Глава 2. Не добро пожаловать!

Боль жгучая, огненная вытягивала моё сознание из вязкой темноты. Темнота не сдавалась, крепко обхватив своими щупальцами. Тогда к боли добавились голоса. Они говорили на непонятном языке, который был мне не знаком.

Природное любопытство вытянуло меня из темного марева, и я распахнула глаза. Большая комната с высокими потолками, много декора, тканей и мало света. Воздух спертый, с тяжелым и болезненным запахом, который с трудом проникает в легкие.

Боль снова ударила в низ живота, как будто открыли заслонку доменной печи и мне в живот вливают раскаленный металл. Такая забытая, но знакомая боль. Попыталась сдержать крик, закусив губы.

Я что, рожаю!? Эта мысль окончательно погасила желание молчать, как меня просил Мастер Рорк, и я зашлась криком на выдохе. Боль отступила.

Я находилась на большой кровати с тяжелым балдахином, под спиной у меня были подушки. Увидела тело с огромным животом, ноги, согнутые в коленях и расставленные в сторону. Точно рожаю! Попыталась не думать, что это невозможно. Боль услужливо помогла мне об этом забыть, скручивая пополам, и я снова заорала. Схватка прошла.

В комнате было много людей. Две женщины стояли справа от меня: одна держала меня за руку, поглаживая, и что-то щебеча на странном языке, как будто успокаивая, вторая убирала мне мокрые волосы со лба и вытирала лицо влажной тряпицей.

Слева меня за руку держал мужчина, который бормотал и будто прислушивался, а результат сообщал кому-то, кто находился вне зоны видимости, у меня между ног.

Снова схватка, боль, крик, и я шумно задышала.

Мастер Рорк устало сидел на длинной софе, рядом с ним лежал молодой мужчина без сознания, с другой стороны на коленях стоял еще один парень, держа Мастера за руку и что-то шепча.

Одинокая мужская фигура у окна в ореоле света стояла, будто статуя, не шевелясь.

Люди переговаривались тревожно и полушепотом. Я не могла разобрать, что это за язык: смесь рычащих и шипящих звуков. Для меня это были как помехи при поиске нужной радиоволны…

— Пшш…рыыы….шшш плохо… трышш… пышшш искры нет…пшшшш… Мастер Рорк, искры нет! — врываются в мой «радиоэфир» слова мужчины, который держал меня за руку.

И комната ожила. Подскочил Рорк. Фигура у окна резко развернулась. Женщина, держащая меня за руку, стиснула ее до боли, а вторая уронила какую-то посудину. Из-за холма моего живота показалась третья женщина с таким трагическим выражением лица, что меня пробрал ужас.

— Не успели… искры нет, аура отсутствует, — убирая с моего живота руки, объявил Мастер Рорк. — Наследник мертв.

— Схватка на десятый счет. Код ситуации «тридцать девять», действуем по инструкции, все на позиции, — тем временем сообщил мужчина слева, а женщина-акушерка снова потерялась в моих ногах и начала обратный отчет. — Мастер Рорк, кто-то сможет нам помочь?

— Я сам. Учеников я опустошил. Ваше Величество, — Рорк посмотрел почему-то на меня, — к сожалению, Вам придется потерпеть. Постараюсь облегчить ваши страдания по-максимуму.

— Пять, — тем временем прозвучало из-за живота, и я почувствовала, что боль начинает накатывать волнами, и каждая следующая сильнее предыдущей.

— Меняем позиции. Кимма Родь и Торрея, держите её величество, кимм Гой и кимма Мирия, отвечаете за давление на живот. Я принимаю младенца, — скомандовал Мастер Рорк.

Давление на живот усиливалось, мне казалось, что меня сейчас разорвет, и я с силой сжала зубы и заскулила. Мне что-то шептали, раздавались какие-то команды, но я не слышала. Для меня существовала только боль. До искр в глазах.

Пытаясь удержать сознание на плаву, сосредоточилась на фигуре у окна. Мужчина опять развернулся спиной к присутствующим, заложив руки за спину. Свет, который проникал из-за неплотно закрытых штор, ласково огибал его фигуру, подсвечивая и придавая силуэту мистичности. Может это демон или ангел, и его тут вовсе нет. Никто за всё время не обратился к мужчине, а в свете всего происходящего я могла сделать самые невероятные предположения.

Боль стала невыносимой, ослепив меня окончательно. Я, уже не контролируя себя, выгибалась и вырывалась из рук, которые меня держали. Орала «Хватит!», но сипло, так как голос потеряла.

Обезумевшая от боли пустила в ход ноги, которые до этого держала собственной волей. Те, кого Рорк назвал кимм Гой и кимма Мирия, оставили мой живот и навалились на ноги, пытаясь удержать их в прежнем положении…

— Всё!!! — пророкотал Мастер Рорк.

Боль стала тише, но меня не отпускал приступ паники. Я задыхалась и бешено билась в истерике. Две женщины продолжали меня держать, умудряясь поглаживать по конечностям, мужчина гремел бутыльками, а третья женщина гладила меня по волосам, шепча:

— Тише, тише, — и с каждым ее «тише» разум ко мне возвращался.

Капли, настойки и порошки засовывали в меня по одной только им ведомой схеме. Я все принимала безропотно, боль с каждым препаратом становилась меньше, сердце успокаивалось. Сил не осталось даже на то, чтобы поднять голову.

Мастер Рорк держал в руках сверток, ткань была местами влажная, местами — в крови. Кто-то из женщин попытался забрать его, Мастер неловко дернулся, не желая делиться своей ношей, ткань от движения раскрылась, и из свертка показалась ручка… крохотная, синюшная, безжизненная.

Не смогла, не справилась, погубила. Моя вина.

— Простите, простите, простите… — прохрипела я тихо.

Меня опять утешали, что-то давали.

— Мастер Рорк, позвольте я заберу младенца. Его надо помыть и подготовить… — замялась женщина, которой до этого сверток с ребенком так и не достался.

— Нет, — отрезал Рорк. — Отец и мать должны наедине попрощаться с ребенком. Всё остальное потом.

При этом Мастер на меня так смотрел, что чуть утихшее чувство вины снова стало подниматься на поверхность злым большим чудовищем, готовым поглотить меня.

— Киммы, — отмерла фигура у окна, разворачиваясь, — оставьте нас.

— Захватите, пожалуйста, моих учеников и займитесь ими в гостиной, — добавил Рорк, махнув на кушетку, где без движения лежали уже двое мужчин.

В комнате нас осталось трое: я, Мастер Рорк и загадочный тип у окна, который наконец покинул свой пост. Лицо его было непроницаемым, ни единой эмоции. Он был темноволос, высок и определенно моложе Рорка.

— Чем ещё «порадовал» меня этот день? — холодно и устало произнёс он.

— Ваше Величество, — ох, ничего себе, целое «величество». А меня чем ещё удивит этот день? Но я смолчала, слушая Рорка. — Это…это… понимаете…

— Мастер Рорк, я не узнаю вас сегодня. Что может быть ужаснее смерти моего наследника? — равнодушно поинтересовался монарх.

— Это наследница, — загробным, но твердым голосом объявил пожилой мужчина, решившись. — Родилась девочка, Ваше Вели…

— Что!!!? — проревел зверем до сих пор спокойный мужчина.

В долю секунды король метнулся в мою сторону, схватив меня за горло и прижав к изголовью кровати, навис надо мной:

— Ты посмела… девочка… — рычал он мне в лицо, задыхаясь своей яростью.

Казалось, сегодня я уже привыкла умирать и мне было не страшно до тех пор, пока на его лице не стали проявляться черные чешуйки, а глаза не изменили цвет на золотистый с черным вертикальным зрачком. У меня пробежал мороз по коже — настолько это было жутко.

— П-пожалуйста, — просипела я. Только на это хватило сил.

— Тэйорг, — подлетел Рорк к нам, пытаясь оторвать короля от моей шеи одной рукой, второй он продолжал держать сверток, — это не она. Не она!

Но молодой мужчина не слышал, плотнее сжимал мою шею и бросал какие-то слова. Что-то мигнуло. Король отлетел от меня в центр комнаты, встряхнулся по-собачьи, поднялся и с невозмутимым видом покинул комнату.

— На сегодня хватит испытаний, девочка, — попытался улыбнуться Рорк, но вышла судорожная гримаса. — Спи.

В крепкий сон без сновидений я провалилась быстро. Но не надолго. Постепенно он стал тревожнее, рождая страх в моей душе. Однако очнуться от тяжелого сна не получалось. Он окутал меня темным туманом, не отпуская и давя. И всё, чего я хотела — открыть глаза и не спать, но тело не слушалось меня. Раз за разом пыталась раздвинуть плотно сжатые ресницы, и не могла. Пленница в чужом теле. Казалось, я, словно в гробу, заживо похоронена в нём. Я билась, кричала, пыталась разодрать грудную клетку и покинуть его. Это чужое тело. Не моё.

— Не твоё — шептали тени в темноте. — Не твоё…Не твоё… Чужое-чужое-чужое… — заверещали тени пронзительнее, а из темноты вылетела рука и потянулась ко мне, закричав. — Моё!

… Я резко распахнула глаза и безумно уставилась в потолок, активно хлопая ресницами, доказывая себе, что тело меня слушает.

Торопливый шум шагов, разговоры, и передо мной явился Мастер Рорк:

— Советую молчать, Ваше Величество, ваши связки еще не восстановились. Сейчас вас осмотрит кимм Гой. И, если он даст разрешение, вы уделите мне немного внимания?

Намек поняла и легонько кивнула.

Пока подвергалась осмотру доктора и возле меня суетился всё тот же состав, как я поняла, медицинского персонала, смогла немного проанализировать ситуацию и сделать несколько выводов.

Во-первых, всё это не бред моего воспаленного мозга. Я где-то… кхм, не в нашей реальности, которая отличается от привычной существенно, хотя бы одеждой. Рорк в неизменном балахоне в пол серого цвета, женщины в блузках с небольшим глухо застегнутым воротничком-стоечкой и юбках-солнце в пол. Все черного цвета. На этом фоне выделялся только вышитый на левой груди у блуз знак в виде золотого круга. Кимм Гой был одет в черные брюки с ровными стрелками, белую рубашку с непривычным жестким закругленным воротником, а тонкий черный галстук завершал образ. Все это очень напоминало нашу моду начала двадцатого века, когда царствовала рафинированная мужская элегантность, а женщины начали распускать тугие корсеты.

Во-вторых, реальность эта населена гуманоидами, так как вчерашнее очешуение короля, которое ещё долго будет стоять у меня перед глазами, никак не свойственно человеку.

В-третьих, я не в своем теле. Радует, что я женщина и, если судить по рукам, молодая. Руки — это пока всё, что рассмотрела.

В-четвёртых, я тоже «Величество», потому что игнорировать это обращение нет смыла, его без конца слышно от окружающих. А значит, чудовище, которое вчера пыталось меня задушить, мой муж.

«Зашибись!» — как сказали бы мои ученики. А я бы сказала, что покрепче, но мне было велено молчать.

Закончив с осмотром, кимм Гой выдал:

— Учитывая ситуацию «тридцать девять», высокую нагрузку на организм в восемь единиц по шкале Грома, энергетическое истощение ауры в тридцать единиц по шкале Сваля и нарушение ее целостности второй степени, регенерация составит тридцать пять процентов от общей средней интенсивности…

Доктор продолжал сыпать профессиональной терминологией. А я думала, взирая абсолютно непонимающими глазами на этого эскулапа, что все врачи во всех реальностях клепаются по шаблону — сухие, безэмоциональные специалисты, которые кидаются медицинскими понятиями, и видя, что их не понимают, испытывают чувство злорадного превосходства.

Кимм Гой же оседлал любимого коня и вещал без остановки.

— Я поясню, — шепнул мне на ухо Рорк, улыбаясь.

— Спасибо… ой, — прикрыла рот ладонью, осознав, что произнесла эти слова вслух. Голос был слегка охрипшим.

— Ваши подозрения беспочвенны, Мастер Рорк, голос у Её Величества есть, — вмешался доктор. — Охрипший, но могу заверить, частота диапазона на твердую семерку. К слову, вчера это была двойка…

Закрыла глаза, чтобы никто не заметил, как я их закатываю. Это не медицина — это какая-то математика или статистика. Мысленно поставила кимму Гою диагноз — зануда первой степени.

— Гой, — оборвал врача маг, — изложите, пожалуйста, это все в отчёте и предоставьте мне. А сейчас просто дайте заключение по состоянию Её Величества.

— Средне-удовлетворительное, приём назначенных препаратов строго по рецепту, запрет на использование стихии, одна декада постельного режима, покой и сон.

— Благодарю. А теперь попросите кимму Шуль, она в гостиной, чтобы распорядилась немного освежить королеву. — Кимм Гой отвесил мне поклон и вышел со своими помощницами. — Сейчас явится кимма Шуль с вашими фрейлинами. Они помогут вам привести себя в порядок. Не говорите с ними, доверьтесь их опыту. А после, как и обещал, мы поговорим.

Как только на пороге появилась статная белокурая дама средних лет, а за ней пара брюнеток помоложе, Рорк удалился, бросив:

— Не утомляйте Ее Величество своими причитаниями.

Дамы присели в реверансе.

— Моя королева! — бросилась блондинка на колени у кровати, прижавшись губами к моей руке. Я внутренне содрогнулась — не привыкла к таким знакам внимания, особенно со стороны женщин. Надо было как-то сократить разговоры и почести до минимума, поэтому слабо махнула свободной рукой и устало прикрыла глаза. Дамы посыл поняли, принялись меня умывать, причесывать, переодевать, как безвольную куклу крутя и вертя, хоть и аккуратно.

Я украдкой их разглядывала. Платья на женщинах были в стиле модерн: приподнятые плечи, s-образный силуэт, призванный подчеркнуть соблазнительные изгибы женской фигуры, сочетание плотных тканей с более легкими гипюром и шифоном. Но были и отличия от нашей моды. Дамы были затянуты не в жесткие корсеты, когда грудь вот-вот готова впрыгнуть и талию можно обхватить двумя руками, а в струящиеся платья. Удивило, что вся одежда была неприятного бледно-синего цвета, я бы назвала его трупным, и на левой груди у каждой была брошь в виде небольшого алого цветка.

Когда женщины закончили, я почувствовала себе немного лучше. Но ощущение, что по мне проехался танк, а то и два-три, не покидало. Все тело ломило от боли.

Мастер Рорк как чувствовал, что фрейлины завершили мой туалет, и тут же появился в дверях. Дамы молча поклонились и вышли.

— У тебя много вопросов, девочка, — маг улыбнулся, поставил стул у моего ложа и присел, — но для начала выбери самые важные. Сегодня у меня мало времени, да и ты еще слаба.

— Люба…

— С твоей дочерью всё хорошо, — мужчина взял мою ладонь в свои руки, сухие и горячие, погладил. Лишаться этого тепла совсем не хотелось. — У неё родится девочка. Она достойный человек и проживет долгую, счастливую жизнь. Не печалься о ней и постарайся отпустить поскорее.

Я не хотела плакать, но слезы собрались в глазах, замерли на мгновение и каплями потекли по щекам.

— Простите, я не собиралась устраивать истерику, — прикрыв глаза, загнала свои переживания в самый дальний уголок. Сейчас у меня не было времени на слезы. Слишком много вопросов, слишком мало времени.

Рорк учтиво молчал, давая мне время справиться с собой.

— Где я?

— Добро пожаловать на Ильком! — с нелепым радушием возвестил мой собеседник. — Это мир, реальность, планета, как угодно. Затерявшийся где-то в паутине Мироздания, один из тысячи, но он такой один. Он не агрессивный, как тебе могло показаться, ты полюбишь его… я надеюсь.

— Пока всё это похоже на «не добро пожаловать», — маг тяжело вздохнул на мой упрёк. — Кто я теперь?

— Супруга короля Четвёртого Королевства — королева Райана Ар Киммора.

— Райана, — прошептала, пробуя имя. Чужое, иное, как и тело. Хоть своё собственное «Аврора» мне не нравилось, потому что меня назвали в честь одноименного крейсера, но за пятьдесят пять лет я с ним свыклась. А тут Райана.

— Вы обещали разъяснить слова ким…, — споткнулась на обращении, боясь неправильно произнести. Но Мастер Рорк ободряюще кивнул, и я продолжила. — Кимма Гоя. Он доктор?

— Кимм Гой Иро Тайсон доктор. Он вещал, что из-за некоторых обстоятельств выздоровление немного затянется. Твоя регенерация не полноценна. Это не удивительно, ты шагнула меж миров, поэтому возникли разрывы на ауре. Но не переживай, мы все залатаем. Будет лучше прежнего. Вот сейчас я вливаю в тебя силу, — он указал головой на наши руки, которые все еще были сцеплены, — и ты охотно её принимаешь. Я б даже сказал, с жадностью.

Он рассмеялся, а я округлила глаза от удивления. Тепло, которое излучала ладонь мага, тянулось ко мне, и я его действительно впитывала.

— Как такое возможно? Где хозяйка тела?

— Королеву убили, — спокойно сообщил маг, шокируя меня. — Точнее отравили, и, к моему глубокому огорчению, я не сразу смог это заметить. Твоя предшественница меня не особо жаловала, и ко мне обратились, когда было уже поздно. Мы сделали возможное и невозможное, но искра королевы погасла. Поэтому прошу тебя быть очень осторожной, доверять сейчас ты можешь только его величеству и мне. Мы — твоя защита.

— Зачем я вам?… Я же не справила…

Дверь резко распахнулась, и в комнату влетел король Четвёртого Королевства. Мужчина быстрым шагом подошёл к нам, мазнул по мне холодным взглядом и слегка склонил голову набок, как бы решая, что с этой проблемой, то есть мной, делать. На нём были надеты двубортный китель с узким воротничком-стоечкой и брюки такого же трупного цвета, что и у придворных дам, и также, как у фрейлин, на левой груди ярким пятном выделялся цветок-брошь.

— Мой король, разрешите вам представить Её Величество Райану Ар Киммора, — встав со стула и расцепив наши руки, обратился к нам Рорк. — Моя королева, прошу познакомится с Его Величеством Тэйоргом Гай Киммора.

— Моя королева, — сказал сухо супруг, кажется, даже не посмотрев на меня, и развернулся к Мастеру. Не орал, не душил — уже неплохо. — Похороны, Мастер Рорк, через час. У вас всё готово?

— Конечно, Ваше Величество, — кивнул маг, а этот как-то там его Киммора развернулся и вышел.

— Похороны? Девочки? — поинтересовалась я.

— Шшш! — возмущенно зашипел мужчина. — Забудь пол ребенка и никогда не вспоминай! У тебя родился мертвый наследник! Или мне придется сделать тебе больно, опять, — так зловеще это прозвучало. Рорк как-то визуально вырос, потемнел лицом и навис надо мной. — Я не подправил тебе память сразу только из-за слабости твоего организма и разума.

Мне стало невыносимо обидно. Не за себя, а за мертвого ребёнка. Столько злости из-за того, что он родился неугодного пола. Сразу вспомнился бывший муж с его обвинениями. Сексисты доморощенные! Решение приняла молниеносно и на эмоциях:

— Позовите фрау… мадам… Шуль, одним словом. Я хочу, чтобы мне помогли собраться на похороны, — произнесла твердо, гневно глядя в голубые глаза мага.

— Что удумала, девочка? — мужчина сразу будто сдулся и приобрел вид того самого доброго дедушки. Вот такие его перепады настроения вгоняли в ступор и пугали, словно он лицедей, и за пазухой у него тысяча и одна маска, которые он мастерски меняет.

Злость хороший аккумулятор, она придала мне сил — откинула одеяло и села на кровати:

— Мне так идти?! — выразительно изогнула бровь и продемонстрировала белую сорочку в пол. — И позорить вашего драгоценного короля? И не смейте на меня воздействовать!

— Да Единый с тобой, иди. Это будет презабавно. Интересно… интересно, — бормотал маг себе под нос, покидая мою спальню.

Кимма Шуль явилась с группой женщин незамедлительно, начала причитать и кудахтать надо мной. Я попросила не утомлять меня разговорами, и работа закипела, иногда нарушаемая тихими переговорами дам.

Пока меня одевали, стоять было сложно, поэтому большую часть времени я сидела, а когда требовалось стоять — опиралась на спинку стула, или меня поддерживал кто-то из фрейлин.

Ужасы, которые я успела себе нафантазировать об одежде Илькома — огромное белье, тысячи нижних рубашек и юбок, какие-нибудь дополнительные валики — оказались не оправданы. Нижнее белье было привычных размеров и форм, но более плотным, корректируя мою фигуру и поддерживая поплывший живот. Сорочка была одна и больше походила на шелковую комбинацию, которую и сейчас можно встретить у женщин Земли. А вот корсет был, хотя и упрощённой версией тех монстров, которые я видела в наших музеях. Он был искусно вшит в платье, и мои помощницы предусмотрительно не стали его туго зашнуровывать.

Платье одели на меня того же неприятного бледно-синего цвета с отливом в фиолетовый, что и на дамах, темные кожаные балетки, что-то накрутили на голове, спрятав все это под небольшой шляпкой с вуалью того же неприятного цвета. И только алый цветок на левой груди выбивался яркой искрой из моего наряда.

Кимма Шуль поддерживала меня за локоть с одной стороны, брюнетка с лицом-сердечком, кажется, кимма Шуль звала её Нрега, поддерживала меня с другой.

Спальня, гостиная, коридоры, повороты, залы, снова коридоры. Я совершенно не ориентировалась в пространстве, и если бы меня сейчас бросили, точно сгинула в этих помещениях. Иногда попадались обитатели замка, которые почтенно кланялись нашей процессии, но я была так сосредоточена на движении, поскольку каждый шаг для меня был маленькой победой, что не замечала лиц, лишь силуэты.

— Райана?! — и столько изумления было в этом чистом красивом голосе, что я повернула голову..

В незнакомке было прекрасно всё: огромные синие глаза в обрамлении пушистых ресниц, дуги темных бровей, аккуратный маленький носик, пухлые губки и черные, как смоль, волосы, уложенные в изысканную прическу и подчеркивающие красоту овала лица. Она была чуть выше среднего роста с идеальной осанкой и фигурой. Глядя на неё, хотелось выпрямиться, чтобы соответствовать. И даже наряд трупного цвета не портил эту королеву красоты.

Откуда-то из далекой периферии мозга пришло воспоминание: «Медея… благородная, добрая, правильная…красссивая… всегда и во всем идеальная… сссука бракованная!». Столько злости и ярости было в этом, что меня слегка покачнуло от эмоций. Не моих. Чужих. ЕЁ.

Фрейлины усилили поддержку, я устояла. Попыталась заглушить такие яркие, агрессивные чувства, запихнуть их туда, откуда они явились.

— Королева Райана, — присев в легком реверансе, красотка спешно себя поправила, — Его Величество сообщил, что вас не будет на похоронах наследника. Неожиданно…

— Что неожиданного в том, что я буду присутствовать на похоронах своего ребенка? — перебила Медею, добавив в голос немного металла.

Женщина проглотила и мой поступок, и мои слова, на ее спокойном и красивом лице даже промелькнула тень одобрения.

— Ваше право. Мне нужно ещё кое-что проверить перед церемонией, король попросил меня организовать похороны, поэтому я вас покину, — слегка склонив голову в поклоне, Медея развернулась и ушла.

— Сколько можно терпеть, моя девочка, столь бесцеремонное отношение?! — неожиданно возмутилась кимма Шуль, когда мы продолжили свое движение. Говорила она тихо мне на ухо. — Никакого уважения к твоему титулу и положению. Никогда должным образом не поклонилась, не обратилась! За год твоего замужества, моя девочка, эта гордячка ни разу не обратилась к тебе «Ваше Величество». Ни разу! Ты хозяйка в этом замке, ты жена короля! Ты её королева! А твой муж дал своей кузине так много свободы, что она ведет себя как хозяйка, а ты у нее в приживалках.

— Прекратите насиловать мой мозг, — резко оборвала женщину, а измученный разум подсказал, — тетушка!

Значит, кимма Шуль моя тетка, тогда не удивительно, что у прежней хозяйки тела такие мысли о родственнице мужа. Если девочку пичкали подобной пищей, ничего хорошего из этого не вышло.

Минуя очередной коридор, мы вышли в парк, усаженный разными растениями: деревья, кустарники и цветы пестрели всевозможными расцветками, размерами, формами. Между этим буйным растительным великолепием, разрезая газон и клумбы, проходили каменные мощённые дорожки желтого цвета.

Но больше меня поразило небо, а точнее четыре небесных тела на нем. Они как будто выстроились друг за другом. Самым первым и большим было бледно-бледно-красное, и только обрамляющие круглое тело небесного светила лучи на концах были алого цвета. За красным «солнцем» шло синее, потом белое и зеленое. На ум пришли названия — Медея, Тея, Гайя, Шайя. Само небо было безоблачным, голубого, как у нас, цвета, только изредка по нему будто пробегала разноцветная рябь.

По одной из дорожек мы попали в круглое здание без крыши с земляным полом. По сути, это был участок земли, огороженный каменной стеной метра четыре высотой. В строении имелось четыре входа равно удаленных друг от друга, через которые зал заполнялся народом. По всему периметру, как внутри, так и снаружи, на стенах имелись арки, в которых висели горящие факелы, подсвечивая фрески. В центре на каменной площадке, которую можно было увидеть из любой точки этого сооружения, находился алтарь из блестящего черного материала, то ли стекло, то ли отшлифованный до блеска камень. Перед алтарем в высокой каменной чаше из такого же материала, что и алтарь, плескался голубо-синий огонь, от вида которого у меня внутри все благоговейно замерло. Огонь шептал, звал и манил, обещая небесную благодать.

Мы двинулись к центру, людское море в фиолетово-синих одеждах и с неизменным алым цветком на левой груди перед нами расступалось. Не сразу осознала, что мы остановились, засмотревшись на огонь в чаше, а фрейлины замолчали — к нам направлялся король. Дамы расступились, оставив меня без поддержки. Собрала последние силы, намереваясь стоять на зло всем, особенно новоиспечённому мужу.

Удивительно, но его величество, подойдя, взял меня под руку, позволяя найти в нем опору. Я тихо выдохнула от облегчения.

— Вы нашли не лучшее время для демонстрации благородной печали. Лишняя бравада… моя королева, — шепнул король мне на ухо и повел к каменному постаменту.

На постамент мы поднялись без свиты, там нас уже ждали Мастер Рорк и мужчина в таком же сером балахоне, как у мага. Мы встали перед алтарем. Он возвышался над каменным основанием постамента на половину моего роста, был в длину около двух метров, в ширину около полутора. На его черной глянцевой поверхности белел небольшой сверток, обложенный цветами.

Мужчина в сером затянул речитативом то ли песню, то ли молитву, его слова подхватила толпа вокруг постамента, сливаясь в единый мотив. Это было настолько завораживающе и пронзительно, что не было сил сдержать слезы. Они сами покатились по моим щекам, тихо и беззвучно. Я оплакивала ребенка, который, не успев родиться, уже был не любим, и свою прошлую жизнь. Именно сейчас поняла, что к ней я не вернусь. Аврора Александровна Тронина умерла. Здесь, под небом с четырьмя светилами, существует Райана Ар Киммора.

Незаметно, с другой стороны, под локоть меня подхватил Рорк, поддерживая. Король же отошёл от меня к чаше, взял факел, который крепился к основанию, и запалил его от голубого огня. Громкость песнопения усилилась. Король подошел к алтарю и опустил факел к свертку. Буквально пару секунд и на алтаре не осталось ни цветов, ни факела, ни свертка… Только пепел.