Глава 8

Маша После детского сада мы с Никой обычно гуляли. Иногда ходили в маленький парк рядом с домом, но чаще она просто играла на площадке с другими детьми, в то время как я решала вопросы по работе. И присутствие Даниила ничего не меняло – нарушать наши маленькие традиции я не стала. – Я на карусель пойду, – доложила дочь и, не дожидаясь разрешения, ломанулась к четырёхместной карусели. Про содранные колени она и думать забыла. – Мам, покрути меня! – Сама крутись! – крикнула я. – Ты домой захотела, вот и крутись. Все твои друзья ещё в саду. – Ну мам! Даниил пошёл к Нике. Я хотела остановить его, но не остановила. Решил в примерного отца поиграть – пускай. Только что будет, если ему это надоест? Карусель закружилась, Ника вцепилась в ручки кресла и поболтала ногами. – Быстрее! – потребовала она. – Ещё быстрее. – Куда же быстрее? – спросил Даниил с улыбкой. – Улетишь. – Не улечу! Крути быстрее, дядя Даниил! Когда-то я об этом мечтала: чтобы мы втроём, вот так… А сейчас было больно. Снимки с фотосессии как будто рассыпались передо мной: округлый живот Карины, руки Даниила, их взгляды друг на друга. Эти фотографии ложились поверх реальности, а в ушах звучал звонкий смех Ники и её «быстрее». О работе сегодня речи быть не могло. Я подошла к Даниилу. – Может, в центр съездим? – Он с вопросом посмотрел на меня. – И что мы там будем делать? – Можно на теплоходе покататься. Пока погода нормальная. – Она и дальше будет нормальная. Впереди целое лето. – Я пристальнее посмотрела на него. – Ничего лучше своих теплоходов придумать не можешь? – Чем они тебя не устраивают? Отвечать я не стала. Карусель стала замедляться и вскоре остановилась. – Ещё хочешь? – спросил Даниил у Вероники. – Нет. – А чего хочешь? Опасный вопрос. Ему повезло, что у нас с Никой в плане её «хочу» давно были установлены чёткие правила, и истерик в случае отказа она не устраивала. Было даже интересно, что она ответит. – Братика хочу, – заявила она вдруг. Такого я не ожидала. Ладно бы собаку или кошку – щенка она просила уже давным-давно, но вот о братике речи у нас не заходило. – Братика? – переспросил Даниил. Вероника кивнула. – Угу. Я его буду качать на качелях. Я решила вмешаться, пока разговор не зашёл дальше положенного. Слишком уж щекотливой была тема, с учётом обстоятельств. – Ник, у тебя странные желания. Дядя Даниил имел в виду что-нибудь обычное. – Братик – обычное, – возразила она. – У Платона есть братик, и у Сони есть. Я так и ждала каких-нибудь шпилек от Даниила, но он, на удивление, ничего не говорил. Я бросила на него взгляд: ни улыбки, ни насмешки. Полное отсутствие моего присутствия, как говорится! – Давай лучше на теплоходе покатаемся? – спросил он. – Как тебе? – На теплоходе? – Ника немного подумала. – По водичке? – По водичке, – подтвердил Даниил и посмотрел на меня. Я не стала противиться. Да чёрт бы с ним – теплоход, так теплоход. Вместо ремонта я наделала глупостей, настроиться на работу не могла, а сидеть дома, ещё и не в своей квартире, было далеко не лучшим вариантом. – Я хочу на теплоходе, – ответила Ника. – Очень-очень хочу. Нет, очень-очень-очень. – Кто бы сомневался, – сказала я себе под нос. – Ладно, поехали. Только Нику надо будет покормить – обед в саду она пропустила. Ты кушать хочешь? Дочь замотала головой. – Я хочу теплоход! – Всё будет. – Даниил протянул ей руку. – Давай ручку, пойдём. Она посмотрела на его ладонь и подошла ко мне. – Я маме лучше. – Протянула ладошку мне, и я взяла её за руку. Я посмотрела на Даниила. Да, Даниил, теплоход – это хорошо, но так просто это не работает. Ни с одной из нас. *** – Мам, а там кракены живут? – Ника показала на воду. – Они нас съедят? – Кракены живут только в мультике, Ник. – Только в мультике? – Дочь посмотрела такими глазами, как будто мы с ней только что сделали открытие века. – Угу. – А кто тут живёт? – Рыбки разные. – Как в аквариуме? – Примерно. Как в очень большом аквариуме. И те, которые в аквариуме – декоративные, то есть специальные, чтобы ими любовались. А тут живут самые обычные рыбки. – Которых мы жарим? – Да. – Кто такие кракены? Я посмотрела на Даниила, как на дремучего мамонта. – Найди в интернете и почитай, раз не знаешь. Может, на будущее пригодится. – Кракен – это большой осьминог. И у него есть ещё много осьминогов. – Я развернула купленный Даниилом плед и накинула его на Веронику. – Мне жарко, – взбрыкнула она. – Не обманывай. Жарко тебе… А потом я буду твои сопли вытирать. Ты хоть представляешь, какая противная, когда болеешь? – Я противная, – засмеялась Ника. Что плед ей не нужен, она забыла. На открытой палубе и правда было прохладно, да и небо начинало затягивать облаками. Из динамиков до нас доносился голос экскурсовода, рассказывающего о дворцах и мостах Санкт-Петербурга, но я слышала о них бессчётное количество раз. Иногда, когда хотелось побыть одной, я брала билет на теплоход и на час выпадала из жизни. Рассматривала город с воды, дышала свежим воздухом и изредка вспоминала, как каталась первый раз в жизни. В простом белом сарафане и серебряным обручальным кольцом. С мечтами о будущем и мужчиной, с которым связала свою жизнь. На плечи мне вдруг упал плед. Я повернулась к Даниилу. – Ты тоже становишься противная, когда болеешь. – А вот это враньё. – Я сжала кончики пледа. – Кто из нас становится противный, мы знаем. И это явно не я. Даниил обнял меня за плечи и придвинулся ближе. Я было дёрнулась. – Ты ничего не забыла, – сказал он тихо, и голос его смешался с плеском воды за бортом. – Я тоже ничего не забыл. Хоть и, признаюсь, пытался. – Почему ты меня не искал? – спросила я, ослабив оборону. – Не знаю. – Он задумчиво посмотрел вперёд, снова на меня. – Не знаю, Маш. Вначале не хотел, потом думал, что ты уехала. – Думал ты… – Я приезжал на нашу старую квартиру, но там жили другие люди. Я вскинула голову. Врёт? Нет, он не врал. Ветер заиграл с моими волосами, приглушил голос экскурсовода, а я всё смотрела на Даниила, и горло сжималось сильнее. – Хозяйка квартиры сказала, что ты уехала, и я решил, что раз так – так тому и быть. А потом как-то всё закрутилось… – Я же тебе говорила, что не вернусь назад, – слова прозвучали немногим громче шёпота. – Я это не просто так говорила, Даниил. Это было серьёзно. – Да… Теперь я понял. Он коснулся моего лица и убрал прядь волос. Медленно наклонился и поцеловал. И мне бы, дуре, отвернуться, но нет. Вместо того чтобы выстроить стену, я выкинула белый флаг. Маша После прогулки на теплоходе аппетит у моего волчонка проснулся волчий. От супа она отказалась и попросила самую большую мясную котлету, чего с ней отродясь не было. – Я люблю кушать, – сообщила она, по-варварски раскрошив её на тарелке. Время обеда прошло, ужина – ещё не наступило, но раз сегодня день «забудем о правилах», я решила, что о них действительно надо забыть. – У меня есть дом у реки, – сказал Даниил, переведя взгляд с Ники на меня. – Давайте съездим туда втроём? – Там тоже нет кракена? – Тоже, – подтвердил Даниил и снова посмотрел на меня – с ожиданием. – Двор большой, я пожарю шашлыки. – У тебя жена есть, Даниил, – напомнила я. – Ты, по-моему, забыл об этом. – Я хочу поехать туда с тобой и нашей дочерью. Карина к вам отношения не имеет. – Она тоже так считает? Не надо было вспоминать про Карину, я знала. Но забыть о ней не могла. Недосказанность так и витала между нами с Даниилом, ощущение было, что я иду с завязанными глазами и не знаю, к чему приведёт следующий шаг. Даниил на мой вопрос не ответил – с его стороны это было правильно. Слово за слово, мы бы только поругались. – Я не хочу ехать в дом, который ты построил для неё, – сказала спокойнее. – Это другой дом. Я его не построил, а купил, ещё до Карины. Я смотрела на дочь. Ей бы наверняка понравился пикник у речки. Всё, что я могла себе позволить до недавнего времени – съездить к маме в Пермь и так… выбраться куда-нибудь на электричке. Чтобы накопить на первый ипотечный взнос, пахала я как лошадь, да и сейчас приходилось много работать. В августе, правда, я думала слетать с Никой на неделю к морю, но до августа было ещё далеко. – А когда мы поедем к речке? – спросила Ника. – Когда мы поедем к речке? – переадресовала я вопрос бывшему мужу. – Как насчёт послезавтра? Я достала телефон и проверила расписание. На послезавтра у меня была назначена фотосессия, но она стояла под вопросом и утром. В случае чего я могла её перенести. – Хорошо, – согласилась я. Если это тоже глупость, значит, я – дура. Но умной быть мне надоело, и правильной – тоже. Если ему отношения с беременной женой не важны, мне – тем более. В конце-то концов, обо мне, когда я вынашивала Нику, никто не думал. Даниил График пришлось перекраивать от и до, но оно того стоило. Накануне отъезда я ещё раз проверил, всё ли в порядке. Да, оставалось только предупредить Карину, что меня некоторое время не будет. Жена была в комнате. Сидела перед телевизором с тарелкой клубники. Красивая она всё-таки. Хорошая. – Завтра я в командировку уезжаю, – сказал, взяв пару клубничек, и присел на подлокотник дивана. По телевизору шёл Каринкин сериал. Она любила детективы и иногда включала их вечером. – Завтра? – Карина перестала жевать. – Ты ничего не говорил. – Сам не знал. Но получилось, что ехать надо. – И куда, на сколько? – В Москву, – сказал первое, что пришло в голову. – Это касается закупок материалов. В общем, неважно. – Взял у неё ещё одну ягоду. – И когда ты вернёшься? – Пока не знаю. Как всё пойдёт. Но постараюсь не задерживаться. Как малышка? – Коснулся её живота. Карина тяжко вздохнула. – Иногда мне кажется, что у меня вместо внутренностей отбивная. Я усмехнулся. Карина переместила мою руку в бок. Под ладонью оказалась выпуклость – то ли коленка, то ли попа. – Когда она появится на свет, я буду самая счастливая. Правда. – Я тоже, – сказал и, быстро поцеловав Карину, встал. – Посиди со мной. Ты в последнее время вечно своей работой занят. Давай хоть час вместе проведём. – Проведём, когда вернусь. Обещаю. Сейчас надо собраться и проверить документы. *** На следующий день я ждал Машу утром у её подъезда. Когда я уезжал, Карина ещё спала. Во сне она всегда казалась младше, и мне нравилось смотреть на неё. Думал, что нравится. – Дядя Даниил! – только Маша открыла дверь, воскликнула Ника. – Ника, не несись, – тормознула её Машка. – Что я тебе постоянно говорю?! Там дорога, видишь? По ней может поехать машина, а ты бежишь как угорелая и по сторонам не смотришь. Я не сдержал улыбку. Видеть Машу в роли мамы было непривычно, но представить её без Ники я уже не мог. Сумка у Маши была, словно мы собирались на неделю в поход. Я забрал её. – Ты не перегнула? – Когда будешь собирать ребёнка за город, тогда и поймёшь, перегнула я или нет. Я принял брошенный в мой огород камень. Строгость Машке была к лицу, как и льняной сарафан, надетый на ней. Я убрал вещи в багажник и открыл машину. – Ты предусмотрительный. – Маша показала на детское кресло. – Да что-то подумал вчера… По её взгляду прочитал: «да, Даниил, молодец, иногда ты умеешь думать». И правда, иногда я умею думать. Чёрт подери! Почему я не нашёл её тогда?! Почему решил, что она вернулась?! Это же Машка. Моя Машка. Маша – Ваш кофе, леди. – Даниил подал мне бумажный пакет, когда сел за руль. – И ваш молочный коктейль, – вручил стаканчик Нике. – Какая предусмотрительность. Я достала кофе и с трудом сдержала стон – таким насыщенным оказался аромат. – Думаю, позавтракать вы не успели? – Ты время видел? – Зато приедем рано – весь день наш. Кто рано встаёт, тому бог подаёт. Знаешь такую пословицу? – Не помню, чтобы ты был жаворонком. – Всё меняется. Даниил зевнул, прикрыв рот ладонью. Взял у меня стаканчик, сделал глоток и вернул. – Погнали. – Завёл машину. – Погнали! – с заднего сиденья крикнула Ника, и я как будто бы опять оказалась в собственной мечте. Я, Даниил и наша дочь. И больше никого. – Дай руку, – попросила я Даниила. Он протянул мне левую. Я показала на другую. Он подал правую, и я сняла кольцо с его безымянного пальца. – Наденешь, когда вернёмся, – сказала, отдав его ему. – Не хочу вспоминать о ней. Он убрал кольцо в бардачок, ничего при этом не сказав, только коснулся моей ноги в местечке, где было особенно приятно.