Глава 10. Первая надежда

– Ты пришла?

Парень широко ухмылялся, глядя на нее.

– Нужно почистить лошадь для Рейнардо, – сказала Хена.

– Конечно, нужно, – согласился парень. – Пойдем, я все покажу.

Махнул ей рукой. И каждый из них говорит на своем языке.

Привел, протянул ей щетки и скребки, показал, где седло для принца. Хена начала чистить, поглядывая на него.

– Тебе не одиноко здесь? Так далеко от дома… – спросил парень, стоя рядом, небрежно прислонившись плечом к столбу. – Их высочества, наверняка, заняты своими делами. А ты?

– Я плохо понимаю кетхарский, – пожала плечами Хена, она еще не решила, можно ли этому человеку доверять.

Парень усмехнулся, какое-то время стоял, наблюдая за ее работой. Потом шагнул ближе.

– Ты скучаешь одна? – повторил он.

– Что? – Хена глянула через плечо. Парень разглядывал ее очень внимательно, и очень спокойно, по-деловому.

– Скучаешь, детка? – на ломаном тартахенском повторил он, акцент дикий.

– Еще чего, – фыркнула она.

Он шагнул к ней, почти касаясь грудью ее спины, склонившись к ее уху.

– Не дергайся, я отдам тебе нож. На нас смотрят, – по-тартахенски, уже без намека на акцент, чисто и легко.

Хорошо. Дергаться Хена не будет, она ведь сама пришла. Больше ей помощи ждать неоткуда. Нож пригодится, особенно если такой, о каком она думает. Не дергаться… Хорошо. Парень развернул ее к себе, обнимая ладонями за талию, теперь она чувствовала его дыхание на своем лбу… он на полголовы выше.

– Дикая кошечка, – ухмыльнулся, говоря это громко, по-кетхарски. Одной ладонью прижимал ее к себе, другой провел по волосам, чуть прищурившись. – У меня нож за поясом, возьми, спрячь у себя, – совсем тихо, по-тартахенски, ей на ухо. – И пока не свети, не таскай с собой. Деньги отдашь потом. Два хороших меча лежат здесь под тюками сена, будем выходить, я покажу, но ты не трогай, просто знай. Еще два спрятаны в тайном проходе под стеной. Туда попасть – от круглой башни с гербом, слева за кустами поднять кусок дерна, и вниз. Все, остальное потом. Теперь можешь драться.

И хмыкнул так довольно, насмешка в глазах, словно его это забавляло. Пока он говорил, Хена успела нащупать и вытащить нож, спрятать у себя.

– У тебя нежные пальчики, – довольно шепнул он.

– К шушаку в задницу, – буркнула Хена.

Но обниматься вот так сходу – будет странно, она ведь только что клялась в любви к Наро. Пора разговоры заканчивать. Уперлась ладонями парню в грудь.

– Отпусти!

– Да брось! Тебе понравится! – сказал он громко.

– Убери лапы! – Хена пихнула его что есть силы, вывернулась, отскочила. Вернее, конечно, он отпустил. Лапы у него, в самом деле, железные, с таким не справиться.

Он засмеялся.

– Еще прибежишь! Чисти. У меня без тебя дел полно. Я всегда здесь!

* * *

– Он дал мне нож, – тихо сказала Хена.

Положила голову Рейнардо на плечо, пусть все видят.

Выехали покататься, а потом сидели на берегу реки, отсюда их точно не услышать, если только не подойти совсем близко.

Рейнардо кивнул.

– Со вставкой, – сказала Хена. – Не знаю, тот ли это сплав, но думаю – тот, иначе, какого шушака это делать? Сказал, где еще оружие достать. И тайный ход…

Тут она чуть замерла, потому что очень хотелось закричать: «бежим, Наро!»

– Хорошо, – сказал он.

– Тайный ход, Наро! Мы можем сбежать!

– Не сейчас, – сказал он. – Я уже говорил тебе.

– Так нельзя, Наро. Ты думаешь, будет лучше, если они придут пытать тебя, и ты выдашь все секреты? Поверь, лучше не будет.

– Я не выдам, – сказал он тихо, но очень упрямо.

– Ты не понимаешь, о чем говоришь! – Хене хотелось закричать, тряхнуть его.

– Я отлично понимаю. Но у меня здесь одно важное дело, я должен доделать. Я здесь ради этого. Убить Аристидеса, – он говорил спокойно и тихо. – Мы не смогли сделать это тогда, не поняли, насколько важно. Но сейчас – иначе не остановить. Если не остановить сейчас, потом будет намного сложнее.

Хена даже вздрогнула. Приподнялась, отстранилась, глядя на него. Ей казалось, парень бредит.

– Ты сошел с ума? Как ты собираешься… Наро, или ты уверен, что я смогу это сделать? Я не настолько хороша…

Она уже даже пыталась прикинуть в уме, как подобраться к толстому колдуну. Можно попробовать, наверно, но ее саму наверняка убьют. Но если это единственный шанс остановить эту армию мертвых…

– Нет, – сказал он. – Я сам. Ты не сможешь.

– А ты? Как?

– Магией, – сказал он. – Хена, я понимаю, что когда ты смотришь на меня, ты видишь робкого мальчика, который ни разу по-настоящему не целовался с девушками, не держал по-настоящему оружия в руках, а только сидел с лютней и книгами у окна. Но ты не видишь того, что пока остальные парни обнимались с девушками и сражались в полях, я занимался магией. Да, за два года многое не успеть, но я смогу. Не нужно меня жалеть, я отлично понимаю, что делаю, и здесь по доброй воле. Я все заранее понимал. Мне нужно продержаться месяц, пока отец соберет войска. А потом ударить.

Очень спокойно, очень уверено, так, что Хене становилось не по себе.

– Я хочу сделать это с того момента, как только увидел, чем он занимается, – сказал Рейнардо, – понял, что должен убить его. Такие как он не должны жить. Можешь считать это моей личной местью.

– А если у тебя не получится?

Он усмехнулся.

– Что ж, это будет не слишком большая потеря для Тартахены.

– Наро…

– Хена, если не получится, я умру, только и всего. Тысячи людей умрут, потому что у нас война. И я ничем не лучше других.

– А если они заставят тебя говорить?

Его ухмылка стала шире.

– Самого главного я все равно не знаю, все это делалось без меня. Нет, конечно, и я знаю достаточно… но постараюсь, – он чуть поджал губы, все же это больной вопрос. – И, Хена, если вдруг что, не позволю им причинить тебе вред. Я знаю, как поступить, не бойся, просто помни это.

Во все это невозможно поверить. До мурашек, до озноба.

– Ты сошел с ума.

Он покачал головой.

Смотрел ей в глаза. Да, она видела, что он боится, что не уверен сам. Но твердо верит, что должен сделать все это. И она тоже должна ему верить. В него. Как, наверняка, верит лорд Гальярдо… лорд ведь должен понимать куда лучше, чем она, и не питать иллюзий.

Все это ведь уже не остановить, не вернуть назад. Она должна верить, что у него получится. Человеку очень важно видеть, что в него верят.

Хена зажмурилась на мгновение. Вздохнула.

– Тогда мне остается только пожелать тебе удачи, – сказала она.

Он улыбнулся, с облегчением, кажется. Протянул руку, осторожно коснулся пальцами ее волос.

И Хена не выдержала, шмыгнула носом, уткнулась ему в плечо. Обняла, прижалась к нему, чувствуя, как отчаянно колотится его сердце. Он обнял ее в ответ.

– Все получится, понял, – сказала она. – И мы выберемся отсюда.