте, она готова на все, чтобы прибрать к рукам трон.

Вспомнились слова Отважного о готовящемся покушении, но тогда почему Себастьян не выполнил её просьбу, ведь вчера у него было масса возможностей?

– Спасибо за оказанную честь, Ваше Высочество.

Благодарила, понимая, что совсем не ощущаю радости. Наоборот, становится только печальней.

– Мизриэль, я надеюсь, что как волшебница вы сможете меня защитить? Вы обещали. Если наш секрет не будет раскрыт, то и опасность мне не будет грозить. Но как только мы вступим в брак, я рассчитываю, что вы сможете вышвырнуть их из королевства.

– Конечно, Ваше Высочество, сделаю все, что от меня зависит.

Вот после этих слов стало вообще плохо. Мало того, что принц рискует моей жизнью, даже не пытаясь хоть как-то помочь, он хочет, чтобы я решила все проблемы за него. Конечно, корона, деньги и слава – это все очень лестно. Но если смотреть на это с позиции обычной девушки, то Бриер на фоне Монти выглядел ангелом. Он хотя бы никогда мной не прикрывался. Если бы не долг Даниэля, душа Сардинии и договор с Бриером, котился бы Монти со своим королевством на все четыре стороны. Но мне, поставленной в неудобное положение, ничего не остается, как согласиться на эти крамольные условия.

Дальше мы шли молча. Монти, видимо, еще бы многое рассказал о своих планах на женитьбу, но мне было достаточно того, что я уже услышала. Мы завернули за угол, и за ветвистыми деревьями увидели Эллу, гордо выхаживавшую в компании придворных слуг.

– Мизриэль, – писклявым голосом позвал меня брат, – подойди ко мне.

– Простите, Ваше Высочество, я очень нужна кузине.

Пользуясь предлогом, я избавилась от компании эгоистичного принца. Мне теперь долго не захочется с ним разговаривать. Подошла к Элле, что-то надиктовывавшей писарю, у которого уже заканчивались чернила. Дергавшимся глазом он поглядывал на беса в платье.

– А вот здесь я хочу фонтан из хрусталя, чтобы он был украшен бриллиантами размером с кошачью голову.

– Кошачью голову? – схватился за сердце человек со счетами в руке. Видимо, казначей.

– Нет, кошачей головы не надо, – уточнил бес, – но бриллианты чтобы были обязательно. Хотя, если вы настаиваете, то я, так уж и быть, ради бриллиантов потерплю вашу кошачью голову.

– Элла, золотце, кто эти люди? – спросила у брата.

– Это мои помощники. Их направил ко мне Ричард, чтобы исполнили все мои пожелания в подготовке к нашей свадьбе.

– Бедный король и несчастное королевство, – не удержалась я.

– Будет тебе! Вот, лучше посмотри, какое у меня будет платье.

Ей тут же подали лист бумаги с эскизом. Я посмотрела на набросок, и мне стало одновременно дурно и смешно: на нем был изображен женский силуэт в платье сплошь из драгоценных камней с массивными золотыми цепями, жемчугом и изумрудами. Казалось, кто-то вылил на себя смолу, а после облепился содержимым сундука с пиратскими сокровищами. В этом платье не то что ходить, в нем дышать невозможно.

– Простите, джентльмены, мне надо переговорить с будущей невестой наедине. – Я схватила Даниэля за локоть и отволокла в сторону, чтобы нас никто не услышал: – Ты что творишь? Хочешь сделать банкротом королевство за один день? Или удумал удрать в этом платье, и сам стать королем новой страны?

– Я? Нет! – наигранно изумился Даниэль. – Мне это посоветовала швея.

– Ничего не хочу знать. Но если из-за твоей привередливости придется перенести наши свадьбы, обещаю – под венец ты пойдешь по-настоящему!

Даниэль недовольно скривился.

– Нервная ты стала, Мизриэль. Но я тебе прощаю. Невесты все такие… – Брат отвернулся и обратился к слугам: – У меня появились новые идеи. Джентльмены, пойдемте в ту сторону!

И, как гусята за мамой гусыней, они последовали за ним. Стало жаль всех этих слуг и самого короля – Даниэль их них всю душу выжмет.

Расстроенная до глубины души, пошла в свои апартаменты. Никого не хотелось встретить, шла окольными путями. Тихонечко подошла к двери в гостиную и замерла, услышав разговор.

– …А что будет после того как, тебя расколдуют? – спросила Сардиния.

– Я улечу далеко-далеко, где больше никто не помешает мне быть самим собой.

– Улетишь… – с придыханием повторила девушка.

– А ты полетишь со мной, Сардиния?

Русалка замолкла. Мне почему-то захотелось, чтобы она согласилась. Бросила всю эту мишуру дворцовых интриг и полетела на край света с тем, кто ей действительно дорог.

– И ты еще спрашиваешь? Конечно, полечу.

Я открыла дверь – на диване сидела русалка, а Отважный разлегся на её коленях. Она гладила его по голове и смотрела с такой нежностью, что у меня внутри все скрутило от боли осознания – я никогда не смогу вот так смотреть на Монти.

– Простите, я не хотела помешать, – произнесла, входя.

– Мизриэль, ты вернулась! – обрадовалась бездушная. – Только что придворный глашатай пригласил всех участниц отбора в малый зал. Будут делать какое-то объявление.

Посмотрела на настенные часы – есть время принять ванную и сменить платье.

***

Пять претенденток сидели за широким столом. Все мило улыбались и изображали дружескую беседу. Каждая знала, что сварливых и склочных девушек никто не любит, а каждая негативная черта может стать предлогом вышвырнуть тебя из отбора.

Дверь открылась, вошли двое.

– Миледи, – обратился к нам Себастьян. Рядом с ним мялся Монти, – мы с принцем поговорили, и решили каждой из вас дать небольшое задание. По итогам Его Высочество решит, годитесь ли вы на роль его жены или нет.

– И что надо будет делать? – настороженно спросила гномка.

– Вам понравятся. Мы подбирали для каждой свое… – Ведьмак раздал всем конверты. По удивленным вздохам миледи стало понятно, что не всем задания пришлись по вкусу. – Через несколько дней устроим демонстрацию результатов выполненных заданий, и после этого будут выбраны две финалистки.

Задания поразили. Гномке предстояло выступить с балетной труппой в роле солистки. Она очень огорчилась: гномы – ужасные танцоры. Лусинда должна была без магии три дня улаживать за детьми в приюте, чем фея была крайне недовольна. Амалию направили за город участвовать в укреплении хижин барсуков. Скорее всего, это придумали специально, чтобы убрать ее подальше от дворца и показать скелетной гильдии, что чтят проблемы их вида. Сардиния грустно воздыхала – её ждал экзамен по арифметике, физике и истории. Бедной русалке намекнули на глупость и пытались выставить в дурном свете.

Открыв свой конверт – я обомлела. Он оказался пуст. На листе не было ни единой буковки, словно меня освободили от этой затеи. Я первым делом подумала, что это Монти обо мне побеспокоился, но потом представила большой зал, полный зрителей, и как я буду оправдываться, что ничего не делала, и поняла, что это козни Бриера.

– Я отойду ненадолго. У меня возник вопрос по заданию, – сказала Сардинии, пошла в кабинет Себастьяна.

Разозленная очередной несправедливостью, дернула дверь и увидела Бриера, облокотившегося на стол с довольным выражением лица.

– Ты долго, я думал, ты придешь раньше.

– Что это значит? – протянула пустой лист бумаги.

– Это твое задание.

– Оно написано невидимыми чернилами? Тогда стоило об этом сразу предупредить, чтобы не было недопонимания, – подключился мой природный сарказм. – Или ты хотел опозорить меня при всех, показав, что я не могу выполнить пустяковой работы, вроде станцевать танец или сложить два плюс два?

– Хочешь задание?

– Да!

Он выхватила у меня лист и что-то написал.

– Держи, – протянул мне его.

На нем было написано «Повелитель приказывает его козочке вернуть его кроличью лапку».

– Даже не знаю, чему больше удивиться: кроличьим лапкам или тому, что ты считаешь себя моим повелителем.

– Зато ты уже привыкла к обращению «моя козочка». Это так мило, козочка моя.

– Ты хам, – огрызнулась.

– А ты лгунья и воровка. Мы идеально подходим друг другу!

– Я у тебя ничего не крала! Я пришла по душу Сардинии…

– А нашла что-то лучше этого, – двусмысленно намекнул Себастьян.

Он непробиваем, но я вытрясу из него задание, чего бы мне это не стоило!

– Дай мне задание, иначе я за себя не ручаюсь, – я погрозила пальцем, но он не реагировал.

– Козочка моя, это я за себя не ручаюсь. Еcли в ближайшее время не найду кроличью лапку… – он медленно приближался, я отступала к двери – …то буду лично обыскивать тебя во всех местах, – подошел ко мне вплотную, и сердца стало бешено стучать. – А может, она и сейчас с тобой, нужно лишь хорошенько поискать?

Резко забрал мою юбку, с любопытством рассматривая ноги.

– Дурак! – убрала его руки от платья и выскочила из кабинета, из которого еще долго был слышен звонкий мужской смех.