Глава 27

— Ты просто трубки больше не бросай. И не пытайся так легко отделаться от Макса по телефону, — усмехнулся Эрих, в его руках все еще был ее паспорт, — включай телефон. Ждем звонка, об остальном он сам тебе расскажет.

Катя отвела взгляд от бумаг, покоящихся в стороне, и послушно включила телефон. Белое яблоко светилось на черном фоне всего несколько секунд, а затем он попросил ввести код для разблокировки.

К счастью, новая сим-карта была зарегистрирована не на ее имя, и это внушало Кате некую безопасность от собственных отца и брата. Она могла без страха созваниваться с Максом. Да, номер был зарегистрирован не на нее, но Эрих сказал, что так нужно — он сам купил номер и привез Кате через некоторое время после того, как Макс подарил ей этот телефон. А Нойманн сказал, что родным можно звонить только со старого номера и попросил, чтобы новый номер она держала в секрете. Впрочем, это Катя поняла сразу.

Проходит несколько минут, но телефон упорно молчит. Катя недолго думает и набирает первой, чувствуя улыбку Эриха рядом. Словно он в ней не сомневался, а ее действия были слишком очевидными.

— Я не расскажу ему. Но только потому, что ты… его друг и хороший человек, — прошептала Катя, на несколько секунд встретившись с мужчиной взглядом, — но такого больше не повторится! Иначе…

— Я не сомневался в твоей доброте, Катя. Но обещаю, что такого больше не повторится, — стрельнул он глазами, а затем вытянулся в полный рост и стал вместе с девушкой ждать ответа.

Ее сердце гулко билось, отдаваясь где-то в ребрах, а пальцы немного дрожали. Катя натянула одеяло по самое не хочу, а телефон поставила на столик, но так, чтобы по видеосвязи их с Эрихом было видно.

— Не берет… — тихо произнесла Катя, испытывая ни с чем не сравнимую тоску.

— Возьмет, — уверенно произнес Тирбах и включил свет на балконе, не поднимаясь с теплого пола.

И правда, через несколько секунд гудки прекратились, а черный экран сменился… Максом. Катя тихо выдохнула, стараясь не показывать мужчинам ту гамму чувств и эмоций, что она сейчас испытывала.

Но на ее лице все было написано вне зависимости от желания девушки.

Макс тоже впился внимательным взглядом в ее глаза, тело, волосы, осматривая ее, «трогая» своим глубоким взглядом и не выдавая своих чувств.

Эрих только улыбнулся.

— Привет, — первой начала Катя.

— Здравствуй, — Макс склонил голову набок.

Там, где он находился, горел яркий свет. А еще, похоже, немец принимал ванну. Именно сейчас.

— Ты купаешься? Я не вовремя, — пробормотала Катя.

— Я купаюсь, — ответил тут же, — ты вовремя. Ты всегда вовремя, Катья.

Кате было стыдно за их последний разговор, где она попрощалась с ним и сказала, что устала жить ожиданием. Черт, стыдно… Поэтому она замолчала, не найдясь словами, ведь фактически она попыталась бросить его.

— Как ты? — прошептала она.

— Без тебя не очень…

Возникла неловкая пауза, и Катя отвела взгляд. Ей тоже было не очень…

— Привет, Макс, — поздоровался Эрих на немецком, спасая неоднозначную ситуацию, — все в точности так, как ты говорил. Я узнал.

— А документы? — с придыханием спросил Макс и установил свой телефон прямо напротив.

Катя не видела, но предположила, что это была специальная подставка, например, для ноутбука.

Теперь было видно не только лицо Нойманна, но и плечи, и пену, покрывающую его мускулистое тело. Катя смотрела на него с придыханием и начала прислушиваться к разговору, но о каких документах шла речь — девушка была без понятия.

— Все пришло в срок. Завтра же поедем собирать второй пакет.

— Отлично, — кажется, Нойманн расслабился. Даже откинулся чуть-чуть на спину, оголяя несколько сантиметров от плеч.

Засмотревшись на его сильные руки, Катя не сразу поняла, что он за ней наблюдает. Да и весь разговор до нее доходил с опозданием.

— Может, меня тоже посвятите? — поинтересовалась Катя, но не дерзко — она все еще чувствовала свою вину за «расставание» по телефону.

Но вот злости или обиды со стороны Макса она, к счастью, не заметила. Была только холодность, как и всегда присутствующая при других людях, поэтому Катя немного позволила себе расслабиться.

До некоторых пор. Пока Макс не заговорил вполне серьезно…

— Я бы не хотел, чтобы эти слова я сказал тебе по камере, к тому же находясь в ванной и к тому же — в другой стране, — начал Нойманн издалека.

Очень издалека, Катя это поняла и взволнованно оглянулась на Эриха.

— Нам нужно серьезно поговорить. Прямо сейчас, к сожалению, — уверенно произнес Макс.

Произошел БУМ: Катя замерла в ожидании следующих слов Макса, но он молчал. Упорно молчал и даже отвел взгляд, словно раздумывая, как полегче преподнести нож на блюдечке, которым он впоследствии ударит.

И Катя не смогла молчать — так бешено колотилось ее сердце. Она связала поцелуй Эриха, слова Макса о серьезном разговоре и его взгляд… мрачный взгляд.

Словно то, что он собирается сказать, это нечто важное и серьезное, что Кате может не понравиться.

— Ты отдаешь меня Эриху?

Взгляд Макса метнулся к экрану — чисто инстинктивно дернулся, хотя мозг все еще был в раздумьях.

Катя замерла, вцепившись в одеяло горячими пальцами. Она еще не понимала, какую глупость выдало ее отчаянное сердце, не посоветовавшись с головой.

А Эрих…

Эрих поперхнулся!

Вином.

— Was hast du gesagt?[1] — спросил Макс.

(- Что ты сказала?)

— Ничего! — выпалила бедная девушка, вся красная, боясь даже посмотреть в сторону подавившегося Эриха.

— Was hast du gesagt? — повторил он, впиваясь своими глазами в своего друга.

Наконец, Тирбах прокашлялся. Выглядел он весьма неважно, поскольку вообще не ожидал таких слов, которые могут выдать его поцелуй с головой, поэтому тут же вышел с балкона приводить себя в порядок. Да и Макс теперь, похоже, что-то заподозрил.

— Что за глупость ты сейчас сказала? — холодно спросил Макс, обескураживая растерянную девушку, — позови сюда Эриха.

Катя притихла под внимательным взглядом немца. Макс медленно наклонил голову набок, продолжая смотреть на Катю в упор, как на допросе.

— Трудности перевода? Я не так понял? — напрягся Макс, говоря на своем отличном немецком, — я собираю документы для брака. Ты станешь моей женой, Катья… А теперь переведи мне свою последнюю фразу. Что ты сейчас сказала?

А Катя едва не задохнулась от нахлынувших чувств: Максимилиан все это время собирал документы для брака? Катя станет ему женой? Женой немца?..

[1] Was hast du gesagt? (с нем.: «Что ты сказала?»)