Глава 15 · Завеса тайны приоткрывается?

Вечером я долго слонялся по комнате. Мыслей было слишком много. Обдумывал тренировки ребят, их шансы на победу в турнире, равные нулю. И загадку принца Ленора, который с виду казался добрым и милым, зато выяснилось, как мало мы знаем о другой стороне его жизни.

Нет, за принцем надо проследить. По своему опыту знаю: самые тихие люди скрывают самые большие тайны. И могут натворить много бед. Учитывая, что Ленор не простой профессор академии, а принц и, ввиду отсутствия детей у крона, один из претендентов на престол, он может быть опасен.

Поэтому я накинул плащ и выскользнул из комнаты. Вышел во двор общежития – окна принца светились. Но не обязательно находиться дома, чтобы в твоих окнах горел свет. Магия решает все. Подождать? Как бы узнать, ушел Ленор или еще нет?

Судьба была ко мне благосклонна. Ночи ранней осени бывают по-летнему душными. И принц Ленор распахнул окно, чтобы впустить в комнату свежий воздух. На месте. Может, он и вовсе никуда не собирается? Но глаза говорили мне другое. Дело не в духоте. Ленор вглядывался в ночную тьму. Заметил слежку накануне? Или просто кого-то ждет? Я постарался слиться с мраком – мне всегда неплохо это удавалось.

Похоже, результаты увиденного принца удовлетворили, потому что свет в окне погас, и минуту спустя юноша появился в дверях общежития. Он и не собирался скрываться. Шел уверенно, достаточно быстро, но к чему медлить? И на воротах его никто не остановил.

Я метнулся следом – бесшумная тень под покровом мрака. Позабытый вкус охоты пьянил. Сердце выбивало бешеные ритмы. Любая тайна будет раскрыта.

Стоило принцу оказаться вдали от академии, как он ускорил шаг и начал чаще оглядываться. Знал, что его дражайший наставник подозревает и следит за ним? Или просто боялся, что кто-то идет по следу? Чувствовал? Правильно боялся, да только не того человека. Хотя человек ли я?

Я сошел с дороги в пролесок. Так шаги будут бесшумными. И меньше шансов, что случайно заметят.

Мы дошли до самой столицы. Ленор, как и я, не воспользовался воротами. Он нырнул в дыру в стене. Дагеору стоит намекнуть приятелю-крону, что защита его города слишком слаба. Но я – не враг себе, это и мои пути тоже. А Ленор тем временем свернул на уже знакомые улицы. Я шел достаточно далеко от него, опасаясь упустить малейшее его телодвижение. На мгновение принц остановился. Что он делал? Я сосредоточился, стараясь уловить магию. И вдруг Ленор пропал. Был – и исчез. Нет. Не может быть! Я бросился к тому месту, где видел его в последний раз. Ни следа магии. Словно и не было. Тьма! Со всей силы беспросветной ярости ударил кулаком по стене. Стена охнула – и открылся узкий проход, в котором легко можно было застрять.

Не раздумывая, ринулся туда. Проход вел между домами в глухой переулок. Конечно, Ленора там уже не было. Но и домов было всего пять или шесть. Стоит лишь подождать, чтобы выяснить, где был принц.

– Спрячься, дурак, – шикнул кто-то мне на ухо.

Я вздрогнул и чуть не наградил говорившего заклинанием. Но запоздало узнал голос Дагеора. Ощутил, как меня скрывает чужая иллюзия.

– Ты бы еще покричал под окнами, – фыркнул ректор. – Носишься, как бык. Даже я заметил.

Зато я его – нет. Теряю сноровку? Или становлюсь глупым? Что не так?

– Ты видел, куда он вошел? – спросил шепотом.

– Нет, не рискнул, – профессор увлек меня в тень, подальше от прохода, чтобы случайно не столкнуться с его воспитанником. – Что это за район?

– Ничего особенного, редко здесь бываю, – огляделся по сторонам. – Не самый бедный, не самый богатый. Здесь происходит мало событий. Удобное место, чтобы что-то скрыть.

– Или скрыться, – закончил мысль Дагеор.

И он был прав. Но что или кого может скрывать здесь Ленор? Оставалось ждать. Время ожидания тянулось мучительно долго. Словно все стрелки в Арантии замерли, чтобы мы с ректором как можно дольше мерили шагами мостовую. Рано или поздно всему приходит конец. Пришел конец и нашему ожиданию, когда двери среднего низкого домишки распахнулись и появился принц. Он кивнул кому-то на прощание и поспешил к тайному ходу. Теперь мы знали, где он был. Оставалось дать ему уйти в уверенности, что никто его не видел.

Прошло около четверти часа, когда Дагеор скомандовал:

– Пойдем.

Мы приблизились к дому. Осторожно поднялись на крыльцо. Окна были плотно зашторены. Ничего не увидеть.

– Есть план? – спросил у ректора.

– Есть, – кивнул тот. – Постучи и спроси дорогу, а я под иллюзией проскользну внутрь.

– Глупо, Дагеор. Мало ли что там. Могут быть последствия. Дай подумать. Может, окно им разбить? Все равно выбегут посмотреть, кто это сделал.

– И что? Выйдут незнакомые люди. Что нам это даст? Нет, надо внутрь. И желательно, чтобы никто не догадался, что мы внутри. Идея! Можно запустить туда следилку. Только вряд ли смогу такую сделать. Самую маленькую, которая передала бы, что там.

– Я могу, – сам удивился, как такая простая мысль не пришла в голову раньше. – Через каминную трубу запустим. Подержи еще иллюзию.

Я всегда с легкостью создавал следящие заклинания. Взял немного энергии у воздуха, скрутил в вихревой поток и отпустил на крышу. Сосредоточился на внутреннем зрении. Мое заклинание недолговечно, но должно хватить. Темно. Оно скользнуло по трубе, и я увидел комнату. Схватил Дагеора за плечо, передавая изображение. В комнате было двое. Женщина на диване и мужчина за столом.

– Тьма его побери! – выругался ректор. – Верховный жрец и мать Дара.

Да уж, не самая приятная встреча. Я вгляделся в лица, которые приходилось видеть лишь мельком. Кронна была все так же величественна. И то, что во дворце ей теперь, мягко говоря, не рады, никак не сказалось на внешнем облике. А Мартис постарел. Но я готов был поклясться, что он все так же способен растереть в порошок каждого, кто станет на пути к его цели.

– Что будем делать? – спросил у Дагеора. – Заглянем на чай?

– Нет, – раздраженно качнул тот головой. – Спугнем. Ни я, ни ты не справимся с ними в одиночку. Надо поговорить с Ленором.

– Собираешься прямо спросить у принца, почему его маменька с верным псом проживают в столице, когда должны быть на краю света?

– Приблизительно так, – кивнул Аланел. – Я знаю Ленора вот уже четвертый год и ни за что не поверю, что он хотел кому-то навредить. Есть причина, по которой он тут бывает. Я хочу ее знать.

– А с чего ты взял, что парнишка выложит все, как на духу? – меня продолжали мучить сомнения.

– Я хотя бы попытаюсь. Идем отсюда. Чем дальше от нас Мартис, тем мне спокойнее.

Не дожидаясь меня, Аланел ринулся прочь. Он не стал искать потайной ход, а помчался в обход. Можно было оставить его и прогуляться по своим делам, но мне не давало покоя присутствие в столице Верховного жреца. Да, в теории Дар отказался от этой должности, но на практике никто Мартиса не лишал полномочий. Он по-прежнему Верховный жрец Арантии.

Я шел на пару шагов позади Дагеора. Не хотел мешать ходу его мыслей, да и свои не давали покоя. Как давно Мартис здесь? Или, может, он и не думал скрываться? Дарентел проморгал злейшего врага под самым своим носом. Мне было мало известно о причинах ненависти между кроном и жрецом. Кроме несостоявшегося заговора, развязку которого пришлось наблюдать. Были только подозрения и догадки.

Мартис. Один из тех, кто был так заинтересован в моей силе. Один из тех, кто отправил меня в подземелья тюрьмы Ладема. И, что уж таить, один из тех, кого я мечтал убить. Ненависть, уснувшая за эти относительно спокойные три года, подняла голову. Напомнила, что она здесь и никуда не исчезла. Ненавижу Мартиса и тех, кто действовал, прикрываясь его позволением. И стоит им оступиться – уничтожу.

Ректор несся так, что я едва поспевал за ним.

– Дагеор, куда ты летишь? – окрикнул безумца.

– В академию, – не оборачиваясь, ответил он.

Хотел сказать, что вряд ли принц Ленор поспешит поделиться с наставником всем, о чем ему поведали Мартис и Арда. Что ректор наивен, если думает иначе. Но за эти дни я слишком хорошо узнал, что из себя представляет Аланел эр Дагеор. Он никогда не откажется от Ленора. Потому что не умеет принимать поражения. А значит, будет сражаться до конца.

Мы миновали ворота. Стражники проводили нас равнодушными взглядами. Путь до академии, достаточно долгий, промелькнул так быстро, словно за нами гнались создания нижнего мира. Поэтому, когда впереди замаячила академия, я даже обрадовался – и задумался. Стоит ли помочь Дагеору вывести принца на чистую воду? Или… Нет, пока буду держаться в стороне. Но только пока.

Аланел

Сказать, что я был в ярости, – ничего не сказать. Попадись мне на пути кто-нибудь, кого я на дух не выношу, – превратил бы его в коврик под ногами. Хотелось рвать и метать. Ленор! Я не мог поверить, что он мог нас предать. И представить не мог, как сказать об этом Дару. Тот никого не пощадит. Ни брата, ни мать. Слишком велики его обида и ненависть.

Что же мне делать? Поговорить. Прежде всего – поговорить, чтобы не наломать дров. Но могу ли я верить Ленору так же, как прежде? Не просто верить – доверять? Понимал, что нет. Он слишком просто лгал в глаза. Притворялся. Когда только научился? Хотя было у кого. Я привык видеть в Леноре подростка, который когда-то переступил порог академии. Мальчик вырос. И принимает свои решения.

В голове стучала барабанная дробь. Владис пытался воззвать к моему разуму, но быстро оставил попытки. В общежитии я быстро распрощался с ним и влетел в свое крыло. Потому что промедление убивало. Не меня, а веру в Ленора.

Постучал в дверь.

– Входите, – раздался спокойный ответ.

Ленор сидел за столом и мелким убористым почерком выписывал что-то из книги. Наверное, готовился к лекциям. Он выглядел умиротворенным, словно и не покидал этим вечером свою комнату.

– Я заходил раньше, тебя не было, – решил застать его врасплох.

– Гулял, – парень даже в лице не переменился. – Погода сегодня замечательная.

Я вглядывался в лицо Ленора, пытаясь найти что-то, чтобы намекнуло на ложь. Ничего. Он стал отменным лжецом.

– Хорошо, – сел в кресло напротив. – Ленор, мне надо с тобой серьезно поговорить.

– Что-то случилось? – в голубых глазах промелькнула тревога.

– Да. Ленор, как давно твои родители в Ладеме?

Вот теперь принц переменился в лице. За какое-то мгновение он стал белее мела. Только глаза словно светились, выдавая приближавшийся всплеск аномалии. Но я не стал его успокаивать. Разнесет весь этаж – пусть. Зато узнаю правду.

– Вы следили за мной, профессор, – в его голосе звучала укоризна.

– Следил. Хоть и заметил твои постоянные отлучки случайно, – я приказал себе сохранять спокойствие. – Ловко придумано с потайным ходом. Никакой магии. Ничего, что бы могло тебя выдать. Сам догадался? Или Мартис подсказал?

– Не пойму, в чем вы меня обвиняете, – Ленор думал, я не замечу, как он сжал кулаки под столом. – Я кого-то убил? Ограбил? Я всего лишь общался со своими родителями, профессор Аль. Это преступление?

– Когда они – государственные преступники, то да.

Ленор подскочил на ноги. Нервно прошелся из угла в угол. Обернулся. Передо мной был другой человек. Куда делись рассеянность и теплота? На меня словно смотрел Мартис. Взгляд колкий, сосредоточенный, словно это я в чем-то виноват.

– Дар знает?

В эту минуту единственное, что его интересует, – знает ли брат. Хотя определенная логика есть. Потому что, если бы Дарентел узнал, Мартиса и Арду уже бы пытались задержать.

– Просто скажи, он знает или нет? – гаркнул Ленор, отбросив и привычный официальный тон, и видимость равнодушия.

– Пока нет, – ответил я.

Принц упал в кресло и закрыл лицо руками. Под его кожей словно что-то шевелилось. Сила, готовая в любой момент снести меня с лица земли. Хотелось успокоить его – и хорошенько встряхнуть. Чтобы хоть на мгновение понял, что натворил.

– Ты ему скажешь? – Ленор обернулся ко мне. Отчаяние. Вот что читалось в его глазах.

– Скажу. Он имеет право знать.

– Что мне сделать, чтобы ты молчал?

Ленор пытается торговаться? Это что-то новое. Я не верил своим глазам и ушам. Что происходит? Как я мог это проглядеть? И как, тьма побери, мне во всем этом разобраться?

– Быть откровенным, – тщательно подбирал слова для ответа. – Просто скажи мне правду. И я решу, как с ней быть.

– Хорошо, – Ленор снова сел к столу. – Наверное, ты хочешь знать, как давно я общаюсь с родителями. Все эти три года. Я знал, что они в Ладеме. Узнал почти сразу. Сначала бывал у них очень редко – боялся, что Дар прикажет за мной следить. Потом понял, что никакой слежки нет. Насчет дома – он куплен давно для такого случая. Дядя Марти все предусмотрел. Как всегда. А я вот не смог. Откуда мне было знать, что надо опасаться тебя?

– Я-то ничего не заметил. Плохой из меня наставник. А вот твой брат куда более внимателен. И я еще говорил, что он стал слишком подозрительным. Похоже, Дар просто поумнел, в отличие от меня.

– Аль, поверь, они ничего не затевают, – на смену отчаянию пришла надежда. – Мама счастлива с Мартисом. Им не нужны власть или месть. Просто чтобы их оставили в покое. А Дар никогда этого не сделает. В нем слишком много ненависти.

– Я бы хотел поверить, Ленор, – я пытался понять, что обо всем этом думаю, но в голове царил сумбур. – Но после твоей лжи – не могу. Ты потерял мое доверие. И если бы я не знал, что стоит заикнуться об этом Дару и он сметет все на своем пути, то рассказал бы ему уже сейчас.

Я действительно не знал, что мне делать. Как справиться со свалившейся на плечи ношей. Сказать Дару? Последствия будут разрушительными. И тьма с Мартисом – месть Дара может задеть и Ленора. Не сказать? Как? И не получится ли потом так, что я стану причиной нового заговора, на этот раз более успешного?

– Аль, я тебя прошу.

Что мне ему сказать?

– Хорошо, – кивнул я, и Ленор вздохнул с облегчением. – Но за них отвечаешь ты. Чуть что, малейшее сомнение – я пойду к твоему брату.

– Спасибо, – Ленор грустно улыбнулся. – Ты все тот же профессор Аль. Сердце этой академии. Поэтому я так хотел сюда вернуться. Здесь нет моего положения, власти, чьих-то интриг и амбиций. Ты никого не судишь по тому, чей он сын или брат. И я не понимаю, как тебе это удается. Аль, я клянусь, ни Мартис, ни мама никому не причинят вреда. Головой ручаюсь.

– Пусть так. Но будь осторожен. Ладно, закроем тему. Надеюсь, ты услышал то, что я хотел тебе сказать. Спокойной ночи.

Я вышел из комнаты. Имей я способность видеть будущее, триста раз бы проклял свои доверчивость и недальновидность. Но Ленор оказался прав. Из-за моей работы я старался находить в людях хорошее, чтобы это хорошее могло перекрыть аномалию или другие недостатки. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь это сыграет со мной злую шутку?