Глава 33

Алекс ставит еду на столешницу и приближается ко мне, чтобы не то обнять, не то поцеловать, но я его останавливаю и жестом показываю на стул.

— Если мы хотим, чтобы из этого что-то вышло, — неловко обвожу нас руками, — то нам нужно обсудить правила.

— Правила? — темная бровь скользит вверх и зеленые глаза смотрят на меня с любопытством.

— Да, правила. Я начну со своих пунктов, потом можешь добавить свои. Договорились?

Алекс кивает, но я вижу что он едва сдерживает смех и раздраженно бросаю:

— Что такого смешного я сказала?

— Ничего, — он поднимает руки в знаке примирения, — просто не могу отделаться от мысли, что ты сейчас вытащишь договор на триста страниц, а потом поведешь меня на экскурсию в свою «красную комнату».

— Красную комнату? — теперь мой черёд изумленно хлопать ресницами, — О боже! Ты что, сравнил меня с Кристианом Греем?

— Прости, — Алекс уже даже не пытается сдержать смех. — Просто ты такая серьезная и деловая… Если ты наденешь свои очки, в которых я тебя как-то видел в кабинете Лугового, то можешь вносить любые пункты — подпишу не глядя.

Я закатываю глаза и решаю проигнорировать данный комментарий. Хотя, позже очки, пожалуй надену… если он будет себя хорошо вести.

— Во-первых: о встречах договариваемся заранее. Идеально — составить расписание. Меня устраивают четверг и суббота. Хотя, — я сбиваюсь на полуслове, понимая, что теперь данная информация не актуальна. Работы у меня нет, а значит свободных вечеров у меня гораздо больше. Пока я не найду новую работу, по крайней мере. — Насчет дней определимся позже, когда я что-то решу насчет работы. Но главное — никаких сюрпризов.

— Почему? — спрашивает Алекс и я понимаю, что он не издевается, а искренне недоумевает почему не может просто так заявиться ко мне.

— Потому что меня может не быть дома. Или я могу быть занята. Как сейчас, например.

— Чем ты занята? — невинно спрашивает он, пытаясь заглянуть в экран ноутбука.

— Бесполезной рассылкой резюме, — грустно вздыхаю, — у меня еще теплится надежда найти новую работу по специальности. Но как выяснилось, стажеры или ассистенты с неполным графиком никому не нужны.

Алекс переводит недоуменный взгляд с ноутбука на меня: — Так ты же хотела стажироваться у Игнатова.

— Хотела, — раздраженно парирую я, — но я же тебе говорила, я не успела отправить ему свое эссе. И теперь стажировка мне не светит.

— В четверг банкет в честь двадцатилетия «ГолдТранс», Игнатов там будет, его контора не раз их представляла в суде. Я достал нам приглашения и попробуем убедить Игнатова выслушать тебя. Если нет, подключим тяжелую артиллерию — моего отца. Они не то чтобы приятели, но знакомы давно. Уверен, Игнатов не выдержит такого натиска.

Мои глаза округляются до неприличных размеров и рот растягивается в удивленную О, а Алекс, не замечая моего замешательства, продолжает:

— Я навел справки, стажера он пока не выбрал, Жанна, его секретарь говорит, что он даже не начал изучать присланные работы и с таким плотным расписанием вряд ли начнет до выходных, а значит у тебя есть шанс.

Он еще что-то говорит, но я уже не слушаю, потому что трачу все силы на то, чтобы совладать с эмоциями. Я совсем не привыкла к тому, чтобы обо мне заботились и сейчас, когда он так просто и обыденно рассказывает о своем плане, меня переполняют эмоции.

Алекс, наконец, замечает мое состояние и замолкнув на полуслове, минует расстояние между нами в несколько шагов.

— Я же вчера сказал, что мы что-нибудь придумаем, Даарья.

Сказал, да… но откуда мне было знать, что он действительно что-то придумает? Вот так просто! Я думала, это была одна из тех фраз, которую обычно произносят после того как человек пожалуется на свою жизнь. Типа «да брось ты ныть, что-нибудь придумаем». Но как правило, на этом все и заканчивается. Дальше все идет по старой схеме — спасение утопающих, дело рук самих утопающих. По крайней мере, именно так было у меня на протяжении всей жизни. Если у меня возникали проблемы, я знала, что никто кроме меня их не решит.

Он мягко надавливает пальцами на мой подбородок, чтобы заглянуть в мои глаза и немного нахмурившись, обещает:

— Все будет хорошо, Даарья.

И почему-то я ему верю. Этому золотому мальчику, в чьей жизни, наверняка, никогда не было проблем. А если и были, то явно решались родителями. Но сейчас это не важно. Важно то, как он на меня смотрит и как от его взгляда в моем животе начинают порхать гигантские бабочки. Хотя…звук, который мой живот издает в следующее мгновение, больше похож на рев кита, чем на милых насекомых. Мы оба начинаем смеяться и Алекс замечает:

— Я так понимаю, еду я принес вовремя?

За ужином мы обсуждаем предстоящий праздник, обдумываем как лучше подойти к Игнатову и что делать если он откажется меня выслушать. К концу трапезы у нас есть как минимум три варианта развития событий и я чувствую как за спиной снова вырастают крылья как в пятницу, когда я только заполучила визитку «Кредо». Надеюсь, на этот раз эйфория продлится дольше, в прошлый раз Луговой вывел меня из этого состояния слишком уж быстро.

Я ставлю грязную посуду в мойку и низ живота наливается теплом от предвкушения. Что-то мне подсказывает, что в этот раз с первого раза помыть посуду мне опять не удастся. Скрип стула и мягкие шаги за спиной свидетельствуют о том, что Алекс думает о том же. Но как только его руки оказываются на моей талии, телефон в его кармане оживает веселой трелью. Булавин хмурится, достает смартфон, пару секунд удивленно смотрит на экран, а затем выходит из кухни.

Не переживай, посуда, ты спасена от вечного прозябания в моей раковине.

Я успеваю лишь нанести моющее средство на щетку, когда Алекс возвращается и говорит, что ему нужно срочно уехать. Причину он не объясняет, а я не спрашиваю. Не хочу показаться ревнивой девицей, несмотря на то, что на улице уже почти ночь и мне жутко любопытно куда это ему так срочно понадобилось.