Глава 34

Альфия

– Аля, ты как? – Макар поправил мою подушку. – Почему ты не в своей клинике? Почему не позвонила сразу?

– Ты же знаешь, я не успела доехать… А тут девочки быстро помогли…

Я скривилась. Варшавский, наверное, подумал, что мне снова плохо. По сути, оно так и есть: в этой больничке дышать нечем. Воняет помоями и мочой.

– Ты как? – ласково переспросил он снова.

– Макарушка, мне плохо, – слёзы сами собой покатились из глаз. – Как мы будем жить дальше? Ты во всём винишь меня?

Изображать страдания было совсем не сложно. Тем более я и правда опасалась, что Варшавский обвинит меня во всех «наших» бедах…

– Не думай об этом. С каждым может произойти, – он взял мою ладонь и поцеловал, а я заревела со всей силы.

Он так воодушевился, что у нас скоро родится ребёнок. Меня даже это немного пугало. Перевёлся на «заочку», взял на работу нового менеджера. Более эффективного, чтобы не тянуть всё самому. Стал приходить домой пораньше, возился со мной как с маленькой.

Правду говорят про Варшавского: если уж он чего-нибудь захочет, так сами небеса будут помогать ему.

Его бизнес развивался, а он сам тщательно планировал нашу жизнь. Отношение Макара ко мне поменялось прямо на глазах, после того, как он впервые что-то там увидел на УЗИ. Вот и пойми этих мужиков. То спят со всеми подряд, то рады какой-то непонятной крошке на экране.

Меня спасло, что я успела перехватить смс от этой деревенщины. Это же надо, как совпало: залететь всем в одно время. Да, ей повезло гораздо больше. У неё ребёнок от самого Варшавского. Если Кирсанова не врёт конечно. Хотя такая дура не будет обманывать. Ей и в голову не придёт, что можно было на Медведского повесить все свои проблемы и счастливо жить дальше, раз уж тут ничего не вышло.

Ну ничего. Я ей ответ быстро сочинила и следы все тщательно подчистила, а Медведский вмешиваться точно не будет. У него свой огромный интерес имеется. И что они только все в ней находят?!

Одного не понимаю, почему она не уехала к себе? Медведский так и не смог мне внятно всё объяснить. Попросил только не вмешиваться в их дела. Да и ладно, пусть разбираются сами. Зато – ах какой сюрприз – для Макара есть интересные новости. И то, что Кирсанова снова оказалась в нужном месте, в нужное время, отлично сыграло всем нам заинтересованным на руку.

Сегодня Варшавский станет моим навсегда. Поймёт, что все могут совершать ошибки. Ведь я уверена: он за пазухой держит камень. Глубоко в душе винит меня, что я потеряла ребёнка. Вспоминает прошлый мой аборт, только мне ничего не говорит. Хочется верить, что жалеет.

Хорошо, что хоть женился. Я думала, тянуть будет, но оказалась не права. Макар спешил. Хотел, чтобы у нашего ребёнка всё начиналось правильно. А вот любил ли он меня? Вопрос. Почти каждую ночь я заставала его сидящим за кухонным столом и о чём-то глубоко размышляющим. Мне кажется, что он даже постарел на несколько лет.

Всё её вспоминает. Уж как я ни старалась, в постели он был не со мной. А в последнее время и вовсе отказывался от близости. Говорил, что боится навредить малышу. И это стало ещё одной причиной разрешиться от ненавистного мне бремени.

Ну а основной причиной, конечно, был Аким. Очень злой в последнее время и не терпящий никаких возражений. Это ладно, пережить с ним одну ночь раз в месяц – полбеды. Тем более он умеет делать своё дело. Но вот тот факт, что он доцепился до моего плода в животе, меня здорово напрягал. Как бы всё не испортил…

Лето заканчивалось, надо было срочно что-то решать. Я оббежала все, какие могла, клиники в нашем городе. Предлагала большие деньги. Никто не хотел рисковать. Пока в этой захудалой больничке не встретила… Кирсанову.

Меня удивило, что она здесь появилась. Хорошо, что хоть тоже перевелась на «заочку», да ещё в своём городе. Наверное, чтобы с Варшавским не пересекаться. А больше мне Медведский ничего не рассказал.

Но деньги всегда делают хорошо своё дело. За небольшой гонорар медсестра из этой больницы рассказала мне, что наша Настька ложится сюда, чтобы ей сделали редукцию одного плода…

Чёрт, вот везёт же полной дуре. Залететь от самого Варшавского. Да ещё двойней! Но что-то там пошло не так. Один плод не развивается, и вот чтобы замершая беременность не убила второй плод, надо одного убрать. Кстати, тот же самый аборт.

Вот какая прекрасная новость ждёт моего супруга. А сейчас я ещё немного поплачусь, а потом попрошу для себя что-нибудь вкусненькое и сладенькое. Зря я что ли столько мучилась? То наркоз, то палаты эти обшарпанные. Ну сколько ещё мне терпеть? Почему некоторым всё, а мне всегда приходится выкручиваться?

– Через час приедет реанимационный автомобиль. И я тебя перевезу в нашу клинику.

Я широко раскрыла глаза. Нет, только не это. Вся правда может всплыть наружу.

– Макар, я столько всего натерпелась. Я домой хочу.

– А разве уже можно?

– Завтра точно можно будет. Я одну ночь тут переночую под присмотром врачей. Они стараются…

– Я останусь с тобой, – он почему-то не стал возражать и положил голову мне на колени.

На самом деле можно было бы и сегодня домой ехать. Но снова после аборта что-то пошло не так. Какие-то небольшие осложнения. А Макар пусть думает, что у меня выкидыш произошёл. Не хочу, чтобы вылезло что-нибудь ненужное. Девочки специально для меня подправят документы, тогда и поговорим с ним обстоятельно.