10

Он уселся на единственное в комнате кресло, широкое с высокой спинкой, цвета в пару с диваном, на котором сидела Екатерина. Покачиваясь на винтовой вращающей ножке кресла, внимательно вглядывался в неё.

— Ты мне не рассказывала о своей семье. Девочки часто говорят о матери. Я не решался спрашивать, думал — ты сирота, а подарки для друзей выбираешь.

— Нет, у меня есть мать, отец, старший брат, две бабушки и дедушки. Комплект полный. Всё хорошо.

Екатерина не хотела рассказывать то, что ещё сама не полностью знала и боялась, что известное ей начало истории может расстроить Сергея Александровича.

— У тебя поведение человека, которого недолюбили в детстве.

Катя не знала, что сказать, ведь её любили бабушки и дедушки, и была удивлена его словами. «Неужели отсутствие материнской ласки как-то сказалось на моём поведении, и внимательный Сергей заметил». Не зная, что ответить, она просто пожала плечами и старалась быстрее закончить с пирожными, боясь дальнейших расспросов.

— Куда мне отнести посуду?

— Оставь. Они уберут.

— Куда мы теперь?

— К Лизе, — ответил он, открывая ей дверь автомобиля.

— Я сама. Почему ты на меня так смотрел, когда я ела?

— Люблю смотреть, когда люди с аппетитом едят произведения моих поваров, не обращай внимание. Жанна Алексеевна подумала, что ты моя дочь.

— Это, что у меня отчество Сергеевна.

Сергей Александрович ехал по престижному району города, усеянному трёхэтажными новостройками с паркингом.

— Лиза живёт в одном из этих домов.

— Да, это самый экологичный район города, развитая инфраструктура. Я купил квартиру, когда Лиза ещё училась.

— У Лизы есть машина?

— Конечно, — ответил он, открывая ключом-таблеткой дверь подъезда. — А, ты хотела бы иметь автомобиль?

— Нет, у меня ни прав, ни денег нет.

Дверь квартиры открыла Лиза, удивлённо, взглянув на спутницу отца, спросила: «Вы к кому?» «Это со мной». Катя её сразу узнала. Но ни синяков, ни ссадин у девушки не было, везде в квартире был беспорядок, пол в прихожей был загромождён обувью всех сезонов, во всех комнатах мебель была завалена вещами, на кухне стоял запах от пакетов с мусором. Кроме Лизы в квартире никого не было.

Сергей Александрович с Лизой беседовали в большой комнате и, чтобы им не мешать, Катя прошла на кухню и занялась уборкой. Про себя она отметила, что жильцы питались хорошо. Пустые банки от дорогого кофе, кожура от фруктов, обёртки от дорогих конфет, несколько пустых коробок от тортов, упаковки от охлаждённых мясных продуктов и много другого мусора Катя плотно упаковала в валяющие под столом пакеты. Потом начала протирать мебель, собирая посуду в мойку. Открыв холодильник, девушка убедилась, что хозяева не бедствуют, и живётся им весьма не плохо.

Закончив поверхностной уборкой на кухне, Катя раскладывала летнюю обувь во встроенные шкафы прихожей. К тому времени, когда хозяйка вышла в прихожую, Катя шваброй-щёткой подметала пол в прихожей.

— Пап, я думала, ты сиделку себе нанял? А ты, что помощницу по хозяйству?

— Нет. Это Катя. Она аккуратная девочка, любит чистоту и порядок и по доброте душевной решила помочь тебе в уборке.

— Могла не париться, Катя. Мне всё пофиг. Мне и так хорошо.

— Но здесь не убрано.

— Знаешь, что я скажу тебе, Катя, здесь нормально, а свинья грязь везде найдёт. И кто эта Катя, пап? Где ты её выкопал?

— Это моя девушка.

— Девушки бывают у парней, а не у пожилых людей. Очередную охотницу завёл.

— Лизонька, зачем ты так?

— Как, пап? Ты её, наверно и в квартиру привёл? Ты со мной посоветовался? Паспорт её видел, узнал, сколько ей лет, может она несовершеннолетняя?

— Лиза, успокойся.

— Я успокоюсь, если ты дашь мне слово, что ни ты, ни я, эту Катю больше никогда не увидим, — взглянув с ненавистью на Екатерину, добавила. — Ты обещал любить только маму и меня. Она крадёт нашу любовь, пользуется чужой любовь.

За всю дорогу, как они вышли от Лизы Сергей Александрович не проронил ни слова. Катя видела, как автомобиль плавно въезжает во двор Веры Павловны.

— Иди, Птенчик, собирай вещи, я подожду тебя в машине.

— А, как же Лиза. Если я уйду, она вернётся?

— Нет. Она не хочет. Её устраивает такая жизнь. От меня ей нужны только деньги, как не больно, но это так. И она боится их потерять.

Катя выскочила из машины и бегом побежала собирать вещи, как когда-то студенткой на выходные во время отъезда родителей Никиты.

Вера Павловна обрадовалась Кате: «Что, ждёт, вижу он тебя? Я сижу у окна, смотрю, машина незнакомая подъехала, с неё моя Катюшка выпрыгивает. Что съезжаешь?»

— Съезжаю. Может ещё, и вернусь, вы пока никого не берите, я буду платить за комнату. Вы мне звоните, и я буду вам звонить.

Вера Павловна села в сторонке, чтобы не мешать Екатерине, в спешке метаться по комнате, запихивая свой небогатый скарб в чемодан.

— Чего ты так спешишь? Если, что забудешь, потом зайдёшь.

— Вдруг подождёт, подождёт и уедет. Всё может быть, я невезучая.

Выскочив с вещами из подъезда и убедившись, что он всё ещё ждёт её, она была счастлива. Катя не разрешила ему грузить свои вещи, заявив, что ему нельзя поднимать тяжести.

Ближе к вечеру, когда Сергей Александрович переключил своё внимание на папки привезённых документов. Катя, заварив ему и себе зелёный чай, села с чашкой рядом. Она взяла первую попавшуюся папку: «Протоколы лабораторных анализов и замеров, бактериологический, микробиологический анализ, смыв с рабочих поверхностей. Что это? Как это сложно. Это не для меня. Я люблю цифры. Демпинг, профицит бюджета, акцепт, капитализация, рентабельность, депонент».

— И как это связано с твоей работой?

— Никак. Что ты не в курсе, что у нас полстраны работает не по специальности. Кстати я тоже с медалью школу закончила. Училась на бюджете, и в выписке из диплома нет троек.

— И какая твоя специальность у моего Катенчика-Птенчика?

— Я невостребованный банковский специалист.

Он перебрал лежащие на столе папки и подал три из них, и Катя погрузилась в цифры: приход, расход, остаток, прибыль. Теперь каждый вечер она старалась ему помочь. Одного образования без практики было недостаточно, и встречались вопросы, которые она изучала, не достаточно глубоко, и тогда она звонила для консультации бывшим однокашникам, работающим в бухгалтерской сфере.

Сергей Александрович каждое утро отвозил Екатерину на работу, затем ехал по своим делам, после обеда возвращался, привозил в контейнерах ужин и отдыхал. После работы Катя добиралась сама, хотя он настаивал, что хочет её встречать, но она было категорична. Сергей Александрович настоял на такси, девушка согласилась, но ездила на маршрутке, ей было проще, и она привыкла экономить, каждый раз обещая, что следующий раз так и поступит. Денег у Кати и на такси хватило и на свои маленькие радости. У неё появилась банковская карточка, на которую каждый месяц, в один день, как и дочери, он переводил определённую сумму, значительно меньшую, чем Лизе, но ей это казалось огромными деньгами, превышающими её зарплату в два раза. Катя, приспособившись жить экономно, не привыкшая тратить без лишней необходимости, и покупать то, что подешевле, не тратила и трети ежемесячной суммы.

Приближались новогодние праздники. В этот вечер, придя с работы, в прихожей её никто не встретил. Из одной из комнат слышался голос Лизы, Катя знала, что она собиралась прийти за новогодними игрушками. «Когда я смотрю на них, всегда вспоминаю маму. Помнишь, когда она ещё не болела, мы соревновались, кто больше всех игрушек на ёлку повесит. А в тот год, ты не хотел ёлку ставить, а мама сказала, что пусть будет так, как я хочу, ты ей пообещал и раньше всегда так делал». Екатерина не хотела им мешать и решила остаться незамеченной, чтобы не рассорить их. Пока дочь с отцом были заняты в другой комнате, спутник Лизы обосновался в кабинете и копался в документах на столе Сергея Александровича. Это был высокий и красивый молодой человек, широкие и накачанные плечи, свидетельствовали, что он следит за своей внешностью, питанием, посещает тренажёрный зал. При всей критичности к парню Лизы, к которой её настроил Сергей Александрович, Катя не могла найти хотя бы один незначительный изъян в его внешности: «Ещё один Нарцисс!»

— И, что вы там ищете?

— Да, так, смотрю на сколько, он любит свою дочь?

— Ну и как?

— Имея такую прибыль только с одного из своих кабаков, мог и щедрей быть к Лизке в пару-тройку раз.

— Почему вы считаете чужие деньги? А сколько вы приносите в ваш с Лизой совместный бюджет?

— А, ты? Не прикидывайся праведницей, мы одного поля ягоды. Есть бабки, мы рядом, чтоб помочь потратить, прокутить. Что смотришь, я прав. Чтоб такой мордашкой и влюбиться в старого идиота? Эти сказки прибереги для лохов, мне можешь их не рассказывать. Я вижу тебя насквозь. Сам такой. Слушай, ты такая хорошенькая, а давай мы с тобой замутим, раскрутим их по-чёрному. Мы могли работать в паре, бабосиков настригли.

— Я наш разговор записала на диктофон, — солгала Катя, и подумала, что она сделала это же для блага, значит, простительно.

— Ты меня этим не испугала, таких толстых и богатых Лизок много. Смотри, потом не пожалей. Я её брошу, она к папаше вернётся, ты с треском вылетишь.

Он развернулся и пошёл в комнату к Лизе. Катя вспомнила, что сегодня только завтракала, но есть расхотелось, она быстро приняла душ и пошла спальню. Екатерина слышала весёлый смех Лизы и её самовлюблённого Нарцисса. «Да, она давно пришла. Где-то здесь», — услышала голос Лизиного молодого человека, дверь комнаты открылась, зажёгся свет, она увидела Сергея Александровича: «Ты почему не сказала, что пришла. Я посмотрел на часы, испугался, что тебя ещё нет. Почему ты в тёмноте сидишь?

— Я не хотела вам мешать.

— Птенчик, разве ты можешь мне мешать?

— Я не хотела скандала, расстраивать тебя и Лизу.

«Пап, мы пошли», — раздалось из прихожей.

— Пойду закрою дверь, а мой Птенчик сейчас пойдёт и посмотрит, что у нас появилось на лоджии, а я разогрею ужин.

С лоджии паснуло свежей еловой смолой.

— А у нас игрушек нет.

— И хорошо, что нет. Куплю завтра, всё новое игрушки и гирлянды, надо жить будущем.

Но на следующий день Сергей Александрович был занят, и покупку пришлось отложить, но зато поджидал Катю на стоянке около агентства. В предпраздничные дни на работе у Екатерины было полное затишье. Кто собирался провести новогодние каникулы вне дома, давно были с путёвками, а Сергей Александрович жаловался девушке на загруженность, в связи с производственными корпоративами.

Виктория Валерьевна сама предложила Кате выходной, и она собиралась навестить бабушку Иру.

Утром, проводив Сергея Александровича и собираясь выходить, Катя услышала звук ключа в замке, решив, что вернулся хозяин квартиры, распахнула дверь. На пороге стояла Лиза.

— Где папа?

— На работе, конечно. Ты позвони ему.

Лиза в сапогах и шубке, прошла в комнату и села на диван. Лиза не знала, что ей делать.

— У тебя, что-то случилось?

— Да, случилось. Мне плохо. Можешь радоваться.

— Почему я должна радоваться? Могу я чем-то помочь?

— Чем ты мне поможешь? Ты никто, полнейшее ничтожество, приживалка. Что мне делать? Если он узнает?

— Кто узнает? Сергей Александрович?

— Да причём здесь папа. Я говорю о Егоре. Мне только папа может помочь. Быстро иди и позвони ему, пусть срочно приедет.

Все планы Кати рухнули, она звонила отцу Лизы, потом были крики и слёзы дочери, которая оказалась беременной. Зная, что молодой человек будет против ребёнка, Лиза не решалась ему сказать. Из-за природной полноты её беременность не была заметна, на намёк Лизы, о её желании стать мамой, разразился скандал. Она решила избавиться от ребёнка, пока Егор не узнал о её интересном положении. Получив отказ в процедуре из-за срока беременности в восемнадцать недель, дочь требовала от отца позвонить его хорошей знакомой, для улаживания её проблемы. Екатерина слышала, как Сергей Александрович пробовал объяснить дочери опасность такой процедуры на большом сроке.40393c

Катя была немым свидетелем их взаимных упрёков оскорблений. Заметив, что он побледнел и начал опускаться на диван, быстро подбежала к нему. Лиза обиделась и ушла, не дожидаясь приезда скорой.

Придя домой из больницы, Екатерина позвонила Лизе, чтобы рассказать о состоянии её отца, но услышала в ответ: «Мне всё равно. Раз ему наплевать на меня, то это взаимно».

Новый год она встретила в платной палате со своим мужчиной с соком и фруктами и телевизором.

Катя чувствовала заботу и любовь этого человека. Она приносила по несколько папок с документами, они вместе разбирали каждый листок, ездила по его просьбе и на две его другие точки. Каждый раз он говорил о дочери, волнуясь за неё, боялся, что Егор, догадавшись о беременности, может поднять руку, или уйдёт, а Лиза совершит необдуманный поступок.

Не зная, как ему помочь, она нашла в его телефоне контакт отца ребёнка и, сбросив себе на телефон номер, позвонила ему и назначила встречу.

Он откликнулся сразу на её предложение о встрече в надежде на другой разговор и интересное предложение.

Катя не стала ничего искажать, рассказала правду, о беременности Лизы и обещании Сергея Александровича в период беременности увеличить ежемесячную выплату дочери в два раза, а после рождения ребёнка сумму пересмотреть и значительно повысить.

Егор обрадовался новым условиям, но с оговоркой: «Я согласен терпеть брюхатую тумбу, но что касается ребёнка, то, у её папаши денег не хватить». Девушка обрадовалась и такой передышки здоровью её мужчины, но Екатерину волновал предстоящий разговор с Сергеем Александровичем. Она подробно ему рассказала о своём звонке и встрече с молодым человеком Лизы, о согласии Егора и о наличии денежной проблемы.

«Если проблему можно решить за деньги, это не проблема, это просто расходы», — ответил повеселевший больной.

Пока Сергей Александрович находился в больнице, Катя несколько раз ночевала у Веры Павловны, живущей недалеко от больницы. В один из вечеров она попросила Веру Павловну погадать о наказании, какое понёс преступник, убивший её мать.

— В казенном доме она не была. Её судьба наказывает, и будет наказывать.

— Так это женщина? И как её убила.

— Твоя мать погибла в воде.

«Как Сергея выпишут, возьму оставшиеся две недели отпуска и съезжу домой», — мечтала девушка.

Сергея Александровича выписали в середине января, но, не получив одобрения Виктории Валерьевны, с отпуском ей пришлось подождать.

Отношения Лизы с отцом потеплели. Она сама позвонила ему перед его выпиской и хвасталась, что Егор не такой плохой человек, как он думает и, догадавшись о её беременности, он отнёсся спокойно, и у неё всё хорошо, родится девочка.

Екатерина радовалась, видя, что её мужчина в хорошем настроении, улыбается и часто шутит. Катя чувствовала, любовь и заботу Сергея Александровича, бережное и нежное отношение к ней. Всё свободное время они проводили вместе, вместе вставали, завтракали, он подвозил её до работы, вечером всегда ждал её на парковке. Они ехали ужинать, но чаще он привозил что-нибудь в контейнерах, и ужинали дома.

Сергей Александрович настоял на Катином обучении в автошколе, сам отвозил её на занятия и терпеливо ждал их окончания.

В редкие выходные дни возил её по магазинам, сам выбирал ей вещи, не смотря на ценники, всячески баловал. Теперь по утрам открывая шкаф, полный новых дорогих вещей, Катя перебирала, думала, что ей одеть. Часто, подкрасившись и надев новый наряд, подходила к нему для одобрения, он сватал её в охапку и нёс на кровать. Она требовала отпустить её, ведь ему нельзя носить тяжести, а до кровати она и сама с радостью добежит, потому что любит его и секс.

А затем они вместе быстро одевались и спешили, чтобы Катя не опоздала на работу. Любовник не предлагал Екатерине оставить работу, а наоборот, он считал, что человек должен развиваться в разных направлениях, не зациклиться на домашнем хозяйстве, которое деградирует личность, делает её неинтересным для окружающих.

Сергей Александрович ей никогда в любви не признавался, никогда не говорил, что любит, но Кате и не нужны были его слова, она чувствовала, что желанна и любима. Девушка была счастлива и, боясь огорчить или расстроить его, она в быту никогда не спорила с мужчиной, чтобы его не волновать, полностью подчинялось его власти, во всем соглашалась и полностью во всём ему доверяла.

Сергей Александрович всё решал за двоих, но в постели их роли менялись, хозяйкой положения и роль руководителя доставалась ей, здесь не было такого, чего бы Катя или стеснялась или не хотела. Она согласна была заниматься с ним любовью всегда, везде и в разных вариациях.

Несколько раз он брал Екатерину на встречу со своими друзьями, представляя её свой девушкой. Друзья открыто завидовали и спрашивали его, о возрасте спутницы и шутили, что она моложе его дочери Лизы.

В агентстве все знали о новом Катином романе, о совместном проживании с поклонником, радовались за неё, видя её улыбающуюся, в новых дорогих обновках.

В середине февраля Виктория Валерьевна отправила Екатерину догуливать отпуск, и она, рассказав ему о скучающих по ней родных и получив его одобрение, спешила в родной городишко.