Глава 35

Я бросаю очередной взгляд на часы и ерзаю на пассажирском сидении булавинской машины. Мы опаздываем на мероприятие уже на двадцать минут и судя по тому с какой скоростью он ползет, доберемся не раньше, чем минут через десять.

— Ты не мог бы ускориться? — даже не пытаюсь скрывать нетерпение. — Не для того немцы корпели над этим движком денно и нощно, чтобы ты сейчас плелся как улитка.

Алекс бросает на меня взгляд, в котором читается улыбка, но на педаль газа нажимает чуть сильнее.

— Спокойно. На такие тусовки никто не приходит вовремя. Уверен, Игнатов появится там не раньше чем через час.

— Это не повод расслабляться — упрямо вздыхаю.

— Сначала ты делаешь все для того чтобы я расслабился, а теперь хочешь чтобы я напрягся? Где логика, Даарья? — он опять отвлекается от дороги, улыбается и буравит меня взглядом, от которого кожа покрывается мурашками. — Не то чтобы я жаловался, не подумай. Это было феерично. Спасибо.

Я тут же покрываюсь румянцем, и пискляво выдавливаю:

— Спасибо можешь сказать Евгению Соколову.

И только когда Булавин резко бьет по тормозам, я понимаю, что моя фраза прозвучала двусмысленно. Сзади истошно сигналят машины, но Алекс этого, кажется, не замечает, таращится на меня раздувая ноздри и до синевы в пальцах сжимает оплетку руля.

Я бы могла бесконечно наслаждаться его растерянно-злобным выражением лица, но боюсь упустить шанс встречи с Игнатовым, поэтому поспешно поясняю:

— Евгений Соколов — автор статьи «Как доставить удовольствие мужчине». Довольно подробную инструкцию написал чувак.

Мое признание словно губкой стирает гнев с лица Булавина, но растерянность там остается, а потом он начинает заливисто смеяться.

— Ты читала инструкцию к минету?

Машины позади нас все еще сигналят, но теперь уже и мне нет до них никакого дела. Наоборот, я, кажется, начинаю надеяться, что сейчас выйдет какой-нибудь амбал с бейсбольной битой и начнет выяснять отношения с виновником пробки. Не могу поверить, что он смеется надо мной!!

— Разумеется, читала! — злобно бросаю, отворачиваясь к окну и тут же встречаюсь с гневным взглядом водителя, объезжающего нас по обочине. — Что тут такого? Я ни разу не делала этого и не хотела сделать что-то не то. По-моему, это логично, разве нет?

Раньше у меня никогда не было особого желания попробовать оральные ласки. Мне всегда казалось, что для этого с партнером должна быть какая-то особенная связь, а все мои прошлые отношения… это больше про банальное расслабление и снятие напряжения, чем про чувства.

Да и не удивительно, с моим рабочим графиком ни на какие чувства у меня просто не оставалось ни времени, ни сил. И тот факт, что именно с Алексом мне захотелось это попробовать, невероятно меня пугал. Потому что в мои планы не входило что либо менять. Работа, учеба, карьера, стажировка… вот о чем я должна думать ближайшие лет пять, а может и все десять. А потом уже можно задуматься и о чувствах.

И когда мы в субботу ехали с «Фабрики» я была уверена, что все так и будет. Секс. Скорее всего единичный. В лучшем случае — встречи по расписанию пару раз в неделю. Но прошло всего несколько дней и… я не хочу расписания, я не хочу просто секса. И это жутко, до едкой боли в груди меня пугает.

— Даарья, — Алекс нежно касается моей щеки, — ты не можешь сделать что-то не то. Тебе не нужна инструкция чтобы доставить мне удовольствие, тебе достаточно просто быть собой и быть рядом.

И пусть от его слов страх никуда не девается, но боль в груди растворяется и на ее месте растекается тепло.

***

Паркинг ресторана встречает нас обилием сверкающих иномарок, на его фоне парковка нашего универа выглядит как салон подержанных авто. Все познается в сравнение, так сказать. Хорошо, что мы приехали на машине Алекса, мой «Форд» бы сюда, наверняка, даже не пустили.

До последнего я опасаюсь, что на входе в ресторан нас развернут обратно, но Алекс называет свою фамилию и элегантная девушка с белоснежной улыбкой ведет нас в зал.

Не знаю что там Булавин говорил по поводу того, что на такие мероприятия никто вовремя не приезжает, но гостей уже очень много. Между ними курсируют официанты с закусками и напитками и я чувствую себя героиней голивудского фильма. До этого дня я присутствовала лишь на одном банкете в своей жизни, на свадьбе дочери наших соседей, когда мне было лет 10. И да, официально заявляю, что «ГолдТранс» подошли к делу с гораздо большим размахом чем дядя Миша и тетя Галя, выдавая свою единственную дочь замуж.

Молодежь в зале практически отсутствует, гости в большинстве своем — солидные мужчины, обсуждающие бизнес в небольших группах, и скучающие дамы. Мы с Алексом явно выделяемся из общей массы и я чувствую себя школьницей, по ошибке забредшей на серьезное мероприятие.

Мой спутник же явно не разделяет мои чувства, что и неудивительно — здесь он как рыба в воде. От шумной компании слева отделяется мужчина и с улыбкой направляется к нам.

— Александр, дорогой! Как поживает мой любимый бизнес-партнер? — они пожимают руки и мужчина переводит взгляд на меня: — Представишь мне свою очаровательную спутницу?

— Дарья, это Артур Аркадьевич Голдштейн — виновник торжества, так сказать.

Мужчина смеется и кивает мне:

— Очень приятно познакомиться.

— Взаимно, — я едва сдерживаюсь, чтобы не раскорячиться в реверансе. Не могу поверить, что Алекс забыл упомянуть, что приятельствует с хозяином «ГолдТранс». Хотя, что меня удивляет, если его отец с ним сотрудничает, значит и он с детства вхож в этот бизнес-круг. Что там мужчина сказал по поводу любимого бизнес-партнера? Намекает, что Булавину-старшему пора потесниться и передать бразды правления фирмой сыну?

Кстати о нем… до меня только сейчас доходит, что отец Алекса, наверняка, тоже присутствует на мероприятии. Это что… меня ждет знакомство с родителями? К такому жизнь меня не готовила. «Так! — Я пытаюсь взять себя в руки, — надо решать проблемы по мере их поступления: сначала поговорить с Игнатовым, а потом можно и с родителями Алекса познакомиться. Ну или сбежать отсюда сразу после разговора с Вениамином. Тоже хороший вариант, кстати. В принципе, кто сказал, что Алекс собирается нас знакомить? Вряд ли его родители вообще догадываются о моем существовании».

Все эти мысли вихрем проносятся в моей голове, поэтому разговор мужчин я пропускаю мимо ушей, в себя прихожу только когда Артур Аркадьевич вновь пожимает Алексу руку и кивая мне, бросает:

— Наслаждайтесь вечером, молодежь!

Ага, насладишься тут, когда вокруг одни воротилы бизнеса и их дамы в нарядах, стоимость которых равна годовому бюджету какой-нибудь небольшой африканской страны. Все-таки, хорошо, что Алекс уговорил меня надеть эту комбинацию. Представляю как бы я смотрелась в том платье, в котором хотела пойти изначально. Здесь у официантов форма стоит дороже, чем оно.

— Слева по курсу — Игнатов, — голос Алекса отвлекает меня от самобичевания. — Он разговаривает с Рустамом Мынбаевым, главой «Гранель». Я могу попытаться его отвлечь.

— Это тот, который федеральную трассу строил пару лет назад? — интересуюсь, пытаясь вспомнить откуда мне знакомо это имя. Кажется, в прессе активно обсуждали расторжение договора с предыдущим подрядчиком из-за тотального несоблюдения сроков и тогда Мынбаев просто в рекордные сроки закончил работы, заработав себе хорошую репутацию и сразу же заключил несколько выгодных контрактов. — Разве он не прямой конкурент «ГолдТранс»?

— Прямой, — подтверждает Алекс, пожимая плечами, — но это не значит, что они не могут общаться.

Пока мы двигаемся по направлению к цели, лавируя между людьми, я чувствую себя акулой, почуявшей кровь жертвы. Понимаю, что листочки с моим разбором проигранного «Кредо» дела, которые я сжимаю трясущимися руками, смотрятся инородно на этом празднике жизни. Вряд ли гости пришли сюда, чтобы обсуждать дела, но это мой единственный шанс с Игнатовым, и ради работы в его фирме, я готова нарушить все правила приличия.

Я останавливаюсь за пару шагов от мужчин и когда Алекс бесцеремонно встряет в их разговор, отвлекая Мынбаева, цепляю на лицо свою лучшую улыбку и подхожу к своей жертве.

— Добрый вечер, Вениамин Павлович!

На лице Игнатова мелькает секундная растерянность, но затем он радушно улыбается и здоровается:

— Здравствуйте, Дарья. Не ожидал вас здесь увидеть.

— Если честно, я сама не ожидала, что появлюсь здесь, — нервно хихикаю, — Я понимаю, что говорить о работе на таком мероприятии претит всем правилам этикета, но не могли бы вы уделить мне пару минут своего времени? Это по поводу вашего задания для стажировки.

— Я никогда не против обсуждения рабочих вопросов Дарья, — он даже неожиданно мне подмигивает, — что неоднократно становилось камнем преткновения с моей супругой. Рад, что вы тоже разделяете такой подход. Но что касается этих заданий, боюсь, обсудить нам их не получится. Каюсь, я их еще не читал. — Игнатов виновато разводит руками, — Эта неделя выдалась довольно напряженной, руки не дошли до ваших работ. Но я попросил свою помощницу все распечатать и на выходных обязательно этим займусь. Не переживайте, как только я приму решение, вам об этом сообщат. Просто иногда такие вопросы занимают чуть больше времени.

Он кивает мне и видимо, посчитав, что наш разговор окончен, покидает меня, а я еще какое-то время стою с раскрытым ртом, пытаясь осмыслить его слова.

Игнатов еще никого не выбрал, в принципе, это не новость — Алексу об этом сказала его секретарь. А вот что новость, так это то, что он работы даже не читал и… он уверен, что я свое задание тоже отправила!

Я лихорадочно окидываю взглядом зал в поисках Алекса. Он стоит в компании незнакомого мужчины лет сорока и расслабленно о чем-то беседует. Я понимаю, что в очередной раз нарушаю правила этикета, но бесцеремонно хватаю его за руку и виновато улыбнувшись его собеседнику, требовательно шепчу:

— Мне срочно нужна твоя помощь!

Алекс кивает мужчине и поворачивается ко мне:

— Ну? Как все прошло?

— Ты сказал, что секретарь Игнатова твоя старая знакомая? — спрашиваю, игнорируя его вопрос.

— Ну, можно и так сказать, — растерянно отвечает он, непонимающе глядя на меня. — Причем здесь она?

— Игнатов еще не смотрел задания, — тараторю я, — сказал, что собирается прочитать все работы на выходных и он думает, что я свою работу успела отправить. Секретарь уже все распечатала для него. Мне надо, чтобы она положила вот это... , — я протягиваю Алексу свои листочки, — в общую стопку. Ты сможешь ее уговорить?

Булавин смотрит на меня, словно я прошу его взять ядовитую змею, а не несколько листов, испещренных мелким шрифтом, но быстро кивает и сканируя толпу, бросает:

— Дай мне минут десять, окей?

Я провожаю его взглядом и делаю, кажется, первый вдох с момента разговора с Игнатовым. Правда. облегчение длится не долго.

— Добрый вечер, — раздается рядом с моим плечом, — Вы, должно быть, Дарья?

Я поворачиваюсь и вижу перед собой собеседника Алекса. Судя по выражению лица, меня сейчас будут отчитывать за моветон и учить как правильно вести себя на подобных мероприятиях. Такое впечатление, что мужчина проглотил лимон перед тем как заговорить со мной. Но даже с таким выражением лица я не могу не отметить его внешность: холеный, знающий себе цену мужчина, крепкое тело, дорогущий костюм и темные зеленые глаза.

— Меня зовут Владимир Николаевич, — представляется он, протягивая мне руку. — Владимир Николаевич Булавин.