Глава 14

Это что, шутка такая?

Я никого не заметил, да и система не выдала предупредительных сообщений. Обычно если за мной кто-то следит, мне сразу же удаётся вычислить этого человека за счёт анализа окружающего информационного поля.

Либо Полина просто решила меня разыграть, либо…

Проклятье! А ведь вполне может оказаться, что она говорит правду. Я ведь перезагружаю систему стабильно каждую ночь. Но сегодня хоть я и сэкономил энергию, всё же не спал и ни разу не давал своему нейроинтерфейсу охладиться.

На то он и «нейро»! Это приставка означает, что система тесно связана с моей нервной системой. А точнее — является её частью. И именно нервная система наиболее чувствительна к отсутствию сна. В будущем, откуда я пришёл, уже доказали множеством клинических исследований, что сон людям необходим в первую очередь для того, чтобы снять лишнюю нагрузку с головного мозга и перераспределить накопившиеся там данные.

Отделить зёрна от плевел, так сказать. Сохранить нужное и уничтожить лишнее.

Я не заметил слежку, потому что сильно утомил себя — теперь это очевидно.

— Где этот человек? — спокойно спросил Полину я. Даже не стал оборачиваться, не пошевелил головой. Старался вести себя естественно, будто продолжаю как ни в чём не бывало наслаждаться утренним воздухом. — Не привлекай к себе лишнего внимания. Просто скажи, где ты его видишь.

— Могли бы и не уточнять, — изобразив рассеянность, произнесла Полина. Девушка начала ту же игру, что и я. Делала вид, что о чём-то лениво болтает со мной, попутно листая сообщения в телефоне. — Он шёл за вами с тех пор, как вы вышли из приёмного отделения. Когда я пришла на работу, он уже стоял около входа на территорию больницы. Стоило вам появиться — и он тут же пошёл за вами. Сейчас этот мужчина стоит в сотне метров от контрольно-пропускного пункта. Неподалёку от остановки. Джинсовая куртка, на голове чёрная кепка. Не обознаетесь.

Что ж, сейчас узнаем, кому это вдруг взбрело в голову преследовать меня…

Больше медлить было нельзя. Если буду разворачиваться постепенно, он тут же скроется. Нужно одно резкое движение и последующий анализ.

Я заранее отдал системе приказ, а затем моментально бросил взгляд на то место, где находится мой преследователь.

Наши взгляды на долю секунды пересеклись. Расстояние между нами было немаленькое, поэтому разглядеть лицо не представлялось возможным. Но система успела зафиксировать необходимый минимум данных об этом человеке. После чего он сразу же скрылся за остановкой и заскочил в приехавшую маршрутку.

Эх и повезло же ему! Обычно эту маршрутку люди часами ждут!

Однако я всё же смог получил хотя бы часть информации, которая поможет мне обнаружить его в следующий раз.

/Идёт анализ полученных данных… Объект: «?». Примерный возраст: 28 лет. Мужчина. Зафиксирован высокий уровень тревоги. Информационная аура частично зафиксирована в базе данных системы/

Отлично. Уже что-то! Если решит проследить за мной ещё раз, я сразу почувствую на себе его взгляд.

— Скрылся, — холодно констатировала Полина. — Кто это был, Алексей Сергеевич? Вы его узнали?

— Первый раз его вижу, — признался я. — Ничего, разберусь с этой проблемой позже. А тебе, Полина, — я повернулся к девушке, — спасибо за помощь. Выручила!

Я с трудом удержался, чтобы не растрепать ей волосы ладонью. Как-то уж так сложилось, что я отношусь к ней не как к коллеге, а как к юной ученице. Уже привык к своему новому телу, но прежний возраст иногда даёт о себе знать. В прошлой жизни у меня было много таких студентов. Я время от времени преподавал в университете, помогал будущим светилам с научными работами. Мне никогда не было трудно находить общий язык с молодёжью. Наверное, потому, что я и сам всё время чувствовал себя молодым в душе!

Однако сегодня Полина вела себя не так, как обычно. Чаще всего она не задаёт лишних вопросов, но сегодня её прорвало. По пути к кабинету девушка принялась меня «допытывать».

— У вас есть хотя бы примерные предположения, кто это мог быть? — спросила она. — Может, старый знакомый? Или кто-то, кто угрожает вашей безопасности?

— Да расслабься ты, — усмехнулся я. — Не надо за меня так беспокоиться. Я уже привык, что в Тиховолжске ко мне относятся… Скажем так, с особым вниманием, — я резко осёкся. — Эй, Полина, ты чего это?

— М? — девушка изобразила недоумение и тут же убрала блокнот в карман своей куртки. — Что-то не так, Алексей Сергеевич?

— Что ты сейчас записывала? — нахмурился я. — Будто фиксировала всё, что я говорю.

— Так я всё время это делаю. Вы разве не замечали? — заявила она. — Мне ещё не доводилось работать с психотерапевтом. Записываю себе всё, что может пригодиться в будущем. Коплю опыт.

— Цитаты мои собираешь? — усмехнулся я.

— Можно и так сказать.

— А если я попрошу дать мне почитать этот сборник цитат?

— Это будет посягательство на мою личную жизнь, — не раздумывая, ответила она.

— И то верно. Молодец, другого ответа я от тебя и не ожидал, — улыбнулся я.

/Идёт анализ… Объект: Полина. Фон стабильно зелёный. Спокойствие, уверенность в себе. Продолжает фиксироваться аномальный набор эмоций, затрудняющий читаемость объекта. Рекомендуется установить более доверительные отношения, чтобы повысить вероятность успешного анализа/

/На данный момент вероятность извлечения искреннего ответа: 3%/

Чёрт бы меня подрал! Да что ж с ней такое? Тут ведь дело вовсе не в психике. Сама Полина — одна сплошная аномалия для моего нейроинтерфейса. Первый человек за весь мой многолетний опыт, которого я не могу прочесть.

Вопрос в том, на какие доверительные отношения намекает система? Готов поклясться, что мы с Полиной, как коллеги, уже давно друг другу доверяем. Либо она только делает вид, что доверяет мне.

Странно… Возможно, стоит попробовать познакомиться с ней поближе. Не ради каких-то корыстных целей. Просто из желания разгадать этот феномен. Эмоциональный фон этой медсестры не даёт мне покоя с самого первого дня её появления в нашей больнице.

Но прямо сейчас «нападать» на неё с какими-либо предложениями — очень плохая затея. Лучше сделать это позже, когда она сама не будет от меня этого ожидать.

— Ладно, цитируй меня сколько влезет, — я притворился, что мне её записи совершенно не интересны. — Главное, гадости про меня всякие не пиши.

— Я стараюсь упоминать их как можно реже, — отшутилась она.

Правда, понять, шутит она или нет, уже непростая задача. Я всего лишь пару раз видел, чтобы она улыбалась. Мне порой кажется, что у неё с мимикой какие-то проблемы!

Я временно отстранился от мыслей о Полине и преследователе, и мы приступили к работе. Поликлиника сегодня претерпела неадекватные изменения.

Из-за праздничных дней сотрудников стало во много раз меньше, зато количество пациентов будто, наоборот, многократно возросло. Проходя мимо ординаторской, я услышал, как возмущаются дежурные терапевты.

Ох, как же хорошо я их понимаю… Есть такая проблема, особенно в маленьких городах. Почему-то именно в выходные или праздники народ резко активизируется и начинает решать все проблемы со здоровьем, которые копил годами, если не десятилетиями!

Дежурных обычно это вымораживает. Хотя я могу понять, с чем это связано. У людей просто нет времени обращаться за помощью. Всё время трудятся и не могут выпросить у руководства хотя бы один отгул для похода к врачу. Постоянно живут в режиме «дом-работа».

Однако, несмотря на загруженность терапевтов, мой рабочий день пролетел едва заметно. Я проконсультировал нескольких человек с депрессией и перенаправил одного парня с астеническим синдромом назад — к терапевту.

Астения — отсутствие жизненных сил — очень яркий синдром, который часто намекает на психические заболевания или неврозы. Но в этом случае клиент пришёл не по адресу. Он здорово отличался от депрессивных больных, потому что желание чем-то заниматься у него есть, радость от жизни он чувствует, но сил что-то делать не хватает.

А раз есть такой набор, значит, это не депрессия. Возможно, у него анемия, или человеку просто не хватает ряда витаминов. Базовые рекомендации я ему дал, но дальше пациентом будет заниматься другой специалист. Это — не мой клиент. К счастью! Я в принципе никогда не завидую людям, которым приходится обращаться ко мне за помощью.

По моему мнению, душу лечить гораздо тяжелее, чем тело.

К трём часам я уже полностью освободился. Полина ненадолго покинула кабинет, чтобы передать заполненные карты в регистратуру, а я начал собираться домой и…

Обнаружил, что девушка оставила на своём рабочем столе тот самый блокнот. У меня, как и у любого человека на моём месте, тут же взыграло любопытство.

Появилось острое желание проверить, что же Полина от меня скрывает. Но делать я этого всё же не стал. Во-первых, это как минимум аморально. Во-вторых, уж я-то точно знаю, что порой неведение — это лучший выбор.

Стоило мне отвести взгляд от дневника, как моя медсестра тут же вбежала в кабинет.

— Совсем сегодня закружилась, — пробурчала она. — Забыла ещё несколько карт.

Она подбежала к столу, подобрала амбулаторные карты и свой блокнот. Однако прежде чем она это сделала, я заметил, как напряглись её глаза. Казалось, будто она сама, не хуже системы, анализирует и меня, и все изменения на столе.

Так вот оно что… Какая же всё-таки она хитрая! Ничего она не забывала. Всё это — обычный спектакль. Похоже, она решила проверить меня. Намеренно оставила несколько карт и свой блокнот на самом видном месте. Но я на это не купился.

Да уж, странное же сегодня начало дня. Сначала преследователь, затем Полина со своими «тараканами»… Радует только одно — впереди выходной!

Домой на этот раз приходилось пробиваться через толпы людей. Все жители Тиховолжска вышли на улицу. Повсюду играла музыка, на главной площади разбили палатки — началась ярмарка. Народ праздновал Первомай. Я, если честно, никогда ещё не видел такого количества людей в этом городе. Даже и не думал, что здесь столь плотное население!

В будние дни такого не заметишь. Никто лишний раз даже нос на улицу не сунет.

/Фиксируется знакомая аура… Преследование возобновлено/

Опа! Не зря я его просканировал. Похоже, тот мужчина никуда и не уезжал на маршрутке. Дождался, когда мой рабочий день закончится, и продолжил следить за мной.

Правда, найти его в толпе будет непросто. Даже несмотря на то, что нейроинтерфейс запомнил его информационную ауру. Слишком уж много людей вокруг.

Так… Очевидно, что домой его вести точно не стоит. Самым оптимальным вариантом будет — сделать вид, будто я ничего не замечаю. Прогуляться, а затем вывести его к месту, где плотность людей ниже. Тогда я смогу лучше его изучить.

И, возможно, даже выйти на контакт.

Я повернул к главной площади города, где сейчас была организована ярмарка. Там людей было ещё больше, чем на улицах. Но это даже к лучшему. Заодно и проверю, насколько твёрдо он задался целью следить за мной. Если продолжит преследовать, значит, ситуацией точно придётся обеспокоиться.

Оказавшись в центре площади, я то и дело останавливался у разных палаток. Люди торговали фермерскими продуктами, сувенирами, книгами, одеждой, сладостями — чего там только не было. Где-то вдалеке виднелись карусели, но в ту сторону я решил не двигаться.

Меня не покидало предчувствие, что преследующий меня человек может быть опасен. Не стоит приводить его туда, где отдыхают семьи с детьми.

/Объект продолжает преследование. Рекомендуется сократить дистанцию, чтобы провести более подробный анализ/

Обязательно сокращу. Уже почти пришли.

Я покинул площадь и прошёл к узкой улочке, где горожан и гостей Тиховолжска практически не было. Тогда-то я и провернул заранее продуманный трюк. Знал, что преследователь держит дистанцию, а потом прошёл в тупик, из которого можно было выбраться только через проулки.

Там-то я и загнал его в ловушку. Мужчина явно не понял, куда я пропал, и мы поменялись ролями. Я сделал круг, вернулся на ту же улицу, но на этот раз оказался за спиной у человека, что шёл за мной от самой поликлиники.

— Раз уж вам так не терпится со мной поболтать, может, хотя бы представитесь? — бросил ему я.

Незнакомец вздрогнул, развернулся, отступил назад и чуть не споткнулся о мусорный бак.

/Зафиксирован резкий выброс гормонов стресса. Цветовой спектр эмоций нестабилен. Колеблется от отчаяния до гнева/

— Где она⁈ — крикнул он.

Я ожидал чего угодно, но только не такого вопроса.

— Кто «она»? — пожал плечами я.

— Не придуривайся, — он сжал кулаки и сделал шаг вперёд, но подходить вплотную не решился. Видимо, всё-таки боялся меня. — Я всё знаю про вас с Соней. Можешь даже не притворяться. Куда ты её спрятал⁈

Что за бред? Такое впечатление, что я имею дело с сумасшедшим, которого тревожат параноидальные мысли. Но система уже просканировала его и не нашла никаких признаков психических расстройств.

/На фоне гнева зафиксирована оправданная паранойя. Объект подозревает пользователя. Причина подозрений неизвестна/

Шикарно, что тут ещё сказать? Я опять кому-то перешёл дорогу, только на этот раз даже предположить не могу, кому, как и зачем!

— Вы уверены, что не обознались? — поинтересовался я. — Ни с какой Соней я не знаком. Вы вообще кого преследуете? Уверены, что именно я вам нужен?

— Ты — наш местный психиатр. Алексей Сергеевич Астахов. Всё верно? — насупился он.

— Он самый.

— Значит, я не ошибся. Ты-то мне и нужен! — он сделал ещё один шаг вперёд. Мужчина явно трусил, но всё же переступал через себя.

— Ну, во-первых, перестаньте «тыкать», — попросил я. — Мы с вами не знакомы. Кстати, это можно исправить. Представьтесь. Должен же я знать имя человека, который следит за мной с самого утра.

— Не притворяйся, что не знаешь! Я — Гена.

— Что ж, не могу сказать, что рад познакомиться, но — допустим. И? Что мне должно было сказать это имя по твоей задумке?

— А что, Соня даже ни разу обо мне не рассказывала? — стиснул зубы он. — Не предупреждала, что у неё есть жених?

Проклятье… Налицо — все признаки бредового состояния. Если бы это произошло в стационаре, я бы уже отправил его в психиатрию. На всякий случай. Уж больно ведёт он себя агрессивно.

Но проблема в том, что система никаких отклонений не фиксирует. Что-то здесь не так…

— Давай-ка по порядку. Ты решил, что я увёл у тебя невесту. Но с чего ты вдруг вообще это взял? — поинтересовался я.

— Прочитал заметки Сони. Вот дура! Фиксировала измены у себя в телефоне! — горько усмехнулся Гена. — На прошлой неделе она встречалась с тобой аж три раза! Три! — он изменил голос, чтобы изобразить свою невесту. — «Алексей так на меня смотрел, будто глазами хотел раздеть. Жду не дождусь следующей встречи, когда он уже, наконец, сделает это». Ах да… И ещё одна заметка была. «Сегодня он, наконец, прикоснулся ко мне. На этот раз он был неуклонен. Попросил раздеться — и я не смогла ему отказать».

/Обследуемый объект с вероятностью 99,5% говорит правду/

Это я уже понял. Он явно не придумывает.

— Чушь какая-то! — покачал головой я. — Нет у меня привычки уводить чужих партнёров. Ты уверен, что эти записки — не шутка? Может, тебя просто разыграли?

— Ага, как же! — хмыкнул он. — А твои фотографии в её телефоне? Это тоже розыгрыш?

Фотографии? Зараза, только этого мне не хватало. Я ведь всегда стараюсь избегать лишнего внимания. Откуда кто-то вообще мог их взять?

— Значит, так, доктор, — решил подытожить Гена. — Хочешь ты этого или нет. Но я решился… — он сделал несколько глубоких вдохов. — Будем драться за неё. Сейчас. Кто выстоит — тому она и достанется!

На этот раз парень бросился на меня без заминки. С серьёзным намерением вступить в схватку.

В ту же секунду система показала мне ещё одно сообщение. Но оно не было предупреждением об опасности.

/Внимание! Обнаружено ещё два преследователя! Два человека следили за пользователем и за объектом «Гена». Внимание! У одного из наблюдателей обнаружены признаки психического расстройства…/

Да какого ж чёрта тут творится⁈