Глава 35. Берг

Тая смотрит так, что никаких сомнений нет. Действительно уляжется на неудобном диване, чтобы настоять на своём. Невыносимая девчонка.

— Боги, для начала его нужно вымыть от грязи.

— Поможешь?

Будь это кто-то другой, давно бы послал. Не сдерживаясь в выражениях и эмоциях. Но просит куколка, и Зверь едва мне на глотку не наступает, заставляя молчать.

Пара просит о помощи, сама. Без привычной колкости, злости. Доверяется и признаёт мою силу. Не факт, что понимает это, но посыл предельно понятен.

Поэтому могу лишь подниматься наверх, включая тёплую воду. Тая усаживается на пол возле душевой кабины, аккуратно опуская медвежонка на акриловое покрытие. В очередной раз простреливает мыслью, как она будет вести себя с нашим ребёнком.

Может психовать, кричать, доказывать, что постарается уйти после рождения наследника. Но это всё пыль. Во-первых, никто её отпускать не собирается. А во-вторых, если она так беспокоится о чужом ребёнке, то за своего порвёт всех.

— Так, не брызгайся!

Куколка так сурово смотрит, что даже мне хочется замереть. Но вместо этого опускаюсь рядом, продолжая сжимать пальцами насадку для душа. Девушка же выдавливает шампунь на ладони, втирая в шерсть малыша.

— Ну, будешь грязным и некрасивым.

Вряд ли это сильно беспокоит Зверя, но тому никуда не деться от Таи. Та крепко держит его, вымывая лапы. И улыбается. Блять, мне ни разу не улыбалась так широко, а ему — да.

Если я причиню вред ребёнку, девушка не сильно обрадуется. И это единственное что сдерживает меня. Сам дёргаю полотенце, вытирая медвежонка. Не позволяю девушке приблизиться, возвращаясь на первый этаж. Безопасней для всех, если Зверь немного утихомирится внутри.

Может быть слишком ласковым с парой, но при этом безжалостным ко всем остальным.

— Видишь? — киваю на малыша, который медленно исследует окружение, а затем забирается на лежак, куда бросил плед. — Его всё устраивает.

Тая всё время оглядывается на оборотня, проверяя его состояние. Отмахивается на выбор ужина, вяло отвечая на все вопросы. Явно мысли заняты чем-то другим.

И я очень надеюсь, что ей хватит мозгов думать не только о ребёнке, а и о моих словах. Вспомнить все несостыковки, найти доказательства, что я говорил ей правду про Верховную.

— Я что-то сделала не так? — Куколка мнётся рядом, когда я подбрасываю дрова в камин. — Ты не подпускаешь меня к малышку.

— Тая, блять.

— Не выражайся!

— Иди-ка сюда, моя ведьма, ничерта не знающая о магии и парах, — утаскиваю девушку на пол к себе, двигая ближе к огню. — Ты сейчас ооо-очень подвергаешь ребёнка риску, ясно?

— Почему? Я же ничего не…

— Куколка, мне плевать, что ты и как. А Зверю не нравится конкурент в доме. Которому ты уделяешь намного больше внимания, чем ему.

Понимаю, что этим могу только сильнее оттолкнуть девушку от себя. Убеждал девушку, что оборотни не монстры. А теперь сам всё объясняю и понимаю, насколько хреново звучит.

— И Зверь не терпит соперничества за внимание. С родными детьми — да, хотя тоже будет недоволен. С другим оборотнем точно не будет себя контролировать.

— Ты сам сказал, что ему года три. Это бред.

— Это реальность, куколка.

— И что мне? Почесать тебя за ухом, чтобы успокоился?

Тая издевается, касаясь пальцами волос. Ведёт по шее и плечам, при этом прижимаясь ближе. Не перестаёт улыбаться и закатывать глаза, но при этом касается. И Зверь, сукин сын и предатель, легко оттаивает. Капля вниманием, а он едва ли не брюхом вверх лежит.

Наслаждается.

— Ну? Так лучше? — шепчет, поглядывая на заснувшего малыша. — Или недостаточно?

— Совсем нет. Желания убивать больше нет, но кто знает…

— Лжец.

Куколка качает головой, легко считывая обман. Но при этом не отодвигается, оставаясь близко. Так, что можно заметить несколько выгоревших прядей возле уха. И втянуть запах моего геля для душа, с примесью дыма и травяного чая.

— Берг.

— Ммм? — зарываюсь в её волосы, сжимая в объятиях. Хорошо, спокойно. — Что такое, куколка?

— А мы можем не уходить наверх? Хотя бы в первую ночь?

Да Зверь землю перевернёт, чтобы эта ночь стала последней. Найдёт любую ведьму, которая сможет определить, откуда взялся ребёнок. Надо будет — лично в зубах принесёт ближайшему родственнику.

Лишь бы убрать наглого медвежонка подальше.

— Могу всю ночь обнимать твоего ревнивца. Ну и тебя заодно. Согласен?

Да не приведут Боги до того дня, когда Тая поймёт своё влияние на меня. Вроде уже говорил, открыто, вручая поводок. Но не поняла, не обратила внимания. Оно и лучше.

В какой-то момент Куколка из меня душу вытрясет, а Зверь только радостно подставляться будет.

— Меня объятиями не возьмёшь, Тая. Только поцелуями.

Снова закатывает свои блядски красивые глаза, улыбаясь слишком широко. Ни капли не верит моим словам. Но при этом сама подаётся вперёд, прижимаясь ближе.