Глава 5

Глава 5

Ева пребывала в уверенности, что и без мужчин девчонкам скучно не будет, однако же, последующие часы были наполнены не легкими беседами по душам и веселым смехом, а напряженным ожиданием возвращения вторых половинок. Слом в отношениях с Мари произошел, и образовавшуюся трещину не удавалось прикрыть ни пустяшными разговорами, ни учтивыми улыбками. Общаться с Марьяной как ни в чем не бывало ни у нее, ни у Лизы больше не получалось, и, раздумывая над всем произошедшим, Скальская сделала вывод, что они сделали большую ошибку, приблизив к себе Мари.

Ева и раньше-то не особо доверяла Марьяне. Не считала ее такой уж близкой подругой, чтобы делиться чем-то сокровенным, их дружба была легкой и поверхностной, а сейчас и подавно. Слова, которые в запале бросила Мари, убедили окончательно, что доверять ей нельзя. Мало ли кому и что она может разболтать. Она казалась отзывчивой, помогала по любым вопросам, касающимся учебы, умела посмеяться, весело шутила, но почему-то превратилась в совершенно другого человека, лишь только дело коснулось мужчин.

И пусть Ева знала Марьяну дольше, чем Владу, у нее при всем желании не получалось встать на сторону одногруппницы. Девчонка забыла о приличиях и чувстве такта. Хотя, возможно, они ей и до этого были незнакомы. В свое время они с Лизой поддержали Мари, приняли в свою компанию, окружив дружеской заботой, а теперь Мари позволяла себе неприемлемое хамство в отношении Влады, которая и так чувствовала себя неловко среди незнакомых людей. Такое поведение Ева считала непростительным.

– Как ты ее сразу раскусила, да? – невесело усмехнулась Ева, подсев к Лике.

– Угу, как она сама сказала, я таких насквозь вижу. Знаешь, сколько у меня подружек было, которых волновала не я сама, а мой красивый, богатенький братик. Владка первая, помимо вас, кто дружит со мной не чтобы к Илюше в постель залезть. Она его даже не видела, когда мы познакомились и начали дружить, потому я ей верю. И вообще, мне кажется, что я ее сто лет знаю, такое чувство… Ева, намажь, пожалуйста, мне спину. Кажется, я опять зажарилась…

Воспользовавшись моментом, Лика вручила Еве солнцезащитный крем. Белокожая, она была очень чувствительна к солнцу. Старалась пользоваться средствами с самой высокой защитой, но всё равно обгорала. Потому больше времени проводила в тени, чем под яркими лучами. Но и позагорать тоже хотелось.

– Да, понимаю, – улыбнулась Ева, – родственные души. Влада мне тоже нравится. Она разумная. С мозгами сейчас у многих трудно… Плечи немного покраснели у тебя, да...

– Ладно, может, повезет и не облезу. Хоть немного Мальдивского загара-то надо с собой привезти…

Когда к ним подошла Мари, разговор оборвался. После ее выпада в сторону Влады, Лика даже не пыталась скрывать свою неприязнь, а всем своим видом ее демонстрировала.

Вежливо поблагодарив Еву, она обошла бассейн и устроилась на другом шезлонге.

– О, смотри, рыбаки наши приехали! – обрадованно сказала Мари, глянув в сторону причала. – На ужин, наверное, рыба будет? Блин, это же чистить ее надо… – покривилась она.

– Они обычно сразу чистят и потрошат, привозят уже готовую, – сдерживая раздражение, ответила Ева и спросила, когда мужчины приблизились: – Как улов?

– Отлично.

Кир и Макс занесли термоконтейнер на крытую террасу, откинули крышку, и девчонки заглянули внутрь.

– О, сегодня нас ждет просто великолепный ужин. Запеченная дорадо, сашими из тунца, стейки… Да?

– А где Лизок? – спросил обеспокоенно Виноградов. – Ей опять поплохело?

– Всё прекрасно, не переживай. Она долго купалась, загорала и немножко утомилась, пошла прилечь, – успокоила его Ева.

– А эта где? – спросил Керлеп у сестры, не обнаружив Владу ни на одном из шезлонгов.

– Тоже у себя, наверное, – ответила Лика, без дополнительных уточнений понимая, что брат спрашивал о Владе.

Мужчины немедля взялись за приготовление ужина, решив не доверять девчонкам свою добычу. Вдруг испортят чего-нибудь. Пересолят или переперчат.

Илья всё посматривал в сторону комнаты Влады, ожидая ее появления, но, не выдержав, двинулся проторенной Скифом дорожкой мимо бассейна к ее террасе.

– Мне кажется, Чистюле нужны белые кеды, – отметил Кир, не упустив момента постебаться над другом.

Макс рассмеялся, а Ева хохотнула, вспомнив, как во время прошлого отпуска Виноградов, сверкая пятками белоснежных кедов, гонял от своего домика до комнаты своей будущей жены и обратно.

Вернувшись, Керлеп хмуро сообщил:

– Ее нет в комнате.

Скиф огляделся, прошелся по головам девчонок, охватил взглядом территорию, глянул в распахнутые двери гостиной главного дома.

– А куда она делась?

– Вот и я спрашиваю: куда?

– Может, она у Лики в комнате прилегла, – предположила Ева.

– У меня ее точно нет, я сама только недавно из дома выползла, – уверенно сообщила Лика.

– К нам сходи, вдруг они с Лизкой у нас затихарились, – предположил Макс.

Чистюля почти бегом понесся в домик Макса, на обратном пути заскочил к себе, но нигде Владу не нашел.

– Илюх, да заебали ее все, пошла погулять девка, чего ты суетишься, – попытался Скиф угомонить его тревогу. – Не туземцы ж ее сожрали. Погуляет и вернется. Ракушки пошла собирать, наверное. Мы ж на острове, куда она денется. Океан вокруг.

Кир поразмыслил и отложил нож.

– Вот именно. Океан вокруг. Люди и в лужах захлебываются. Мало ли что могло произойти. Может, купалась, да ногу свело судорогой. Если хочешь, давай на катере остров объедем.

– Давай, – согласился Илья.

Кир вымыл руки, и они с Керлепом двинулись было на причал, как Скиф крикнул:

– Да вон твоя беглянка идет! Говорил же, погулять девка пошла…

Влада увидела, как Чистюля пошел ей навстречу. Шаг у него был решительный, выражение лица – недоброе. Она прямо-таки почувствовала исходящие от него волны гнева и остановилась.

– Я тебя предупреждал, чтобы ты одна никуда не ходила.

Хоть Владу и резанул его жесткий тон, она ничего не ответила. Смерила Илью долгим, непонятным ему взглядом и двинулась дальше.

– Ты меня слышала? – переспросил Чистюля и схватил ее за руку, останавливая.

– Шлюху свою иди воспитывай, – со злостью ответила Влада. – Отцепись от меня и вообще ко мне не прикасайся!

В ее глазах блеснула такая ярость, что Илья невольно отшатнулся. Освободившись от его хватки, Влада прошла мимо него в уличный душ. Чистюля постоял несколько секунд, ошарашенный ее непонятным негодованием, и ринулся следом, чтобы объяснить свое поведение. Правильно Кир сказал: люди и в лужах захлебываются, а тут океан вокруг. Мало ли что может произойти.

Однако же, настигнув Владку, в первые несколько секунд он ничего не мог произнести, поскольку вид ее обнаженного тела выбил из его мозга все хоть какие-то разумные мысли.

Илья не рассчитывал обнаружить ее голой. Думал: она встанет ополоснуться, не снимая купальника, но Влада успела всё с себя скинуть.

– Ты что-то еще хотел? – спросила она удивительно спокойно. Как будто ни капли не смутившись и как будто не она минуту назад рявкнула на него так, что он шарахнулся.

– Я хотел сказать, что всякое может случиться. Голова на солнце закружится, ногу судорогой в воде сведет. Не надо быть одной.

– Хорошо, я тебя поняла, – тем же отрешенно-безразличным тоном произнесла Влада. Она стояла и не двигалась, безвольно опустив руки вдоль тела. – Разреши, я продолжу?

– Продолжай, – улыбнулся он своей невыносимо обаятельной улыбочкой, еще раз окинул взглядом все ее изгибы и ушел, присоединившись к друзьям.

– Илюх, с рыбой мы сами справимся. Ты на баре. С тебя, как обычно, вкусная выпивка, – сказал Кир.

– Окей, – невозмутимо ответил Чистюля и, отойдя к бару, принялся до блеска натирать салфетками стаканы.

– Кир, ты это видел? – картинно вздохнул Скиф. – Вот что он за человек… Вроде прилично себя ведет, ни одной Марты на острове, а всё равно у него две бабы.

***

После ухода Ильи Влада дрожащими руками ополоснула горящее от смущения лицо и встала под воду с чувством, будто ею не только полюбовались, но и как следует облапали.

Смыв с себя соль и песок, она обернулась полотенцем и прошла в свою ванную комнату, где уже тщательно помылась гелем для душа и мочалкой, стараясь, чтобы струи теплой воды смыли не только пену, но и мешающие трезво мыслить ощущения.

Владу до сих пор внутренне поколачивало после разговора с Лизой, а тут еще Чистюля выбил из колеи. Не привыкла делиться с кем-то своими переживаниями, потому всё внутри взвилось от какого-то необъяснимого страха и чувства уязвимости. Ведь когда не говоришь о том, что тебя волнует, то оно как бы и не волнует. Постепенно стираются из памяти болезненные воспоминания. Расплываясь, смазываясь, они превращаются в какие-то разрозненные факты прошлого, словно уже и не твоего. Но стоит лишь проговорить всё вслух, оживает память, а с ней и переживания, и боль, и страхи, казалось бы, давно похороненные.

С волосами, как обычно, пришлось повозиться дольше всего, но зато с сушкой Влада не заморачивалась. Немного просушив феном, она расчесала их и оставила сохнуть на ветру и солнце.

Приведя себя в порядок, она успокоилась, вернула прежнее самообладание, потом надела сарафан и вышла на улицу.

Ребята почти закончили готовить ужин. Ева занималась салатом, Кир и Макс уже снимали рыбу с огня и собирались жарить овощи. Поймав на себе смеющиеся взгляды друзей, Влада поняла, что Керлеп не только сам всполошился, но и остальных всполошил.

– Иля всех на уши поставил, да? Простите, что заставила вас волноваться, – сказала она, решив извиниться за доставленные неудобства. – Надо было предупредить кого-нибудь о своём уходе, но я об этом не подумала. Говорите, что делать?

– Мы можем начинать сервировку. Пока посуду расставим, всё будет готово, – улыбнулась Лиза, которая собиралась отнести на стол тарелки.

– Давай я, – Влада забрала у нее посуду, добавив в стопку еще несколько тарелок. – А эта обезьяна где?

– Пошла красоту наводить перед ужином, — ухмыльнулась Лизавета. — Вот как ты посмела выйти из комнаты без макияжа?

– Сама не знаю. Я почему-то решила, что помыться будет достаточно.

– Фу, наглая, самоуверенная эскортница…

– Не говори…

Теперь, когда Лиза знала и личную историю Влады, и о ее чувствах к Чистюле, она удивлялась ее самообладанию. Невозможно представить, сколько боли стояло за такой выдержкой. Сколько всего нужно было вынести, переварить, пережить, чтобы с таким змеиным хладнокровием наблюдать, как к любимому мужчине липнет какая-то дрянь.

Они почти накрыли на стол, когда появилась Мари. Она разложила столовые приборы и помогла Илье принести приготовленные для всех коктейли.

Когда же все уселись по своим местам, Влада заметила, что сменные тарелки, которые она захватила для Чистюли, исчезли.

– А где еще тарелки?

– Я унесла, думала, что это лишние, – призналась Мари.

– Они не лишние.

Влада снова сходила за тарелками, поставила их около Ильи и уселась напротив.

Ужин прошел спокойно, в доброжелательной, уютной атмосфере, как и положено среди близких людей. В присутствии мужчин Мари не доставала Владу, никак не задевала и даже виду не подавала, что между ними произошел какой-то конфликт.

– Кстати, интеллигенция, мы тут намедни с Лизаветой обсуждали, а не сходить ли нам снова в театр? Как вы на это смотрите? – поинтересовался Максим у Скальских.

– Мы всегда «за», ты же знаешь, – ответил Кир.

– Договорились. Тогда с вас выбор спектакля и билеты.

– Не вопрос. Тогда с тебя фляжка коньяка, – посмеялся Кир.

– Боже мой! А как же буфет, антракты?! – воскликнул Скиф. – Кир Владиславович, ты ж сын профессора как-никак, белая кость, голубая кровь. Какой моветон, как можно?! Фляжку коньяка да в театр… Возьму, конечно…

– Меня в прошлый раз чуть не затоптали в том буфете. Больше я туда ни ногой, – хмыкнул Кир.

– Чистюля, а ты с нами пойдешь? – спросил Макс.

– Я подумаю, – согласился Илья.

– А ты? – спросил Макс у Влады.

– Я не интеллигенция, я эта… как ее… – вроде бы хотела что-то сказать, но лишь махнула рукой, захватила со стола грязную посуду и понесла в кухню.

– Только посуду не мойте. Мы еще выяснили, кто у нас посудомойка, – предупредил Кир.

– О, в дурака будем играть? – обрадовалась Ева, тут же засомневавшись: – А как мы будем играть ввосьмером?

– Двумя колодами. Макс, доставай свой волшебный блокнотик, пиши фанты.

Кир ушел за картами, а Скиф быстренько притащил ручку и листочки.

– Сначала я свои задания напишу, потом вы можете что-нибудь добавить.

– Деловой какой. Сначала он напишет. Знаем мы твои задания, – рассмеялась Ева над его инициативностью. – Котлеты, пюрешка, салат… Лиза тебе всё это просто так приготовит, а я ей помогу.

– Просто так неинтересно, – ухмыльнулся Виноградов, что-то карябая на листочке. – Нас теперь много, можно что-то посерьезнее придумать. Выпить рюмку джина, например… Абсента, виски, рома…

– Это какие-то алкофанты получаются, – засмеялась Лиза. – А если мне что-нибудь такое выпадет?

– Не переживай, лапуля, у тебя есть я. Так что алкофанты я беру на себя. Давайте, думайте, надо взбодриться, а то, смотрю, скучные все совсем стали.

– Ага, скучные... Нам пиздец, как весело сегодня весь день было, – пригнувшись к Еве, шепнула Лиза, и та ответила ей понимающей усмешкой.

Когда на столе собралась целая гора бумажек, они скинули всё в бейсболку Кира и тщательно перемешали.

– Если что, я не особо умею в карты играть, – предупредила Влада. – Ничего не считаю и ничего не запоминаю. Точно дурой буду сегодня и не раз.

Признавшись в своей неумелости, Влада тут же подтвердила ее на деле, в первом же круге оставшись в дурочках и вытянув алкофанту «выпить джин».

– Боже… – вздохнула, когда Чистюля, как обычно, отвечающий за бар, подал ей полнехонькую рюмку джина. – А закусить можно чем-нибудь?

– Закуски в задании нет, – напомнил Виноградов.

– Девочкам можно, – вступился Илья и придвинул тарелочку с лаймом. – Полсотни – это вам не шутки.

Владка не стала тянуть джин глотками, влила в себя разом всю рюмаху и заела лаймом.

– Отлично, – кивнула она со смехом, – хорошо пошел. Я раздаю, да?

Потасовав колоду, она раздала карты. Так как ход был на нее, а расклад у нее был не очень удачный, отбиться Влада не смогла. Приняла, что дали, так и не успев скинуть всё до окончания кона.

– Тащи, – держа за козырек, Кир протянул ей бейсболку.

Вытянув фанту, Влада засмеялась и махнула Чистюле рукой:

– Иля, наливай. Ром.

Керлеп расхохотался, а следом и вся компания.

Даже Мари рассмеялась, как будто искренне.

– Влада решила прибухнуть, – сказал Кир. – Ты специально алкофанты, что ли, вытягиваешь? Или Макс там опять крестики нарисовал?

– Вообще-то, я всё это для себя сочинял, – пошутил Скиф. – Но там всё честно, без всяких пометок. Она сама старается.

Влада выпила ром, раздала карты и, несмотря на то что ей снова пришлось биться первой, не дала себя в обиду.

– А говорила, что играть не умеешь, – посмеялся Молох, когда Влада, завалив его, успешно вышла из игры, – тебе просто надо было выпить. Накатила – и сразу удача к тебе повернулась. Так обычно и бывает.

На самом деле проигрывать было веселее, чем выигрывать, потому никто в компании не сетовал на проигрыш. Все по несколько раз остались в дураках, получив веселые задания. Они и пели, и пили, и стихи рассказывали, а Мари выпала честь танцевать на столе.

На кону стояла последняя фанта, когда в игре остались только Макс, Илья и Влада.

– Отпустить тебя или нет? – Чистюля с легкой улыбкой задержал взгляд на Владкином лице, потом глянул в свои карты, раздумывая, валить ее окончательно или дать отбиться.

– Ой, не тяни.

– Ладно тебе, Чистюля, давай отпустим девчонку. Чё там осталось-то… Кто посуду будет мыть? – усмехаясь, сказал Скиф.

– Ладно, – великодушно согласился Илья. – Отбой.

Владка довольная, что Керлеп не стал ее заваливать, походила последней картой к Скифу. Он, само собой, отбил ее некозырную мелочь и выбросил на стол два короля, один из которых оказался козырным.

– Блять, – вздохнул Чистюля, – а про этого короля я и забыл… Возьму пока…

– Возьми, возьми… – хохотнул Макс.

Чистюля бросил карты на стол и достал из кепки последнюю фанту. Лениво развернув бумажку, Илья прочитал ее и замер.

– Кто это написал? – Он обвел лица друзей пристальным взглядом, но так и не смог определить, какой затейник придумал ему такое задание и как оно вообще попало в кепку.

– А что там? – спросила Ева и заинтересованно глянула в записку. – Ого!

Илья бросил листочек на стол, и Влада, увидев, что там написано, нервно рассмеялась.

Записка тут же пошла по рукам.

– Поцеловать Владу… Капец… – фыркнула Лика. – Кто ж это придумал только? Признавайтесь, чья подстава?

Однако абсолютно у всех на лицах было написано одинаково удивленно-любопытное выражение, и никто ни в чем сознаваться не собирался. Только Мари скептически усмехнулась.

– Блин, это Илюшино задание, почему я должна в нем участвовать? – смеясь, Влада тоже попыталась возмутиться.

– Если принять во внимание, что он должен был тебя завалить, но позволил выйти из игры, то всё честно выходит. Логично, да, Чистюля? – улыбнулся Кир.

– У нас в компании кто-то жестко мухлюет, и я никак не пойму кто, – отозвался Керлеп и потянулся к бутылке с ромом. – Будешь? – спросил у Владки.

– Целуйтесь уже, – подтолкнул Виноградов. – Только не в щечку.

– Подожди, им надо настроиться, прибухнуть, – рассмеялась Лизка.

– Мы ж не маленькие, в щечки целоваться. Да, Иля? – с усмешкой произнесла Влада и кивнула на бутылку: – Буду.