-3-

— Здесь недалеко. Через парк.

— Одна? — ловко расправлялась она с пирожным, демонстрируя хороший аппетит, несмотря на свою субтильную внешность.

— С котом.

— О-о… — выдохнула она. — Любите кошек?

— Нет. Совсем нет. Но так уж вышло, — потягивала я холодный китайский улун «с пирогенными нотками», как говорил про этот чай Виктор.

Он и прервал нашу беседу.

— Всё в порядке? — спросил он, глянув на мою недоеденную пасту.

— Да, всё отлично. Нет аппетита, — соврала я. — Это Саша, наш новый преподаватель, — представила я.

Он представился сам.

Молодёжь во главе с Таиром веселилась вовсю. Виктор коротко обернулся, оценив ситуацию. Поправил полосатый поварской фартук, плотно сидящий на его крепкой фигуре. Выглядел он внушительно и для своих лет (а сколько ему, кстати? сорок? сорок пять?) спортивно: мог и навалять.

— Если они вам мешают…

— Нет, нет, — ответила я. — Всё в порядке.

— Да, всё в порядке. Очень вкусно. Спасибо, — ответила Саша.

— Благодарю, — снова кивнул Виктор. — Как нога? — обратился ко мне.

Я махнула рукой.

— Ходить могу, и ладно. Даже почти не хромаю.

Про каблуки, конечно, придётся забыть, как бы я их ни любила. Всё, отбегалась на шпильках — дошла моя очередь до обуви на низком ходу.

Рассказывать Александре, как глупо я растянула ногу, оступившись на ровном месте, не хотелось. Я и так рядом с ней чувствовала себя старухой. Хотя вблизи было заметно, что ей около тридцати, я и в её годы уже не могла похвастаться ни такой фигурой, ни такой кожей, ни шикарными волосами, а сейчас и подавно.

Сейчас мне и не надо: женщина после пятидесяти с заурядной внешностью — невидимка для мужчин. Просто хотелось хотя бы стареть достойно, а как-то и это не получалось.

— Принести что-нибудь ещё? — забрал Виктор грязную тарелку.

— Нет, — улыбнулась я. — Спасибо, Вить!

Он посмотрел на Александру, но она тоже покачала головой.

Я посмотрела на часы, когда он ушёл. Пора было идти.

— У вас ещё занятия сегодня? — торопливо допивала свой чай Александра.

— Я на лекцию, хочу послушать Василевского.

— Василевский, который «Просто о сложном» и «Занимательная наука»? — удивилась она.

— Он самый. Биолог, учёный и популяризатор науки, — кивнула я.

— Ой, мои дети его обожают, — оживилась Саша, слегка раскрасневшись. — Мы все книги его скупили, они и подкаст слушают, и от телека, когда идут его передачи, не оторвать.

— Да, он такой, — улыбнулась я. Шикарный и неподражаемый. Эдуард Василевский.

Только из-за него меня новая директриса и терпит.

— Вы знакомы?

— Учились в одном вузе и с тех пор дружим.

— И он ведёт занятия в нашем Центре? — поразилась она.

— Читает бесплатные лекции раз в месяц. Но потом у меня ещё вечерняя группа. Для пенсионеров. В рамках программы «Счастливое долголетие», — встала я.

— О, мне про неё тоже сказали, — погрустнела Александра. У неё вообще всё было написано на лице, каждая эмоция, малейшее изменение настроения. — Не знаю, потяну ли такую нагрузку. Мамочки с детками, детская группа, подростки, креативы для взрослых, индивидуальные занятия, — она запихивала в сумку свой бесконечный шарф. — Ещё это бесплатное «Долголетие».

Я пожала плечами. Что я ей могла сказать? Бесплатное, оно только для «учеников», преподавателям платили из бюджета города. А с начала учебного года обычно все группы переполнены, потом в разы поредеют. И замечательно, что рисование так востребовано. Я и рада была бы приходить чаще, рассказывать детям, как черенковать традесканции, а подросткам, как правильно ухаживать за фикусами, но моя аудитория — «Счастливое долголетие»: сад, огород, посадка, обрезка, уход, как вырастить крупную морковь, как укрыть на зиму розы.

Я и рада бы возиться в своём саду, но всё, что у меня есть — четыре окна в чужой художественной студии и две клумбы на территории центра, где этой осенью царствовала декоративная капуста.

Нет, я не жалуюсь. Жизнь давно научила меня, что возможности часто не совпадают с желаниями, создать семью не каждому дано, любовь ничего не решает, а планам порой не суждено сбыться. Но жить можно и так, находя счастье в мелочах, а радость в деталях. Жизнь вообще состоит из мелочей и деталей: вдохов и выдохов, ударов сердца, взмахов ресницами, шагов.

Вкусный ужин, хорошее вино, мурлыкающий кот, интересная книга, распустившийся цветок, вечерний воздух, напоенный запахом леса и прохладой, вид из окна, лекция Эдуарда Василевского, нога, которая больше не болит.

Особенно сегодня радовала нога.

— Господи, вот я дура! Вот же она, — достала из сумки карточку Алекандра. — Ладно, вы идите, а я пойду верну парню деньги.

— Хорошо, — усмехнулась я. Разве мне требовалось её разрешение?

Улыбнулась Виктору, что стоял у витрины кондитерской, и пошла на лекцию.

В моей привычной размеренной жизни я и думать забыла про Александру, Таира Яфарова и этот незначительный эпизод.

Свои цветы в её студию я приходила поливать рано утром или поздним вечером, когда там уже никого не было, только разбросанные рисунки, грязные кисти, засыхающие краски на палитрах (как она потом их очищает?) да расставленные как попало мольберты.

Но в тот день наткнулась на Александру и Таира на лестнице.

— Таир, я вас очень прошу, не нужно приходить на мои занятия, — услышала я звенящий от напряжения голосок Александры и остановилась в темноте коридора.