Глава 34

Не знаю, во сколько вернулся Фредерик — когда я ложилась, его вроде бы ещё не было. Тем удивительнее для меня стало то, что он всё-таки спустился к завтраку (правда, весьма позднему). Вид у кузена был бледный, под глазами мешки («Кажется, на балу не только танцевали, но и наливали», — цинично подумала я), однако в том, что он не стал отлёживаться до вечера, имелся значительный плюс.

Совершив подвиг и выведя себя в столовую, Фредерик уже был не в силах устроить мне допрос на тему раннего (по его мнению) отъезда. Потому он ограничился лишь вялым укором, что для него стало сюрпризом моё отсутствие, и вполне удовлетворился простодушным объяснением, что у меня вдруг случилась мигрень.

В целом же завтрак прошёл в благословенной тишине; лишь в конце я превентивно заметила, что собираюсь проведать родных, и предложила кузену присоединиться.

И без того нездоровое лицо Фредерика позеленело: меньше всего он сейчас был готов к поездкам и визитам. Я выслушала несколько сбивчивых оправданий (что его не звали, что он не уверен, не обременит ли леди Джейн, и так далее и тому подобное), покивала и пообещала передать самые горячие кузеновы извинения.

Таким образом, ничего не мешало мне отправиться после завтрака восвояси. Вот только успел ли Райли всё подготовить и знал ли Олли, куда меня везти? Нервничая по этому поводу и нещадно ругая себя, что напрасно накручиваю нервы, я вызвала кучера в гостиную.

— Куда прикажете, туда и поедем, леди Каннингем! — лихо ответствовал он, чем сразу же меня успокоил.

— Хорошо, подавай карету, — распорядилась я, и, пока ходила наверх за шляпкой, плащом и откопанным среди вещей блокнотом с позолоченным карандашом, приказание было выполнено.

— Скорее всего, я пробуду у родных до вечера, — сообщила я Бэрридону (однако маячившая в конце холла Грейс тоже наверняка грела уши). — Но к ужину вернусь обязательно.

— Понял, госпожа, — с достоинством кивнул дворецкий.

Проводил меня до кареты, где Олли помог мне забраться в экипаж. Хлопнула дверца, лошади стронули карету с места, и я поехала… Куда? Куда-то.

Отчего-то мне казалось, что кучер повезёт меня на окраину, в какие-нибудь трущобы (где ещё найти подходящее место для тайных встреч?). Однако в действительности мы не выехали за пределы респектабельного центра с аккуратными двухэтажными домами. У одного из них кучер остановил карету, и, сойдя, я не без любопытства прочла на табличке: «Бейкер-стрит».

«Ого! Неужели к самому мистеру Холмсу в гости?» — усмехнулась я.

В сопровождении Олли поднялась на невысокое, от души начищенное крыльцо, и кучер уверенно постучал висевшей на двери колотушкой в виде львиной морды.

Нас не заставили долго ждать. Без лишних вопросов дверь открылась, и на пороге я увидела настоящую миссис Хадсон, как её играла велика Рина Зелёная. То есть аккуратную старушку-божий одуванчик в накрахмаленном чепце и с проницательным взглядом выцветших глаз.

— Здравствуйте, госпожа Орлова! — почтительно поприветствовал её Олли, стягивая с головы кепи, и я едва заметно вздрогнула, услышав русскую фамилию.

Почему я так и не узнала, есть в этом мире Россия?

— Здравствуй, здравствуй, — отмахнулась от него старушка и вновь устремила взгляд на меня: — И вы здравствуйте, госпожа. Добро пожаловать, давно вас поджидаю!

Она отступила, впуская меня, а кучеру с неожиданной повелительностью велела:

— Ступай пока. Вернёшься за госпожой в четыре пополудни, да не опаздывай!

— Слушаюсь! — Олли по-военному отдал честь, и старушка закрыла дверь.

Мы с ней остались вдвоём в небольшом полутёмном холле, где в косых лучах света, шедших из окна со шпросами, плавали золотистые пылинки.

— Моё имя Дана Орлова, — отрекомендовалась старушка. — Вам же представляться нет нужды: мне о вас рассказали. Потому прошу за мной, госпожа. Будьте здесь как дома.

И она посеменила к уводившей наверх лестнице.

— Я предупредила дворецкого, что могу не вернуться к пятичасовому чаю, — заметила я, следуя за этим Вергилием от викторианской эпохи.

Ступеньки под ногами тихонько поскрипывали, напоминая то далёкое время, когда я снимала комнату в частном доме у милой бабушки, относившейся ко мне, как к непутёвой внучке.

— Лучше вам будет вернуться, — отозвалась старушка и точно в духе моего воспоминания наставительно пояснила: — Для молодой леди допустимо пропустить ланч, но к чаю стоит быть обязательно.

— Спасибо, учту, — вежливо поблагодарила я.

Старушка удовлетворённо кивнула и, дойдя до конца лестницы, свернула в правый коридор. Остановилась у ближайшей двери, стукнула по дереву и сразу же открыла её передо мной.

— Прошу, госпожа. Вас ждут.