Глава 9 · После путешествия

Довольная улыбка служанки слегка раздражала. Эстель подумала, что лучше бы ее пришла будить Мей, которая знала, какие у них с Арклейном отношения.

– У меня поднялась температура, но его высочество все же перенес меня на фестиваль, используя свои сверхспособности, – девушка рассказывала о поездке неохотно, но Лия восторженно вскрикнула:

– Какой же его высочество заботливый! А что значит «с помощью сверхспособностей»? Ведь принц Арклейн не умеет телепортироваться, как его высочество Лидис, разве нет?

– Мы летели по небу, используя телекинез…

– Что?! На такое на самом деле способен только «пробужденный»! Вроде принца Арклейна! Прямо как в сказке… Как романтично! – воскликнула Лия.

Девушка понимала, что если она расскажет об этом служанке, то по дворцу обязательно пойдут слухи о галантном отношении Арклейна к Эстель во время их небольшого путешествия.

– А где Мей? Со вчерашнего дня ее не видела…

– С тех пор как вы уехали, она занимается в тренировочном комплексе королевской гвардии вместе со стражником Нилом. Похоже, Мей винит себя за то, что ничего не могла поделать во время нападения принца Лидиса, поэтому сказала, что будет оттачивать свои навыки.

Хотя противостоять «пробужденному» из королевской семьи может только ему подобный, она все же… Мей подходила к любому делу слишком серьезно, поэтому Эстель беспокоилась, не изнуряет ли она себя тренировками.

– Я тоже начала заниматься, чтобы защищать вас, госпожа Эстель. Если что-то случится, то я хотя бы смогу прикрыть вас.

– Надеюсь, что до этого не дойдет, – горько улыбнулась девушка, глядя на решительное лицо Лии.

– К слову, сегодня нас посетят важные гости. Поэтому хорошенько вас приоденем!

– Гости? Кто? Я ничего такого не слышала…

– Это секрет!

Эстель недоуменно посмотрела на радостно смеющуюся Лию.

После легкого завтрака, совмещенного с обедом, она направилась в парадный зал, где ее ждали Арклейн и упомянутые гости. Увидев, кто это, Эстель радостно заулыбалась:

– Дядюшка Оскар!

Перед ней сидел ее дядя, который должен был в это время выполнять обязанности лорда в графстве Фрозе.

– Я, между прочим, тоже тут, знаешь ли, – произнес Сириус.

– Ах, братец, и ты здесь! Но как? Все ли будет в порядке во Фрозе, если вы оба приехали в столицу? – Эстель нахмурилась, увидев так похожих друг на друга Сириуса и Оскара, сидящих рядом друг с другом на диване в парадном зале.

– В этом году мало снега, к тому же Памела присматривает за всем вместо меня, так что все должно быть в порядке. Просто мне очень хотелось увидеться с тобой, Эстель.

Памелой звали жену Оскара. К сожалению, у них не было своих детей, поэтому супруги относились к Сириусу и Эстель как к родным и любили племянников всем сердцем. После смерти родителей дядя с тетей стали для брата с сестрой надежной опорой, поддерживая во всех начинаниях. Оскар помогал Сириусу управлять имением, а Памела учила Эстель, как должна вести себя настоящая леди. Для них дядя и тетя стали фактически вторыми родителями, теми, на кого всегда можно положиться.

Хотя Сириус и Оскар внешне выглядели похоже, но по характеру они были совершенно разными. Молодой граф мог быть беспечным и легкомысленным, в противовес ему дядя отличался строгостью и вдумчивым подходом ко всему.

– Они оба строго-настрого наказали относиться к тебе с должным уважением, – пожав плечами, невозмутимо произнес Арклейн, сидевший напротив них.

На лице принца, как обычно, сияла приветливая улыбка, однако его мана потемнела.

«Что они ему наговорили?»

В отличие от Оскара, Сириус, будучи человеком довольно грубоватым, мог сказать принцу что-то неуместное. Брат, не замечая испепеляющего взгляда сестры, потянулся за печеньем. Эстель хотелось схватить его за руку и потребовать объяснений, что все это значит.

– Кроме того, я хотел встретиться с его высочеством и лично познакомиться с ним. Эстель, я также привез кое-кого из твоих друзей, – сказал Оскар.

– Друзей?

– Позже загляни в конюшню, – добавил Арклейн.

Эстель тут же все поняла.

– Неужели вы привезли Лунарис из поместья?

Так звали ее любимую лошадь. Это была гнедая кобыла, не особо быстрая, но зато спокойная и послушная.

– Слышал, что ты будешь участвовать в охотничьем турнире, поэтому подумал, что Лунарис тебе потребуется. И попросил дядю отправить ее сюда, но и представить себе не мог, что он лично привезет лошадь.

Когда Эстель услышала это, ее сердце радостно забилось.

– Я хотел познакомиться с его величеством, ведь теперь мы будем видеться намного чаще, – продолжил Оскар и многозначительно посмотрел на Арклейна, словно отец, предостерегающий будущего мужа своей дочери.

Не нужно было уметь видеть ману, чтобы почувствовать напряжение, витающее между Оскаром и Арклейном. Теперь девушка поняла, почему последний был не в духе…

По совету принца Эстель провела для Сириуса и Оскара экскурсию по дворцу Весов и показала, как она здесь обустроилась. По окончании прогулки все вместе направились в конюшню. Девушка была здесь впервые, знакомый специфический запах навеял приятные воспоминания. Войдя внутрь и увидев гнедую лошадь, Эстель радостно воскликнула:

– Лунарис!

Лошади – умные животные. Узнав девушку, кобыла прикрыла глаза и потянулась к ней. Прошло уже три месяца с тех пор, как они виделись в последний раз, но было похоже, что Лунарис сразу узнала свою хозяйку.

– Госпожа Эстель, если хотите, то… – Конюх протянул девушке кусочек сахара, и кобыла тут же заржала и нетерпеливо ударила передней ногой, будто прося скорее угостить ее.

– Ладно-ладно. Сейчас я тебе дам, так что успокойся…

Как только Эстель протянула руку с сахаром, Лунарис одним ловким движением слизнула лакомство и тут же съела его, а затем снова начала бить копытом по земле. Кобыла так мило выпрашивала угощение, что ей было трудно отказать.

– Тебе бы следовало хорошенько потренироваться перед турниром. Ты же не особо хорошо ездишь боком, – заметил Сириус, заставив Эстель тотчас же напрячься.

– Эм, а на охотничьем турнире обязательно сидеть на лошади в дамском седле?

Турнир проводился в королевском лесу, раскинувшемся недалеко от столицы, и так как это была не просто охота, но и возможность показать свое военное мастерство, то все участники добирались до места проведения верхом. Пока мужчины охотились, для дам разбивали шатры на опушке, и они вели светские беседы, называя это времяпрепровождение пикником.

– Никто из женщин не надевает бриджи для участия в турнире, все обычно сидят в седле боком. Твое платье для верховой езды должно быть уже готово. Разве ты не видела его? Оно висит где-то в гардеробной, – пояснил Арклейн.

– Столичные дамы не станут ездить на лошади, сидя верхом по-мужски. Не ровняй их с какой-то деревенщиной.

Сириус был прав. Эстель совсем забыла об этом. Благородные леди, как правило, носят платья и ездят в дамском седле, чтобы не оголять ноги.

– Эстель, неужели ты не умеешь ездить на лошади боком?

– Если лошадь будет просто идти, то, думаю, смогу… Но, честно говоря, у меня плохо получается, так как во Фрозе я всегда ездила верхом, сидя по-мужски.

При езде в дамском седле неравномерно распределяется вес, и это создает нагрузку как на лошадь, так и на всадника. Более того, такая посадка требует большей сноровки, чем обычная езда верхом.

– Если нужно, я позанимаюсь с тобой. Думаю, смогу выделить время, хотя бы пару раз в неделю, – предложил Арклейн.

– Спасибо вам большое… – смиренно ответила Эстель.

Покидая вместе с Сириусом дворец Весов, дядя сказал:

– Его высочество так заботится о тебе. Несмотря на все трудности, я рад, что приехал!

Сегодня на ночь они оставались в отеле, а на следующий день возвращались во Фрозе. И если бы дядя с братом знали, что Арклейн просто играет роль заботливого жениха… но никто из них даже не догадывался об этом, отчего Эстель охватило щемящее чувство одиночества.

– Госпожа Эстель, если нападающий появится отсюда, то вам нужно бежать вот так. А если с этой стороны – то так. Поскольку вы находитесь под нашей охраной, ни в коем случае не выходите вперед. Сосредоточьтесь, пожалуйста, только на том, чтобы сбежать и выжить.

С окончанием выходных Арклейна занятия Эстель возобновились. Сейчас она находилась в смежной с кабинетом принца комнате, где слушала лекции о том, как следует себя вести в случае нападения. Лектором был Хаожань Цао, обер-камергер дворца Весов, ответственный за всех слуг-мужчин. Кроме того, он также был отцом Мей. Будучи мастером восточных искусств из империи Ян, Хаожань одновременно исполнял обязанности личного камердинера и телохранителя Арклейна. Он обладал заостренными, резкими чертами лица, свойственными всем уроженцам Ян, и атлетичным телосложением, глядя на которое было невозможно угадать его настоящий возраст.

– Вы всегда носите с собой пистолет для самообороны. Но вы должны помнить, что превыше всего стоит ваша собственная безопасность. Применять его следует только в крайнем случае. В некоторых ситуациях лучше не сопротивляться и позволить себя схватить.

Под платьем у нее, как и всегда, был спрятан пистолет. С тех пор как Эстель встретила Арклейна, она всегда носила оружие при себе, и от постоянного трения на коже оставались покраснения. Как девушку ее это очень огорчало. И к тому же эти следы болели, но Эстель оставалось только смириться с необходимостью носить пистолет.

Девушка тихо вздохнула. Тем временем Хаожань продолжал вести лекцию. Он рассказывал, как убегать, если нападают в помещении, на открытом пространстве, в лесу, в городе и в любой другой обстановке.

– Несмотря на то что я сейчас рассказал, если на вас нападет его высочество Лидис, то бегите без оглядки. Он ходячая катастрофа. Что касается этих двоих, я позаботился о том, чтобы они смогли противостоять ему, если подобное произойдет снова. – Хаожань бросил взгляд на Мей и Нила, стоявших позади Эстель.

В тот же момент мана обоих потемнела. Обернувшись, девушка увидела, как лица ее телохранителей исказились выражением невыносимых страданий. Похоже, пока Эстель не было, Хаожань подверг их изнурительным тренировкам.

– Это все из-за меня, простите…

– Вам не за что извиняться, госпожа Эстель! Это мы оказались недостаточно умелы… – Нил вытянулся по стойке «смирно».

По его виду было понятно, насколько жестокими были эти тренировки, и девушка почувствовала себя еще более виноватой.

Занятый государственными делами, Арклейн заглянул к ней из своего кабинета, находившегося по соседству, как раз в тот момент, когда Эстель, воспользовавшись перерывом между занятиями, вышивала его плащ. Из-за болезни во время поездки работа над ним почти не двигалась. Нужно было делать хотя бы понемногу, иначе она не успевала к охотничьему турниру.

– Красиво получается.

– Благодарю за похвалу.

Искусство вышивки являлось неотъемлемой частью подготовки благородных девиц к замужеству. Любая девушка из знатной семьи умела это делать.

– Королевский герб такой сложный, должно быть, его так трудно вышивать, а в моем случае к нему еще добавляется личная эмблема, что еще сильнее усложняет работу. Прости за то, что тебе приходится этим заниматься…

– Не стану спорить, что правда, то правда… – ответила Эстель, разминая уставшие руки. – Было бы проще, если бы на вашей эмблеме изображался не тигр, а какое-нибудь более простое животное без дополнительных узоров…

– Прости. Выбирал не я, а отец, поэтому все претензии к нему, – с улыбкой ответил Арклейн.

«Между прочим, у короля на эмблеме волк, а у Лидиса – черная пантера», – подумала про себя Эстель и невольно что-то пробурчала себе под нос. В ответ на ее ворчание Арклейн виновато улыбнулся.

– Может быть, вы хотите чаю? У меня уже руки устали, я бы сделала перерыв.

– Ты сама заваришь?

– Да, только не уверена, что вам понравится.

В комнате как раз находился чайный сервиз. Эстель поднялась и подошла к шкафу, где стоял заварник, нагревавшийся за счет магии, и все необходимое для чаепития.

– Здесь столько всего… Может быть, вы хотите какой-то конкретный?

– Любой сойдет. Бери тот, который понравится тебе.

– Хм… тогда заварю с бергамотом, – девушка выбрала черный чай с ароматом любимых духов Арклейна.

– Эстель, а какой твой любимый чай?

– Из черной бузины. Но его, кажется, здесь нет.

– Прости.

Повисла неловкая пауза, и Эстель недоуменно склонила голову набок.

– Неужели он вам не нравится?

– Не особо. К слову, завтра же состоится чаепитие в особняке маркиза Рожеля, – резко сменил тему Арклейн, давая ей понять, что не хочет дальше говорить об этом.

– Да, это первый выход в свет после объявления о нашей помолвке, поэтому я немного нервничаю, – призналась Эстель, сделав вид, что не заметила этой внезапной перемены.

– Не стоит так переживать. Прием устраивает тетя, поэтому даже если ты там кому-то и не нравишься, то никто не посмеет тебя обидеть. Если вдруг кто-то позволит себе какую-либо грубость в твой адрес, обязательно расскажи потом об этом мне.

«Он словно волк в овечьей шкуре, прикрывает свои дурные намерения под маской заботы…» – от его слов у Эстель перехватило дыхание. Казалось, девушка должна быть благодарна за его доброту, но отчего-то ей стало не по себе.

Прибыв во дворец Льва, чтобы утвердить кое-какие документы, Арклейн неожиданно столкнулся в коридоре с королевой Тортеллизой и мысленно скривился.

– О, Арклейн, неужели это ты? Возвращаешься от его величества?

– Да, матушка.

– Может, будешь навещать нас чаще? Тем более ты теперь помолвлен, и мне бы так хотелось пообщаться с леди Эстель, – слащаво улыбнулась Тортеллиза, явно пребывая в чудесном настроении.

Сама Эстель сейчас находилась на светском приеме в особняке маркиза Рожеля.

– Я безмерно рада за тебя! Мы ведь всегда думали, что ты женишься на леди Оливии, а Эстель – совсем другое дело. Такая милая девушка, искренняя и скромная.

«Благодарю, что выбрал в жены провинциальную дворянку с севера. Такая скромная и тихая девочка, с ней точно не возникнет никаких проблем», – вот что, вероятно, она хотела сказать на самом деле.

– Приношу искренние извинения за глупую выходку, учиненную Лидисом. Я уже отругала его. Надеюсь, вы простите принца за это?

– Благодарю за заботу, матушка.

– Ну что ты, раз она твоя будущая супруга, значит, и мне как дочь. Ты принял мудрое решение, выбрав такую прекрасную девушку, как Эстель.

«Как глупо, добровольно отказаться от борьбы за трон. Тем лучше для моих планов», – вот что, скорее всего, скрывалось за ее сладкими речами.

Каждое слово, сказанное королевой, Арклейн невольно воспринимал с подозрением.

– Лидис, наверное, так обрадовался, что у него появится старшая сестра, и немного увлекся. Ну что за проблемный ребенок! Я бы хотела как-нибудь загладить вину… Не мог бы ты в ближайшее время организовать встречу с Эстель?

– Сейчас много дел, но я подумаю над вашим предложением.

Эстель говорила, что Тортеллиза не одобряет их помолвку. Однако сейчас, глядя на королеву, Арклейн не заметил ни единого намека на это. Раз сама королева говорит, что хочет встретиться с Эстель, то, возможно, стоит согласиться? Поклонившись и попрощавшись с Тортеллизой, принц погрузился в размышления.

Пока Арклейн не получил никаких подтверждений относительно особых отношений между герцогом Марвиком, королевой и семьей Фрозе. А ведь его шпионы были лучшими из лучших. Если на данный момент они ничего не обнаружили, значит, вероятность найти что-то в будущем крайне мала.

Возможно, Эстель говорит неправду? Нет, вероятно, она просто неверно поняла эмоции королевы, пользуясь своими сверхспособностями. Может, Тортеллиза планировала женить Арклейна на Оливии, чтобы сплотить его фракцию, а затем уничтожить их всех разом? Или же она на самом деле хотела, чтобы трон занял не Лидис, а Арклейн? Нет, это исключено. Вспомнив, как королева и герцог Марвик обращались с ним, принц сразу же отверг эту мысль. Перебирая в голове все возможные сценарии и продумывая ответные шаги на каждый из них, Арклейн покинул дворец Льва.

Эстель сидела рядом с Арклейном и напряженно смотрела на его и ее величество. Они находились в Королевском оперном театре, расположенном в центре столицы. Этот оперный театр считался самым старинным и престижным в Альбионе. Эстель и Арклейна пригласили на представление его и ее величество. Именно поэтому их места располагались в королевской ложе на втором этаже, прямо напротив сцены. Изнутри все было отделано первоклассными материалами и обставлено роскошной мебелью, демонстрируя всем зрителям величие королевской семьи.

Хотя на сцене уже шло представление, Эстель от волнения никак не могла сосредоточиться на происходящем. К счастью, делая вид, что внимательно наблюдает за спектаклем, девушка могла избежать разговоров с королевской четой. Его и ее величество пригласили их в оперный театр в качестве извинений за нападение Лидиса. И теперь они все вместе смотрели представление. Однако была еще одна причина, по которой Эстель встретилась с ними. Арклейн попросил девушку еще раз проверить, действительно ли, когда Тортеллиза видит ее, мана королевы темнеет и становится зловещей. Сейчас, находясь так близко, Эстель чувствовала ауру женщины, даже не смотря на нее. Однако девушка хотела удостовериться лично и украдкой бросила взгляд на мачеху Арклейна. Тортеллиза, держа в руках театральный бинокль, наблюдала за происходящим на сцене. Мана ее будущей свекрови, с которой девушка не виделась уже почти две недели, теперь казалась удивительно спокойной и умиротворенной, будто от той неприязни, которую она испытывала к Эстель раньше, не осталось и следа.