Глава 79: Братишка

– Ишари! – крик вырвался из клубящейся посреди базальтовых плит тьмы.

Перед глазами лежали знакомые влажные плиты внутреннего двора Золотой цитадели. Я прекрасно помнила это место и белых пантер, поэтому осталась в клубах тьмы, удерживая их вокруг себя и готовая в любой момент уйти обратно в пространство сна. Кровь из раны на плече уже пропитала рубаху и стекала по груди и животу, но сейчас это волновало меня меньше всего.

Двор ожил почти сразу. Из ниш метнулись белые тела, по галереям загрохотали сапоги. Пантеры успели сделать несколько прыжков, когда разом остановились. Я так и не поняла, кто отдал приказ и как именно. Звери замерли в нескольких десятках шагов от меня, а от выбежавших во двор стражников отделился знакомый командир.

Он остановился у самого края тьмы.

– Сновидица?

– Мархус в беде. Он прикован цепями к камню в темнице, которую сейчас затапливает водой.

Лицо командира изменилось мгновенно.

– Сколько воинов нужно? – спросил он, готовый действовать без единого лишнего вопроса.

– Троих. Больше я сейчас не удержу.

Его взгляд на секунду задержался на моей окровавленной рубахе, затем он резко вскинул руку. Трое стражников тут же вышли вперед и направились ко мне. В дальней арке блеснуло металлическое плетение. Ишари уже шла во двор, но ждать ее я не стала. Как только последний воин оказался внутри тьмы, я закрыла проход.

Едва я начала открывать новый проход, послышался грохот воды. Когда тьма разошлась достаточно широко, я поняла, что опасалась не зря. За то короткое время, что меня здесь не было, вода успела подняться до середины каменной платформы, на которой лежал Мархус, и продолжала прибывать. Мощный поток врывался в лабораторию, ударялся о стены и платформу, закручивая вокруг нее мутные водовороты.

Нижнюю границу портала я оставила значительно выше поверхности воды.

Трое воинов прыгнули с края портала прямо в темную, бурлящую воду и направились к платформе. Поток сразу ударил им в ноги, заставляя расставить их шире и подаваться корпусом вперед. Добравшись до Мархуса, они не стали тратить силы на толстые звенья цепей и ударили клинками по более узким звеньям у самых оков. Лязг металла разнесся гулким эхом и почти сразу утонул в непрерывном рокоте воды.

Пока воины разбивали звенья, вода поднялась им до середины бедер. Теперь поток уже заметно разворачивал их боком, а вода с силой била в платформу и захлестывала ее край. Освободив руки Мархуса, один сразу перехватил его за плечи, удерживая голову над водой, пока двое других добивали крепления. Только тогда я заметила, что нижний край прохода оказался почти у самой поверхности. Если вода хлынет внутрь, я не смогу его закрыть. Я потянула портал выше. Тьма дрогнула и медленно поползла вверх. Обычно это движение почти не требовало усилий; сейчас мне едва удалось поднять проход еще на несколько ладоней.

Последнее звено раскололось, и цепь исчезла под водой. Двое воинов подхватили Мархуса – один за плечи, второй за ноги – и понесли ко мне. Вода уже доходила до пояса и с каждым шагом пыталась развернуть их обратно к платформе. Третий двигался рядом. Подойдя к проходу, они подняли его выше и протащили через край. Тело демона тяжело легло на клубящуюся под нами поверхность. Я даже не двинулась, понимая, что малейшая потеря концентрации – и отсюда уже никто не выберется.

Воины один за другим запрыгнули в портал, и я тут же его закрыла. Несколько секунд я тупо стояла и смотрела перед собой. Один из мужчин шагнул ко мне, но прежде чем он успел открыть рот, я подняла здоровую руку, приказывая ему молчать. Что бы он ни собирался сказать, сейчас у меня была проблема посерьезнее.

Я не могла вести их в Иркалл.

И хотя для Мархуса это, вероятнее всего, было наилучшим решением, я понятия не имела, как в городе неназванных относятся к чужакам, не связанным с демонами Кругом. Эти трое только что полезли в затапливаемую темницу ради Мархуса. Мне совершенно не хотелось расплачиваться их жизнями за его спасение.

Мысли путались, сил на сложный выбор уже не осталось. Я ухватилась за первое безопасное место, которое пришло в голову, – валун у дороги к Замку Трех Печатей, достаточно далеко от стен и близко к лесу.

Я открыла проход. В лицо ударил холодный воздух, принесший запах сырой земли и леса. После затопленной лаборатории я вдохнула его почти жадно. Двое вынесли Мархуса. Третий оказался рядом со мной как раз в тот момент, когда я пошатнулась.

Он подхватил меня под локоть, не дав упасть.

Мы обошли валун со стороны леса. Здесь камень полностью закрывал нас от Замка. Воины осторожно опустили демона на землю, и я сразу опустилась рядом. Перед глазами все плыло. Я знала, что переход уже закрыт, но вокруг меня по-прежнему шевелилась тьма.

Я хотела коснуться щеки Мархуса, но руки казались неподъемными. Пальцы онемели и едва слушались.

Сколько Старрак успел ему ввести? И сколько теперь понадобится времени, чтобы действие препарата прошло? Хорошо бы дождаться Шеда и Лиллы. Тогда, оставляя Мархуса, я хотя бы буду знать, что он не один…

Зарница, пусть у них хватит сил выбраться.

Меня повело в сторону, и я привалилась к холодному камню. Глаза закрывались сами. Я знала: если сейчас позволю себе закрыть их хотя бы на минуту, открыть снова уже не получится. Поэтому продолжала смотреть на Мархуса.

Воины о чем-то тихо переговаривались в стороне. Слова доносились до меня отдельными обрывками, но я уже не пыталась вслушиваться. Какая разница, что они там говорят. Вернуть их в Увлах я все равно уже не смогу.

Один из них направился ко мне.

– Клинок… – начал он, но я тут же качнула головой.

Говорить не хотелось совсем.

Клинок они, возможно, сумели бы вытащить. Перевязать рану, даже остановить кровь. Только мне это уже ничем не поможет. Как только этот сон закончится, я проснусь там же, где уснула. В затопленной камере. В Замке Трех Печатей.

Одна.

Блядь… Не думала, что умирать может быть так страшно.

Я не знала, сколько прошло времени, когда треск веток заставил меня поднять голову. Из-за валуна первым выскочил Шед, почти сразу за ним – Лилла. За их спинами, в тени сырых деревьев, я смутно разглядела силуэты еще двоих неназванных.

Лилла замерла. Ее взгляд скользнул по неподвижному Мархусу, переместился на меня, и глаза неожиданно широко распахнулись. Она подошла ближе и присела рядом на корточки. Ее рука дрогнула и поднялась. Лилла осторожно, едва ощутимо коснулась моей щеки. В ее глазах читался страх. Она все понимала, но боялась задать вопрос вслух и услышать именно тот ответ, которого ждала.

Шед застыл в нескольких шагах от нас.

И только теперь я поняла, что все это время держалась ради них. Ждала, пока они выберутся. Пока увижу их своими глазами и буду знать, что с ними Мархус не пропадет.

Теперь ждать было больше нечего.

И я улыбнулась.

Лилла улыбнулась в ответ, а потом молча поднялась. Отступила на несколько шагов, запрокинула голову к низкому серому небу и закричала – отчаянно, до хрипа, срывая голос.

Шед оказался рядом почти сразу. Он обнял ее, прижал к себе, но Лилла тут же начала бить его кулаками в грудь. Снова и снова, почти вслепую, попадая по твердой броне. Шед только крепче удерживал ее и молча принимал каждый удар. Постепенно движения Лиллы стали слабее. Последний удар едва коснулся его нагрудника, руки бессильно опустились, и она наконец уткнулась лицом ему в грудь, захлебываясь рыданиями.

Я зажмурилась. Горячие слезы сами потекли по щекам.

Тьма моего дара снова начала заполнять пространство вокруг. Она подбиралась все ближе, а сознание медленно угасало.

Мне тоже было больно. И страшно.

Но пора было заканчивать.

Я подалась вперед, уперлась здоровой рукой во влажный мох и склонилась к Мархусу. Коснулась губами его губ в последнем поцелуе.

Почему-то именно сейчас почувствовать его было важнее всего.

– Спасибо тебе… – прошептала я, чувствуя, как тьма окончательно забирает зрение. – Спасибо за то, что показал мне, насколько преданной и беспощадной может быть любовь демона.

Я ни о чем не жалею.

Я попыталась отстраниться, но не смогла. Рука Мархуса уже лежала на моей талии, крепко удерживая на месте.

– Я же учил тебя целоваться, – произнес он мне в губы и на секунду замолчал, чтобы вдохнуть. – Кто так прощается, Сновидица?.. Давай заново. И на этот раз с языком.

Я нервно выдохнула. Даже лишенный зрения, почти не способный пошевелиться и едва пришедший в себя, он все равно оставался Мархусом.

Я поцеловала его снова – долго, глубоко, жадно. Хотелось прижаться еще ближе и умолять его не отпускать меня. Но я слишком хорошо понимала, чем это закончится. Если я не отстранюсь, то утяну на дно и его. Поэтому целовала так, чтобы больше не пришлось повторять. Но проклятый демон все равно меня не отпустил. Более того, моя тьма потянулась к нему и начала втягиваться под кожу.

– Мархус… убери руку.

Он только сильнее прижал меня к себе, и тут же его лицо исказилось от боли. Дыхание сбилось. Несколько секунд Мархус просто лежал, коротко и тяжело втягивая воздух, пока боль немного не отпустила.

– Мирена… ты та женщина, которая способна сорвать все мои планы, полезть спасать совершенно незнакомых людей, испортить целый культ… и заставить меня ждать тебя каждую ночь. – Он сделал короткую паузу, пережидая очередной болезненный вдох. – И я, как последний дурак… умудрился в тебя влюбиться. Поэтому нет. Не отпущу. Не после того, как выяснилось, что одна ночь с тобой способна на ближайшие сутки начисто лишить меня способности что-либо поглощать.

У меня от такой наглости даже зрение прояснилось. Я несколько секунд просто смотрела на него, не зная, как на это реагировать. Даже не сразу поняла, что именно услышала – признание в любви или жалобу на последствия нашего секса.

Мархус перевел дыхание.

– Я не могу пообещать, что сумею тебя спасти, Сновидица. Но могу пообещать другое. Если у меня не получится… ты не останешься одна. Мы умрем вместе.

На этих словах не выдержал даже Шед.

– Придурок, – донеслось с его стороны.

– Шед, – тут же позвала я. – Вызволи меня отсюда. У меня самой сил не хватает.

– Это его решение. Я на его пути вставать не собираюсь. Прости, Сновидица, но я себе не враг.

Я закрыла глаза и процедила сквозь зубы:

– Мархус, я вытаскивала тебя не для того, чтобы в последний миг утянуть обратно во тьму.

– Значит… в следующий раз будешь умнее, – ответил он и, не давая мне продолжить спор, сразу добавил: – Шед, где Анзу?.. Из-за шума воды я его не слышу. Он здесь?

Я снова попыталась отстраниться. Пальцы на моей спине сжались, но мне уже было все равно. Стоило мне напрячься, как плечо прострелило резкой болью. Моя рука тут же подломилась, и я рухнула прямо на Мархуса. На этот раз подниматься даже не попыталась. Просто закрыла глаза и сделала несколько тяжелых вдохов.

Не могу больше.

Это была последняя мысль, прежде чем сознание окончательно заволокла тьма.

Мархус

Конечно, здесь. Раз Ругу и Нгаль здесь, значит, и Анзу неподалеку. Просто держится в стороне. Видимо, привычку не попадаться на глаза, выработанную за столетия, не так-то просто отбросить.

Он чувствовал тяжесть Мирены на груди, слышал ее редкое, едва заметное дыхание и ощущал, как тьма, которую она уже не могла удерживать, втягивается ему под кожу. Мархус забирал ее без остатка. Пусть лучше эта дрянь сожрет его изнутри, чем Сновидица сейчас очнется в той затопленной камере. Он слишком хорошо понимал, что ее там ждет, и от одной мысли об этом страх становился сильнее боли. Препарат Старрака все еще жег вены, поврежденное легкое не давало нормально вдохнуть, тело почти не слушалось, но руку с ее талии он не убрал.

Не отпустит. Ни сейчас, ни через минуту, ни пока его сердце продолжает биться.

Он мог быть каким угодно дерьмовым владыкой Иркалла, мог просрать планы и даже весь город, но свою женщину Бездне не отдаст.

– Шед, пока этот старый хрен сюда ковыляет… – Мархус поморщился. А торопиться он, блядь, никогда не умел. – Обрисуй ситуацию. Насколько все плохо?

– Если коротко? Мы в полной заднице, – тут же отозвался Шед.

– Давай без поэзии.

– Шлюзы открыты. Темница затоплена почти полностью, и уровень воды продолжает подниматься. Все подходы разрушены. Мархус…

Сухой треск заставил Шеда замолчать, а Мархуса чуть повернуть голову.

Анзу остановился напротив. Мархусу не требовалось его видеть – эту самодовольную рожу он знал слишком давно. Светлые волосы Анзу были выбриты по бокам, длинные пряди стянуты на затылке в хвост, а бордовые татуировки ломаными линиями спускались от виска по щеке и шее под одежду.

Мархус даже не сомневался, что сейчас Анзу наслаждается его состоянием куда больше, чем следовало бы.

– Анзу, ты столетиями бился за Иркалл, – выдохнул Мархус. – Подними эту темницу из воды. И я отдам тебе Иркалл, проиграв в поединке.

Анзу издал сухой звук, похожий на смех.

– Мархус, зачем мне торговаться за то, что и без того станет моим? Всего-то и нужно подождать, пока ее сновидческая магия добьет тебя.

Он ненадолго замолчал.

– Чернеющие вены – дурной знак. Сколько тебя еще хватит? Полчаса? Час? Хотя она умрет раньше. Сновидица выбрасывает слишком много энергии. Ты можешь пожирать ее магию сколько угодно, но она уже одной ногой в могиле. Ей даже ваш хваленый Круг не поможет. И как только вы оба сдохнете, равных мне не останется. Лилле этот город нахрен не нужен, а остальные… – Анзу бросил короткий взгляд на Шеда. – Остальные слишком слабы, чтобы встать у меня на пути.

– Анзу, – Мархус тяжело втянул воздух, цедя слова сквозь сжатые зубы. – Как приятно слышать, что ты все еще такой же мудак. Неужели тебя вообще не жжет изнутри? Ты ведь станешь первым владыкой Иркалла за всю его историю, который получил власть не в поединке, а просто потому, что дождался, пока соперник сдохнет от ран… Для такого древнего чудовища это даже звучит жалко. Вся Бездна будет плевать тебе вслед.

– Это светит любому, кто займет трон после тебя, – спокойно отозвался Анзу. Он помолчал и все же нехотя добавил: – Хотя в одном ты прав. Получить город вот так… действительно было бы паршивым началом правления.

– Тебе отдал приказ владыка, – вмешался Шед. – Исполняй, а не трепись языком.

Тишина стала такой резкой, что Мархус почти увидел, как Анзу поворачивает голову к Шеду.

– Заткни свою пасть, слуга. – Голос Анзу сорвался от ярости. – Еще раз полезешь в разговор сильнейших – и я вколочу тебя в камень по горло и оставлю гнить в собственном дерьме.

Мархус слишком хорошо знал Анзу, чтобы сомневаться: тот не шутит. Приказ владыки он тоже выполнит, но лишь в пределах закона Глубинных, который требует сначала спасти себя и свою пару, потом тех, с кем разделил кровь, и только после – всех остальных, если вообще до этого дойдет. Анзу будет поднимать темницу сутки, а то и двое, не отдавая больше силы, чем способен восстановить без вреда для себя. И именно в этом была проблема. У Мархуса не было даже нескольких часов.

– Чего ты хочешь? – спросил Мархус прямо.

Анзу ответил без всякой насмешки:

– Стать твоим побратимом.

Шед так резко дернулся, что ножны ударились о пряжку ремня, а пальцы стиснули рукоять клинка до скрипа кожи. Лилла шумно втянула воздух и едва слышно выругалась. Со стороны Ругу и Нгаля донеслось что-то короткое и совершенно непечатное. Мархус невольно усмехнулся. Ну да. Примерно такой реакции и следовало ожидать. За четыре сотни лет побратимом Мархуса стал только Шед. Теперь Анзу совершенно серьезно требовал стать вторым.

– Ты умом тронулся? – не выдержала Лилла.

– Возможно, – рассмеялся Анзу, а затем вновь обратился к Мархусу: – Но цена вполне соответствует тому, что ты от меня требуешь. Шед спас тебе жизнь – ты разделил с ним кровь. Я сейчас собираюсь сделать то же самое. И, если подумать, позор длиной в вечность мне действительно не так уж нужен. Получить Иркалл, дождавшись, пока ты сдохнешь, – удовольствие на несколько часов. А стать побратимом великого и ужасного Мархуса… – в голос вернулась знакомая усмешка. – Вот ради этого уже можно и надорваться.

Мархус молчал несколько ударов сердца. Усмешка на лице Анзу постепенно исчезла.

– Я согласен, – наконец сказал Мархус.

На несколько секунд Анзу будто лишился дара речи.

– Что… прямо так?

– Если мы оба выживем, ты получишь то, что хочешь.

Анзу молчал еще миг, а затем из его глотки вырвался удовлетворенный смешок.

– Разумеется. Приму твою кровь сейчас – и из-за этой дряни в твоих венах пару часов собственную задницу от земли не оторву. А мне еще замок ворочать. Так что обменяемся кровью в Иркалле. Не раньше.

– Покажи, на что способен, – ответил Мархус. А потом, с трудом подавив рваный вдох, добавил: – По ощущениям, Сновидицу держали под замком, ближе к северной стене. Поднимай аккуратно. И еще аккуратнее спускай воду. Не хватало только похоронить нас обоих под обломками.

– Нехер учить меня, как делать мою работу, – огрызнулся Анзу и небрежно бросил: – Братишка.

Мархус подавился воздухом.

Блядь. Вот к этому ему еще придется привыкать.