Глава 29

Вероника

— Дура ты, Вероника! — Дашка отпивает чай и ковыряет котлету в своей тарелке.

Мы сидим в университетской столовке и я пытаюсь хоть немного скинуть груз на свою лучшую подругу, но ожидаемой поддержки не получаю.

В груди у меня какое-то месиво. Коктейль из обид.

Обижаюсь я буквально на всех: на родителей, за то что те упрямо отказываются идти на мировую. На Олеськины вещи, которые я периодически нахожу, когда убираюсь в квартире. И конечно на Демина…

Последняя обида самая тяжелая. Он не сказал мне, что разводится и уезжает в Германию. Словно и для него я стала игрушкой. Сам столько пламенных речей произнес, открывая мне глаза, на то, что я взрослый человек и должна принимать решения сама и тут пожалуйста. В итоге по той же родительской методичке продолжает меня учить.

— И в чем же моя дурость проявляется? В том, что хочу знать о планах своего мужчины? — откладываю вилку и, подавляя раздражение вытираю салфеткой рот.

Дашка лениво оглядывает столовку и возвращает взгляд на мое лицо.

— Вот именно, Ника! Мужчины. Ты привыкла мальчикам голову дурить, а тут не мальчик, понимаешь… Он с тобой возиться не станет. Тебе надо повзрослеть. Знаешь, я тут статью вчера прочитала в инстаграме — приближается ко мне и продолжает выдавать информацию заговорческим тоном.— Мужчинам в молодых нравится только внешность, фигура, но и это быстро наскучивает. Умных они любят и мудрых. Если будешь обижаться, как соплячка, то на вашей двухнедельной романтике, пожалуй все и закончится.

Дашкина истина меня совершенно не устраивает, но все же в ее словах что-то есть.

Демин и правда мужик взрослый. Но я ломать себя ради него не хочу. Это же будет означать, что я слабохарактерная и бесхребетная… Ушла от родителей к другому, точно такому же " Я знаю, как тебе будет лучше". От перестановки мест сумма не меняется, так ведь? А мне необходимо поменяться. И я просто хочу, что бы он выполнил свое обещание: общался со мной на равных. Делился планами и мыслями.

Я молча жую салат и бросаю настороженный взгляд на свой телефон. Тот упрямо жужжит и высвечивает нашу с Деминым совсместную фотку.

— Ответь, а! — Дашка осуждающе сводит брови к переносице. — Ей Богу, была бы я на месте Демина двинула бы тебе уже…

— В том что ты хочешь мне двинуть, ты призналась когда я еще с Темкой встречалась.-Пожимаю плечами и с сожалением смотрю на успокоившийся экран. Перестал звонить.

Не знаю, что со мной. Сама себя не понимаю. Сложно. Хочу быть с Деминым, но при этом совершенно не готова мириться с его прошлым. Ревную его ко всему живому и неживому! Даже к фотографиям свадебным ревную.

— Я тебе всегда об этом говорю! Мужчины не любят проблемных баб, Женихова…— эмоционально выплевывает подруга и тянется к салфеткам.

Я не собираясь сдаваться немного наклоняюсь вперед и с усмешкой произношу.

— А как же известное утверждение о том, что в каждой женщине должна быть загадка? Даша шумно вздыхает. Я отчаянно пытаюсь отстоять свою правоту. Ну не могу я быть виновата во всем, что сейчас с нами происходит. В семейных ссорах всегда виноваты двое.

— Загадка, Женихова! За-гад-ка — тянет по слогам и ребром ладони бьет по столу на каждый слог. — а не головоломка. Диссертацию по твоим заморочкам никто из мужиков защищать не собирается, поверь.

Я хмыкаю.

— Да— да-да! Как там в твоем интернете пишут: будь проще и микробиологи к тебе потянутся? — натягиваю неестественную улыбку и несколько раз киваю. — только вот простейшие изучает зоология. Твой интернет — неграмотное зло. Не читай там больше статьи.

Дашка закатывает глаза и руки вверх поднимает.

— Все! Не спорю. Поступай, как знаешь.— встает изо стола и вешает на плечо сумку.

Я не хочу обижать подругу, но порой ее советы меня раздражают. Возможно даже потому, что она обвиняет в случившемся меня.

— Даш — нерешительно хватаю подругу за руку. Та поднимает на меня удивленный взгляд. — Можно я у тебя сегодня переночую? Мне надо собраться с мыслями и все обдумать.

Дашка берет пару секунд на размышление, всматривается в мое лицо, словно решение важное принимает, потом театрально вздыхает и широко улыбается.

— С тебя пицца, Женихова и годный фильмец. — достает связку ключей и с грохотом приземляет ее на стол. — Надеюсь, что мама как и обещала останется на даче у Тети Иры. Иначе мы от вопросов не отделаемся.

Я благодарно чмокаю подругу в щеку и сметаю со стола ключи.

Весь оставшийся день я прокручиваю в голове слова Даши. В чем-то она, конечно права. Но я по-прежнему не считаю, что я одна должна работать над нашими отношениями. Ну в конце то концов не только же мне это нужно.

Дашка с последних занятий ушла, договорилась отработать их на следующей неделе. У них с Деном сейчас свидание, и я так понимаю, что ради меня она отказалась от его продолжения.

Мне приятно.

Дашка умеет дружить и я точно знаю, что сегодня она меня все равно поддержит.

За окном уже начинает темнеть.

Я скидываю тетради в сумку и замираю над телефоном. Мне надо написать Вадиму сообщение. Он мне звонил три раза.Но больше звонков не было и ни ни одной СМС. Дает мне возможность самой выйти на связь?

Мои пальцы лихо пробегаются по экрану, оставляя за собой небольшой текст.

« Меня не теряй. Останусь сегодня у Даши. Мне надо все обдумать»

Сбрасываю сообщения и смотрю на свои дрожащие руки. Я ужасно боюсь его ответа. Разочаровать его боюсь. Но что будет дальше, если я начну нашу жизнь с угождений?

Да то же самое, что у меня было с родителями: «Вероника, ты не хочешь это платье», «Никуша у тебя такие красивые волосы, не смей делать короткую стрижку»…

Выхожу из здания университета и по привычке иду в сторону парковки, куда такси обычно вызываю.

К хорошей жизни быстро привыкаешь, а я так жила три года. Даже чуть больше.

Уже возле парковки вспомнаю, что теперь на моей карте красуется надпись «Демин В.А.», поэтому решаю все же ехать на автобусе. Обижаться и при этом тратить его деньги как-то странно.

Меняю направление в сторону остановки, не спеша шагая по узкому тротуару.

Да уж….

Сложно быть независимой с нулевым балансом на собственной карте.

Не в деньгах счастье?

Не в них, конечно.

Но в них защита и уверенность в собственных силах. Без них же ты кукла, которая принадлежит либо родителям, либо мужику.

Деньги— это независимость.

А может независимость это и есть истинное счастье? Принадлежать себе, жить своими мыслями, чувствами и делать то, чего хочешь именно ты?

Тогда выходит, что выражение напрочь устарело.

И деньги— это все-таки счастье.

Подхожу к переполненной остановке и притягиваю руки к губам. Осторожно выдыхаю теплый воздух, пытаясь согреть холодные пальцы.

Сегодня на эмоциях выскочила из дома без шапки и перчаток.Густые волосы спасают от холода уши, а вот руки надо растирать.

Внутри такая пустота и так хочется ее чем-то заполнить. Открываю телефонную книгу и мой палец застывает над зеленой трубкой напротив контакта " Любимый".

И что я ему скажу?

В голове пухнут мысли, вызывая жуткий дискомфорт. Пытаюсь подобрать нужную, но все не то...

Нервно покусав губы отправляю телефон обратно в карман новой куртки.

Не могу!

Через двадцать минут пустого ожидания я отчаиваюсь и даже чувствую, как по щеке катится сиротливая слеза. Злюсь сама на себя.

Слабачка чертова!

Прежде чем хлопать дверьми, надо помнить, кто платит за твой уют.

Я трогаюсь с места и шагаю по направлению к Дашкиному дому. Размышляю, что при быстром шаге через два часа могу добраться. И все же обдумываю за чей счет я могла бы заказать такси по минимуму травмировав свою гордость.

— Женихова идет пешком — смотреть до конца… — знакомый голос заставляет меня дернуться, а потом и вовсе растянуть счастливую улыбку. Но вот как он это делает?

Я поворачиваю голову в сторону дороги и ловлю через открытое окно знакомый блеск голубых глаз. Темка.

— Садись, подвезу. Только не вздумай приставать, иначе настучу по заднице. — Артем демонстративно грозит мне указательным пальцем, я громко смеюсь и забираюсь на переднее, пасажирское.

— А ты не очень убедителен –хлопаю дверью. Нагло заигрываю. Забываюсь. Почему-то с Темкой я всегда сама перелезаю грань нашей Френдзоны, хотя никакого продолжения не желаю.

— Тогда руку сломаю. — пожимает плечами Темка и мы смеемся.

— О! Вот тут уже стоит задуматься…— пристегиваюсь и мы трогаемся с места.

Артем выворачивает руль и собирается поворачивать в сторону моего дома. Останавливаю его схватившись за рукав.

— Я к Дашке, Тем… — Его удивленный взгляд, заставляет меня вновь засмеяться. Подруга моя живет в новом микрорайоне в жопе мира, короче.

Отмечаю, как быстро мое настроение летит к отметке максимум. Мне с этим парнем всегда легко...Я никогда не думаю, что нужно сказать, что бы не выглядеть перед ним идиоткой.

И тут меня припечатывает одной мыслью. А что если бы Демин так же нагло лез в мое прошлое и пытался бы выкурить из него Темку, как делала это я?

Смотрю на голубоглазого парня, который что-то мне оживленно рассказывает и понимаю, что я бы не стала это терпеть. Я никому бы не позволила очернить Артема, даже Демину. Если бы он запретил мне с ним общаться— это одно, а если бы так же бросался осуждал мое прошлое и обвинял Артема… ну незнаю… в жадности, например. Я бы очень разозлилась. Я знаю, какой Тема классный. И у нас классное с ним прошлое.

Наверное я была не права, да?

— Зачем я вообще остановился? — Артем цокает и закатывает глаза. Я смеюсь. Громко и искренне. Прибавляю музыку и даже начинаю напевать.

— О…Только не это… — Артем ставит ладонь между нами, а я пою громче.

Конечно не все так плохо с моими вокальными данными, но до идеала, мне ой как далеко…

Время в компании голубоглазого парня пролетает незаметно. Я небрежно отмахиваюсь от его вопроса, почему я шла пешком. Он не давит, и в этом я очень ему благодарна. Мы заезжаем во двор Дашкиного дома.

Никакой неловкости и смущения. Я чувствую, что с Темычем мы достигли понимания.

— Темка, ты меня спас от холода и депрессии. Давай щеку.

Артем потягивается и разминает шею после долгой езды.

— Женихова, ты забыла, как двери открываются? — он окидывает меня ироничным взглядом и тянет бровь. Красивый зараза. Я смеюсь и припечатываю на его щеку легкий, дружеский поцелуй.

— Спасибо еще ра-аз. — тяну и наматываю на кисть ремешок сумки.

— Иди давай…— ухмыляется Темка.

Я поворачиваю голову вперед, смотрю в чистое стекло и нервно сглатываю.

Все наши поездки с этим парнем заканчиваются на минорной ноте и эта не могла стать исключением. Если между нами возникло полное взаимопонимание, то это не означает, что гроза не придет из вне. А она пришла. Точнее он пришел. Через лобовое стекло нашу дружескую пару прожигает ревнивый деминский взгляд.

Вадим стоит возле Дашкиного подъезда с огромным букетом белых роз. Боже...Он пришел ко мне...

Демин курит. Я пугливо слежу за каждым его взглядом. В душе что-то лопается и разливается кислотой. Глубоко вдыхаю и пытаюсь выталкать из легких воздух, но он пухнет во мне причиняя невыносимую боль.

Вадик подумал, что я ему изменяю. Он так подумал, я это знаю, чувствую...Я это вижу по его разочарованому взгляду.

Вадим сначала смотрит на меня и спокойно затягивает сигарету, потом долго вдыхает в себя никотиновый дым и на выдохе переводит взгляд на Артема.

Я даже отсюда вижу, как нервно играют его скулы.

Он на пару секунд опускает свой взгляд вниз и нервно сглатывает.

Потом вновь глубокая затяжка и взгляд на Тёмку. Долго. Словно оценивает.

Мне невыносимо больно и стыдно. Я не сделала ничего плохого, даже в мыслях не было, но в душе... В душе я ощущаю себя грязной.

Вадим не спешит. Он курит свою сигарету. Внешне он спокоен, вот только его глаза и мимика сдают его состояние с потрохами.

— Я так понимаю, что Демин не к Дашке приехал. — будничным тоном комментирует Артем. — Поворачивает голову в мою сторону и кивает на лобовое. — Иди, он ждет тебя.

Я замираю на сидении не в силах пошевелиться. Сказать, что я боюсь сейчас Демина — не сказать нечего. Меня словно приклеили к сидению. Нервы из меня выбивают мелкую дрожь. Я просто хочу, что бы все закончилось.

— Вероника…— настойчивый голос Артема заставляет меня дернуться и бросить на него рассеянный взгляд. — Он тебя обижает?

Глаза Темки темнеют и я вижу, как он заводится.

Отрицательно качаю головой.

— Нет, Тем, все в порядке. Правда. — зажимаю рот рукой, потому что голос дрожит. — Мы действительно встречается с Вадимом и я просто…

— Тогда иди, Ника… Че ты из мужика дурака делаешь? — Артем рукой показывает в сторону Вадима. Темка злится. Дышит часто. Они оба злятся. Я понимаю, что из-за меня сейчас может случится драка.

Дожила, блин, Женихова!

Я быстро стираю слезы, которые вот уже несколько минут застилают мне глаза.

Еще раз смотрю через стекло на Вадима. Он докуривает сигарету, не спеша тушит окурок и отправляет его в урну. Туда же, словно в вазу усаживается огромный букет.

Горький всхлип вырывается из моей груди, когда сверху на букет приземляется темно бордовая бархатная коробочка.

Я быстро моргаю, пытаясь смахнуть слезы, но они вновь пеленой застилают мои глаза.

Вадим бросает на меня короткий взгляд, я впервые вижу в нем влажный блеск. Ему больно, черт возьми. Демину больно...

Протяжно выдохнув он поднимает ворот своего пальто и больше ни разу на меня не взглянув направляется к своей машине. Я не в силах пошевелиться.

Мой мозг отравлен происходящим.

Ничего не сображая, отупело смотрю на панель перед собой.

Слышу голос Артема, как из под ваты.

— Ника, я не знаю что ты сейчас собираешься делать, но по-моему тебе надо поговорить с ним и все объяснить, слышишь?

В машине повисает короткая пауза, которую я прерываю своим резким всхлипом.

— Он приехал Делать. Тебе. Предложение. — интонации Темки становятся непривычно грубыми. Темка в окно смотрит и о чем-то думает.

Я рассеянно киваю. Машина Вадима не двигается с места. Стоит разрезая осенний воздух ярким светом фар. Он мне дает еще один шанс все объяснить?

Я опускаю голову, набираюсь смелости и тянусь к дверной ручке. Визг колес заставляет меня вздрогнуть. Он уехал?

Поднимаю голову и глазами вгрызаюсь в пустоту.

Он уехал.

Я словно ударяюсь головой о реальность. Это что? Конец?

— Спасибо еще раз— шепчу Артему и медленно открываю дверь.

Я хочу уйти.

Я хочу домой.

Но Темка тянется ко мне и резко захлопывает дверцу.

Я вскидываю потерянный взгляд и всматриваюсь в глубину голубых глаз.

— Я люблю тебя, Вероника и ты это прекрасно знаешь. Этот мужик тоже любит. Глаза не врут. — Темка разочаровано смотрит на меня. -Скажи мне, какого хера ты вьешь из нас веревки? Я тебе просто подвез, у нас ничего не было, а ты тут трусливо отсиживалась вместо того, что бы подойти к своему мужику и если надо все объяснить. Он ничего не сказал, Вероника! Ни тебе не мне. Он не подошел к машине с разборками! Ты сама создала повод для его ревности, зачем?

Я нервно всхлипываю.

— Я испугалась… -губы поджимаю и пальцами слезы стираю .

Артем замирает.

— Ника, еще раз спрашиваю, ОН бьет тебя? — взгляд Артема становится с налетом стали. Ох и несправедливо я считала его когда-то мальчишкой.

— Нет. Ты что… Он… Он очень заботливый…— начинаю тараторить.

— Тогда какого хера, Женихова? Мне с тобой вообще перестать общаться? — Раскрытая ладонь Артема приземляется на руль.-Я вздрагиваю.-Прикинь, мне сейчас совестно за то, чего я не делал. Не сказать, что бы я был в восторге от этого мужика, но ты его сейчас размазала. Ты видела его взгляд? Ты размазала его, Ника, а это, сука, знаешь, как больно?

Я отрицательно головой качаю.

Чувство вины клетку грудную разрывает и оглушает салон автомобиля моими громкими всхлипами.

Я слезы стираю и дышать пытаюсь.

— А я по себе знаю. Опыт есть! — выплевывает в сердцах Темка и на сидение откидывается.

Мои всхлипы становятся чаще и громче.

Артем громко дышит, приводя дыхание в норму.

— Иди, Ника — выдыхает он через минуту и машину заводит. — Каждый раз когда я тебе помогаю, приходится собирать себя по кускам. Давай и правда перестанем общаться? Так будет лучше и безопаснее.

Моя грудная клетка бесшумно содрагается от очередных всхлипов.

Я открываю дверь и пытаюсь выговорить короткое «Спасибо».

Получается не очень.

Очутившись на улице, я жадно глотаю прохладный, осенний воздух.

Артем молча срывается с места, впервые не проследив за тем, зашла ли я в подъезд.

Я достаю из урны букет, забираю бархатную коробочку и оседаю на лавке. Уткнувшись лицом в букет начинаю громко выть.

Мне больно.

Мне стыдно.

Мне невыносимо...

Прости меня, Дёмин! Прости-и-и...

Я люблю тебя и буду любить всегда. Ради тебя я готова на все. Но вот только сегодня я струсила.

Потому что я не умею брать ответственность за свои поступки. Я боюсь сложностей.

Дрожащими руками открываю коробочку и, одев кольцо на палец, отчаянно целую его.

Я люблю тебя, Демин...

Люблю, черт возьми...

Я обязательно вымолю у тебя прощение. Обещаю.

Честное врачебное.