Интерлюдия 9.

Роберт Локвуд поправил на плече лямку и выскользнул из своего укрытия. Ему не составило труда добраться от Хогвартса до пригорода Лондона. И это несмотря на суету среди маглов, военные патрули магов и волшебные заслоны, то и дело встречающиеся между графствами. Сегодня последняя ночь, когда он ещё может скрыться. Уже завтра всех детей ждет Хогвартс-экспресс. А конкретно их компанию — прямая дорога на Марс.

Нет, на Марсе неплохо. Космический порт только строился, но уже мог похвастаться размерами, верфями, складами и количеством причалов. Больше половины посадочных мест пустовало, но размах планов восхищал. Локвуду нравился Марс. Там уже организовывались поселения, каких он не видел прежде. Ровные дороги, цветущие сады, школы, больницы, пока один университет и дома с обширными подворьями. Так он видел другую планету. Боб каждый раз удивлялся, как это получалось так быстро. Ведь люди прибывали каждый день.

Беженцы с Земли сразу попадали в карантинную зону, где их распределяли по домам и работам. Тунеядство тут под запретом. Заодно проводили лекции по законам ковена. Если люди не соглашались вступать в ковен, то им предлагалось вернуться на Землю, там были и другие лагеря для беженцев. Мало кто отказывался. Особенно сотни, если не тысячи сквибов, коих спасают от расправы в лице фашистов. Но если уж дал присягу Ковену, будь любезен соблюдай его правила. С местной стражей правопорядка шутки плохи. Больше всего Роберт опасался попасться патрулю, пока пробирался от школы. Сдали бы обратно во дворец, как миленького.

Но Роберт не собирался пока лететь на планету. Пусть и такую любопытную. Там, после открытия пространственных складок, чёрте что творилось, и безусловно слава первопроходца также интересна. Но сейчас есть более насущные дела.

Боб прокрался к ветхой сторожке при маленькой станции. Где-то вдалеке слышалось гудение паровоза, но здесь, казалось, всё вымерло. В сторожке не горел свет, и округу не заливал собачий лай, привычный для таких остановок.

Ну и где он? Роберт не стал ломиться в сторожку, остановился на перроне, скидывая с плеч рюкзак. Если он его обманул, Бобу всё равно не хотелось возвращаться. Он мечтал о славе, свершениях, собственных подвигах. Ничего, ничего, дайте срок, он превзойдет и Тома, и Энтони, и тем более младших Филиуса и Сангвини. Всех принцев.

Кто первый так начал называть детей учителя, он уже и не помнит. Но ему показалось забавным. Когда кто-то уточнил, а как тогда будут называть кровных детей Государя? На что тут же был дан ответ — Царевичами. Культуры смешивались, слова и языки врастали друг в друга, сплетаясь магическими нитями. И Роберту очень нравился этот новый мир. На Марсе здорово, просто рай. Но, думается, после его побега другим принцам не получится так легко сбежать.

Тарахтение военного четырёхколёсного Боб услышал заранее. А когда разглядел лицо водителя, что заруливал по грунтовочной дороге, и вовсе облегченно выдохнул. Не обманул.

— Здорова, парень! Я знал, что ты не струсишь! — крикнул ему мужчина, глуша мотор. — Забирайся, к утру мы должны быть в ставке.

— Доброй ночи, мистер Реддл. Почему я не мог просто прилететь туда сам? — проворчал юный маг, но послушно закидывая рюкзак на заднее сиденье. С Томом Реддлом, отцом названного брата Тома, Боб познакомился ещё в поместье Гонтов. И это был единственный человек, который ничего ему не советовал. Роберт устал от постоянных нотаций и запретов. И когда нахальный магл предложил ему отправиться на фронт, с радостью согласился!

— Потому что маги воюют отдельно. Но ты, кажется, сам хотел настоящего пороха, нет? — снова заведя мотор, усмехнулся капитан.

Сердце стучало в груди, подгоняемое адреналином. А в голове жужжали мысли. Правильно ли он поступает? Тетя Вера и няня Софи, скорее всего, будут волноваться. Но он уже вырос. Он почти совершеннолетний, и многие в его возрасте уже примеряют солдатскую мантию и идут бить фашистов. А он? Да, он не так талантлив, как Энтони. Зависть неприятно кольнула внутри. Боб очень гордился братом, но видит магия, как же он завидовал, когда Энтони приняли в рыцари.

Ну и что? Роберт тоже имеет свои достоинства. И хватит с него учёбы, когда война идет. Он упрямо поджал губы. Учитель сейчас сражается на одном фронте, Роберт пойдет с другой стороны. Кто знает, может, они встретятся, когда зажмут немцев в клещи! Он уже видел картины своих героических побед. Учитель, конечно, будет недоволен его побегом, но потом он оценит его храбрость!

Он долго выстраивал свой план. Первые мысли пришли ещё в Хогвартсе. Но неугомонные младшие братья вечно лезли под руку. Кажется, Том что-то подозревал. Потом было сложно улизнуть от Флитвика и Сангвини, которые с волнением ожидали знакомства с их опекуном. Когда магловская машина наконец завелась и, собирая каждую кочку, отправилась в войска, Роберт Локвуд победно выдохнул. Половина плана выполнена.