Глава 11

Джавед Тугие стенки обволакивают член, сжимая как перчатка. А ведь я даже не пробил плеву! Ощущения просто адские! – Да-а-а, – рычу со стоном, когда малышка подается мне навстречу, и наконец делаю долгожданный рывок, разрывая на части ее невинность. Лиза тут же болезненно стонет и морщится, закрывая свои колдовские глазки. Чувствую, как она начинает сопротивляться, пытаясь избавиться от боли, и ловлю ее руки. Завожу их ей под спину и фиксирую собственным весом. – Успокойся, – требую я сквозь зубы, с трудом сдерживая желание выдрать ее. Грубо и без остановки. Член пульсирует от желания, требуя трения, но я жду. Жду, когда маленькая киска привыкнет к тому, что ее покорили. – Ноги шире, – командую я, ведь она вся сжалась, сомкнув ноги вокруг меня. – Шире! Или хочешь, чтобы было больно? – Братан, давай поласковее, – вставляет Алим, склоняясь над Лизой и начиная мять ее грудь. – Эй, всё хорошо, – поворачивает он ее лицо к себе и целует, отвлекая от меня. Эта картина настолько заводит, что я всё же начинаю двигаться, сам раздвинув ей ноги. Держу их за коленки на весу и трахаю влажное пульсирующее отверстие, слаще которого, казалось, не встречал. И судя по всему, ему тоже начинало нравиться, то что с ним творили. Лизонька начала потихоньку оттаивать, пусть и не слишком резво отвечала на наши ласки. Зато та пульсация между ног не могла соврать и скрыть то, что творилось с ее телом. Хотела она этого или нет, но девчонка завелась. И возможно, даже кайфовала от того, что мы с ней творили. В любом случае бурных протестов она не выражала. – Че-е-ерт! – рычу я, чувствуя, что конец близко. А так хотелось продлить удовольствие! Убыстряю толчки и принимаюсь наглаживать клитор, точно ловя момент, когда девчонка начинает кончать вместе со мной, собственно говоря, ее разрядка и приводит меня к моей! Еще бы, так сжать стенками член, словно выдоить его пытается! – Теперь моя очередь! – с блестящими глазами заявляет Алим, стоит мне освободить место между ног нашей красавицы. – Что?! Нет! – тут же качает головой девица, начиная отползать к изголовью. – Как это нет? – обиженно дует губы брат. – Под ним, значит, кончала как не в себя, а мне нет? Хватит уже корчить невинность, она вон вся вытекла, – ухмыляется он, указывая на простыню, где красуется ее кровь. – Мне и так больно! – возмущается она на его слова. – Отпустите меня! – Бля-я-я, как же с вами сложно! – ругается Алим, а потом поднимает руки в знак поражения. – Ладно, сегодня отдохнешь. Пусть киска придет в себя. А пока отсоси. – От… Что?! – возмущенно выпучивает глаза Лизонька, явно не ожидавшая такого приказа. Меня же вся эта картина начала забавлять, так что я, вытерев полуопавший член от смазки, смешанной с кровью, устроился на стоявшее рядом с кроватью кресло. Так будет куда удобнее наблюдать за лишением девственности еще одного отверстия. Алим – Ну что ты так смотришь? Не знаешь, что значит отсосать? Так я научу! – двигаюсь я ближе к явно протрезвевшей девушке. – Я не хочу! – возмущается тут же та. – В смысле не хочу? В киску больно, в рот не хочешь. А в попку хочешь? – с хитринкой спрашиваю я, щипая ее за сосок. – Отстань, извращенец! – бьет Лиза тут же по руке. По взгляду понимаю, что действительно испугалась последнего моего предложения, и решаю надавить. – Сама решай, или бери в ротик, или подставляй попку. Попку-то я и так вскрою, но минет по собственной воле сейчас у меня в большом приоритете. Она в полнейшем ужасе мотает головой. Глаза как блюдца. Глядит на дверь, будто сможет сбежать. Ну нет, детка, ты попала. Не хочет сосать? Под братом, значит, извивалась как похотливая маленькая сучка, а теперь будет из себя строить невинность? Меня берет злость, и я еще решительнее решаю ее поиметь в рот. – Алим, пожалуйста, нет… – блеет, широко распахнутыми глазами наблюдая за тем, как я с членом наперевес подхожу к ней. Яйца каменные. Член стоит как шпала. Двигаю по нему рукой, обхватив пальцами, размазывая щедро выступившую смазку. Сука. Какая она сладкая. И порочная. Только всё зачем-то пытается это отрицать. Скоро будет скакать на наших членах с откупоренными и жадно принимающими их дырками. Течь на них и верещать от удовольствия. Просить еще, глубже, выдрать ее как последнюю шлюху. От этих мыслей член напрягается еще сильнее. Больно становится даже. И эту боль сейчас высосут нежные полные губки нашей бывшей недотроги. Маленькая сучка дрожит, а я не церемонясь хватаю ее за затылок. Наклоняю к члену. Она упирается, мычит, но это меня еще больше заводит. – Алим… – Попка или рот! Я же сказал, – напоминаю, усиливая напор и придвигая ее ротик к головке члена. Рыжуля умоляюще заглядывает в глаза, но пощады не добьется. Беру ее за тонкую ручку и тяну к члену. – Обхвати, – командую. Ей приходится подчиниться. Тонкие холодные пальцы ложатся на член. – Сожми, – снова приказ. Как только она касается ствола, даже не сжимая пальцы, он дергается в ее руке. Девчонка испуганно ойкает, а затем нервно облизывает губы. Блядь. От вида ее язычка я прямо сейчас готов кончить. Но рано, слишком рано. Я хочу продлить это удовольствие как можно больше. – Рукой води, вот так, – руковожу ее действиями. Начинает мало-помалу проникаться ситуацией и робко поглаживать тонкую кожу члена. По расширившимся зрачкам понятно, что это ее не оставляет равнодушной. А как же иначе? – Что? Нравится? – ухмыляюсь. – А сосать понравится еще больше. Замирает, переставая двигать рукой. Накручиваю на кулак ее волосы и запрокидываю голову назад. – Работай рукой, детка, – велю ей, сгребая волосы и направляя ее голову в сторону головки. – И облизывай. Доставай свой язычок и лижи, как мороженое. Ты же любишь мороженое? Все девочки любят сладкое, думаю, ты не исключение. Ну же, рыжуля, давай, или я заставлю тебя. Осторожно вынимает кончик языка и аккуратно, мазком, делает короткий выпад. И тут же убирает его. Сука, мало! Шиплю и сжимаю пальцы. Только раздразнила. Теряю терпение. Рычать готов. – Еще! – жестко говорю и тычу членом ей между губ. Головка вздыбленного члена вжимается беспощадно и расталкивает губки. Рыжуля мычит, но ничего не может поделать. Непроизвольно сжимает пальцы на члене и пытается его от себя отодвинуть, но я явно сильнее. Усиливаю натиск, глубже натягиваю малышку на себя. – Бля, детка, я готов кончить, а мы же только начали… Охуенный ротик, такой горячий… – продвигаюсь дальше, ее губки несмело и нежно смыкаются на головке. – Язычком его, язычком, – учу ее, как надо правильно делать, а сам дохну от удовольствия. Как же охуенно трахать этот сладкий, невинный, горячий ротик. Развращать эту малышку – лучшее из того, что я испытывал за последнее время. Давно ничего подобного не чувствовал. Она особенная. Всё с ней ощущается иначе. Вроде техника та же и рот, как у всех остальных, но всё равно, мать твою, всё по-другому! – Бля, детка, какая же ты… – издаю стон, углубляясь членом в горячий ротик. – Ммм… – стонет рыжуля, глазки закатываются, веки подрагивают. Брат на заднем фоне, как я слышу, усердно дрочит. Пыхтит как паровоз. – Обведи языком головку, сожми, вот так, соси, соси, дыши носом, я иду глубже, – командую, наслаждаясь каждой секундой процесса. – У тебя отлично получается. Умелая ученица, прирожденный талант. – Хорош пиздеть, – слышу голос брата, – отвлекаешь… – А ей нравится, да, детка? – смотрю в осоловелые глаза рыжули, подернутые дымкой похоти. Этот ее взгляд мне башку сносит. – Смотри, как ей нравится, сосет с удовольствием. Ей нравится, когда я ею командую. Может, ей и боль понравится? Ну не дергайся, малышка. Всё в пределах нормы. Отшлепаем твою попку до красноты, а потом вставим туда член. Тебе понравится. Да-а-а… Соси сильнее, так, вот так. Видимо, от страха или чтобы отвлечь меня и заставить заткнуться, малышка начинает сосать усерднее. Медленные и неуверенные движения перерастают в быстрые и сильные. Она сосет. Быстро, в темпе. Задобрить пытается? Возможно. Как только упоминаю попку, страх ее подставить под наши члены затмевает собой всё. Отличный я рычаг нашел руководить этой крошкой. Буду его вовсю использовать. А сейчас хочу достать ей до горла. Главное – не спешить. А то задохнется. – Так, детка, сейчас будет самое интересное, готова? В страхе замирает прямо с членом во рту, вставленным наполовину. Дышать перестает. Глажу ее по голове, как послушную девочку. – Я войду дальше. Глаза расширяются. Зрачки черные, в них плывет мое отражение. – Не бойся, я пойду медленно, давай вместе лишать твой ротик девственности, – неторопливо проталкиваю член дальше, расширяю его, я и правда будто лишаю ее девственности, наслаждаясь тем, как невинность, как ненужная шелуха, слетает с этой малышки. Скоро она поймет, как это круто – идти на зов собственной плоти и позволять себе самые развращенные желания. Трахнем ее с братом и в ротик вместе. Потом. Она будет сосать нам обоим. Поочередно. А пока я первый. – Носом, носом дыши, горлом не получится, горло мое, – горячо шепчу, втягивая носом воздух, чтобы не кончить, ведь внутри ее рта адская жара. Расширяю горло, малышка стонет, я тяну ее дальше, насаживаю голову на ствол. Достал! До горла достал. Она так щедро увлажнила член собственной слюной, что он легко скользит у нее внутри рта, упираясь головкой в горло. Рыжуля хрипит под натиском широкой головки. Но это только усиливает ощущения. Кайфую, замирая в этом моменте. Заодно даю ей отдышаться. Она давит в себе рвотные позывы и отчаянно дышит через нос, ноздри раздуваются, руки уже давно уперты в мои бедра, она использует их вместо опоры, пальчики дрожат, губы все в слюне, рот плотно натянут на мой член. Картинка просто, блядь, сказка! Я прямо-таки надел рот малышки на свой стояк и прекращать не собираюсь. Пока не кончу. Пока не обкончаю спермой ее губы. – Смотри на меня, смотри, как я тебя трахаю, – не даю ей оторвать глаз. Рабский взгляд служит мне ответом, в ее глазах покорность. Она боится, что я сделаю больно, поэтому позволят мне вести. Это лучший сорт кайфа – управлять неумелой девственницей, которая ничего не знает о сексе. Но другие только делали вид, что не знают, играли, эта и правда узнает, что такое наслаждение. Это заметно. А я почти уже готов выплеснуться ей в рот. Начинаю жестче двигаться внутри. Держу ее за волосы. Насаживаю на член. Сперма подступает, я чувствую. Рот горячий, тону в его влаге, малышка хрипит, бьется на члене, слюна стекает по ее подбородку. Брат не выдерживает и подходит к нам. Слышу его шаги, озираюсь. Он подступает ближе. Рука на члене. Головка красная, распухшая. Малышка еще больше расширяет глаза. Она просто не представляет, что он с ней может сейчас сделать. Но в этот раз ей везет. Брат просто заканчивает дрочку рядом с ней. Он делает несколько движений рукой по члену. Я же делаю их внутри ротика рыжули. Туда-сюда. Скольжу в ее ротике, как в киске, используя его на полную. А-а-а-а! Сука, это просто охуенно. Выдержке приходит конец, и я заливаю рот спермой. В испуге малышка выталкивает член изо рта. Ничего, проглотит в следующий раз. Выдоит досуха. А пока сперма пачкает губы, брат отодвигает меня и выплескивает свою. Порции спермы смешиваются на ее губах. Джад хватает девчонку за затылок и заставляет обхватить головку кончившего члена губами. Она упирается, но он сильнее, вдавливает член и размазывает всю сперму по ее губам. Она стонет, дышит рвано, грудь вздымается, вся растерянная и испуганная. Эту перепуганную малышку нужно успокоить. – Отвали, Джад, – резко отстраняю его от нашей крошки и перехватываю ее за талию, поднимаю на руки. – Ну что ты? Не бойся. Ты такая умничка. Сделала нам очень-очень хорошо. Теперь сделаем мы. Хочешь? – Нет! Нет! – шепчет перепачканными белыми сгустками губами. Такая красивая, голая, сладкая. Эта девочка не должна бояться, она должна кончать Много! – Не бойся, сладость, сейчас и тебе будет хорошо. Несу ее на постель и кидаю на кровать спиной. Она барахтается и пытается подняться. – Держи ее, – говорю брату. Тот расслабленной походкой идет к нам. Вялый член болтается между ног. Рыжуля кидает на него взгляд, опирается на локти, но он уже подошел. – Не бойся, ему надо время прийти в себя. – Не бойся, – вторю я ему, – ты сделала нам хорошо, теперь наша очередь. – Но я не хочу! Отпустите! – пищит она. Смотрит на нас снизу вверх потерянным взглядом. Раздвигаю ее ножки с усилием, она опять проявляет непокорность. Но уже поздно играть в невинность. – Сейчас ты не захочешь, чтобы отпустил, – приговариваю, всей пятерней накрывая ее киску. – Мокрая! Наша девочка возбудилась, брат, – смотрю на него. – А ты думал? Они только с виду такие невинные, – усмехается он, пощипывая ее соски. Каждый раз она вздрагивает, бьется в наших руках. Извивается. Хочет увернуться, но ничего не выходит. Она вся в нашей власти, мы трогаем ее, гладим, ласкаем. Развращаем… – Ты такая красивая, перестань сопротивляться, – уговариваю, опуская большой палец на волшебную кнопку, которая запустит неминуемый процесс. – Хочу, чтобы тебе было хорошо. – Мне будет хорошо, если отпустите! – снова извивается, взбрыкивая, как сноровистая лошадка. – Хочешь, чтобы отшлепал? – грожу, и она сразу замирает. – Дай мне сделать тебе хорошо. Ты же мокрая, ты же возбудилась. Смотри. В доказательство своих слов ныряю пальцем в глубину ее киски. Щель просто сочится влагой. Ее много. Липкая, сладкая. Нежная. Подсоединяю второй палец. Третий. Тремя пальцами начинаю потрахивать малышку. Она трепещет, животик дрожит, глаза закатываются. Закусывает губы, перепачканные в сперме. Джад сильно втягивает ее соски языком, то один, то другой. Мнет одну грудь, вторую облизывает, обводит по кругу языком. Рыжуля подается к нему вперед, позволяет и мне входить в нее пальцами. Сдалась девочка. – Ах! – вскрикивает. По телу проходит волна дрожи. Еще одна. Внутри тоже ощущаю мелкие спазмы. Она близка к оргазму. Я усиливаю движения пальцев, горячая влага струится по фалангам. Внутренние стеночки сжимаются, я уже представляю, как буду ее трахать. Как войду туда членом и начну как поршнем ее накачивать. Как она будет меня обхватывать. Кончать. Сука. Член снова напрягается. А она не готова, ей же еще больно. Надо пожалеть малышку, иначе у нее закрепится в голове только боль. А хочется, чтобы удовольствие. Чтобы каждый раз, когда она думала о нас, когда она видела нас, вспоминала только непрекращающееся наслаждение. – Какие сладкие… – шепчет Джад, продолжая облизывать соски рыжули. А ей нравится. Сучит ножками, приподнимает бедра и раскрывается мне. Пальцы уже очень глубоко внутри ее киски. Она их обхватила как перчаткой. Тесной, тугой, очень-очень горячей. Сжала как тисками. Трахаю без перерыва, усиливая напор. Стеночки мелко вибрируют вокруг пальцев. Трение очень сильное, но ей уже не больно. Она стонет и льнет к моей руке, чтобы соприкасаться с ней полностью и взять всё возможно наслаждение. Джад прожолжает мучить соски, его умелые пальцы оттягивают их, а потом рот накрывает соски поочередно. Малышка только и может, что всхлипывать от восторга, она просто не успевает даже подумать, что делает что-то порочное. Скоро она нам позволит еще больше. Возбуждаюсь сильнее, понимая, что не отпущу ее. Всё, тормоза мне сорвало полностью, сегодня мы трахнем ее оба. – А-а-а… Да-а-а-а… – самый сладкий, порочный, долгожданный стон срывается с губ рыжули. Ну вот и всё, она признала поражение. – Вот так, детка, кончай, – приказываю еq, ощущая приливы сильной пульсации в горячей киске. Еще немного, и она кончит. Толкаюсь в нее пальцами снова и снова. Ласкаю и клитор, не забываю про него. Обвожу большим пальцем, я, блядь, как виртуоз. Мне нужно, чтобы девочка кончила.