Глава 23

- Игра - особый ритуал, который проводится для создания связи между дракониром и его избранницей, - говорил Арвин, перебирая мои волосы. Его пальцы медленно скользили по прядям, будто он находил в этом занятии особое удовольствие. - Той, на которую реагируют инстинкты, которую невозможно отпустить, даже если попытается сбежать. Понимаешь, искра моя?

Мы лежали на кровати, кое-как оторвавшись друг от друга. Вернее, это Арвин совершил титаническое усилие воли, потому что я уже не смогла бы прервать начавшееся безумие. А он напоследок поцеловал меня в нос, перевернулся на бок и утянул за собой, заставив умостить голову на его плечо. И теперь вот рассказывал, а я слушала.

- Это не забава, если тебе могло показаться. Игру затевают один раз. К сожалению, если драконир не нашел избранницу в процессе преследования или же она пострадала, больше он не сможет ни с кем образовать связь и дать потомство.

- Как много ограничений. Как много нюансов, - пробормотала я, рассматривая его ладонь, которая лежала поверх моего плеча.

- Но теперь, - повернул он ко мне голову, - нужно лишь закрепить начатое.

- В каком смысле?

Он усмехнулся как-то совсем нежно.

- В том самом. Но не бойся, я не стану напирать. Буду ждать, сколько нужно. Хоть месяц, хоть год. Это особенное место, напитанное силой, отрезанное от остального мира. Нам никто не помешает здесь.

Я резко села, высвобождаясь из его рук.

- То есть вы схватили свою жертву и уволокли, скажем так, в пещеру, чтобы там…

Голос сорвался. Я смотрела на мужчину и чувствовала, как внутри закипает протест. Снова это ощущение, что меня не спрашивают, что мое мнение ничего не значит, что я - лишь средство для достижения цели. И пусть Арвин говорил о ритуалах и связи, но разве это меняло суть?

- Сделать окончательно своей, да. - Он не отвел взгляд. Не попытался оправдаться или приукрасить. - Так работает магическая связь.

Я вскочила с кровати, отошла к окну. За ним простиралось небо - бескрайнее, синее, пустое. Ни облачка. Ни одной птицы. Только скалы и далекие вершины гор.

- А как же Коэн и его матушка? Они же там, остались на дороге. Вы бросили их и помчались за мной, хотя должны были закончить важное дело.

- Скайлар знает, что я полетел к тебе в монастырь. Если я не вернусь несколько дней, то забьет тревогу и отправится проверить, что случилось. Магия не отпустит этих двоих, они надежно скованы. Но если им удастся-таки сбежать, след останется, и кузен найдет их.

Я обхватила себя за плечи. Смотрела в окно, но видела не горы, а черное пламя, льющееся с небес. Слышала не тишину этого места, а крики умирающих. Как же избавиться от надоевшего воспоминания? Как забыть его?!

- Ты дрожишь, - голос генерала раздался совсем рядом. Арвин встал за спиной, но не коснулся. - Боишься меня? Или того, что можешь почувствовать?

- Я боюсь, что для меня станет нормальной жестокость. Боюсь, что приму ее и начну закрывать глаза, оправдывать себя или другого. - Я запнулась. Вздохнула. - Не хочу этого.

Тишина. Такая долгая, что захотелось обернуться и проверить, не ушел ли Арвин. Но потом его руки легли на мои плечи. Осторожно. Бережно. Он развернул меня к себе.

- Не станет, - произнес он вкрадчиво. - Не представляю, что столь сильно повлияло на меня в условиях того временного витка, ведь убивать невинных и слабых не в моих правилах. Однако я понимаю, что оправдания лишние, ты не примешь их. Поэтому не пытаюсь что-то говорить. Но... ты сама удержишь меня от пропасти, не дашь скатиться в бездумную жестокость не только при помощи своих способностей, но и одним лишь присутствием рядом. Не надо бояться.

Он наклонился и легонько поцеловал в лоб. Простое прикосновение, почти целомудренное, но от него почему-то защипало в глазах.

- Я не хочу, чтобы вы ждали, - прошептала. - Я не хочу быть ничьей надеждой на спасение. Я очень устала.

- Представляю.

- Нет, не правда. Вы не представляете, каково это - прожить одну и ту же ночь четыре раза. Постоянно надеяться, что вот теперь получится правильно. В итоге ошибаться. И терять...

Он молчал. Просто держал меня, позволяя выговориться.

- И самое ужасное, - я судорожно втянула воздух, - что в каждой реальности все дальше уходила от той, кем была. От Лайры, которая готова на жертвы ради любви, которая свято верила в мужа, в счастливый брак. Но все это оказалось ложью. Нет ничего. Ничего не осталось. Я была такая уверенная, решительная, а теперь... окончательно потерялась. Поэтому рвалась в монастырь, ведь хотя бы там все понятно, знакомо и точно правильно. Вот только... в этой гонке потеряла себя, уже не знаю толком, кто я сама такая.

- Ты искра, - сказал он. - Ты та, кто смогла остановить заговор, спасти маленького дракончика, усилить мою колыбельную. Ты та, кого я искал, даже не догадываясь об этом. И ты - просто Лайра. Этого достаточно.

Я подняла на него глаза.

- А если не соглашусь заканчивать ваш ритуал?

- Значит, будем жить здесь вечно.

- Как все просто у вас. - Я высвободилась из рук мужчины, отошла на шаг. - Но если я не согласна находиться с вами в этом месте? Если не хочу быть в заточении?

- Какое интересное определение, искра моя. - Он не двинулся с места, только пальцы его дрогнули. - Еще назови меня мучителем. Я не смогу обидеть тебя, понимаешь? Ты… особенная. Ты захватила в плен, как только упала на колени и попросила, протянув эту маленькую ручку, - попросту оторвала от меня жизненно важную часть. Мне сложно это выразить словами.

- И не надо. - Я качнула головой, чувствуя, как внутри поднимается знакомая горечь. - Я уже многое повидала и… разочаровалась. А слова - это просто слова.

Отвернулась. Посмотрела в небо, снова обхватила себя за плечи. За стеклом медленно сгущались сумерки, окрашивая небо в глубокий синий цвет. Тот самый, который я старалась избегать, который вроде был на мне, хотя платье выглядело серым. Обман зрения? Насмешка стоящего рядом драконира? Или он специально сделал так, чтобы только драконы видели и знали, что она, то есть я, уже занята?

Арвин приблизился сзади. Я каждой клеточкой чувствовала его тепло, его дыхание, его присутствие. Обнял со спины, осторожно, будто я была хрупким сосудом, который легко разбить. Поцеловал в макушку.

- А если… - голос мой сорвался, и пришлось начать заново: - Если я все-таки откажусь от вас? Если выберу другого? Если захочу уйти и не приму вас?

Молчание. Тяжелое, давящее. Цепкие пальцы на мгновение сжались сильнее, впиваясь в ткань моего платья.

- Не надо так, Лайра, - тихо-тихо, у самого уха. Проникновенно. Так, что внутри что-то дрогнуло, отозвалось глухой болью.

Я развернулась, заглянула мужчине в глаза. В них плескалось что-то темное, опасное, но сдерживаемое волей.

- Отпустите или нет? - спросила я. - У меня есть выбор? Вы предоставите его мне?

- Не надо, - качнул он головой. Нахмурился. Всматривался в мое лицо, пытаясь понять, не шучу ли, правду ли готова уйти? - Не надо так со мной.

- Как?

- Я не могу… - он сжал челюсть, и желваки заходили под кожей. - Я не в состоянии тебя отпустить. Понимаешь? Это выше моих сил. Ты спрашиваешь, есть ли у тебя выбор. А у меня его нет. Совсем. С того момента, как ты упала передо мной на колени, не осталось никакого выбора.

Он отступил. Отошел к камину и оперся рукой о каменную полку. Спина прямая, плечи напряжены.

- Ты говоришь о жестокости, явно ссылаясь на мое черное пламя и деревни, которые сжег, - прозвучало негромко. - И ты права. Это было, видимо. Судя по всему, я совсем обезумел от потери друзей, близких. Решил отомстить всему человечеству. Но я не ищу оправданий.

Арвин повернул голову.

- И ты - не средство для достижения целей. Я не пытаюсь возложить на тебя миссию по восстановлению нашей расы, не собираюсь использовать, не буду ничего требовать. Но если скажешь уйти... все потеряет смысл.

Я стояла, не в силах пошевелиться. Сказанные фразы падали на мои плечи тяжелыми камнями.

- Тогда… - Мне пришлось откашляться, чтобы продолжить: - Скажите те самые слова, над которыми раньше насмехались. Признайтесь в своих чувствах. И может я подумаю…

- Ты жестока.

- А вы беспощадны в своей мести, ваша светлость, - непримиримо произнесла. - И я не могу до конца это принять. Не в состоянии так просто это сделать.

Он долго молчал. Так долго, что я уже решила - не скажет. Что гордость, или упрямство, или та самая мужская самоуверенность не позволят ему произнести то, что драконир старательно высмеивал.

- Я не знаю, как это называется, - начал-таки генерал. Взмахнул рукой, и в камине загорелся огонь. Отсветы пламени заплясали на суровом лице. - Не знаю, то ли это чувство, о котором пишут в ваших людских книгах и поется в песнях. Или это нечто другое, более древнее и глубокое. То, что заставляет драконира искать свою пару сквозь годы и расстояния. То, что сжигает изнутри, когда все же не может найти.

Он перевел дыхание.

- Зато точно уверен, что, когда ты упала передо мной на колени в коридоре семьи Мевисов и протянула руку, мир перестал существовать. Осталась только ты. Твои глаза. Твоя ладонь в моей. С тех пор каждый миг без тебя кажется бесконечностью. Каждый вдох - недостаточным. Каждое мгновение, когда я не вижу тебя, - потерянным. Мне сложно это признать даже себе.

Генерал оттолкнулся от камина, полностью повернулся ко мне.

- Не знаю точно, как это называется, Лайра. Но если тебе нужно слово - пусть будет «любовь». Значит, я люблю тебя. Так отчаянно, что готов ждать вечность. Так сильно, что сгорю в собственном пламени, если скажешь уйти. Так безумно, что соглашусь стать тем, кем ты захочешь видеть меня, даже если для этого потребуется от всего отказаться.

Тишина.

Я смотрела на Арвина и чувствовала, как рушатся стены, которые старательно возводила. Камень за камнем. Кирпич за кирпичом. Он сносил их не напором, не силой - простыми словами, затрагивающими самые затаенные уголки души.

Наверное, следует что-то ответить.

- Я… - оказалось сложно подобрать нечто толковое, правильное. - Мне нужно время.

Драконир кивнул. Просто кивнул, да, не потребовал ничего взамен.

- Я покормлю тебя, - сказал он. - Ты не ела с самого утра.

И создал ужин из ничего - просто взмахнул рукой, и на небольшом столике у камина появились тарелки с дымящимся мясом, свежий хлеб, фрукты. Будто это было самым обычным делом.

А потом мы ели. Я почти не чувствовала вкуса, только смотрела, как огонь отбрасывает тени, и наблюдала за тем, как этот мужчина, способный стереть с лица земли целую деревню, сейчас осторожно клал мне кусочек мяса, потому что предыдущий уже съела.

- Отдельная комната, - сказала я, как только ужин закончился. - У вас есть для меня отдельная комната?

Арвин замер. На мгновение в его глазах что-то мелькнуло, но быстро исчезло.

- Смежная. Я покажу.

Он не пытался удержать. Не спорил. Просто проводил до двери, зажег свечи и убедился, что там тепло и есть вода для умывания.

- Если что-то понадобится, я рядом, - сообщил он. - Просто позови.

Мужчина ушел. А я осталась одна посреди полупустой спальни.

Смотрела на закрытую дверь и чувствовала, что совершила очередную ошибку. Самую глупую в своей жизни.

Но утром Арвин не исчез. Я обнаружила его сидящим в кресле, где он задумчиво наблюдал за красочным восходом.

- Вы не улетели, - озвучила свои мысли вместо приветствия.

- Я же сказал - буду ждать.

- Это глупо.

- Возможно.

- У вас есть дела. Расследование заговора, поиск всех предателей, император и его защита, столица…

- Там есть Скайлар. Дарракар же умеет постоять за себя. А вот у меня появилось кое-что более важное - ты.

Я закрыла рот. Спорить и переубеждать показалось бессмысленно. Но ведь... он все равно улетит, не останется со мной надолго.

А дальше медленно потянулся день.

Мы завтракали, потом гуляли по окрестностям замка - за ним был небольшой сад, дикий, заросший, но удивительно красивый. Арвин рассказывал, что это место теперь не пользуется спросом, потому что дракониры уже не затеивают игры, соответственно, и приводить сюда некого.

- Удивительно, он такой старый.

- Что в этом удивительного?

- Вы ведь завоевали людские королевства, объединили их в империю. То есть пришли с других мест. Несостыковка какая-то.

Мужчина усмехнулся.

- Мы родом отсюда. Ульеран - древнейший город, который процветал, когда дракониров было много. А потом случилась трагедия с массовым убиением наших девушек-искр, и предки покинули это место, надеясь сохранить то, что от них осталось. Ушли на несколько сотен лет, оставив все людям. И вот мы вернулись.

- Как интересно можно преподносить информацию, - пришлось задуматься о словах Коэна, еще раз переосмыслить их.

А вечером мы с генералом снова сидели у камина. Я смотрела на огонь, мужчина перебирал мои волосы.

- Расскажи мне, - попросил. - Все-все. Давай с самого начала.

- Зачем?

- Хочу узнать, что ты чувствовала ко мне, к своему человеку-мужу, ко всему остальному.

- О, вас начали заботить даже такие пустяки?

- Мне интересно.

И я не стала ничего умалчивать. На этот раз рассказывала не торопясь, не перескакивая с события на событие. Делала это медленно, смакуя детали, которые раньше опускала.

Как билось сердце, когда я впервые увидела черное пламя. Как холодели руки, когда поняла, что Коэн - часть заговора. Как было страшно прыгать с балкона и как дико - нестись на коне в ночи, сжимая гриву побелевшими пальцами.

Генерал слушал. Не перебивал, не задавал вопросов. Просто перебирал мои волосы, и это было так… успокаивающе. Будто он принимал каждое мое слово, каждую эмоцию, каждый страх.

- А что ты чувствовала, когда я целовал тебя в последний виток времени? - спросил он, когда я замолчала.

- Я думала, что вы чудовище, - призналась. - И что я схожу с ума, ведь мне это нравилось.

Он усмехнулся, но в усмешке не было веселья.

- А теперь?

Я задумалась, помедлила с ответом.

Генерал принял мое нежелание говорить, сразу предложил отправиться спать.

Ночь снова разделила нас. Я лежала в своей комнате, смотрела в потолок и думала, что завтра драконир точно улетит. Не может же он на самом деле бросить важные дела и запереться здесь со мной на неопределенный срок. Это абсурд. Это нерационально. Это…

Это было настолько непохоже на того расчетливого генерала, образ которого сложился в моей голове, что я свято верила: не увижу его утром!

Но он остался.

Не улетел ни завтра, ни послезавтра, ни через неделю.

Мы гуляли, многое обсуждали, даже спорили. Он рассказывал о драконирах, об Ульеране, о своем отце, который был очень строгим. Я же говорила о монастыре, о травах, о молитвах и умиротворении, которое они приносили раньше.

А еще... Арвин меня целовал. Делал это часто, будто само собой разумеющееся. Касался губ, лба, кончика носа, висков. Иногда - запястий, и тогда его глаза темнели, а дыхание сбивалось. Но он всегда останавливался. Отстранялся. Давал мне воздух, пространство, время.

И я привыкала.

К его присутствию. К его голосу. К его рукам в моих волосах. К тому, как мужчина смотрел на меня - будто я и правда самое ценное сокровище в мире.

К тому, что здесь, в этом замке, отрезанном от остального мира, не существовало ни Коэна, ни черного пламени, ни заговоров. Только мы. Только огонь в камине. Только бесконечные разговоры, от которых внутри становилось тепло.

А потом я начала замечать за собой странности.

Как задерживаю взгляд на его руках. Как прислушиваюсь к чужому дыханию, когда генерал засыпает в кресле у камина. Как ищу его глазами, стоит мужчине выйти из комнаты.

Как сразу скучаю, услышав пожелание спокойной ночи и оставшись в одиночестве.

И это настораживало. Пугало.

Просто я... устала бороться.

Устала доказывать себе, что генерал чудовище, тогда как он раз за разом убеждал меня в обратном. Устала вспоминать черное пламя, в то время как его руки касались меня так бережно, будто я была из тончайшего стекла. Устала ненавидеть, при этом находя в Арвине все больше того, что невозможно не любить.

И на пятнадцатую ночь...

Я снова находилась в зале, полном гостей. Белое платье, алое пятно под грудью. Рядом - Коэн, который протягивал руку. Леди Мевис, открывающая рот, чтобы начать очередную тираду. Снова они, опять этот момент.

Я смотрела на эту картину и чувствовала, как ледяной ужас схватывает горло, душит, душит...

- Не-ет! - резко подскочила и вдруг поняла, что это лишь сон.

Прижала ладонь к груди, где бешено колотилось сердце. Убрала прилипшие ко лбу волосы, вдруг посмотрела на дверь и сразу побежала к ней. Точно знала, что нужно сделать, чтобы не вернуться в день своей свадьбы.

Арвин уже сидел в кровати - видимо, услышал мой крик. Свеча на прикроватном столике освещала его встревоженное лицо и обнаженную грудь.

- Лайра? Что случилось?

Я не ответила. Подбежала, забралась к нему и залезла под одеяло. Прижалась к теплому боку.

- Тш-ш-ш, - он обнял меня, притянул ближе. - Я здесь. Я рядом. Тебе приснился страшный сон?

- Если вы лишите меня невинности, - прошептала я, зажмурившись, - то не потеряю дар?

Он замер.

- Теперь нет.

- Теперь? - я подняла голову.

- Да. Ты не жена лорда Мевиса, если считать по нашим обычаям, - произнес низко, с хрипотцой. - Ты моя пара. А это сильнее людских союзов, поверь. Тем более магию убирают с помощью магии, и против моей воли не…

Я дернулась вверх. Прижалась к губам Арвина, прерывая очередные объяснения. Он на мгновение застыл, а потом ответил - жадно, отчаянно, будто ждал этого момента всю жизнь.

Я обхватила широкую шею, притягивая ближе. Потом и вовсе залезла сверху, чувствуя, как горячие руки скользят по моей спине, сминают тонкую ткань ночной сорочки.

- Только не забирайте дар, - прошептала я, заглядывая в потемневшие глаза. - Я не хочу терять эту реальность. Не хочу лишиться всего этого.

- Не потеряешь, - улыбнулся генерал, и у меня от его мужественной красоты перехватило дыхание. - Я не позволю, любовь моя. Никому не отдам тебя.

Арвин перевернулся вместе со мной, и я оказалась под ним - такая маленькая, такая уязвимая. Но страха не было. Только предвкушение. Чистое желание.

- Лайр-р-ра, - прорычал драконир, зарываясь лицом в мою шею, целуя, легонько покусывая. - Моя Лайр-р-ра.

Магия скользнула по телу - легкая, как дуновение ветра, - и одежда исчезла. Я вздрогнула, но не от холода. К щекам сразу прилил жар.

- Ты прекрасна, - улыбнулся он. - Самая прекрасная из всех, кого я видел.

Мягкие губы коснулись ключицы. Плеча. Груди. Каждый поцелуй - как искра, воспламеняющая кровь. Я выгнулась навстречу, вплетала пальцы в густые волосы, потянула ближе, еще ближе.

- Арвин…

- Я здесь, - шептал он. - Я с тобой. Ничего не бойся.

И началось волшебство, в котором со мной обходились с поразительной бережностью. Я видела каждый всполох магии, танцующей в воздухе, каждую чешуйку, проступившую на коже Арвина, каждый отблеск пламени в его глазах. И чувствовала...

- Я люблю тебя, - выдохнула со стоном, не в силах это больше скрывать.