Глава 8. Ритуалы благого двора.

— Морфин, не надо! — Сразу подскочил Чарли. Эй, Блэк, где твоя авантюрная жилка? — Мор, пожалуйста. На теле заключенных есть незаметный маяк, они сразу поймут, что маяк исчез из области барьера! Нам не так долго сидеть, и есть чем заняться. Я очень тебя прошу. Тебе скучно, я понимаю, но от этого проблем будет больше, чем пользы.

— Да я и не собирался, — махнул я рукой. Чарли подозрительно прищурился. Послал ему добрую улыбку. Как он мог подумать? — Но вот если дементор сможет пронести домовика! А уже домовик добудет нам хотя бы элементарные бытовые условия. Я устал спать на досках и укрываться гобеленом. Барон Эйрих тринадцатого века этого не заслуживает. Магия — это хорошо, но я хочу человеческой еды. Эта каша мне скоро со всех щелей... хм, простите, леди. Друзья, вы поняли мою мысль.

— Это идея, — согласился друг. Но всё еще выглядел скептически. — Но где ты здесь найдешь домовика? Я не могу призвать Блэковского. Разве что дементоры отнесут записку. Но ты можешь себе представить, что начнется, если это кто-то увидит?

— А ты что скажешь? — Я перевел многозначительный взгляд на Рослин. И та в прямом смысле просияла от понимания.

— Истину речёшь! Мы можем призвать домового эльфа ритуалом. Я знаю ритуал от и до. Ах, видели бы вы, сколько роковых дам призывали эльфа только лишь для того, чтобы прийти с благодарственным визитом к лорду Селвину.

— О! — Вот теперь глаза Чарли тоже загорелись от предвкушения.

Думал, призвать одного домового окажется просто. Ну прочитать заклинание, ну зажечь пару свечек. Но этот мир вновь меня удивил. Около часа мне пришлось чертить на полу рисунок, а потом еще с полчаса заучивать текст. С другой стороны, всё логично — в другой мир врата открываю.

— Похоже на пентаграмму по призыву демонов, — пошутил я, глядя на знакомую с ужастиков пятиконечную пентаграмму. Блин, эту пятиконечную звезду я раньше видел на каждом утюге. Начиная от символов СССР, заканчивая фильмами ужасов и мультфильмами для девочек про лошадок с крыльями.

— Ты видел демонические пентаграммы? — Удивился Чарли.

— Да брось, — махнул рукой я. Символы не приходят из ниоткуда. — В каждой детской книжке злодей вызывает зло чем-то подобным.

— Интересные книжки ты читал в детстве. Можешь назвать хоть одну?

Застыл. Ох ты ж, вечно забываю, что сейчас только девятьсот двадцать пятый. Даже Стивен Кинг родится только через двадцать два года. Как-то я расслабился с Чарли. Несколько стал забывать, кто я и откуда. То, что для меня простые ассоциации, для Блэка — ничего не значащие символы. И, видимо, я слишком ушел в свои мысли. Неожиданно почувствовал, как Чарли положил руку мне на плечо.

— Мор, не надо. Если память не возвращается, может быть куча причин. — Чего это он? А, Чарли не так понял моё молчание. — Потом покажешься хорошему колдомедику, а пока лучше не доламывать. Ты мне сам это говорил, про моё ядро.

— Прости, задумался. — Криво улыбнулся в ответ. Ну вот, теперь мне стыдно стало. Он ведь даже утешить пытается. — Что ж, текст я выучил. Думаю, можно начинать.

По словам Рослин, в мире эльфов почти нет магии, и мана является для них всем: крышей над головой, питанием и валютой. Я не очень понял, как устроен мир эльфов, но уяснил две главные вещи.

Во-первых, у эльфов есть несколько врат, через которые они проходят, чтобы попасть в наш мир. Когда совершается призыв, врата открываются. Кто первый вошел, того и тапки. Насколько знала Рослин, врат всего семь, и отвечают они за разные точки света на Земле. Непонятно, как это работает, но если маг находится на территории Европы и совершит ритуал, то призыв идет с одних врат. Если, например, в Африке, то подключение к другим вратам. Зависит от каких-то там природных каналов, но это значит, что врата, подсоединённые к этому региону, не открывались уже очень долгое время. И, учитывая жадность эльфов до маны, там сейчас будет толкучка.

Во-вторых, человек для эльфа всё равно что Бог. Еще бы, ведь маги — сами ходячие источники маны. Там, у домовиков, могут быть свои дела, войны, распри, договоры. Но здесь это верные послушники храма человеческого.

Кстати, не такие они уж тупые и вполне понимают, что человек может иметь свои эмоции и мотивы. Что хозяева могут наказать безвинно и не всегда маг всезнающ. Но в их религии маги делятся на светлых и темных богов. Соответственно, если хозяин добрый и сильный, это бог благого двора. Если злой и не очень сообразительный — соответственно, неблагого двора. Однако это не отрицает того факта, что и те и другие всё равно Боги! И чем сильнее ядро у мага, тем выше и почитаемее бог.

В Британии давно забыли этот ритуал. Непонятно почему, ведь страна славится консерватизмом и сохранением традиций. За столетия в их мире могло многое измениться, но Чарли и Рослин сверили наблюдения и уверили, что отношение к людям у них ни капельки не изменилось. Теперь мне интересно, что из этого получится.

Первый в моей жизни ритуал вызвал легкий трепет. Отдавало чем-то теплым, детским, когда еще верил в Деда Мороза, зубную мышь и бабайку под кроватью. И сейчас, в этом стылом замке Дракулы, в компании полтергейста и мага-аристократа, читая зубодробительное заклинание над пентаграммой, я сам себе казался сказочным персонажем. Этаким Кащеем Бессмертным, Сауроном или Гудвином. В общем-то не важно. Но я творил магию, и это до дрожи приятное ощущение!

Я чувствую, как пульсирует и подрагивает от удовольствия моё ядро, как мана прокатывается по жилам, как тянутся ниточки сил к рисунку. Вспыхивает потусторонним светом чертеж на полу. Призыв готов! И теперь…

— Первый нах! Выкусите, с-ки! — С пищащим возгласом на центр рисунка падает нечто. И это нечто испортило мне всю лирику…

Я знал, что увижу эльфа. Даже подготовился к этому. Но к тому, что от него услышу, готов не был. И пока я справлялся с культурным шоком, эльф, распластанный по полу, со вздохом поднялся, отряхнул тощие коленки и повернулся ко мне лицом.

Ну что сказать, фильмы угадали только отчасти: невысокий, тощий, с сероватой кожей и большими зелеными глазами. Правда, уши не лопухами, а вполне обычные уши, пусть и несколько островатые. Других эльфов я не видел, но почему-то мне кажется, что конкретно этот — молодой представитель. Одет в зеленый мешок.

— Господин! — Тут же принял вид праведника, опустился на колени, сложил руки на уровне груди так, чтобы обе ладони были повернуты вверх. Ну просто ангелочек. Не услышь я первую фразу — поверил бы. — Прошу, примите служение и верность мою.

Ритуал следовало закончить. Прошел внутрь круга, чиркнул старым кинжалом по своему большому пальцу.

— Принимаю тебя. — Прочертил окровавленным пальцем круг по ладони эльфа, подавая в кровь ниточку маны. Кровь быстро впиталась, оставив на руке эльфа расписной знак и закрепив на нем эту самую ниточку. Теперь мана от ядра пошла и на долю эльфа. Между прочим, если не выгнать, он потом через эту кровь будет привязан к моему наследнику. То есть ниточка с моей смертью перекинется на потомка и, соответственно, привязка эльфа.

— Честен словом и делом. Верен животом и магией. Клятва моя на том. — Домовик перехватил мою руку, залечил порез и прижался лбом к костяшкам. Так как это первая магия, которую эльф использовал через мой канал и с моего разрешения, ниточка прочно укоренилась, и ритуал на том завершился.

— Ну что ж, вставай, давай знакомиться. — Забрал кисть, отошел на два шага. Дружелюбно улыбнулся. Эльф бросил на меня любопытный взгляд. Ага, оценивает, с какого я двора, благой я бог или нет. Эльф не может выбрать, какому чародею служить. Другой вопрос, что и освободиться от клятвы он может в любой момент, просто отдав нить канала обратно. Но вот лишиться магии ни один эльф не желает. Разумеется, добро — оно и в другом мире добро, и все тянутся к свету. Конечно же он надеется, что хозяин окажется добрым и сильным. Читай: щедрым и богатым.

— Моё имя Курт, хозяин. — Низко поклонился. Надо будет его от этого отучать. Я привык смотреть в глаза собеседнику, мне так проще общаться.

— Я Морфин Гонт. Это мои друзья Райджел Чарльз Блэк и леди Рослин Элеонора Уолтерфорд. Добро пожаловать в Азкабан, Курт.

— Ээ... — Видимо, про Азкабан он слышал. Пока я представлял друзей, он разогнулся, отвешивая поклоны и им. А при обозрении нового места жительства изрядно удивился. Зеленушные зенки стали еще больше. Мы втроем расхохотались, увидев это зрелище.

— Не переживай, опасность здесь не грозит, — успокоил я. Но потом вспомнил, что теперь он легко может скакать из своего мира в этот, и предупредил: — Однако я надеюсь, что ты не станешь делиться с остальными эльфами информацией обо мне. Я бы пока не хотел, чтобы другие маги узнали моё имя и чем я занимаюсь.

— Да, хозяин, я не посмею, — смиренно произнес домовик. Хотя в глазах показалась легкая досада. Кажется, мне всё-таки достался очень молодой и резвый. И надолго, интересно, его послушания хватит?

С ритуалом мы провозились долго, потому уже близился ужин. Решили все хозяйственные вопросы оставить на завтра. На этот вечер у нас новое развлечение. Интересно же послушать про другой мир. Даже Чарли поморщился, но признал, что настолько привык к домовикам с детства, что совершенно не интересовался их делами. А тут столько открытий.

Курт поведал, что врата в его регионе открылись впервые за триста с хвостиком лет. Я немножко обалдел, узнав, что живут эльфы долго. Впрочем, столько же, сколько сильные маги. Иные маги здесь и восемьсот лет справляют. А самому известному долгожителю — тысяча двести. Это мне Чарли сообщил.

Но вернемся к эльфам. Земли эльфов в их мире поделены на семь секторов, по количеству врат. Кто эти врата построил и связал наши миры, они и сами уже не помнят. Древние писания о богах говорят, что это сделали именно боги-люди. Однако живут эльфы всего лишь у пяти врат. Три еще работают, и эльфов там люди призывают. А еще два — это врата ограниченного режима. Значит, что через них проходят только эльфы, что были связаны контрактом еще триста лет назад. Из-за прекращения призывов у эльфов данного региона врат получилось жесткое разделение на касты. Появились высшие эльфы — домовики, которые остались в старых родах и приносят в свой мир ману от людей. И эльфы, которые довольствуются маной собственного мира. А такая мана добывается очень трудно, и её крайне мало.

— Довольно интересно. Спасибо за рассказ, Курт. — Подытожил я. — Уже довольно поздно. С твоими задачами мы разберемся завтра. Я так понимаю, ты каждый день можешь возвращаться в свой мир?

— Теперь для меня нет разницы, куда переноситься. На это я почти не трачу магию. Все домовые эльфы живут в своем мире, пока не понадобятся хозяину.

— Отлично. Тогда на сегодня не станем искать тебе место и комнату, это тоже решим потом. Теперь последний вопрос. — Я внимательно рассмотрел эльфа магическим зрением. Чан для маны в области головы находился там же, где у магов ядро. У них же головы меньше, чем у человека. В принципе, издалека его даже можно принять за восьми-десятилетнего ребенка. Пусть и серокожего. И голова пропорциональна телу. Но охренеть, какой у него объем резервуара! Его потенциальное ядро больше, чем у меня, раза в три! И сейчас этот чан был практически пуст. Я знаю, что с каждой выполненной для меня работой он получит свою частичку маны. Процент мизерный, и средней силы волшебник этого не почувствует. А еще хозяин может целенаправленно даровать слуге ману.

Я встал с кресла, подошел к домовику, положил ладонь ему на голову. Эльфенок вздрогнул, но даже не дернулся, чтобы увернуться. Прикасаясь, проще направлять поток маны. Не знаю, правильно ли я поступаю, но его ядро как-то уж совсем пустенько выглядит. Как бы не загнулся. А то вдруг этих крох не хватит, чтобы ко мне перенестись. Перелил эльфу немного сил. Совсем чуть, даже не четверть моего объема.

— Б-благодарю, хозяин, — пропищало создание, но глазки уже шальные. Да, текущая по каналам мана — это безумно приятно, сам знаю. Неудивительно, что язык заплетается. Но хорошего понемногу, эльф со свернутой крышей мне тоже не нужен.

— Это аванс. Надеюсь, мы поладим. А теперь можешь идти, все дела завтра.

— Курт рад служить вам, хозяин. — Эльфенок поклонился и с хлопком исчез.

— Думаю, тебя приняли за благой двор, — сидящий в соседнем кресле Чарли добродушно хмыкнул. Кстати, никакого аристократичного снобизма по отношению к эльфу я у него не заметил. Скорее домовик ему вообще побоку. Сам ритуал вызвал больше любопытства, чем его результат. Ну да, он-то к эльфам с детства привык.

— Он теперь моя собственность. А значит, я обязан о нем заботиться. — Я зевнул в кулак. Действительно, уже поздно. — Идем-ка спать, Чарли. Сегодня был длинный день.

— Буду рад, если это последняя ночь, когда я сплю на досках от стола. — Блэк поднялся со своего места. — Кто бы знал, как мне будет не хватать всяких мелочей типа кружки или подушки.

— Что имеем — не храним, — согласился я. Но и сам уже предвкушал завтрашний день. В конце концов, выход к благам внешнего мира — это огромный шаг для нас! Маленький хлопок для эльфа и огромное благо для двух конкретных магов.