Глава 18

Четыре месяца спустя

Макар

– Здарóва, пацаны!

– О, Камиль! Ну ты и вырядился. Ты только посмотри, будешь первым парнем на деревне. Всё, Макар, у нас с тобой нет ни одного шанса.

– Ты сейчас о чём, Матвей?

– Посёлок-то элитный. Говорят, девушки там работают такие… как на подбор.

– На подбор чего?

Зря я согласился на эту авантюру. Хоть мне и продлили до конца года свободное посещение в универе, хотелось бы немного времени учёбе посвятить.

Дел и так по горло. Наш логистический оператор в прошлом месяце запустил сеть собственных почтоматов, появились новые пункты выдачи заказов. С персоналом совсем беда, а тут эта университетская поездка нарисовалась. Ребята насели на меня: мол, совсем про друзей забыл, так нельзя, от работы кони дохнут.

Согласился, а потом пожалел. Алька и так совсем меня достала, преследует по пятам. Через родителей охоту на меня открыла. Ни одна деловая встреча без неё не обходится, даже пристроилась в какую-то компанию. Уверен, что специально. Не знаю, кто там с головой не дружит, я бы такую мадам к себе на работу никогда бы не взял. Безответственная, безынициативная, людей ненавидит и подлая. Это характеристика от души. Неизвестно, что ещё на природе устроит.

Согласился на эту поездку только потому, что Кирсанова не едет. Ещё, кстати, одна мамзель, которая делала вид, что вся такая из себя невинная козочка. А на деле оказалась пустышкой, как и все бабы. Побежала за брутальным и успешным, подающим большие надежды в медицине.

Бросилась в чужую постель, отдалась почти что первому встречному. Бррр, как вспомню. Чуть в психушку не загремел после всех этих новостей. Такая тоска одолела, хоть вешайся. Только вот держал её в своих руках, в своей постели. И нате вам: мы обиделись, поэтому спать она будет с другим.

Думал, не выберусь из этого состояния. Но ничего, постепенно очухался. Работа вытащила, такие перспективы неожиданно подвернулись. Нельзя было такое упустить, думаю, раз в жизни бывает такое серьёзное предложение.

А Настя… Пусть живёт себе счастливо. Главное, чтобы на глаза мне больше не попадалась. Да она и сама это понимает. Пересекаемся редко: на зачётах или экзаменах. Она обычно в первых рядах сдаёт всё, а я, как правило, ближе к концу подхожу. Так что мало терпеть осталось. Две сессии и диплом. А как совсем невыносимо станет, заберу доки и переведусь на заочку. Или вообще брошу универ. Дела и без высшего образования в гору пошли. Тут чисто для себя на диплом работаешь. Для полноты, так сказать, всей картины.

– Эй, – Камиль ударил меня по плечу, – что думаешь?

– Красный тебе не к лицу, друг, – я не сдержался от смеха.

– А-га-га, – ребята поддержали меня.

– Помолчи, Матвей. Вот увидишь – она будет моей. Голубоглазая моя.

– Ты про Алёну? – нахмурился я.

– Ага. Про неё дорогую.

Любое упоминание о Насте, будь то её подруги, каштановые волосы у любой проходящей мимо девушки или зелёные глаза на рекламном билборде, вызывают у меня тут же горечь и уныние. И тогда хочется сделать такое… сам не знаю что.

Сдвинуть землю с орбиты… Чтобы она… Чтобы она поняла, что я давно сошёл с ума от её взгляда, улыбки, запаха, ног, губ, рук, пальцев, бесконечной нежности. Поняла, что только я один вот так сильно тоскую и скучаю. Только я могу оценить всё это, хоть и находилась эта прелесть в моих руках какое-то мгновение.

Да о чём я? Разве Кирсанова сможет это оценить. Алька, по крайней мере, гораздо честнее всех нас. Не скрывает своих намерений и желаний. Открыто заявляет о своих аппетитах.

– Бусик, привет.

Легка на помине. Зачем мне ухо было лизать? Такие девушки странные пошли в последнее время. Захочется мне секса, и без этих нежностей обойдусь. А если не по душе – так хоть стелись, хоть танцуй. Не захочется и всё тут.

– Привет, Аля, – Камиль подхватил мою почитательницу, вернее охотницу за богатством. – Поедешь со мной?

– В смысле?

– В смысле рядом в автобусе будешь сидеть?

– Неа. Я с моим Бусиком хочу.

Я отвернулся. Да, поездка, видимо, не доставит мне удовольствия. Хотя, а почему бы и да. Пора уже разрядиться, такого перерыва в сексе у меня давно не было. Может хоть тоска меня покинет наконец. Только надо другую кандидатуру подобрать. Алька потом не слезет с меня. И в прямом, и в переносном смысле.

– А вот и наш автобус, – пропела Алька. – Бусик, ну что такой душный. Ну улыбнись. Давай.

Алька повисла на мне. Провела ладонью по моим «горячим» местам и прижалась к губам. Автобус остановился и открыл дверь прямо передо мной. Кто-то подтолкнул меня, чтобы я начал движение, но не Алька. Камиль, я так и знал.

– Спокойно, Аля. Ты поедешь со мной. На другом автобусе. Тут только три места осталось.

Я ничего не понял, но поднялся на второй этаж. Действительно, почти все места были заняты. А вот есть одно.

В голове моей посыпались словечки. Одно хуже другого. Этого не может быть. Как там заменяют: меня переполняют эмоции!

– Садись, мальчишка.

Камиль сильно давит на меня, что я вынужден занять место рядом с ней. Я делаю вдох и замираю. Теперь мне точно не выжить. Мне нельзя так близко с ней, нельзя дышать одним воздухом в районе одного метра. Нельзя прижиматься к коленке. Острой и такой милой. И снова слова, слова, слова. Бесконечные слова в моей голове, ни одно из которых нельзя произнести вслух.

– Я не поеду с тобой.

Да я что, настаиваю? Я готов придушить тебя и спалить этот автобус со всеми этими тесными сидениями. Вот как бьёт по мозгам всего лишь одно касание одного колена в прозрачных тоненьких колготочках. Твою дивизию, всего лишь март на улице. Разве можно так оголяться.

– Бусик, ты что, опять с этой?

– Я не с ним. Дай пройти, Макар.

Она стоит, а у меня одно желание – зарыться лицом в её живот. На подкорке слышу, как визжит Алька. Наверное, Камиль всё-таки выпроводил её из нашего автобуса.

– Макар, пропусти меня, пожалуйста. Мне надо выйти.