Глава 3 · Передвижной парк развлечений

«Возможно, он добрее, чем кажется».

– У окружающих часто складывается ошибочное впечатление о господине Клаусе. По моему скромному мнению, он куда более искренний и простой человек, чем его высочество Арклейн.

Мей, слегка прищурившись, заплела Эстель небрежную косу и сделала намеренно неброский макияж. Благодаря своей и без того непримечательной внешности после преображения девушка была неотличима от обычной горожанки.

– Итак, в этот раз мы идем через черный ход. Сегодня вы «горничная на прогулке в выходной день».

Взглянув на Мей, довольную проделанной работой, Эстель почувствовала, как и ее настроение тоже улучшается. Девушке никогда раньше не приходилось беспокоиться о том, чтобы не привлекать внимание посторонних, так что это был первый опыт перевоплощения в простолюдинку.

– Мей, ты тоже идешь со мной? – спросила Эстель, заметив, что на служанке была не привычная униформа, а наряд, похожий на ее собственный.

Однако горничная покачала головой и сказала:

– Иду, но в качестве тайного телохранителя. Сопровождать вас будет другой человек. – Девушка мягко улыбнулась, направляя госпожу к черному выходу.

Добравшись до него, Эстель застыла в удивлении, увидев своего провожатого.

– Ваше высочество, почему вы?

– Сегодня я буду тебя сопровождать!

Арклейн выглядел словно ребенок, довольный удавшейся шалостью. Он, как и Эстель, был одет в одежду простолюдинов, но, в отличие от нее, принцу это совершенно не шло. Его правильные черты лица в сочетании с блестящими золотистыми волосами и сапфирово-синими глазами, свойственными только королевской чете, с легкостью выдавали его благородное происхождение. Арклейн выглядел как аристократ, тщетно пытавшийся выдать себя за простолюдина.

– Ваше высочество, мне кажется, ваша маскировка выглядит не очень убедительно!

– Не переживай, у меня есть кое-что еще, – Арклейн показал ей надетый на запястье браслет, на котором был выгравирован замысловатый мелкий узор.

– Это древняя реликвия, передающаяся в нашей семье из поколения в поколение. Если направить в него поток маны, вот так…

Древние реликвии – особые магические предметы, созданные с помощью старинных, ныне утраченных технологий. Известно о большом разнообразии их видов, но приобрести такой артефакт было практически невозможно. Королевская семья славилась своей коллекцией магических реликвий, собранной прошлыми поколениями монархов.

Эстель внимательно наблюдала, как мана перетекала из тела Арклейна в браслет. В следующий миг его глаза и волосы окрасились в коричневый цвет.

– Ну как? Думаю, что теперь гораздо лучше, не правда ли?

Хотя черты его лица остались такими же прекрасными, он больше не походил на человека благородного происхождения. Удивительно, как сильно могут изменить облик всего лишь другой цвет глаз и волос. Если еще надвинуть на глаза плоскую кепку, то вряд ли кто-то вообще догадается, что перед ними принц правящей династии.

– А ты и так выглядишь вполне убедительно. Удивительно, как женщины могут изменить себя с помощью макияжа, – Арклейн пристально рассматривал замаскированное Мей лицо Эстель.

– Мы идем с вами вдвоем?

– Да, я подумал, что для тебя это будет отличной возможностью немного отдохнуть.

Эстель тут же мысленно возразила: «С вами это вряд ли получится».

– К тому же нам стоит узнать друг друга получше, – продолжил он.

– Разве это не опасно? Вас же пытались убить…

– Конечно же, у нас будет охрана. Они будут следовать за нами, стараясь не привлекать внимания.

– А если в вас снова будут стрелять, как тогда на балу? Охрана не успеет среагировать…

– Я уверен, что все будет в порядке. К тому же со мной ты. Да и мне тоже иногда нужно выбираться в город, чтобы развеяться.

– Не волнуйтесь, госпожа Эстель, его высочество практически невосприимчив к большинству обычных физических атак… – вставил слово в их разговор гвардеец, стоявший рядом с Арклейном, но тут же осекся на полуслове под испепеляющим взглядом принца.

– Заткнись…

– Что все это значит? – чуть помолчав, спросила девушка.

Ей показалось, что она только что услышала нечто крайне важное.

– Не бери в голову. Пошли скорее, не будем терять время!

– Пожалуйста, скажите мне, ваше высочество!

Арклейн испытал легкое смущение под пытливым взглядом девушки.

– «Пробужденные» из королевской семьи обучаются контролировать свои сверхспособности и ману. В результате этого в редких случаях у них появляются исключительные способности…

– Это тщательно скрывается от общественности. Тело его величества, как у грозного чудовища, обладает поистине невероятной прочностью. Его не повредить даже мечом, – продолжал объяснение королевский гвардеец, которого принц сурово осадил ранее.

Это был простой на вид юноша, и, хотя на нем не было униформы, а такая же простая одежда, как у них, Эстель сразу узнала в нем королевского гвардейца. Девушка не раз видела, как он сопровождает Арклейна.

– Грозное чудовище, говоришь… вот какого ты обо мне мнения, Нил… – На лице принца играла улыбка, хотя его глаза были холодны как лед.

Нил смущенно отвел взгляд и сделал шаг назад.

– С помощью маны я могу постоянно поддерживать что-то похожее на защитный барьер, поэтому обычные физические атаки мне не страшны. Хотя если напасть на меня с мечом, то почувствую боль, словно от удара железным прутом. Неприятно, конечно, но…

– Значит, на том балу… я зря рисковала своей жизнью? – Эстель вся дрожала.

Защищая его, она получила тяжелое ранение, и теперь на левой руке навсегда останется шрам.

– Вряд ли пистолет такой мощности причинил бы мне какой-то вред.

– Вы отвратительны… – процедила девушка.

Для чего она тогда рисковала собой, спасая его?! Если бы только можно было повернуть время вспять…

– Значит, мои способности вам на самом деле ни к чему?

– Все не так просто. Мой защитный барьер неидеален. Драконобойное оружие представляет для меня реальную угрозу.

Невероятно мощное магическое оружие, разработанное для того, чтобы пробить прочную чешую драконов… Говорили, если выстрелить из такого ружья человеку в голову, то от нее не останется и следа.

– Прости, я понимаю, ты злишься. Но я действительно благодарен тебе за спасение. И очень рад, что смог встретить девушку со столь редкими способностями. Искренне сожалею, что ты пострадала из-за меня…

Эстель ничего не ответила. Раз все сложилось таким образом… что ж. Она приняла решение тоже использовать принца, как и советовал Клаус. Девушка прикрыла глаза и глубоко вздохнула.

– Эстель…

– Я не злюсь. Благодарю вас за заботу, ваше высочество. – Усмирив бушующие эмоции, девушка пристально посмотрела на Арклейна, цвет маны которого становился то ярче, то тусклее, словно принц на мгновение усомнился в ее словах.

– Не будем терять время, ваше высочество. Раз уж мы выбрались в город впервые за столь долгое время, нужно посмотреть как можно больше! – Эстель натянула милую светскую улыбку и посмотрела на Арклейна.

– Ты абсолютно права, идем, – произнес принц, словно очнувшись от раздумий. Он улыбнулся девушке и подал ей руку.

От особняка маркиза Рожеля до центральной части города было довольно далеко, поэтому они отправились на крестьянской подводе вроде тех, которые обычно использовались слугами. Арклейн занял место кучера, а Эстель устроилась рядом с ним. Грузовая повозка не предназначалась для перевозки людей, каждый толчок отзывался ноющей болью в районе поясницы.

– Когда будем в городе, зови меня Рэн. И ни в коем случае не называй «ваше высочество», – сказал принц по дороге.

– Да, – кивнула Эстель в ответ на это предупреждение.

– А ты будешь… ну, скажем, Астель.

– Слишком очевидно, – не удержавшись, прокомментировала она.

Если произносить имя Эстель на современный лад, то оно будет звучать как Астель. На лице Арклейна сияла самодовольная улыбка:

– Лучше, чтобы псевдоним был созвучен с настоящим именем. Если вдруг окликнут, а ты не отреагируешь, то обман тут же раскроется.

Иногда принц вел себя совсем как маленький ребенок.

– Вы уже решили, куда мы направимся?

– В Центральный парк. Не могла бы ты разговаривать со мной не так официально? Как бы ты общалась с Сириусом, к примеру?

– Я приложу все уси… я постараюсь…

Едва Эстель поправила себя, Арклейн тихо рассмеялся. Судя по ауре, принц был сегодня в очень хорошем настроении.

– Ваше вы… то есть Рен, кажется, у вас уже был опыт таких перевоплощений?

– Да, это не первый раз, когда я переодеваюсь в простолюдина, чтобы выйти в город, – ответил он уклончиво.

По его спокойному тону было ясно, что принц проворачивал такое не раз и не два.

– Я также хотела сказать спасибо за то, что разместили моего брата в отеле.

– Не за что, Астель. Мы же как-никак будущие родственники. Я мог бы предложить лорду Сириусу остаться в особняке маркиза Рожеля, но подумал, что в отеле ему будет спокойнее.

– Я бы тоже лучше остановилась в отеле…

– Тебе нельзя. Он недостаточно охраняется.

– А брату, значит, можно?

– Ты – это совсем другое дело. Если тебе так хочется побывать в отеле, то когда-нибудь остановимся там на ночь, а пока придется потерпеть.

– Остановимся на ночь?

– И тогда Астель отдастся мне полностью и без остатка…

– Ч-что вы?!

Арклейн краем глаза посмотрел на залившуюся краской Эстель.

– Проведем ночь вдвоем. Я все-таки мужчина… Понимаешь, к чему я клоню?

По его сдавленному хихиканью стало понятно, что он в очередной раз дразнит ее.

– И ты все никак не перейдешь на «ты».

– Прошу прощения. Мне трудно перестроиться из-за нашей разницы в положении…

– Хорошо, представим, что мы только начали встречаться, тогда и обращение на «вы» не будет казаться таким уж неуместным.

Тем временем телега уже въехала в город. Впервые за долгие годы Эстель вновь увидела главную улицу столицы, и ее глаза засияли.

Они заранее договорились оставить повозку у торговой лавки, обеспечивающей семью Рожель различными товарами, а оттуда направились пешком в парк.

– Отсюда придется немного пройтись, не устанешь?

– Нам ведь только до Центрального парка, верно? Сегодня на мне удобная обувь, так что все в порядке.

Арклейн думал, что Эстель, будучи благородной дамой, скривится, услышав такой вопрос. Однако, увидев ее неожиданно спокойную реакцию, он тепло улыбнулся.

Пока что принц испытывал к Эстель Фрозе симпатию. Хотя она все еще не соответствовала его представлениям о будущей супруге, этот недостаток можно было исправить дальнейшим обучением. Девушка была выпускницей престижной женской академии Эдьюрена, где она получила все необходимые для аристократки знания и отточила манеры и правила поведения в обществе. Кроме того, Эстель знала три языка соседних государств на разговорном уровне. Чего ей не хватало, так это знаний в области географии и истории, вдобавок девушка плохо разбиралась в хронике событий знатных домов. Помимо этого, для более уверенного владения языками девушке было необходимо расширить словарный запас и отточить произношение.

Но эти вопросы можно было решать постепенно. Если принять во внимание ее усердие и прилежное отношение к учебе – со временем Эстель сможет восполнить все пробелы в своих знаниях.

По правде говоря, встречу с девушкой можно назвать большой удачей. В тот день на балу он пригласил ее на танец лишь для того, чтобы произвести впечатление на графа Фрозе, который перешел на сторону фракции первого принца.

Дом Фрозе из поколения в поколение славился своим мудрым подходом к управлению делами своих земель, всегда держался в стороне от столичных интриг и не имел большого влияния в политических кругах. Когда они, будучи одним из северных дворянских родов, сохранявших нейтралитет, перешли на их сторону, Арклейн посчитал необходимым оказать им радушный прием. Правда, взамен его фракция лишилась поддержки дома Винтия, переметнувшегося к Лидису. Однако иметь в союзниках дом Фрозе, на чьих территориях находилось месторождение магических камней, было куда выгоднее, чем род Винтия.

На замену Оливии Арклейн искал женщину, обладающую всеми необходимыми качествами для роли принцессы, и появление Эстель с ее способностями «пробужденной» было как нельзя кстати. Принц уже решил для себя, что девушка останется подле него независимо от дальнейшего развития событий. Станет ли она его официальной супругой или нет – зависело от решения короля. Однако Арклейн был уверен, что отец с большой долей вероятности одобрит их брак. Другого варианта принц не рассматривал. Он не испытывал к Оливии неприязни, но рядом с ней чувствовал себя некомфортно, они просто не подходили друг другу. Вероятно, причина была в ее высокомерии: девушка вела себя так, как будто статус принцессы принадлежал ей по праву. Она была идеальной кандидаткой по всем параметрам: внешность, знатное происхождение, способности. Однако когда он представлял ее в роли своей супруги, что-то внутри неистово сопротивлялось. В этом плане Эстель, которая боялась титула принцессы и всем своим видом показывала нежелание ею становиться, нравилась принцу куда больше. Мужчины склонны всегда преследовать лишь ту добычу, которая убегает, потому и Арклейну хотелось загнать Эстель в угол и заточить в приготовленную им позолоченную клетку.

Сводный брат и королева, а также стоявший за ними герцог Марвик, с которым их связывали родственные узы, представляли большую угрозу. Принц прекрасно понимал, что для противодействия им было бы разумнее заключить брачный союз с домом Рейнсворт, опорой его политической фракции. Фрозе, отгородившиеся от всего мира на севере и не желавшие появляться при дворе, не могли заменить их и стать новым оплотом фракции. Однако Арклейн вовсе не стремился занять трон, но в то же время перспектива быть заключенным под стражу или оказаться в темнице, если Лидис станет королем, его совсем не радовала. Он просто хотел прожить долгую спокойную жизнь в достатке. Арклейн, если бы ему не удалось стать королем, довольствовался бы владением одним из королевских уделов, где он мог бы править без всяких забот. На случай грозящего ему заключения под стражу или смертного приговора принц уже тайно готовил пути отступления в соседние королевства или в Новый Свет. В таком случае сверхспособности Эстель, несомненно, гарантировали ему преимущество. Страх девушки раскрыть всем свой статус «пробужденной» также был выгоден Арклейну. Подобно тому, как он держал в секрете защитный барьер, поддерживаемый с помощью маны, ей также лучше было держать свой козырь при себе. В глазах Арклейна Эстель была подобна ферзю на шахматной доске, а лучший способ заполучить такую фигуру – пленить сердце девушки.

До сих пор Арклейн никогда ни в кого не влюблялся. Однако хотя он и не знал, что такое любовь, на собственном опыте, но, наблюдая за окружающими, пришел к выводу, что это чувство – сильнейший стимул для совершения самоотверженных поступков во имя любимого человека. Арклейн, прекрасно осознавая притягательность собственной внешности и статуса принца, собирался воспользоваться этим преимуществом по максимуму и покорить сердце Эстель подобно тому, как завоевывал других девушек. Ради этого он был готов прибегнуть к любым ухищрениям: от соблазнения до растраты королевской казны.

Арклейн видел во всех окружающих лишь шахматные фигуры. Если пешка приносила ему пользу, он оставлял ее на доске, если нет – безжалостно избавлялся. Порой он ловил себя на мысли, что если об этом стало бы известно окружающим, то они, несомненно, сочли бы его безумцем.

Единственное, что принца тревожило, – это возможность того, что Эстель с помощью дара может раскрыть его коварные намерения. Однако девушка говорила, что может считывать только общие эмоции, поэтому вероятно, опасения были напрасны. На данный же момент Арклейн искренне наслаждался этой игрой. Проблемы могли возникнуть, если когда-нибудь принц охладеет к Эстель и начнет испытывать к ней неприязнь. Не было никакой гарантии, что статус принцессы не изменит характер девушки, а человеческие чувства по своей природе довольно непостоянны. Никто не мог предсказать, что произойдет в будущем.

Когда-то и королева Тортеллиза, несмотря на свою яркую внешность, подобную прекрасной алой розе, обладала кротким нравом и в первые годы была очень добра к Арклейну. Однако когда она добилась расположения короля Сашеза, ее поведение резко изменилось, глубоко ранив чувства маленького принца.

Если Арклейн начнет испытывать к Эстель неприязнь, нельзя было допустить, чтобы она использовала свой дар ему во вред. Влюбить ее в себя было недостаточно, он должен найти более надежный способ контролировать девушку. Возможно, если Эстель родит от Арклейна ребенка, это сделает ее полностью зависимой от принца… Но и этого было мало. Еще было бы неплохо организовать брачный союз Сириуса с партией, выгодной планам принца. Так он сможет пресечь в зародыше попытки графа Фрозе пойти против него. Арклейн осознавал, насколько эгоистичны и отвратительны эти намерения, но лишь холодный расчет мог гарантировать ему выживание.

Оправдываясь перед самим собой, Арклейн украдкой бросил взгляд на идущую рядом Эстель. Увидев, как девушка радостно наблюдает за людьми, снующими туда-сюда по оживленной главной улице столицы, он почувствовал, как душу начинают терзать угрызения совести.

Они были практически на месте. Центральный парк, куда направлялись Арклейн и Эстель, располагался как раз вдоль этой улицы. Внезапно девушка удивленно замерла. Проследив за ее взглядом, Арклейн заметил проглядывающие между деревьев крыши палаток. Вокруг них развевались разноцветные флаги и мерцали магические фонарики, весело покачиваясь на ветру.

– Передвижной парк аттракционов? Точно, ведь уже подошло то самое время года!

В преддверии новогодних праздников в столицу стекалось множество людей, и по такому случаю ежегодно в Центральном парке открывались передвижные аттракционы, где главными развлечениями были карусели и деревянные скоростные горки. Бродячие артисты давали представления, а вокруг их палаток было полно выстроившихся в ряд различных ларьков с едой и сувенирами. Все это делало парк любимым местом отдыха горожан.

– Ты когда-нибудь бывала здесь раньше?

– Конечно! Во время учебы мы приходили сюда с друзьями каждый год. Ваше… то есть Рэн, большое спасибо, что привели меня сюда! – Эстель сияла от счастья.

Значит, Арклейн не ошибся с выбором места для прогулки. Он решил съездить с Эстель в город, потому что Клаус сообщил, что девушка ведет себя странно. Его предложение руки и сердца кардинально изменило ее жизнь. Подготовка к становлению принцессой, прием у королевской четы обрушились на нее тяжелым бременем, и, вероятно, ей было тяжело переносить все это. Если бы Арклейн оставил Эстель наедине со своими переживаниями, это могло не лучшим образом повлиять на их дальнейшие отношения, а ему нужно было завоевать ее доверие и расположить к себе.

Улыбнувшись, принц крепко сжал руку девушки.

В Центральном парке было многолюдно, отовсюду раздавались звонкий смех и радостные возгласы. Публику развлекали жонглеры, фокусники и акробаты, а торговцы наперебой зазывали в свои ларьки с едой и всякими безделушками. Вдалеке даже показывали самое настоящее огненное шоу. Просто прогуливаясь по парку, можно было получить массу ярких впечатлений.

Эстель чувствовала себя немного неловко, находясь здесь с Арклейном, но она решила, что нельзя упускать такую возможность повеселиться от души. Девушка с восторгом смотрела по сторонам.

– С чего начнем? С карусели?

– А потом еще на скоростные горки!

Оба аттракциона приходили в движение за счет энергии магических камней, поэтому столь масштабные передвижные парки развлечений могли существовать только благодаря поддержке королевской семьи, знати и богатых меценатов.

– Тогда придется постоять в очереди!

Как и предвидел Арклейн, у каруселей и скоростных горок собралось множество народа. Клоуны, чтобы скрасить людям время ожидания, прохаживались рядом с вереницей желающих прокатиться и развлекали их.

Особой популярностью пользовался аттракцион, который назывался скоростными горками. Вагонетки сначала поднимались по деревянным рельсам, сконструированным под крутым наклоном, а потом резко спускались на огромной скорости вниз. Эстель, как и другие посетители парка, была в восторге от этого аттракциона. Однако после второго-третьего захода лицо Арклейна заметно побледнело.

– Неужели вас укачало на горках?

– Да… что-то мне нехорошо от такой бешеной скорости и крутых спусков.

– Ох, получается, и от катания на санках вас тоже укачает!

Такое развлечение было излюбленной зимней забавой в северных регионах королевства.

– Возможно, вырасти я во Фрозе, сейчас мне не было бы так плохо, – ответил Арклейн, прикрыв рот руками.

Принц выглядел так, как будто его вот-вот стошнит.

– Может, присядем на скамейку и передохнем?

– Это лишнее, но, пожалуйста, больше никаких горок…

С одной стороны, Эстель было жалко побледневшего принца, а с другой – она ощущала какое-то странное удовлетворение, видя его, обычно невозмутимого, в таком плачевном состоянии. Неожиданно обнаруженная слабость Арклейна пробудила в ней ранее неведомые чувства.

– Я немного устала, поэтому давайте отдохнем. Я схожу за напитками.

– Тогда пойдем вместе. На улице прохладно, возьмем что-нибудь, чтобы согреться, – вяло улыбнувшись, Арклейн подхватил Эстель под руку и повел к ларькам.

Принц взял себе кофе, а Эстель – горячий шоколад. Они присели за столик, чтобы насладиться напитками и немного передохнуть, а после решили побродить между прилавков.

– Астель, смотри, там тир. Не хочешь попробовать? Ты ведь умеешь стрелять?

– Магическое оружие и игрушечное ружье – это совершенно разные вещи, – возразила Эстель, но все же присмотрелась к стенду с призами, и ее взгляд упал на плюшевого медведя, который, вероятно, был главным призом.

– Это же Руди Долл?

Так назывались плюшевые игрушки от известной кукольной мануфактуры, принадлежащей торговому дому Руди. На голове очаровательной игрушки, стоявшей в центре тира между мишенями, была корона и мантия глубокого синего оттенка, цвета королевской семьи.

– Да у тебя глаз-алмаз, сударыня! Это уникальная Руди Долл, приуроченная к двадцатипятилетнему юбилею правления его величества Сашеза. Лимитированная коллекция, всего двести штук, – пояснил им подозрительно выглядящий бородатый хозяин лавки.

Арклейн с интересом разглядывал игрушку:

– Вот это да, какая ценная вещь.

– Ну что, парень, попробуешь свои силы?

– Увы, я не очень хорошо стреляю, – пожал плечами принц.

Тут Эстель протянула торговцу серебряную монету – плату за возможность пострелять.

– Астель, ты правда хочешь попробовать?

– Да, раз уж мы пришли.

Девушка взяла у хозяина лавки игрушечное ружье. По сравнению с магическим оно выглядело дешево и было предельно легким.

– Чтобы не продырявить игрушку, – сказал торговец, убирая плюшевого медведя и меняя его на мишень в форме коробки, – давай-ка ты лучше постреляешь по этому ящику?

– Его ведь нужно просто опрокинуть?

– Верно, пять попаданий – и игрушка твоя, сударыня.

Дождавшись сигнального кивка хозяина лавки, Эстель прицелилась. Первый выстрел прошел мимо: «Наверное, нужно чуть правее…» – настроив прицел, она выстрелила снова. На этот раз левее цели.

– Давай, красавица, еще три выстрела! – ухмылялся торговец.

Не обращая на него внимания, Эстель выстрелила в третий раз. На этот раз пуля попала по коробке, но, видимо, слабовато – мишень и с места не сдвинулась.

– Еще чуть-чуть!

Прозвучал четвертый выстрел. На этот раз она попала точно в цель, но коробка даже не шевельнулась. Эстель нахмурилась.

– Какая досада. Осталась еще одна попытка!

– Не переживай, Астель, в следующий раз ты точно попадешь! – Арклейн похлопал ее по плечу.

Чувствовался какой-то подвох. Хозяин лавки слишком подозрительно ухмылялся, но устраивать скандал из-за какой-то детской забавы девушке не хотелось. Эстель снова подняла ружье и, тщательно прицелившись, нажала на курок. В следующий момент внезапно поднялся сильный ветер, сметая все на своем пути. Палатка с тиром не стала исключением – призы с полок попадали на землю. Вокруг раздались испуганные возгласы. Арклейн поддержал пошатнувшуюся Эстель.

– Как странно. Ветер опрокинул все вокруг, но только мишень с Руди Долл осталась на своем месте, – ехидно улыбаясь, сказал Арклейн.

«Неужели это все обман?» – удивилась девушка.

– Ты на что это намекаешь? – бородатый торговец злобно уставился на принца.

– Да так, просто мысли вслух, – ответил Арклейн и, забрав из рук Эстель игрушечное ружье, вернул его торговцу.

– Как жаль, что все пять попыток закончились… Ну, пойдем, Астель. – Он снова взял ее за руку, и девушка послушно последовала за ним, оставляя тир позади.

– Эй, парень, постой! – раздался позади хриплый голос хозяина лавки.

Однако Арклейн только ускорил шаг, удаляясь от палатки. Догнав его, Эстель спросила:

– Вы использовали свои сверхспособности?

За секунду до того, как поднялся вихрь, девушка почувствовала всплеск его маны. Более того, она ощущала ее и в порыве ветра.

– Как ты догадалась?

– Всем известно, что вы обладаете телекинезом, и в этом вихре чувствовалась ваша мана.

– Ты и такое можешь почувствовать? – добродушно рассмеялся Арклейн и протянул руку, чтобы поправить челку Эстель, растрепавшуюся от ветра. – Тот продавец жульничал. Я решил преподать ему небольшой урок. Или ты действительно хотела выиграть ту куклу?

– Вовсе нет.

Эстель было просто интересно, как такая дорогостоящая игрушка оказалась в столь неподобающем месте. Она была милая, но не настолько, чтобы девушка загорелась желанием ее заполучить.

– Как скажешь. У отца в спальне лежит точно такая же, я уже подумывал достать ее тебе, но если не хочешь…

– Столь ценные вещи мне ни к чему. – Эстель покачала головой.

«Не могу поверить, что он использовал свои способности из-за такой мелочи…» Его ребячество поразило девушку. Она пристально разглядывала Арклейна, вернувшего себе привычное невозмутимое выражение лица, как вдруг ее окликнули:

– Эстель?

Девушка обернулась на голос и замерла. Перед ней стоял юноша благородной наружности с иссиня-черными волосами и фиалковыми глазами. Ее бывший жених Лайл…

– Это и правда ты, Эстель! Что за странный наряд? После всех этих сплетен в газетах я не находил себе места от беспокойства. Но ты ведь понимаешь, что я не мог навестить тебя, учитывая нынешние обстоятельства… – Лайл направлялся прямиком к ней.

Эстель, не понимая, что делать, застыла на месте, но в этот момент ему наперерез вышел Арклейн, заслонив собой девушку.

– Вы, кажется, обознались, сэр. Это моя возлюбленная, и зовут ее не Эстель.

– Но… я уверен, что это ты… – начал было возражать Лайл, как вдруг его сзади окликнул резкий женский голос:

– Что здесь происходит, Лайл?

Это была Диана Потрие. Эстель никогда с ней не встречалась, но знала, как она выглядит. Изысканно одетая девушка смерила Лайла сердитым взглядом.

– Кто это? Твоя знакомая?

– Прошу прощения, – ответил Лайл, прикусив губу, – кажется, я действительно обознался, – тихо пробормотал он и, развернувшись, направился к Диане.

В передвижном парке аттракционов в это время года собирались торговцы из разных уголков королевства Розалия и привозили на продажу местные деликатесы и уникальные товары. На подобное многообразие собирались люди всех возрастов и сословий.

– Астель, нам тоже пора. – Арклейн взял ее за руку и повел в другую сторону. – Какой проницательный… Узнал тебя, несмотря на маскировку, – шепотом добавил принц, заставив сердце девушки сжаться от дурного предчувствия.

Последовав за Арклейном, Эстель покинула парк. Останься они там, могли бы снова столкнуться с Лайлом и Дианой.

– Интересно, о чем он хотел с тобой поговорить… – прошептал Арклейн, и Эстель едва заметно вздохнула.

– Думаю, он просто беспокоился обо мне. Лайл был мне как старший брат.

– Наверное, я слишком резко вмешался. Может, ты хотела с ним поговорить?

Покачав головой, Эстель ответила:

– Нет, нам больше не о чем разговаривать. Спасибо, что не остались в стороне, Рэн.

– Так или иначе, вам придется видеться друг с другом на светских мероприятиях. Нужно заранее подумать, как вести себя с ним, Астель.

Эстель задумалась о словах Арклейна и, чуть помолчав, ответила:

– Помолвка была расторгнута не из-за того, что мне не нравился Лайл, поэтому я вовсе не против общения с ним. Но честно говоря, мне бы совсем не хотелось видеться с леди Дианой.

– Хорошо, тогда просто открыто игнорируй ее. Я тебя в этом поддержу.

– Спасибо вам, – после слов Арклейна Эстель наконец расслабилась и улыбнулась.

– Что ж, раз уж мы выбрались в город, то давай проведем этот день так, чтобы о нем остались только приятные воспоминания. Я знаю одну отличную чайную, правда, она довольно скромная и находится далековато отсюда. Ты, наверное, обычно не ходишь в такие заведения, – сказав это, Арклейн ободряюще улыбнулся.

– Я редко бываю в дорогих местах, поэтому думаю, что ничего страшного.

– Тогда пойдем. – Арклейн снова взял ее под руку и повел в нужном направлении.

День пролетел незаметно. Они вернулись в особняк маркиза Рожеля на той же повозке к черному входу. Уже было больше пяти вечера, начинало смеркаться. С приближением зимы солнце заходило все раньше и раньше.

– Эстель, спасибо за прекрасный день.

– Это мне следует благодарить вас.

– Пусть и не все прошло гладко, но я отлично провел время. Надеюсь, ты тоже.

– Мне все понравилось.

В чайной, куда они заглянули напоследок, вкусный травяной напиток и сладости помогли ей отвлечься и больше не думать о неприятной встрече с Лайлом. Эстель была искренне благодарна Арклейну. Принц, бережно придерживая ее за руку, помог девушке сойти с повозки и прошептал на ухо:

– Могу ли я тогда рассчитывать на награду?

– Награду?.. – нахмурившись, спросила она.

В следующее мгновение Арклейн склонился к ее лицу, словно намереваясь поцеловать. Девушка зажмурилась, но вместо поцелуя почувствовала, как он ущипнул ее за нос.

– Попалась! Тебя так весело дразнить, – весело захихикал Арклейн.

– Что вы!.. – воскликнула Эстель, и ее лицо залилось краской.

– Если будешь и дальше так стоять на холоде, то заболеешь. Пошли внутрь, – сказал Арклейн, все еще посмеиваясь, и потянул за руку растерянную Эстель.

«Какой же он несносный!» – гневно подумала девушка.

Войдя в особняк, Эстель попрощалась с Арклейном. Мей подошла к черному входу чуть позже, а затем они вместе пошли по коридору. Однако гнев девушки все еще не утихал. Арклейн был несносен. Невозможно было понять, что у него на уме: то он добрый и заботливый, то ужасно вредный. Казалось, будто принц получал удовольствие, смущая и ставя Эстель в неловкое положение. По изменениям его маны становилось ясно, что девушка ему небезразлична. С одной стороны, его внимание льстило ей, но с другой – было горько осознавать, что ему нужен только ее дар, а сама Эстель для него всего лишь забавная игрушка. Действительно, Арклейн относился к ней с уважением, но не более того. Ничего большего она не дождется.

«О чем я вообще думаю?» – Девушка с ужасом поняла, что надеется на нечто большее, чем простое уважение со стороны Арклейна. Прежде чем Эстель это осознала, она уже попала под власть чар принца. Девушка немедленно попыталась выбросить странные мысли из головы: «Нельзя поддаваться этим чувствам!»

На первый взгляд Арклейн производил впечатление открытого человека, способного найти общий язык с каждым, однако за его приветливой улыбкой скрывалась холодная расчетливость и стремление извлечь для себя как можно больше выгоды. Его одинаково любезное отношение ко всем казалось лишенным искренности, человеческих эмоций и даже малейшей симпатии.

«Как глупо влюбляться в человека, который, вероятно, никогда не ответит взаимностью», – прокручивая эту мысль у себя в голове, Эстель подошла к своим покоям.

Мей услужливо открыла двери. Войдя, девушка распахнула глаза от удивления – посреди комнаты стоял манекен, которого сегодня утром еще не было.

– Что это за платье?

Это было темно-синее платье с треугольным вырезом[2]. Подобный фасон считался самым торжественным женским нарядом. Платье было изготовлено из сверкающей шелковой тафты, на которой золотыми нитями были вышиты узоры в виде роз, украшенных бисером, словно россыпью звезд на ночном небе. Удлиненные рукава скроены таким образом, чтобы полностью скрыть шрам на левой руке.

– Похоже, его доставили, пока вы были в городе. Это подарок от его высочества. Он передал, что вскоре оно может вам непременно понадобиться.

Эстель не нашлась с ответом и почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. Платье синих тонов с вышитыми золотом розами, символом королевской семьи, словно открыто намекало на связь его обладательницы с Арклейном. Нити напоминали его медово-золотистые волосы, а темно-синий оттенок платья был выбран в тон его сапфировым глазам. Королевский синий – запретный цвет для всех, кроме правящей династии…

– Удивительно, как он угадал с размером. Не припомню, чтобы с меня здесь снимали мерки…

– Я уточнила у графа Фрозе, поэтому платье должно сесть идеально.

Эстель ничего не ответила. Мей, не обращая внимания на ее молчание, продолжила:

– Не желаете ли примерить? Но сначала, возможно, стоит принять ванну.

– Где сейчас его высочество?

– Полагаю, он тоже сейчас переодевается. Принц планирует поужинать здесь, прежде чем вернуться во дворец. – От спокойного тона Мей у девушки еще больше закружилась голова.

Как и следовало ожидать от служанки, некогда бывшей в подчинении непосредственно у Арклейна, по поведению Мей было невозможно понять, о чем она думает. Мей всегда сохраняла невозмутимое выражение лица, даже ее аура оставалась неизменной и не выдавала никаких эмоций. Именно за эти качества ее взяли в служанки. Но иногда девушка напоминала бездушную куклу.

– Если вас так удивляет одно только платье, то, боюсь, грядущий день вам принесет еще больше потрясений. Завтра прибудет портниха, чтобы немного подшить это платье, и к тому же в дальнейшем ей предстоит создать для вас еще много нарядов. – Мей мягко улыбнулась Эстель, все еще пребывающей в оцепенении. – Такова доля избранницы наследного принца, вам остается лишь принять это.

«Но я ведь тоже решила использовать его высочество, почему сейчас…»

Получить красивое платье в подарок было, безусловно, приятно, особенно от человека, который ей был небезразличен. Однако такой дорогостоящий подарок заставлял девушку неосознанно испытывать чувство вины. Вероятно, потому, что семья Фрозе не была богатой. До сих пор, когда требовалось новое платье, Эстель заказывала только простые фасоны, которые можно перекроить, а затем сочетать с любой другой одеждой или отдать портным как ткань для новых нарядов. Так ей удавалось сэкономить и в то же время обновить гардероб. Сейчас же, когда девушка смотрела на роскошное платье, подаренное Арклейном, ее переполняли противоречивые чувства.

Альбионский дворец, резиденция королевской семьи, представлял собой ансамбль из двенадцати зданий, каждое из которых было названо в честь определенного знака зодиака. Так, король Сашез даровал Арклейну, как наследному принцу, дворец Весов.

Ранним утром Клаус Рожель вошел в свой рабочий кабинет, располагавшийся там, и, заметив внезапно пожаловавшего маркиза Рейнсворта, тихо вздохнул. Мужчина сжимал в руках выпуск «Соляриса». Будучи чрезвычайно недовольным, он требовал от принца объяснений. На первой странице газеты была размещена статья с фотографией Арклейна и Эстель, прибывших с визитом во дворец Льва.

– Что все это значит, ваше высочество? В прошлый раз, когда вышла подобная статья, вы уверяли меня, что это все просто слухи! – Лицо маркиза Рейнсворта покраснело от гнева.

Его негодование было понятно, ведь он так желал выдать свою дочь Оливию замуж за принца!

– Во время выхода первой статьи у меня действительно не было к ней никаких чувств. Тогда мои слова не были ложью. Однако навещая Эстель после покушения, я постепенно начал влюбляться в нее, – заявил принц без тени смущения.

Клаус, которого с самого детства готовили стать ближайшим советником Арклейна, не мог не признать, что у его господина был скверный характер. За все время их знакомства маркиз Рожель понял, что принц всегда рационально подходит к решению любого вопроса и сохраняет хладнокровие, что бы ни произошло. Впрочем, все то же самое можно было сказать и про самого Клауса.

До сих пор Арклейн считал Оливию наиболее подходящей кандидаткой на роль принцессы. Но с появлением Эстель Фрозе, которая была «пробужденной», ситуация резко изменилась. Несмотря на сочувствие к Оливии, Клаус понимал, что девушка со сверхспособностями, о существовании которых никто и не подозревал, даст Арклейну неоспоримое преимущество. К тому же ее редкая способность видеть ману позволяла прочесть подлинные эмоции людей. С помощью Эстель можно было вычислить убийцу или разоблачить человека, имеющего дурные намерения.

– Приношу свои извинения Оливии. Эстель станет моей супругой, я люблю ее.

– С точки зрения власти и влияния моя дочь – просто находка! И вы готовы все это променять на любовь? Серьезно?

– То же самое могу сказать и вам, Тормейлер Рейнсворт! – Сапфировые глаза Арклейна холодно блеснули, заставив маркиза моментально замолчать.

В прошлом маркиз Рейнсворт сам расторг помолвку со Сьеррой, матерью Клауса, полюбив Адалин, мать Оливии. Девушка была эмигранткой из соседнего государства Франшир, и их роман в свое время наделал немало шума в высшем свете. Сьерра не смогла стерпеть такого унижения и до сих пор питает ненависть к супругам Рейнсворт. Вероятно, поэтому она и встала на сторону Эстель. Маркиз Рейнсворт оказался в огромном долгу перед домом Рожель, который помог тогда уладить скандал. Поддержка фракции первого принца Тормейлером обусловлена именно этим чувством обязанности семье Рожель.

– Любовь – штука сложная. Сейчас я не могу думать ни о ком, кроме Эстель. Вероятно, вам знакомо это чувство, маркиз, – произнес Арклейн с обворожительной улыбкой.

Его внешность обладала поистине разрушительной силой, так что даже мужчина не мог отвести взгляд. К тому же принц был превосходным актером. Клаус с легким раздражением наблюдал, как Арклейн с упоением изображает безумно влюбленного.

– Ваше высочество! Когда-нибудь вы пожалеете о своем выборе!

– Я прекрасно осознаю все его последствия, маркиз Рейнсворт, и даже если вы перейдете на другую сторону, ни за что не пожалею о своем выборе.

Лицо маркиза покраснело от гнева.

«Эх, кажется, это надолго. – Клаус сокрушенно вздохнул. – Что ж, все равно в особняк мне сейчас не вернуться».

По распоряжению Арклейна молодой человек в последнее время постоянно ночевал во дворце Весов и почти не возвращался в свой особняк. Это была необходимая мера предосторожности, чтобы предотвратить нежелательные домыслы относительно тайного пребывания Эстель в его резиденции.

«Когда же я, наконец, смогу вернуться домой?» – Клаус в очередной раз вздохнул, сам уже не понимая, который это был по счету вздох.

От этой затеи, конечно же, больше всех пострадал он сам. И все же Клаус продолжал служить Арклейну, потому что таково было желание его первой любви, безнадежная тоска по которой все еще терзала его сердце.

Эстель находилась на подземной стрелковой площадке резиденции маркиза Рожеля. Подвалы в дворянских жилищах обычно использовались в качестве кладовых или комнат для проживания прислуги, но в просторном особняке Клауса там, помимо всего прочего, был оборудован еще и тир – полноценная тренировочная площадка с защитными барьерами, позволяющая оттачивать навыки стрельбы из магических ружей и пистолетов.