Глава 12. Ублюдок и мстя

– Нет. Ты не полетишь на этой птице, – Пол Янг был категоричен.

– Тогда вся ваша фотосессия может лететь с миром, ибо я в ней не участвую, – встала я в позу.

Мы стояли на продуваемом всеми ветрами стадионе и сверлили друг друга тяжелыми взглядами. Гении съемок узрели нечто оригинальное в том, чтобы запечатлеть команду в лучах восходящего солнца, поэтому ровно в семь утра большая часть команды поднялась в воздух и всячески выпендривалась.

Еще хорошо, что съемочная группа одела игроков в утепленные костюмы. К слову, жуткий цвет официальной формы (напомню: светло-какашковый) не улучшили бы ни блики солнца, ни стразы, ничто! Ничто не улучшило бы эту позорную форму. Ну кроме клюва Ублюдка, недобро косящего в сторону прогуливающихся собратьев.

В это утро я демонстрировала чудеса выдержки, позволив мастерам себя накрасить и уложить волосы. Я даже не роптала (ехидные комментарии не в счет), когда принесли дико облегающий фигуру комбинезон уродского оттенка – мало ли какие в эйрболе спортивные стандарты.

Но когда вместо Ублюдка коновал подвел невзрачную черную орлицу, внутри рухнула невидимая дамба, обрушив на Пола Янга волну протеста.

– Мэг, прекрати капризы, – увещевал Пол. – Посмотри, какую красивую и послушную девочку я тебе достал.

Послушная девочка косила на мир круглым глазом абсолютной покорности. Такую хотелось пожалеть и накормить мышкой, а не поднимать на крыло.

– В чем дело? – нарисовался рядом Коул.

В отличие от других игроков, серый кардинал опоздал, проигнорировал форму, оставив не такой модный, но явно более практичный черный комбинезон. Поверх он набросил пальто черного цвета. Про такие обычно говорили «классическое», «деловое» или «стоит целое состояние».

– Он не дает мне Ублюдка, – выпалила я, обличительно показывая на Пола.

«И это после того, как я выдержала надругательство над своими волосами, тыканье кисточками в лицо и получасовой ликбез: «Это никакой грим не исправит» от сварливой тетки далеко за сотню. Лет и килограмм», – добавила мысленно.

– Ублюдка? – Кое-кто пришел в легкий шок. – Ты назвала птицу… Ублюдком?

Пожала плечами.

– А что, собственно, такого? Ему подходит.

Ублюдок, бьющий крыльями за невидимой отгородкой, хрипло крикнул в знак подтверждения. Коул пару долгих мгновений изучал взглядом мое преображенное макияжем лицо, впечатлился креативом (свято верю, что креативом, а не кретинизмом) и пристально глянул на Пола Янга.

Тот покачнулся, словно на него налетел порыв ветра, но устоял и не попятился.

– Нет, Сент-Клер. – Лицо Пола олицетворяло слово «непреклонность». – Бушующий нестабилен, непредсказуем и не подчиняется авторитетам.

– Как и Мэг, – негромко заметил Коул, а я расплылась в глупой и алогичной улыбке, но клянусь, лучшего комплимента мне еще не говорили.

Но больше всего в Коуле поражал его взгляд, и теперь, когда главная суперсила мага оказалась направленной не на меня, я наконец уловила суть того, что он делал. Такое чувство, что глаза Сент-Клеру были нужны не для того, чтобы смотреть, а для того, чтобы демонстрировать этому миру свою волю. Сила, что исходила от его фигуры, сминала защитные барьеры собеседника, но не подавляла, а показывала, кто тут главный.

Ты смотрел на Коула, и внутри рождалось понимание полной покорности лидеру, потому что тот знал, как будет лучше для тебя. Он знал все. Вероятно, так ведут себя альфы волчьих стай, вожаки птичьих стай, отцы семейств. Настоящие отцы, а не такие, как Нед Хантер.

– Учти, будешь сам объяснять ее родственникам, как так вышло, что их дорогая девочка превратилась в переломанную отбивную, – проворчал в момент капитулировавший Пол Янг и демонстративно отошел к съемочной группе, прилаживающей на спины трех птиц поменьше оборудование и вспышки.

– Спасибо! – Я просияла, как кот, дорвавшийся до бесхозной сметаны.

Вот если бы еще этикетка на спине не впивалась в кожу, дико раздражая, то вообще замечательно стало бы.

Не помню, чтобы говорила последнее вслух, но Коул внезапно зашел мне за спину с предложением:

– Давай поправлю.

Я даже очухаться не успела, а широкая ладонь перекинула яркий каскад моих волос на правое плечо и скомандовала:

– Расстегни молнию, чтобы я мог оттянуть ткань.

Вздрогнула, когда его пальцы коснулись моей шеи и лениво двинулись вниз, провоцируя толпу мурашек. Я замерла, боясь пошевелиться. Нежная кожа за ухом ловила теплое дыхание Коула, внимание сузилось до крохотного участка шеи и спины, где путешествовали чужие пальцы.

– Готово, – хрипло сообщил серый кардинал, отстраняясь, и разочарование в его голосе сделало меня самой счастливой Чертовкой в мире. Захотелось беспричинно улыбнуться, а еще лучше от души захохотать и обнять… Кого? Да хоть того же Ублюдка!

Я потянулась к орлу. Ублюдок, как распоследняя свинья, клюнул подозрительную длань, но не учел проворности новой хозяйки и промазал. Быстро перехватив поводья, я прыгнула в седло. Коул оседлал своего внушительного белоплечего орлана и лукаво глянул через плечо.

– Готова?

– С рождения, – крикнула я, первой срываясь с места.

Словно грозный кусь в лучах восходящего солнца, Ублюдок играючи набрал скорость и атаковал.

– Эй! – заорал возмущенный Ден Вентери, а я сделала невинную моську и развела руками. Мол, прости, прости! Ничего не могу поделать с этим обормотом.

– Держи эту тварь от меня подальше! – проорал капитан команды, чтоб ему в открытый рот муха залетела.

И нет, я не ведьма. Но сделанное от чистого сердца пожелание воплотилось в реальность. Ден закашлялся, попеременно отплевываясь, пуча глаза и вытирая рот рукой.

Хрупкая душевная организация Ублюдка потребовала возмездия за нанесенное оскорбление, поэтому мы развернулись и пошли на второй заход.

Сынок высокопоставленного мага ругнулся, развернул свою птицу и бросился наутек. Клюв Ублюдка грозно щелкнул в каких-то сантиметрах от хвостового оперения врага, после чего этот псих с крыльями решил проявить каплю благородства, присущего всем чистокровным бастардам и птицам, ушел в сторону и обрушился на другого игрока.

Им оказался тот самый здоровенный вратарь на нервной птахе.

– Эй! – заорал верзила, осаживая мечущуюся орлицу.

– Чертовка, у-убью! – проревел на весь стадион Пол Янг.

И вот снова я крайняя.

Тяжело вздохнув, я осадила развеселившегося Ублюдка и все следующие семь минут изображала из себя приличную девочку, то есть послушно сидела и скалилась на камеру.

– Запасные отлетели в сторону. Снимается основной состав, – скомандовал один из членов съемочной бригады.

Я позволила Ублюдку для вида припугнуть орла Коула – а чего он улыбается? – отлетела в сторону и вот только тут заметила Лиэсу.

Бывшая торчала среди поля, как единственный волосок на лысине. Такой мерзкий и очень-очень отвратительный отросток, чудом удержавшийся в луковице.

И практически сразу же Таша, бывшая в курсе всех событий Академии, скинула сообщение:

«Эту белобрысую куру наказали тем, что заставили помогать коновалу чистить орлиные гнезда. Как думаешь, насколько высоки шансы, что орлы перепутают ее с завтраком?»

Я думала, что чистить орлиные гнезда в облегающем трико и коротком топе дико неудобно. А вот провоцировать парней на плотские мыслишки – очень даже.

В подтверждение моих тяжелых дум любительница спандекса провела рукой по бедру, чувственной кошечкой прогнулась и медленно наклонилась, поднимая с земли невидимый предмет.

– Вот это попка! – крикнул кто-то из необремененных интеллектом парней, вошедших в состав запасных.

Нет, ну и где в этом мире справедливость? Меня, между прочим, главную пострадавшую, заставили играть в команде, скалить зубы на камеру и с утра пораньше терпеть измывательства над собственной внешностью, а Лиэсу пожурили в кабинете проректора и отправили чистить гнезда!

Что не так с этим миром? И почему всегда-всегда-всегда-всегда страдают невинные?!

– Кхх! – проскрежетал Ублюдок, тоже заметив склоненную деву.

Бока птицы напряглись, крылья поменяли угол наклона, тормозя тело. Я обеспокоенно привстала. Какую пакость задумал этот несносный орел?

Вниз сорвалась и полетела белая капля помета. Точнее, каплей она была бы, восседай я на воробушке, но в воздухе парил гигантский орел, не обремененный совестью.

– А-а-а!!! – завизжала Лиэса, когда залп Ублюдка достиг ее пятой точки. Как по команде, остальным орлам тоже приспичило, и они дружно открыли шлюзы.

Продолжая оглашать округу визгом, блондинка рванула наутек, петляя и уворачиваясь от града падающих с неба снарядов. Я же уткнулась лбом в луку седла и громко хохотала, чувствуя себя если не отомщенной, то определенно счастливой. Жутко счастливой.