Глава 21 · «Игнис саггита»

Непогода разыгралась не на шутку, в лицо ударил по-зимнему холодный шторм. Ветер выл в ушах, стук каблуков по мостовой отдавался в сердце неровным ритмом.

– Эрла, стой! – долетел отчаянный зов Петера.

Меня охватила паника, и она же пробудила инстинкты преследуемого зверя. Вместо того чтобы бежать к чайной, я нырнула в узкий переулок и принялась петлять среди домов. Пробегала сквозь арки, протискивалась в щели в заборах, кралась в тенях.

Здесь тесно, почти соприкасаясь верхними этажами, стояли старые дома. Улочки вились как попало, безо всякой планировки. Фонари не горели, лишь изредка сквозь щель в ставнях на мостовую падала полоска света.

В этом районе города мы часто играли с Петером в прятки, и я всегда выигрывала. Если он погонится за мной, выиграю и сейчас – запутаю Петера, получу время, чтобы найти помощь или укрыться в чайной. Там Боб и Коптилка, они не дадут меня в обиду. Утром придет Рейн, и он будет знать, что делать.

Но нет сил ждать...

☘️

Спустя несколько минут я остановилась, прижавшись к стене доходного дома вдовы Кордулы. В доме не горел свет и наружу не доносилось ни звука.

Тихо постучала в дверь, спустя томительно долгие пять минут мне открыла сонная хозяйка.

– Господин Расмус отсутствует, – развела она руками и зевнула. – Отбыл встретить столичного мага, но обещал быть к утру.

С моих губ сорвался стон отчаяния. Что ж, все же придется ждать его возвращения. Да вот только вернется комиссар не один. Я догадывалась, что за мага он привезет. Вместе с ним он привезет для меня новую беду.

Неважно. Сейчас мне нужен Рейн, и никто другой. Но он тоже оставил меня, и теперь я сама по себе посреди бури. Продержаться бы до утра...

В переулках было безлюдно. За мной не гнались. Петер либо потерял меня, либо махнул рукой.

Я двинулась домой, часто озираясь и осторожничая, но все ускоряя ход.

Непогода разогнала ночных гуляк, бродяги попрятались по своим норам. На улице ни человека, ни движения. Лишь качаются фонари, бежит рябь по луже, да шелестят голые ветки саженцев в палисаднике.

Полицейского Коптилки тоже не видно. Куда он запропастился? Может, на другой стороне, вместе с патрульным Бобом?

Дом встретил меня настороженной тишиной. Однако что-то было неладно: в воздухе разлился сладкий аромат духов, чужой, но смутно знакомый.

– Боб? – позвала я.

Мне не ответили.

– Занта? Госпожа Таффита? – звала я своих домочадцев, а тревога моя все усиливалась.

Из приоткрытой двери зала лился мерцающий желтый свет.

Замедлив шаг, с трепещущим сердцем я заглянула внутрь.

У стола сидела женщина в богатой бархатной накидке. Темная масса мокрых волос небрежно спадала на одно плечо. На столе перед женщиной горела единственная свеча с узким и высоким пламенем. Определенно магическая – посетительница принесла ее с собой.

– Я тебя заждалась, дорогая, – тихо промурлыкала Магна Бельмор и поднялась. Пламя свечи закачалось, тень Магны вытянулась и затанцевала на полу. – Заходи скорей.

– Что вы тут делаете?

– Пришла для важного разговора, – вздохнула Магна и осторожно взяла в руки свечу. Ее пламя вытянулось еще выше и стало походить на острый клинок.

Я ничегошеньки не понимала. По спине пробежали мурашки. Магна выглядела странно: одновременно спокойная и возбужденная.

Что ей нужно? Почему она тут?

– Где патрульный Боб? Где Занта? – я огляделась и не увидела ни следа полицейского или альфины.

– Коптилку я услала прочь, а Боб спит в кухне, – улыбнулась Магна. – Ты приготовила для него славный чай.

– Но чай не снотворный! Просто успокаивающий...

– Я немного поколдовала над ним, когда Боб предложил разделить с ним трапезу, – безмятежно ответила Магна.

«Поколдовала? Магна?» – мысленно озадачилась я.

– А альфину заперла на чердаке, чтобы не путалась под ногами. Прости, но мне пришлось туда подняться – поискать нужную книгу. Жаль, не нашла. Библиотека твоего деда – жуткое место, – Магна поежилась. – Очень холодно и пыльно. Пыль повсюду! И она светится. Ты зачаровала пыль? Не поделишься, зачем и как? Если это охранное заклинание, то оно не сработало.

Издалека, приглушенный стенами, донесся жалобный вой – Занта звала на помощь.

– Я немедленно ее выпущу! – рассердилась я и повернулась, чтобы выйти, но Магна проворно встала у меня на пути и взмахнула свечой. За пламенем в воздухе протянулся кроваво-алый росчерк и не сразу погас.

– Не так быстро. Ничего с твоей альфиной не случится. Сначала закончим наш разговор.

Она наступала – высокая, красивая… грозная…

Пришлось попятиться вглубь зала.

– Что вы хотите?

– Много вещей, – горько произнесла Магна. – И я вот-вот их получу. Но, боюсь, тебе придется уйти со сцены, Эрла. Временно или навсегда – уж как выйдет. Прости. Мне жаль, что я втянула тебя в это дело. Но я должна его закончить. Когда-нибудь я верну вам человеческий облик: Бэзилу, тебе. А вот Тинвину вряд ли. Мерзкий тип, этот точильщик! Вздумал меня шантажировать, идиот. Было чистым наслаждением увидеть, как заклинание сработало и превратило его в железного болвана. Пусть таким и останется, как ты думаешь?

Я ошарашенно смотрела на Магну и пыталась понять значение ее слов. Выходит... все ее рук дело?

– Так это вы заколдовали своего мужа и точильщика? – спросила я робко. – И выставили меня виновной?

– Разве Петер тебе не рассказал? – удивилась Магна.

☘️

– Я ей ничего не рассказал, Магна. Не успел, – прозвучал хриплый от быстрого бега голос Петера.

Он возник в проходе из задних комнат дома. Видимо, Петер вошел через оранжерею. Он часто дышал, его лицо пылало, на плечах не было пальто: помчался за мной как есть, в одном костюме. Отстал в лабиринте улочек, но знал, что я вернусь в чайную – куда же еще!

И вот он здесь, а я чувствую огромное облегчение. Быть наедине с Магной куда страшнее.

– Ах вот что! – воскликнула Магна. – Выходит, я поторопилась. Ну ничего. Все равно это придется сделать.

Она опять взмахнула свечой. Пламя как будто уплотнилось и превратилось в алую стрелу.

– Петер! – крикнула я, догадываясь, что мне грозит нечто ужасное от Магны и ее странной свечи.

– Объясни, что происходит! Ты с ней заодно? Как ты с ней связан?

– Глупостью. Я связан с Магной глупостью, – отрывисто признался Петер, неотрывно наблюдая за движением свечи.

– Петер мне помогал. Добровольно. Без него было бы труднее, – уточнила Магна.

– Добровольно?! – Лицо Петера исказилось. Он крепко вцепился в косяк побелевшими пальцами, словно пытался удержать себя от того, чтобы не броситься на Магну.

– Конечно, – пожала та плечами. – У тебя был выбор. Мне даже не пришлось тебя подталкивать.

– Магна, ты обещала... – начал он с отчаянием.

– И я сдержу свое обещание. Твоя подружка останется жива. В особой форме, но… – Магна рассмеялась, потом посерьезнела. – Когда-нибудь я верну ей человеческий облик. Как и моему мужу. Когда научусь осуществлять обратные трансформации. У меня все получится, я знаю.

– Откуда вам известны магические формулы? Вы же не маг и не ведьма! Как вышло, что я встала на вашем пути? Разве я вам враг? Пожалуйста, объясните!

Я старалась, чтобы мой голос звучал спокойно и уверенно. Нужно было выиграть время, чтобы сообразить, как избежать неизвестной, но страшной участи, что приготовила для меня Магна. Надежды на призрак Таффиты больше не было. Она даже Магну с чердака не выгнала и не показалась ей.

Нельзя рассчитывать на призраков. Они непостоянны и эфемерны, как человеческая преданность.

– Разумеется, Эрла, – охотно согласилась Магна. – Мне хочется тебе объяснить. Потому что ты мне нравишься, девочка. Ты немного похожа на меня... упорством, выбором пути. Вот только я никогда не была такой наивной, даже в твои нежные годы, – Магна печально улыбнулась. – Но ты поймешь меня, и поэтому я расскажу...

Она подошла к столу и оперлась на него одной рукой. Но второй рукой продолжала держать свечу, как клинок, направив острие пламени на меня.

– Слушай и не осуждай. Не вздумай выкинуть чего-нибудь. Игнис сагитта бьет на тридцать шагов, а я прекрасно владею этим заклинанием. Ты же не захочешь, чтобы твоя чудесная чайная вспыхнула, как порох?

Петер застыл в дверях каменной статуей. Он подал мне глазами знак, который я не поняла. Кажется, это была просьба о помощи. Но чем я могла помочь ему?

Я испуганно помотала головой. Это удовлетворило Магну, и она начала рассказ.

– Наверное, ты думаешь, что все дело в деньгах? – спросила она.

Я пожала плечами. Крепко сцепила руки перед собой, чтобы унять дрожь. Тогда у меня задрожали ноги.

– Конечно, дело всегда в деньгах, – сама себе ответила Магна с горьким презрением. – Но в моем случае куда важнее попранная гордость и жажда признания. А также желание быть хозяйкой своей судьбы. Ты ведь тоже стремишься к этому, не так ли, Эрла?

– Я уже хозяйка своей судьбы, – ответила я пересохшими губами. – И хочу ей остаться.

Магна внимательно посмотрела на меня и кивнула.

– Да. Ты сильная девочка. Но у тебя изначально было преимущество. У тебя был дом, какие-никакие деньги. Добрая репутация славной беззащитной сиротки. У тебя была поддержка друзей. Любящие родственники. Пусть они ушли навсегда, но привели тебя на путь, откуда ты начала свою дорогу. Тебе было проще.

– Ну, как сказать... – пробормотала я, но Магна слышала только себя.

– Вот я, Магна Бельмор. Дочь цехового трудяги-ферромага, который не смог обеспечить семье достойной жизни. Внучка витамагини, которая с горем пополам выращивала чахлый лук на своем огороде. Я же прирожденный фламмаг. Да, Эрла, я прекрасно владею разными видами магии. Природа подарила мне неслыханный талант, а жизнь заставила заниматься другим. Мне пришлось выживать в трущобах возле Мусорного пустыря. Выступать в вонючих уличных театрах. Петь на подмостках кабаков. Стоять за стойкой этих же кабаков, крутиться, вертеться, тратить юность на пьяных, грубых мужчин. Ты не представляешь, каково это – родиться в бедной семье в плохой части Ферробурга. Но я справилась, выжила, поднялась. Везде, где только возможно, училась магии. В трактир часто заглядывали проезжие маги высоких рангов. Я беседовала с ними, подливала им крепкой настойки. Они хвастались напропалую, делились со мной секретами своего ремесла. Думали, я ничего не пойму из их болтовни. Куда мне, я же какая-то трактирщица! Но я записывала их формулы, оттачивала их по ночам. Училась у Трубара ферромагии. Вместе с ним осваивала витамагию. Перенимала у Лиллы навыки укрощения пламени. Но так, чтобы никто не заподозрил во мне сильного дара. Это ценный козырь, у меня был на него особый расчет.

Магна гордо и негодующе вздернула голову. Она жестикулировала во время рассказа, свеча в ее руке выписывала в воздухе причудливые знаки.

– Трубар, друг моего отца, старый дурень, – Магна произнесла его имя с едва скрытой нежностью, – брал магические книги у твоего деда. Я их читала, переписывала. Но кроме магии я освоила кучу других вещей. Научилась угождать, вымогать, идти по головам. Считать деньги, строить планы и упорно их осуществлять. Увы, не могла развернуться, потому что у меня не было своего капитала, но было вечное клеймо актриски и кабатчицы. И вот я встретила Бельмора.

Глаза Магны погрустнели, голос стал мягче.

– Готова признать: я любила и люблю Бэзила. Вопреки всему, вопреки здравому смыслу. Я никогда с ним не расстанусь. Мы вместе навеки, теперь он полностью мой, молчаливый и покорный. Он больше не обидит меня пренебрежением.

– Вы любите его, но превратили его в бревно?!

– Не осуждай, я же тебя просила! – гневно потребовала Магна. Свеча выпустила фонтан алых искр, словно откликаясь на ее вспышку.

Отсветы магического пламени добавили в волосы Магны алых прядей и зажгли в глазах огоньки. Кожа на ее щеках и лбу казалась гладкой, как фарфор трагической театральной маски. Карминные губы выразительно подрагивали.

В минуту гнева Магна была прекрасна. Я могла бы любоваться ей, если бы меня не сковывал страх, как перед яркой, но ядовитой гадюкой.

Я растерялась, как всегда в спорах с людьми, осознающими свою силу и власть, твердо убежденных в своей правоте.

Тщетно я искала на лице Магны следы безумия. Она прекрасно понимала, что делает. Говорила упоенно, изливала гнев и обиду. Даже искренне сожалела о том, что вынуждена идти на крайние меры.

Но это открытие, ясное дело, меня ничуть не успокоило.

☘️

– Бельмор меня не любил, Эрла, – с горечью поведала Магна. – Я сумела женить его на себе, но для него наш брак был сделкой, заключенной из прихоти. Бэзил считал, что облагодетельствовал меня, и я должна ему ноги за это целовать.

– Он плохо с вами обращался? – я добавила сочувствия в голос.

– Нет. Бэзил был по-своему добр. Но я-то рассчитывала на другое. Надеялась, что он оценит мой ум, мое желание быть ему правой рукой. Я бы смогла! Я даже рассказала Бэзилу о том, что владею магией. Но он рассмеялся, отмахнулся... Не хотел признать, что я умнее и талантливее его. Велел мне знать свое место. Я была для него лишь дорогим украшением, которое он приобрел под влиянием порыва!

Магна резко и коротко вздохнула, как будто подавляя всхлип.

– Вы, видимо, очень одаренный маг? – спросила я осторожно.

– Ты не представляешь, насколько, – Магна гордо вскинула голову. – Помнишь тот пожар, что случился в «Железном наделе» двадцать лет назад и превратил его в Ржавый пустырь?

– Его вызвали вы? – ужаснулась я.

Глаза Магны гневно вспыхнули.

– Нет! Его причиной стал тщеславный дурень-маг. Но я погасила пожар! Да, я, а не наши бестолковые фламмаги! Потому что там, в центре пекла, был мой отец. Я сумела обуздать пламя, а фламмаги приписали себе славу спасителей. Кто поверит девчонке, которая путалась у огнеборцев под ногами, кричала, умоляла что-то сделать! Но они не смогли, а я смогла. Вот тогда-то я поняла, насколько силен мой дар. Я творила примитивные фламмагические формулы. Наугад вплетала в них ферромагические и аквамагические приказания. У меня получилось нечто невообразимое!

– Магна, если ты говоришь правду, это великий подвиг, – произнес Петер умиротворяюще и сделал шаг к Магне, но та насторожилась.

– Конечно, я говорю правду! Но ты лучше стой на месте, Петер Грюн, будь хорошим мальчиком.

Небрежно взмахнула рукой, и Петера осыпало снопом искр. Он заслонил лицо ладонью, сморщился и заморгал, будто ослепленный.

Я поспешила отвлечь ее внимание на себя.

– И тогда вы решили доказать всем, на что способны?

– Я лишь хотела помочь мужу. Бэзил начал сдавать с годами. Совершал ошибки, неудачные сделки. Собрался превратить Ферробург в закопченную помойку. Никак не мог понять, что бизнес можно делать красиво, создавая при этом себе добрую репутацию. Он выживал талантливых магов, подгребал все под себя. Из пустой алчности и упрямства! Его нужно было остановить, пока он не погубил и свой капитал, и город. Если бы Бэзил допустил меня к управлению делами, я добилась бы большего.

Магна скорбно покачала головой.

– Что ж, я искала способ. Продолжала тайком заниматься магией. Решила попробовать объединить разные ее домены. Это дало бы новые возможности. Когда-то люди сумели заставить вместе работать воду, огонь и железо, получили паровые машины и совершили революцию в промышленности. Но магия застряла на месте! Наши маги оттачивают известные формулы, истязают природные элементы, но грубы и примитивны в своем мастерстве. Они боятся пробовать что-то новое и живут старыми догмами о том, что домены магии нельзя объединять.

– Петер тоже увлечен идеей перемен, – я остро глянула на Петера. Его губы сжались и побелели.

– На этой почве мы с Петером и подружились, – кивнула Магна. – Чтобы двигаться вперед, мне нужна была книга об омнимагии из библиотеки твоего деда. Я не могла прийти к тебе с предложением о ее продаже, иначе ты бы заподозрила правду и перехватила мое открытие. И тут Бельмор нацелился на твою чайную. Но если бы она перешла в его руки, не факт, что я получила бы книгу. Ты могла забрать ее, или же Бельмор продал бы ее коллекционерам. И тогда я решила убить двух зайцев одним камнем – убрать с дороги тебя и управлять делами мужа, не став при этом вдовой. Мне было непросто на это решиться. Но я боялась, что надоела Бэзилу. Он жесткий человек. Если теряет интерес, избавляется от балласта без колебаний. Он уже сожалел о том, что женился на мне. Ведь я не принесла ему ни богатства, ни связей. Только свою красоту и любовь, но красота увядает, а моя любовь ему не была нужна.

Магна горестно покачала головой.

– И я опробовала на Бэзиле свое заклинание. Одно из тех, что я вычитала в книге твоего деда, но довела до ума. Раздобыла древоядицу. У старика Фаррахира на Полуночном рынке ее не нашлось, но у меня есть знакомые в столице, они подсобили и прислали саженец.

– Вы приходили к Фаррахиру в рыбацком плаще с желтыми завязками? А я думала... – я глянула на Петера; тот отрицательно качнул головой, но избегал встретиться со мной взглядом.

– Да, это мой плащ, – сказала Магна. – Вчера, когда я заходила к Петеру поговорить о наших делах, оставила плащ у него в кабинете.

– И вы подбросили ему механическое перо своего мужа!

– Вовсе нет. Петер нашел его по моей просьбе в каморке Тинвина и спрятал. Твой друг замешан в этом по самые уши, не сомневайся, – хищно улыбнулась Магна. – Он скрыл улики. Он знал, что происходит. Он соучастник.

– Все было не так, – Петер сжал кулаки и дернулся вперед, но Магна заставила остаться его на месте взмахом свечи.

– Сначала мне помогал Тиль Тинвин, – объяснила Магна. – Я ему платила, он исполнял поручения. Это он подкараулил Бельмора на Ржавом пустыре и воткнул в него зачарованный шип. Но пал жертвой жадности и забрал его золотое перо, дурень! За что и поплатился позднее. А потом Тиль выступил в суде против тебя – тут он уже потакал бургомистру.

– Вы бы спокойно смотрели, как меня приговаривают к смерти?!

Магна раздраженно повела плечом.

– До этого не дошло бы. Будь ты поумнее, продала бы дом, а деньги потратила на защитника и залог. Либо вышла замуж за Петера. Меня устраивал любой вариант. Но ты нашла уловку, получила отсрочку, снюхалась с комиссаром, и вместе вы начали баламутить воду. Мне даже пришлось нанять людей, чтобы убрать того поверенного на пути из столицы, но это не помогло.

– Поверенного нанял для меня Петер. Вы же с ним заодно?

– Я доверилась Петеру позднее, когда поняла, что у нас одни цели. В тот день, когда ты пришла ко мне в первый раз, и я решила, что должна подобраться к тебе ближе. Петер хочет новой магии. Он хочет получить книгу из твоей библиотеки, как и я. Он хочет купить Ржавый пустырь. И он согласился мне помогать, когда Тиль начал мешать.

– Все не так, как говорит Магна, – угрюмо повторил Петер.

– Разве? – усмехнулась Магна.

– Магна призналась мне, что убрала Бельмора. Но объяснила это благородной целью, пообещала, что вытащит тебя из передряги. Однако при этом намекнула, что если я не буду ей помогать, тебе конец. Эрла, я старался тебя защитить.

Он глянул на меня умоляюще, с отчаянием.

– Пожалуйста, поверь мне! Я сглупил. Магна... меня как будто околдовала.

– Ты влюбился в нее?

Петер помолчал, по его лицу пробежала судорога.

– Само собой, – лукаво заметила Магна. – Ну, еще свою роль сыграло обещание продать его семье надел на Ржавом пустыре. Петер стал куда лучшим сообщником, чем Тинвин.

– Я не твой сообщник, Магна!

– За что вы расправились с Тинвином? – спросила я.

– Точильщик решил, что он умнее меня, – фыркнула Магна. – Он следил за тобой, подбросил тебе саженец в оранжерею – проникнуть в твой дом было просто. Ведь Тинвин прекрасно умеет изготавливать ключи. Но потом этот идиот начал меня шантажировать. Пришлось убрать и его. Я пришла в его грязную каморку и испробовала на нем второе свое заклинание – ферромагическое. Но меня спугнули, я не успела отыскать перо, которое он забрал с тела Бельмора. Попросила Петера найти его. Он сходил на пустырь и вернул улику. Я сглупила, когда упомянула о пропаже комиссару. На всякий случай решила замести следы: мало ли кому точильщик показывал перо! Мог и лишнего при этом сболтнуть.

– Я собирался тебе все рассказать, Эрла, – горячо заговорил Петер. – Я не буду оправдываться. Но поверь, я действовал не из корысти. Я хотел защитить вас обоих: и тебя, и Магну.

– У тебя почти получилось. Ты хороший юноша, Петер Грюн, но постарайся впредь держаться подальше от таких женщин, как я, – сказала Магна.

На Петера было жалко смотреть. Он смертельно побледнел, его лицо исказила мука.

О да, он влюбился в Магну Бельмор! Бедный наивный Петер. Он и сейчас смотрел на Магну не только с гневом, но и с болью, и со скрытой страстью.

– И что теперь? – спросила я сквозь стиснутые зубы.

Та вздохнула.

– Теперь, моя дорогая, ты отдашь мне книгу из библиотеки твоего деда. Ту самую, об омнимагии. Я не успела ее дочитать, а теперь она мне очень нужна.

– У меня ее нет! Ее забрал комиссар.

– Ох уж этот новый комиссар! – Магна сердито щелкнула языком. – Вот он-то не поддался моим чарам. Крепкий орешек! Но я все же проверю, не лукавишь ли ты. Поищу как следует. Не найду эту книгу – отыщу что-то еще полезное. Твой дед был не простой коллекционер, – она загадочно улыбнулась. – Ты многое не знаешь о своей родне. Я потом расскажу тебе о нем такое… когда у нас с тобой будет полно времени.

– Что вы хотите сделать со мной?

– Испробовать на тебе третье свое заклинание, Эрла. Самое изысканное. И на Петере тоже, если он не пожелает сотрудничать дальше. После того, как все произойдет, в твоей чайной найдут записи и улики. Они подтвердят, что именно ты заколдовала Бельмора и Тинвина, а потом сбежала из города.

– Какое заклинание? Во что вы хотите меня превратить? – мои ноги слабели все сильнее с каждым новым словом Магны.

Магна пристально, ласково посмотрела на меня и мечтательно улыбнулась.

– Я превращу тебя в пламя, дорогая Эрла. Не бойся, ты не сгоришь, но станешь волшебным огнем – фламмагической формой жизни. Я позабочусь о тебе, Эрла. Помещу тебя в тот фонарь.

Она показала на полку, и тут я заметила, что там стоит еще одна вещь, которую принесла с собой Магна. Старинная комнатная лампа с витражным стеклом, в причудливом литом корпусе.

– Я купила его у Лиллы. Ты будешь жить в нем. Ты останешься в своей чайной, когда я заберу ее. Отсветы фонаря, в котором живет магическое пламя, показывает волшебные картинки – твои и чужие мечты и фантазии. Великолепная вещь! Не правда ли, это очень красиво и образно? Ты ведь всегда это делала – освещала и согревала людей, помогала видеть им сказку в обыденном.

– Это невозможно! – воскликнула я.

– Возможно. В основе горения лежат процессы, сходные с теми, что происходят в наших телах. Ты слышала про живое пламя в сказках. Вот только это не сказки! Это старое, забытое волшебство, но оно ведомо некоторым магам и сейчас. Такое пламя может быть опасным, но может быть и добрым. Оно умеет исполнять желания и забирать жизни. И даже открывать проходы в другие миры.

– Но как, откуда вы о узнали об этом волшебстве?

– Случайно. Однажды в магазинчике Честа мне попалась старая книга, из запретных. Воспоминания некой магини по имени Таффита. Она владела этим заклинанием. Конечно, она им не поделилась в своих мемуарах, но мне хватило ее подсказок, и я открыла заклинание заново.

Таффита! У меня мороз пробежал по коже, когда Магна произнесла ее имя.

– Обещаю, Эрла, я продолжу свои исследования и создам формулу обратной трансформации, – упоенно рассказывала Магна. – Когда я получу все, что хотела, – почет, уважение, власть, признание – я обращу тебя в человека. И Бэзила тоже, и тогда он поймет, насколько я люблю его. Ведь я все делаю ради него – ради нас!

– Магна, опомнись! – заговорил Петер. – Что ты творишь? Ты ведь не такая. У тебя добрая цель, но разве можно идти к ней темной тропой? Послушай, мы можем заключить союз, – умолял он. – Станем деловыми партнерами. Обещаю, мы не сообщим комиссару о том, что ты сделала. Эрла тоже нам поможет, правда Эрла? Она искусный витамаг, Магна. Тебе нужна ее помощь.

Петер говорил и неспешно, крадучись, приближался к Магне. Та слушала его молча, но когда он подошел слишком близко, выставила руку со свечой.

– Хватит, Петер. Уговаривать бесполезно. Ты и сам понимаешь, что так будет лучше. Решай: ты со мной или против меня? Мне понадобится второй фонарь?

Меня пробрало мурашками – и не только от дикого напряжения, но и от холода. По комнате пробежал едва заметный ледяной сквозняк, и запахло грозой.

Я уже знала, к чему это, и когда глянула в дверной проем за спиной Магны, увидела, что ожидала: в комнате появился еще один человек... еще одно существо.

В темноте коридора соткался бледный призрак. Он медленно скользил вперед, и я задержала дыхание от волнения. Таффита поможет нам, она же предлагала помощь! Какое счастье, что она явилась не слишком поздно.