Глава 67

Макар

– Макар, давай ты подождёшь нас в машине.

– Нет, Пётр. Хочу всё видеть собственными глазами. Ты не волнуйся, я буду осторожен.

Степанович подвёз нас к самому дому. Адрес мне сообщил Сергей Викторович по телефону.

– Глухомань какая-то…

– И не говори, – вздохнул Пётр. – Степаныч, ты снаружи, пока наши не подоспеют. Хорошо, что всех на уши поставили. Ребята работают аккуратно. Как мы сразу не догадались его проверить? Должны были все наши знакомые попасть под подозрение. Упустили мы, Макар…

– Как же, проверишь тут. На фото он совсем не похож на себя. Борода накладная, усы. Такие люди ловко и часто умеют перевоплощаться.

– Обычно так и бывает. Никогда не подумаешь на уважаемого человека. И ведь работает давно. И мы про него знали. Зачем ему это всё, как думаешь?

– Ему Настя нравится…

– Интересно, а каким способом он собирался её завоёвывать?

– Вот сейчас мы это и узнаем.

– Кстати, наш безопасник с ним сотрудничал. Но я же не связывал его с…

Не успели мы постучаться, как дверь в дом отворилась – на пороге стоял он. Декан, уважаемый Сергей Викторович или… Серж. Так величали его в определённых кругах. Когда требовались его услуги.

– Заходите, – громко отчеканил он. – Надеюсь, вы без сюрпризов. Не хотелось бы вам причинять лишние неудобства.

– Сергей Викторович, – сухо проговорил Пётр, – я очень надеюсь на ваше благоразумие.

Мы выдвинулись сюда, в глухую деревню, как только мне поступил звонок от декана. Пётр вызвал подкрепление и через своего хорошего знакомого передал всю необходимую информацию в полицию.

По дороге выяснилось, что в отделении, которое занимается нашим делом, уже давно подозревали известного в нашем универе декана. Вот только с доказательствами пока было туго. Поэтому следователь молчал, и все держали свои подозрения при себе. Ждали нужного момента.

Работал «специалист» крайне осторожно. И внешность менял с завидной регулярностью. Никто никогда бы не обратил на него внимания, если бы он сам не полез на рожон. Ему зачем-то срочно понадобилась Апекс.

Было понятно, полиция будет тянуть время, чтобы добыть доказательства. С их стороны нам запрещено было ехать на встречу с Сержем. На встречу должен был отправиться человек из специального отдела, чтобы спровоцировать снайпера.

Но мне никто не смог помешать. Слишком долго моя семья находится в подвешенном состоянии. Я не мог допустить ещё одного прокола. Дети устали сидеть дома.

Я уверен, что декан также в курсе, что полиция объявится в его доме не сразу. Ведь до сих пор ему никто не смог помешать. А это значит, что и у него… и у нас есть время.

– Проходите в гостиную.

– О, гости прибыли, – Женя, сидя на полу, привязанный к батарее, с шумом сплюнул на пол слюну с кровью. – А Настя почему не приехала? Её здесь ждали…

Пётр преградил мне дорогу, чтобы я не наделал глупостей.

– Я бы советовал тебе помолчать, – мрачным голосом убедительно произнёс декан. – Жаль, что не увижу её. Я бы хотел, чтобы она знала из первых уст, как всё было на самом деле. Все виновные будут наказаны. Так и передай ей, Макар!

– Для этого есть правосудие, Сергей Викторович, – напомнил Пётр. – Вы можете покинуть этот дом. Мы не будем препятствовать вам. Успеете уехать. А этими… полиция займётся. Я вам обещаю.

– Ахах! Вы не будете препятствовать, – передразнил он Петра. – Это я пока что не препятствую вам. И скажите спасибо за это Настеньке. Пётр, я вас уважаю. Я наслышан о ваших подвигах. Но сегодня прошу вас отойти в сторону. Не мешайте мне.

В руках у декана неизвестно откуда появился пистолет.

– Сергей Викторович…

– Садитесь на диван, – он резко перебил меня и махнул свободной рукой нам с Петром в сторону стола. – Оба! Быстро! Не вынуждайте меня применять силу. Я доведу до конца то, что задумал. Жаль, Настя не увидит торжества победы над злом.

Мы молча уселись на диван, не спуская с него глаз. О чём я только думал, когда пошёл против полиции. Он же настоящий безумец. Просто одержимый местью.

Не скрою, мне тоже хочется для этих тварей самых изощрённых наказаний. Но как-то это всё выглядит совсем не так, как в мечтах, когда смотришь в глаза бывшему другу…

Эх, хоть бы всё благополучно закончилось. Пётр по дороге поддерживал меня, рассказывая о том, что ему удалось узнать за последние пару часов. Говорил, что «специалист» в какой-то степени справедлив по отношению к людям, если здесь уместно так выразиться. Работа снайпером – уже само по себе что-то из ряда вон выходящее.

– Как твоё здоровье, Макар?

– У меня всё нормально, – где-то под ложечкой противно засосало, Настя точно не переживёт ещё одну мою кому, если что-то произойдёт. – Сергей Викторович, вы столько сделали для…

– Заткнись, Варшавский! Не надо тут давить на жалость или вспоминать мои достоинства. Я далеко не дурачок, как вам кажется на первый взгляд. Я бы и тебе отстрелил яйца за все твои деяния в универе, но… она выбрала тебя. Столько слёз пролила, дурочка, – сбоку послышался нервный смешок Жени. – Моя женщина, прекрасная Анастасия выбрала тебя! Поэтому ты будешь жить! А я буду присматривать за вами. Издалека. И если хоть один волос с её головы упадёт, то знай – я сдеру несколько шкур с тебя, Варшавский. Лично.

– Так убрал бы меня потихоньку, – предложил я, внутренне сжимаясь… нет, не от страха, а от противного, липкого чувства, что мы живём в мире рядом вот с такими сумасшедшими.

– А ты смелый парень. Я давно это заметил. Не зря тебя моя Настенька выбрала. Ты прав. Я давно хотел убить тебя. Как и твоя ненаглядная бывшая жёнушка. В больнице, например, хотел придушить подушкой. Мне кажется, этот отвратительный персонал в реанимации даже и не понял бы, что произошло на самом деле. Так что это было бы проще простого. Как думаешь? Но как увидел её… Её боль, отчаяние. Я не смог. Она не виновата. Сердцу ведь не прикажешь, кого нам выбирать. Я не могу сделать ей больно. Я восхищаюсь тем, как она умеет любить.

За ширмой послышался кашель и стон. Декан рванул штору, и мы увидели привязанную к стулу Альку. Даже Пётр, видавший и не такое в горячих точках, глубоко вздохнул.

– Что? Не ждали? Не верили, что наступит возмездие, – декан достал кляп изо рта Альки и пнул её по ноге.

Так, пора заканчивать этот концерт. Думаю, что наказание от Сержа должно подействовать на этих тварей. Не думаю, что им когда-то ещё захочется продолжить творить после знакомства со «специалистом» свои грязные делишки. Тем более что их впереди ждёт немаленький срок в тюрьме…

– Ну, Аля, расскажи нам, как ты дошла до такой жизни. Кто тебя научил воровать чужих детей? Ты же говорила, что Аким нам помешает. Обещала нас с Настей свести вместе. Я всё исполнил, как ты и просила. А ты… доктора заказала… чтобы её ребёнка украсть…

– Вы все ответите. Папа вас всех достанет, – прошептала она.

– Папа кормит червячков в земле. Ахаха, – неестественно громко рассмеялся «палач». – Я вернул долг моей любимой. Восстановил справедливость по отношению к её родителям. Эх, я так глупо влип в своём первом деле. Совсем молодой был. Знал бы – сам воспитал бы мою Настеньку. Вот тогда она точно стала бы моей женой.

Меня передёрнуло внутри от его слов, но Пётр предупреждающе наступил мне с силой на ногу. Мол, молчи, наше время ещё не пришло. Повезло, кстати, что декан не стал нас обыскивать. Крайне самоуверенный тип этот «специалист».

Я уверен, что Пётр сейчас, как и я, думает, что делать. Может, не рисковать нам своими жизнями. Пусть Серж казнит виновных, зато мы точно не пострадаем.

– Я не поинтересовался в своё время, что эта была за девочка. Только теперь, когда её детки подросли, я понял… это прекрасный род. Такую красоту сотворить – это надо ещё постараться. А ты, сука, – он ударил Альку по лицу, отчего она глухо застонала, – всем испортила жизнь. Маленький мальчик жил с тобой, мразь, а не с мамой…

– Сергей Викторович, – не выдержал Пётр и встал, – вы всё верно говорите. И Макар вас поддерживает. Им с Настей такое пришлось пережить. Но давайте…

Декан пальнул в потолок и выкрикнул:

– На место! Сядь!

Но Пётр не успел вернуться на диван. Буквально несколько секунд – и мы все оказались лежащими на полу лицом вниз. Не успел я поднять голову, как началась перестрелка. Пётр навалился на меня своим телом и закричал:

– Идиот. У тебя жена и трое детей. Не высовывайся!

Когда всё утихло, я увидел, что Женя корчится в углу. Его протяжный стон нарушил гнетущую тишину. Я перевёл взгляд на Апекс – её голова безвольно повисла на груди. Декан успел сделать своё дело.

– Эх, Макар! Зачем я тебя только послушал…– сокрушался Пётр. – Ребята и без нас всё бы сделали. Что ты хотел увидеть в глазах Апекс? Раскаяние? Угрызение совести? Она больная на голову, ненормальная. Её лечить надо было. Вам всем просто не повезло встретиться с ней. Я, старый дурак, подставил тебя под пули.

– Он ушёл!

– Я вижу.

– И что теперь?

– Найдут. Не волнуйся. В машине есть обезболивающее?

– Есть. Сейчас принесу.

– Не смей. Пока нет новостей о декане, сидеть смирно и не высовываться. Степаныч, принеси аптечку.

Пётр подошёл к Жене и снял наручники. Потом помог ему перебраться на диван.

– Лучше бы и меня застрелили вместе с ней, – заговорил он тихим голосом.

– Лучше бы, – подтвердил я. – Такая странная любовь не должна существовать на земле. И приносить страдания…

– А что ты знаешь о любви? – он постарался принять положение поудобнее, но всё равно громко застонал. – Она сразу выбрала тебя…

– Давай сюда, – Пётр забрал аптечку из рук Степаныча и стал доставать содержимое на стол.

Набрал в шприц прозрачную жидкость из ампулы, а я пережал руку Жени ремнём выше локтя.

– Сейчас тебе полегчает, – сказал Пётр, делая в вену укол. – Скорая уже выехала.

– Прости, Макар, – откинул голову Женя. – И у неё попроси прощения… от меня.

– Ещё успеешь. У неё попросить. На суде… Насчёт меня. Я пока не умею прощать такое. Но обещаю, я буду учиться этому. Мне нужно долго жить на земле. У меня большая семья. А с такой ненавистью на сердце…

– Я тебе завидую. Я всегда тебе завидовал. Но я хотел остановиться. Пытался. Честно, Макар…

– Не верю!

– Хотел… ты навещай иногда мою маму.

– Как он уговорил тебя приехать? – проигнорировал я его просьбу.

– Записал на видео, что Алька говорит. Наверное, заставил её отвечать под дулом пистолета. Уж сильно испугана она была. По её словам выходило, что я один во всём виноват. Ещё и твою аварию повесила на меня.

– Так я же…

– Нет, в твоей аварии виноват тот алкаш. Там всё чисто. Серж шантажировал меня, чтобы я прилетел. Меня могли объявить в международный розыск. И я всё равно не смог бы работать за границей. Я догадывался, что могу попасть вот в такую историю, когда встречусь с ним…

– Ты давно попал в такую историю, Женя…

Я помог ему прилечь на диване и накрыл покрывалом, потому что его сильно трясло.

– Я писал тебе, что мы спим вместе, – его язык заплетался. – Прости. Я сожалею. Она всегда была верна тебе. И Акима Алька грохнула, наняла его…. Я дам показания, если надо. И адрес… этой женщины... У меня в рубашке в кармане… Мать маленького Кирюши…

– Не отключайся. Что нам надо сделать, чтобы тебе стало легче? – не скажу, что пожалел его, но это против меня… не хочу видеть смерть.

– Не трогайте меня. Мне действительно лучше умереть. Так будет хорошо всем… Там Серж много нарыл… блокнотик в столе. Кто представлялся твоим отцом, список всех врачей, кто брал взятки. Не всех арестовали…

В комнате появились врачи с носилками. Меня отстранили, но я услышал глухую просьбу:

– Простите, если сможете… И мама моя… Навести…

– Посмотрим, – буркнул я и отошёл в сторону.

Я отыскал блокнот, о котором говорил Женя, и поспешил на выход.

– Выходи смело, – сказал Степаныч, когда я спустился с крыльца. – Серж… его застрелили в чистом поле. На него это не похоже. Не захотел жить, видимо…

На небе из-за туч медленно выползла августовская полная луна. Выкрашенная в красный цвет. Осветила всё вокруг и снова растворилась в чёрных облаках.

– Домой, Макар! Жена ждёт, – потянул меня Пётр. – Тут и без нас во всём разберутся. Мы сняли охрану. Поздравляю!