Глава 43

Каких-то явных следов драки заметно не было. Мебели, чтобы ее переломать, здесь не стояло, а в каком порядке раньше валялись камни, я не помнила.

Разве что все присутствующие выглядели растрепанно-взъерошенными. Все, кроме Халка. Одежду, от которой могли оторвать лоскуток или пуговицу, он не носил, а разворошить ему волосы мне никогда не удавалось, даже специально.

– Привет, мой хороший! – Первым делом я обняла своего тролля, а уже потом кивнула Максимилиану, крепко прижимающему к себе Розалию. – Развлекаетесь?

– Это она прокляла моего мужа! – После этого выкрика я одобрительно покосилась на свою копию.

Милая наивная девочка превратилась в разгневанную хищницу. Сейчас она совсем не напоминала витающую в облаках красавицу. У нее разве что молнии из глаз не вылетали, причем прицельно в притихшую на камушках связанную Бетти.

– Прокляла, чтобы в быка превратить! Представляешь?!

Я представляла. И думаю, если бы взгляды могли убивать, то свидетеля и преступницу в одном лице уже давно бы испепелило.

Хотя я успела заметить, что Бетти тоже косилась на всех не слишком добро. Но при виде меня все эмоции, кроме удивления, покинули несчастную. Интересно, что у бедной женщины сейчас в голове творится? Травишь одну жену, стараешься, и вдруг раз – и их две!

– А до быка еще бабушка твоя додумалась или уже мамочка? – присев рядом с Бетти, обманчиво ласковым голосом доброго полицейского поинтересовалась я.

– Ты кто такая вообще?! – все еще пытаясь объять наше с Розалией раздвоение, грубовато поинтересовалась служанка.

– Независимый эксперт, – ляпнула я первое, что пришло в голову. – Давно уже за тобой наблюдаю и за твоей семьей. И за тем, как ты справедливость пытаешься восстановить.

Когда пытаешься что-то у кого-то выяснить, лучше дать понять, что ты с этим человеком на одной стороне. Иногда помогает. Но Бетти на мою хитрость не клюнула.

Скривившись, словно откусила сразу пол-лимона, женщина демонстративно отвернулась. Только желание выплеснуть яд оказалось сильнее, к тому же провокация про «справедливость» ее все же задела.

– Они предложили отправить мою мать в пансион! Ведьму и дочь ведьмы! В пансион! Чтобы потом выдать замуж за благородного! – Бетти выкрикивала это с таким возмущением, словно ее мать в тюрьму или крепость пытались заточить. – А потом хотели выкупить у бабки право называться графиней, но она им всем отказала.

Меня так и подмывало сострить что-то типа «нашла чем гордиться», только на самом деле я же сама совсем недавно отказывалась от всех этих аристократических финтифлюшек ради привычной жизни.

– Денег за молчание взяла, а бумагу и печатку их драгоценную не отдала, – продолжила Бетти. Наверное, если бы не связанные руки, она бы с удовольствием покрутила у меня перед носом кукишем. – Как вот они свое графство без печатки докажут?! – И женщина с презрением зыркнула на Максимилиана.

Ну вот, тайна брака болезного графа разгадана.

Его молодую жену были готовы признать, но она предпочла для себя и своей дочери путь ведьмы, а не аристократки. И родовой перстень, получается, она украла, а не незаконнорожденные потомки дриады. Хотя, судя по тому, где это кольцо было спрятано, в краже все поучаствовали.

– Но раз отдача за проклятие поразила именно его, – я тоже покосилась на притихшего Максимилиана, – значит, по мнению магии он и есть самый прямой и самый законный потомок.

– Прямой потомок – Джейкоб! – огрызнулась Бетти. – Просто он не сын ведьмы.

– Джейкоб – потомок дриады, – блеснула я своей осведомленностью, – к тому же бастард.

– А по вашим людским законам главное, что он – сын. – В голосе женщины было столько ехидства, словно она вот-вот мне язык покажет. – Все перейдет к нему! А этот, – служанка опять злобно поглядела на Максимилиана, – должен был стать быком. И сыновей не оставить.

– Сыновей… – Я уцепилась за последнюю фразу, прокручивая ее в голове и пытаясь найти ей место в том безумном пазле, который уже почти собрался. – Потому что иначе отдача проклятия перекинется на его ребенка и в быка станет превращаться уже он?

Розалия испуганно охнула и прикрыла живот руками, как будто собиралась сама себя обнять или защитить зародившуюся внутри нее жизнь. За те две недели, что меня не было, кое-кто умудрился забеременеть?!

Однако по сути Бетти права. Конечно, если Джейкоб сможет доказать, что его дед – сын старшего брата прадеда Максимилиана.

Только с подтверждениями, как я поняла, все сложно. Разве что где-то спрятано завещание с признанием незаконного сына. А иначе переход титула и замка совершенно оправдан, ведь мужская линия оборвалась. Подделать листы в метрической книге преступникам уже никто не даст. И получается…

– Да чтоб вас всех!.. – Очевидно, это были не просто слова, а проклятие, потому что Розалия вытянула вперед руки, как будто отталкивая от себя что-то невидимое никому, кроме нее и Бетти. Вот только старшая ведьма, раскидываясь пожеланиями добра, не рассчитала, что у нее связаны руки и что у ведьм выражение «отдача замучает» может пониматься очень буквально. Максимилиан – яркий этому пример.

В общем… я даже не сразу сообразила, что именно произошло, как вдруг связанная служанка принялась стонать, извиваться и потом обмякла, как будто… умерла?

Присев рядом с женщиной, я пощупала ее пульс, попыталась выяснить, дышит ли она, и с облегчением убедилась, что мы не стали свидетелями убийства на расстоянии. Жертву лишь оглушили до потери сознания.

– А что, так можно было?! – с возмущением поинтересовалась я, встав и укоряюще посмотрев на Халка.

– Да я сам не ожидал, что этот нежный цветочек так разойдется, – немного виновато принялся оправдываться тролль. – Взяла и все сделанные этой ведьмой проклятия ей самой вернула.

Уважительно хмыкнув, я обернулась к Розалии. Для человека, стукнувшего противника магической кувалдой, девушка выглядела довольно неплохо. Лишь побледнела слегка и прижалась к мужу.

– Из чаши выпить дал? – озарило меня.

– Ну да, – поежился под моим обвиняющим взглядом Халк. – Ей же с мужа проклятие снимать надо было, ребенка вынашивать, а она смотри какая хрупкая, не пойми в чем душа держится…

Чем старательнее тролль пытался объяснить свое решение, тем сильнее мне хотелось шлепнуть его по заднице. А ведь всегда считала, что если и ревнивая, то не очень агрессивно.

– Дальше-то что делать? – прервал мои садистские фантазии Максимилиан. – Старуху ловить будем?

– Нет, сначала ты нас всех накормишь, – поджав губы, буркнула я, чувствуя, как в животе начинает горемычно поуркивать. – В минотавра ты вроде как превращаться уже не должен. Но угроза превращения в быка все еще осталась. Так что давай выполняй прописанную на каменных скрижалях часть уговора. Корми голодных троллей.