Глава 48

Меня поместили в комнате, где я уже останавливалась дважды. Знакомая служанка принесла воду для умывания и заверила, что вот совсем скоро для её светлости будет подан замечательный ужин.

— Хорошо, — благосклонно кивнула я и с нарочитой небрежностью поинтересовалась: — Как тут, всё спокойно? Из Колдшира ничего слышно не было?

— Не слыхали, госпожа, — быстро отозвалась служанка. — Ну, с вашего позволения, пойду я…

— Погоди. — Такая попытка в прямом смысле сбежать от разговора мне не понравилась. — Так как, спокойно здесь?

Служанка замялась. Однако я терпеливо ждала, всем своим видом подчёркивая: увильнуть не удастся. И она наконец призналась:

— Да вот, госпожа, Безликий опять… То ни слуху ни духу о нём, а то как с цепи сорвался! Три дня назад ферму Лоутона сжёг, вчера ехавшего в Эдборо купца ограбил…

Эйнсли взялся за старое? Но зачем?

— А почему и ты, и хозяин не хотели об этом рассказывать?

— За хозяина не скажу, — тут же открестилась служанка, однако за себя созналась: — А мне господин Райли велел, чтоб не тревожила вас. Мол, дорога тяжёлая была, вам отдохнуть прежде надо.

Угу. А «осчастливить» меня он, похоже, собирался завтра утром.

Я легонько покачала головой: Райли в своём репертуаре. И наконец отпустила собеседницу:

— Ладно, ступай. Я никому не скажу о нашем разговоре.

— Спасибо, госпожа! — Обрадованная служанка присела в книксене.

Собралась было уходить, однако я вновь не дала ей это сделать.

— Стой! Из Колдшира точно никаких дурных вестей?

— Точно, госпожа, — заверила меня служанка и наконец-то смогла покинуть комнату.

А я подошла к окну, из которого открывался уютный вид на кирпичные, с островерхими черепичными крышами дома Норталлена и мирную, мощённую булыжником улицу, и выстучала по подоконнику беспокойный ритм.

Что могло случиться у лорда-разбойника? Срочно понадобились деньги? Но зачем поджигать ферму? Неужели этот Лоутон в чём-то перешёл Эйнсли дорогу?

Или дело именно в том, о чём я когда-то предупреждала? Ступить на разбойничью дорожку легко, сойти трудно. В том числе потому, что этому начнут мешать твои собственные сообщники.

«Ладно, завтра… Послезавтра всё выясню. Эйнсли ведь наверняка примчится в Колдшир сразу же, как узнает о моём возвращении».

Я легко улыбнулась, однако улыбка сразу же погасла на губах.

Да, в отличие от первого приезда в Колдшир, нам ничего не грозило: на мой экипаж никто нападать точно не будет. Но делать что-то обязательно надо было, пока деятельность Безликого не вышла Эйнсли виселицей.

«От одной проблемы к другой. — Я криво усмехнулась сама себе. — И когда они только закончатся?»

Вздохнула на этот явно риторический вопрос и отошла от окна. Прилегла на кровать прямо поверх покрывала — всё-таки путешествовать в карете совсем не то, что на автобусе или автомобиле. Выматывает в разы сильнее.

«Надо будет всё обсудить с Райли. Только завтра, чтобы не подставлять служанку».

С этой мыслью я прикрыла глаза, собираясь отдохнуть, пока не будет готов ужин, и, кажется, задремала.

— Госпожа!

Я вынырнула из сна и приподнялась на локте, не без тревоги глядя на разбудившую меня служанку.

— Что-то случилось?

Первая мысль и не самый хороший звоночек: почему я во всём жду дурные вести?

— Нет, госпожа! — поспешила успокоить та. — Простите, ежели напугала. Там просто ужин готов: вам сюда поднять или в общую трапезную спуститесь?

Я с силой потёрла межбровье.

— А Райли ужинать будет?

— Пока нет, — ответила служанка. — Он уехал куда-то и пока не вернувшись.

Уехал?

Я села на кровати.

— Что-то передавал мне?

Служанка с виноватым видом помотала головой.

— Ясно, — резюмировала я. — Тогда принеси ужин сюда, а как только Райли вернётся, сообщи мне.

— Слушаюсь!

Служанка убежала, а я поднялась на ноги и вновь подошла к окну.

Куда уехал? Зачем? Из-за новостей о Безликом?

Некстати вспомнилось, что перед нашим отъездом Эйнсли хотел о чём-то поговорить с «господином управляющим», да так и не поговорил.

Проклятье! Ненавижу неопределённость!

Вот только деваться было некуда: оставалось лишь ужинать, ждать, а после вытащить из Райли всё, что он знал (и о чём догадывался) насчёт Безликого.

Однако время шло, а выпытывать информацию было не из кого. Я поела, почти не чувствуя вкуса, и села у окна царицей из старой сказки: смотреть на улицу, нервничать и подгонять время.

Потому-то и заметила всадников, ещё когда они появились в конце улицы: даже в свете фонарей военный мундир одного из них привлекал внимание. Я следила за ними, пока оба не подъехали к «Лазурной розе» и не спешились, явно собираясь войти.

Причин для этого могло быть сколько угодно: от назначенной в гостинице встречи до желания подкрепиться. И всё же дурное предчувствие легло в желудке холодным камнем, отчего я почти не удивилась, услышав отрывистый стук в дверь. Без промедления оставив наблюдательный пост, бросилась отворять и ожидаемо увидела в коридоре Райли.

«Вот как скажет опять, что нельзя открывать комнату, не спросив, кто», — промелькнуло в голове.

Однако Райли сейчас было не до этого.

— Приехали Трейси и Литтлтон, — отрывисто сообщил он. — Наверняка к вам. Так вот, что бы они ни предлагали, просите время на раздумье. До утра. Хорошо?

Проглотив рвавшиеся с языка вопросы, я решительно кивнула, и тут в коридоре показалась служанка.

— Ой, госпожа, а вы знаете, что ли?

— О чём? — Я очень старалась держать маску светского спокойствия.

— Там это, господа прибыли, — сообщила она. — Инспектор полиции и капитан Литтлтон. Капитан здесь частенько ужинает, вот я и подумала: за этим они. Да только нет, им вас надобно, госпожа. Просили позвать.