Эпилог

Свадьба была с размахом. Правда, невеста протестовала и пыталась напомнить о своем возрасте, о том, что нельзя ж так настаивать, но жених и близкие были неумолимы – такое событие случается не каждый день, а потому скрываться и устраивать тайное венчание стыдно. Что им скрывать?В этот день еще робкое весеннее солнышко осветило огромный собор своими первыми лучиками, коснулось шпиля, возвышающегося в самое небо, затем скользнуло по витражам, спустилось книзу, к проталинам на снегу, искрящимся паутинкам в голых еще ветвях деревьев, посеребрив их. Пичуги, взъерошенные, сонные, сбившиеся кучкой, подали первые голоса, и вскоре, согревшись, загомонили звонко, приветствуя старого священника в парадной рясе, и начавших прибывать гостей. Знатные вельможи и приближенные императора вошли внутрь собора и расположились на скамьях вдоль прохода, обычные горожане столпились снаружи, образовав коридор, по которому медленно катилась золоченая дутая карета, везущая невесту.Первым вышел Ирман. Он был невероятно хорош – высок, статен, волосы уложены один к одному, глаза сверкают, на губах улыбка. Подав руку невесте, взглянул на ее смущенный румянец и не смог сдержать смешка:– Ты у меня такая красивая! – нежно произнес и склонился над тыльной стороной ладони женщины.Она вздохнула, выдохнула резко и процедила сквозь зубы:– Пошли скорее, пора покончить с этим фарсом!Но быстро шагать не получалось – пышное изумрудное платье, усыпанное мелкими бриллиантами, туфли на высоких каблуках, плащ, подбитый мехом – все это не способствовало скорости. Со стороны и вовсе казалось, что смущенная невеста будто плывет по дороге, даря улыбки направо и налево.Вот, наконец, и ворота собора. Остановившись перед ними, женщина бросила на Ирмана умоляющий взгляд.– Еще не поздно все отменить! – пробормотала она, закусив губу.– И лишить себя удовольствия? – хмыкнул он в ответ, потянув невесту за руку. – Идем, не трусь!Гости при виде вошедших начали возбужденно перешептываться, ахали, а кое-кто даже промокнул слезу в уголках глаз.– Давай не трусь! – подбодрил шепотом Ирман. – Посмотри, как он волнуется!Невеста подняла голову, стиснув зубы, решительно посмотрела на стоявшего у алтаря жениха и чуть вымученно улыбнулась, когда заметила восхищенный взгляд. Направленный на нее и ободряющую улыбку. Это дало ей сил идти вперед, гордо подняв голову. И, когда Ирман снял ее руку со своего локтя и вложил в руку будущего мужа, повернуться и поблагодарить.– Ты – моя! – услышала невеста едва слышный шепот, хотела было возмутиться, но тут священник начал брачную речь, и пришлось встать прямо, сделав вид, что внутри все не содрогается от страха и неизвестности.Она даже толком не слышала, когда закончилась речь, и замерла, едва почувствовала, как рука жениха напряглась, а затем священник подал им чашу, наполненную голубоватой жидкостью. Крепко сплетя пальцы, брачующиеся опустили кисти в чашу, с удивлением наблюдая, как едва видимая сероватая вязь проступает на руках.– Боги благословили союз! – вскричал священник.Поначалу в зале воцарилась тишина, затем послышались первые робкие поздравления, и вскоре аплодисменты, свист, выкрики с пожеланиями счастья и удачи.– Теперь ты точно моя! – торжествующе произнес Ангус Рокофор, поворачивая к себе жену и глядя на нее сверху вниз. – Дождался!– Это ты мой! – с вызовом ответила Аранда, а затем первая потянулась к мужу, чтобы скрепить союз поцелуем.Из первого рядя за ними наблюдал с улыбкой Ирман, а чуть позади него стояла Алина, крепко держа за ручку худенькую девочку-подростка, а с другой стороны высокого статного мужчину, который с мрачным видом взирал на все сверху вниз.– Ты так радуешься, словно это твоя свадьба! – проворчал он, сверкнув глазами.– Да! – с улыбкой подтвердила учительница. – Я радуюсь, потому что точно знаю, какой хочу видеть свою свадьбу! А ты?Люциус хотел ответить что-то резкое, но затем смягчился.– С тобой я готов на все, – сухо заметил он.– Это значит «да»? – засмеялась Алина.– Да! – ответил господарь Романдии.