Глава 24 · ПРАКТИКА МАГИЧЕСКОГО ПОИСКА ДЛЯ ТЕХНИЧЕСКОГО МИРА

Теперь все сгрудились вокруг стола совещаний с картой, где мерзкой амебой был отмечен участок, занятый клещом на изнанке.

— Что дальше, Надь? — по праву начальника уточнил Степаныч.

— Я не уверена. Увидеть мы его не можем, — прикусила губу девушка. — Но если нельзя увидеть и нащупать, то, может быть, так же как на карте, сделать получится. То есть очертить более узкий участок. Если протянуть нити…

— Нельзя! Опасно! Ты повредишь свою душу! — взвыли сиреной затаившиеся было Двадцать и Одна в двадцать и одну глотку так мощно, что от шумового удара пострадали все смертные по обе стороны от экрана.

— Эй, полегче, о Великие! — утирая платком закапавшую из носа кровь, прошипел Дарсен. — А не то вы всех нас заодно с избранницей угробите без участия клеща. Думается мне, Надежда нечто иное предложить собиралась.

— Клубок и паутинка, — беспомощно улыбнулась Надя. — Может, глупость, но клещ сам себе навредил, порвав несколько нитей мира. Крохотный допуск для магии поиска дал. Я колдовать не умею и никогда не научусь, но если я раздам ниточки от одного клубка нескольким людям и попробую протянуть свои нити к ним, находящимся вблизи клеща, если я свяжу из этих ниточек единую паутинку, то не получится ли точно нащупать место, куда нужно будет бить извне?

— Насколько опасно людям находиться вблизи места, где окопался клещ? — уточнил Дмитрий.

— Мы уже рекли! Клещ не властен поразить живых, только ткань мира. Он инстинктивно реагирует на угрозу. Если Надежда заденет его своей нитью поиска, то демон может начать рвать ткань мира не для насыщения, а в панике, бесконтрольно. Но если нити будут связаны лишь с живыми и клеща не коснутся… — Силы призадумались.

— Насколько эта тварь разумна? — задал вопрос Вадим.

— Клещ — демон-паразит с инстинктами животного. Не разумнее обычного клеща, пусть и опаснее тысячекратно, — ответили Двадцать и Одна, окончательно признав-таки за смертными-непосвященными право на участие в диалоге и получение ответов. Силы были готовы вести диалог хоть с теми же неразумными пауками, если это поможет их избранной и спасет структуру мира.

— Значит, паутина и клубок, — резюмировал Степаныч. — Надь, у тебя клубок-то здесь есть или опять в магазин мотнуться?

— Катушка с нитками есть, — уточнила Надя, не раз зашивавшая шефу распоротые ненароком на очередной стройке брюки, любимую жилетку или пиджак. — Не важно, клубок или катушка, важно, чтобы нить до того, как ее разделили, была одним целым и чтобы у меня оставалась основная часть. Такие заклинания в других мирах действуют, а здесь плетение чар заменю своими нитями, которые наложу на нити настоящие.

— Путано звучит, — неуверенно оценил Красильников.

— Я не настоящая Плетущая Мироздание и совсем не экстрасенс, не ведьма, не маг-боевик, я по-другому сделать не сумею. Я не уверена, что у меня получится сделать даже это. Но если не попробую я, то больше все равно никто попробовать не сможет… — начала было честно объяснять Надя, отойдя от стола, и испуганно вскрикнула: — Опять начинается!

Через десять секунд дом снова содрогнулся от легкого толчка, и девушка едва удержалась на ногах. Большой стол, за который ухватились люди, помог всем устоять.

— Проголодалась, гадина? — сквозь зубы выдохнул Дмитрий.

— Пока сыта. Это как если бы человек конфетку в рот бросил, — идентифицировала характер толчка девушка.

— Сколько тебе нитей нужно минимально? — уточнил Красильников.

— Не меньше пяти, — сразу ответила девушка. — Шестой я буду.

— Я — один, — педантично начал подсчет Виктор Леонидович, — Геннадий Степанович — два, Вадим Георгиевич — три, Дмитрий — четыре, девушка, как вас там, Люба? — пять.

— Вы вместе с Дмитрием не сможете ехать, — нахмурилась Надя. — Чтобы натянулась сеть, нужно расстояние между нитями.

— Не проблема, вызову Василия, — отмахнулся Красильников.

— Если надо еще людей, можно по знакомым поискать, — предложил главной «колдунье, которая совсем не колдунья» Дмитрий. Жаль, среди таковых надежных людей при личном авто, сведущих в странностях Надюхи, было фиг сколько, да не до фига. Влад со своей ногой и прочно застрявшей в сервисе тачкой из обоймы выпадал по-любому.

— Не надо, хватит, наверное. Мало — плохо, но много — еще хуже. Я удержать не смогу, — отказалась девушка, пытаясь сообразить, как будет увязывать идеальный образ сети из воображения с катушкой темно-серых ниток, которыми зашивала банальные дырки на штанах.

— Как связь держать будем? Смартфоны-то у всех ек, — вставил Вадим, проверив еще разок свой заглохший гаджет.

— В прошлый раз, когда Силы ушли, они снова заработали, — неуверенно припомнила Надя, косясь на дивную радугу в кабинете. Рядом с Двадцатью и Одной ей было очень душевно комфортно, но ради дела…

— Значит, так, о Великие, — оперативно отреагировал Дарсен, запихивая остатки благоговения перед Силами в дальний угол. — Вы сейчас из мира своей посвященной отбываете на расстояние, достаточное, чтобы не создавать помех поиску, и в то же время доступное для зова. Проверьте пока, как наши петиции по инстанциям гуляют. Может, где и ответ уже нацарапали. Если отказ, так я за апелляцию немедленно возьмусь!

— Мы услышали тебя, законник. Надежда, мы удаляемся и ждем твоего зова, изреченного словом или мыслью через печать устремленного, если не в силах ты будешь позвать гласом! — с торжественной печалью провозгласили Силы Двадцати и Одной, вырубая трансляцию с места тайной отсидки Дарсена Виндера и испаряясь из мира Земля.

Танцующая радуга и картинка-окно в комнату другого мира исчезли. На несколько мгновений в рабочем кабинете Гаврилова воцарилась почти звенящая тишина. Нарушил ее задумчивый голос Вадима:

— Странно, пока они тут крутились, так тяжело было, будто бетонными плитами обкладывало, а теперь легче, но такое чувство, будто я что-то очень важное потерял.

— Чудо, — подсказала коммерсанту Надюшка, никакого дискомфорта от общества Двадцати и Одной не испытывавшая. Если, конечно, не считать неудачного эпизода закачки информации в первые минуты знакомства. Ей в обществе Сил было необыкновенно радостно, легко и уютно.

Красильников хмыкнул скорее задумчиво, чем протестуя. А Надя продолжила, пытаясь объяснить, как поняла ситуацию за счет переданной информации из И К, личного общения с Силами и бесед с Дарсеном:

— Суть в разнице между миром Земли и другими, теми, куда свободно приходят Силы, их посланники, боги. В тех мирах тоже есть храмы, можно не только обратиться к богам или Силам, но и получить ответ. Мы привыкли жить иначе. У нас молитва — это духовный опыт, возвышение над собой, поиск ответов и гармонии во внутреннем диалоге с Богом в собственной душе. Это очень достойно и одновременно сложно. В других мирах проще: люди знают, что высшие есть, они рядом. Между богами, Силами и смертными существует реальный, зримый, физический контакт, происходят внешние диалоги. Люди идут в храмы, как мы в полицию или больницу. Что из этого лучше или хуже — оценить сложно, у каждого мира свой путь. Но в тех мирах нет дикого, безрассудного страха смерти. Есть желание жить и опаска рано закончить свой путь, но ужаса нет, потому что там все видят реальность богов, Сил, душ, знают о том, что воздаяние за порогом ухода так же реально, как бутерброд на завтрак.

— Ты-то откуда, Надюш, все узнать успела? — задумчиво протянул Степаныч.

— Мне в голову при устройстве к ним на работу сразу пачку учебников закачали, только распаковываются они постепенно, — адаптированно высказалась девушка и в ответ на тень сомнения в глазах людей пояснила: — Меня не обманывали. Я всегда знала и знаю, где правда, а где ложь. Мир значения не имеет.

— И про то, что ТАМ, ну я про после жизни, тоже знаешь? — выпалила любопытная Любка.

— У каждого свой путь, мы, уходя, создаем коридор из собственных мыслей. Но в итоге проводники в любом из миров одни — Служители Смерти, — отчиталась Надя, делясь новой порцией всплывших знаний. — Они определяют, куда мы двинемся дальше, в зависимости от цвета души и ее нужд.

— «И будешь баобабом тыщу лет…» — с задумчивым смешком процитировал Дмитрий песенку Высоцкого.

— Можно и баобабом, — согласилась Надя. — В мирах бывает очень многое, почти все. Я понимаю, вам с непривычки тяжело оказалось находиться рядом с Силами, но вы еще поняли, хоть ненадолго, пока Двадцать и Одна были тут, каково это, когда исчезает ужас перед неведомым и сменяется уверенностью в пути. С Силами всегда так. Они будут ждать и помогут, когда я позову. Нам же надо найти, где прячется чудовище.

— Тогда кончаем философские разговоры и за работу, пока снова не тряхануло, — распорядился Степаныч. — Тащи нитки, Надя!

Надюшка кивнула и метнулась в приемную за катушкой серых ниток. Они вместе с иголками лежали в верхнем ящике стола, в маленьком кошелечке.

— Вяжи давай, будем делать эту твою паутину, — приказал ассистентке босс.

Он справедливо посчитал, что всем стоит поторопиться, пока не стряслось еще что-нибудь. Вдруг явится с катастрофическими вестями какой-то очередной волшебный гонец, от одного проявления которого из строя выйдет не только офисная, а еще и вся колесная техника на стоянке? Босс первым засучил рукав водолазки и подставил широкое запястье.

Каждому будущему помощнику, считая длину на глазок и перекусывая нитку зубками, девушка отмерила и повязала на запястье нитяной тонкий браслетик в три оборота.

— Чего эмаль стираешь, ножницы в офисе кончились? — озаботился Дмитрий, следя за тем, как повязывает Надя нитку Красильникову.

— Так правильнее, — почти извинилась девушка, не вдаваясь в подробности несовместимости магии и хладного железа. Закончив с Виктором Леонидовичем, перешла к Любаше. Не по старшинству, весу в обществе или личной симпатии, просто потому, что она стояла ближе.

Надюшка вязала узелки на нитках, а все остальные пытались реанимировать телефоны. У девушек, Дмитрия и Степаныча гаджеты решили еще послужить высокой цели спасения мира и хозяевам, а Красильников и Вадим остались без верных помощников. Никакие меры экстренной реанимации, вплоть до стука по столешнице, не помогли.

Степаныч крякнул, поморщил лоб и, чтобы времени зря не тратить, выдал из сейфа нуждающимся — другу и Виктору Леонидовичу — по простенькому, уже подключенному смартфону из служебных резервов.

— Для командируемых на объекты прорабов держу. Не последние модели, но звонок сделать и сообщение послать Надюхе можно, — прокомментировал он качество.

Претензий никто, даже Красильников, предъявлять не стал. Взяли, внесли нужные контакты друг друга и Надежды. Надя дисциплинированно проделала ту же процедуру. И только закончив запись, девушка озадаченно нахмурилась, пытаясь разом почувствовать нити, катушку с оставшимися нитками и связь между людьми.

— Мне, кажется, надо быть ближе к тем местам, где находится клещ, чтобы поиск стал точнее, — поделилась с добровольными помощниками девушка. — Может быть, вызвать такси?

Дмитрий цокнул языком, представляя реакцию обычного таксиста на разговоры о клеще. Люди после толчков и без того дерганые, а тут еще странности в нагрузку. Жаль все-таки, приятеля Влада к делу не припашешь, у него все же нервы покрепче, много чего видал. Вчера звонил, хвалился, что девчонку Надя ему по фотке нашла, но тут же тему и закрыл. Осознал, что ни с того ни с сего на ровном месте ноги не вывихиваются и машины не ломаются.

— Надь, а ты в чьей-нибудь машине поехать не сможешь? Обязательно отдельно? — наморщил лоб шеф.

— Я должна подумать, — не отказалась сразу Надежда и замолчала на несколько секунд, застыв и прикрыв глаза. Потом начала поворачиваться с по-прежнему плотно закрытыми веками. При этом прерывала свое вращение несколько раз, приостанавливаясь четко напротив каждого оделенного нитью помощника.

Наконец странная процедура ориентирования в пространстве подошла к концу и чудачка улыбнулась:

— Можно! Я с Дмитрием поеду, за его ниточку первой проще хвататься. И паутинку не сомнет.

— Тогда переснимаем карту, прикидываем, кто куда отправляется по точкам, и в машины! — предложил по праву хозяина кабинета Степаныч план действий на местности.

— Я бы с восточного объезда начал, у меня поблизости дачка, — скромно поименовал свой загородный особняк Красильников.

— Тогда я западную окружную беру, мои пенаты там, — бодро вставил Вадим, щелкая карту на смартфон.

Хорошо было бы ксерокопии сделать, но включенный при отключении сети и попавший под излучение Сил Двадцати и Одной агрегат так и не пришел в норму.

Степаныч, Дмитрий и Любка тоже определились со своими направлениями. Кому куда удобнее и привычнее.

— Если кафешка на выезде у трех столбов работает, я бы еще заскочила еды с собой прихватить. Неизвестно, сколько мотаться придется, — практично вставила Любка.

— Девочка, у меня язва! Кто тебе сказал, что фастфуд — это съедобно? — несказанно удивился Красильников.

— Но предложение дельное. Неизвестно, сколько нам колесить придется. Есть смысл заскочить в магазин, — поддержал идею Дмитрий, пока Вадим и Степаныч, порой не брезговавшие котлетами в булке, виновато переглядывались.

— Может, я позвоню в «Погребок»? Они делают готовые наборы для пикника. Пусть и нам приготовят навынос! — предложила Надюшка.

— Действуй, — оживился шеф. Надькино предложение ему понравилось, так же как и кухня ресторанчика. Пирожки жареные с разными начинками у них были — пальчики оближешь! Особенно с капустой и печенью!

Надя набрала номер, подождала и заговорила:

— Добрый день! Ой! Теть Катя? Это Надя, я у вас на кухне недавно была. Подскажите, а «Погребок» сегодня работает? Свет в районе вырубали, авария на подстанции… Генератор? Как здорово! Тут такое дело, только к вам могу обратиться! Геннадий Степанович срочно с коллегами за город собрался. Просит с собой что-нибудь накидать… Да, пирожки, бутерброды, нарезка, котлетки подойдут! На семь человек надо в отдельных наборах. Нет, спиртного не надо, они все за рулем. Минералка, холодный чай и термосы с кофе тоже подойдут. Наличными заплатим и за срочность надбавку можно поставить. Посуду вернем непременно! Подскажите, когда будет готово? Через полчаса? Замечательно! Спасибо огромное!

— С директором говорила? — уточнил Вадим.

— Нет, с поваром. Тетя Катя там царица, — улыбнулась Надежда. — Как сказала, так и сделает. А готовят они с дядей Женей прекрасно! Посетителей в «Погребке» сегодня много не будет, генератор у них бензиновый, в помещениях пахнет. А воду дополнительно можно у нас из буфета в приемной взять. Есть минеральная, есть простая.

— Да, в «Погребке» хорошо готовят, мы там днюху у Светки отмечали, — поддакнула Любка. — Пельмешки как домашние были, пирожки, пироженки!

— Общий счет они при выкупе заказа скажут, сейчас Петя обсчитает, но не больше шестисот рублей на человека, — доложила Надя.

— Нормально, — согласился босс. Тем паче что скидываться по второму кругу необходимости не было, от книжной эпопеи деньги остались. — Значит, через полчаса выдвигаемся!

— Хорошо, это правильно. Вы пока посидите в кабинете. Если руки друг другу пожмете, на которых нити завязаны — совсем хорошо будет, — попросила Надежда, действуя без всякого конкретного плана магического поиска. Впрочем, ей ведь всегда лучше всего удавалась импровизация. Именно так девушка решила поступать и сейчас. Может, по-другому было бы лучше, но переучиваться поздновато, как бы вовсе все не испортить.

Сказано — сделано. Странный совет странной девушки, пусть и с кривоватыми ухмылками, а кто мрачновато или скептически хмурясь, исполнили.

Пока закончили с неторжественным взаимным пожиманием рук, выбором воды из запасов и обратными действиями в комнатке неподалеку, как раз пролетели отведенные на приготовление «корзин для пикника» от «Погребка» и тети Кати полчаса. Прибыл и Василий в качестве водителя для Красильникова. Посвящать охранника в подробности предстоящего действа по героическому спасению мира не стали. Не поймет, а по психбольницам за справками некогда болтаться. Время сейчас — не деньги, а сама жизнь!

Вохровец, оставшийся на дежурстве у вертушки, и айтишник Бомбошкин, наконец-то отладивший связь во всем здании, проводили толпу из пяти мужчин и двух девушек большими круглыми глазами. Но с вопросами не полезли. Наверное, испугались получить ответ, способный навсегда перевернуть их представления о мире.

Тетя Катя тоже вопросов задавать не стала. Если начальству мозги встряхнуло и оно решило себя пикником во время землетрясения развлечь — так тому и быть. Все доход вместо убытков с вонючим генератором выйдет, да и хорошей девочке Наде помощь! Повариха каравеллой выплыла с кухни и только пальцами тыкала, руководя подручными. Петька и дядя Женя перетаскали и распределили корзинки со съестным по машинам. Дмитрий, оказавшийся хранителем кассы, отсчитал положенные по счету средства, добавил двадцать процентов чаевых, и группа тронулась в путь.

Чего-то желать никто никому не стал. Странное дело им предстояло.