Интерлюдия 1

Курт сидел на лавочке и разглядывал прохожих эльфов. Он знает этот парк как свои пять пальцев. Ещё с детства, несмотря на изнурительную учёбу, он находил минутку посидеть на этой лавочке рядом с вратами. Огромные ворота сверкали на солнце. Ему всегда было интересно, для чего они такие большие. Но выглядят удивительно. Даже сейчас, когда он знает каждую чёрточку, каждый рисунок и узор на золочёной арке. И сегодня, в полуденном солнце, ещё прекраснее. Кажется, что в проёме, в этой непроницаемой и непрозрачной плёнке, бликуют отсветы потустороннего мира.

— Твой отец разозлится, что ты опять здесь. — Из раздумий выгнал знакомый звонкий голосок. Курт повернул голову и улыбнулся подруге. Олли стояла рядом. И да, на солнце она тоже выглядела мило. Светло-серая кожа, чуть вздёрнутый носик, тонкие пальчики торчат из длинных рукавов синего платья. Олли не носила цветных платков, как подруги её круга; не прокалывала острые ушки побрякушками; и не увешивала шею украшениями с маной, выпячивая своё положение напоказ. Этим, и не только, она и нравилась Курту. Мысленно вздохнул. Но он никогда в жизни ей об этом не скажет.

— А твой отец разозлится, что ты опять со мной разговариваешь? — Поприветствовал с ответным задором.

— О чём он не догадывается, то его не беспокоит, — хихикнула девушка, прыгая рядом на лавочку и озорно качнув ножкой в светлой туфельке. — И вообще, в свой перерыв имею право. Вот, вышла перекусить на природе.

Олли достала из зелёного мешочка пару пирожков. Один протянула другу. Курт взял автоматически, так же бездумно откусил. И только поняв, что содержится в начинке, замер.

— Олли, зачем? — Комок встал в горле. Насыщенная магией еда. Такое себе только высшие семьи могут позволить.

— Стащила со стола во время обеда, — пожала она плечиком, откусывая свой пирожок. Курт сжал руку в кулак. Она это делает, чтобы не задеть его гордость. Сколько уже ссор между ними было по этому поводу. Его неимоверно раздражала эта беспомощность. Почему девушка, которая ему не безразлична, должна из милости давать ему ману? Почему он, так стараясь выбраться из этого унижения, до сих пор не увидел выхода?

— Пожалуйста, Курт, просто составь мне компанию. Я и твоим младшим гостинцы захватила.

— Ты слишком добрая, — вздохнул, задвинул гордость куда подальше и снова откусил. Магия — великая вещь. Но и без неё эльфы могут жить. Строят же сейчас города и дороги без маны. Другой вопрос, что количество и качество этой жизни в разы отличаются. Сколько эльф может прожить без маны? Двести лет? Это даже не смешно. Тогда как высшие доживают до тысячи. Да, отец работает в строительстве, получает норму для взрослого эльфа. Но какой смысл, когда он всё до крупинки относит в семью, детям. А из тех первоцветов, что выращивает мать, маны вырабатываются крохи.

— Курт, отомри уже, — толкнула его локтем Олли. — Ты каждый раз ешь с таким видом, будто я тебя ядом кормлю.

— Спасибо, — наконец улыбнулся. — Удивляюсь, откуда в тебе столько добра. Если бы все высшие были такие, как ты.

— Я их понимаю, — вздохнула она. — Не смогу принять, но понимаю. Я знаю, ты обижен, что тебе не позволили пройти экзамены. Но для высших ситуация такова, что неизвестно, откроются ли когда-нибудь наши врата. Соседние регионы пускают к себе только ограниченное число эльфов.

— Значит, надо проводить конкурс на место. Сами же говорят, что Богам нужны лишь лучшие. А как выбрать лучшего, когда высшие не позволяют проходить отбор всем? В школе у меня всегда были самые большие баллы.

— Они боятся, что их дети не пройдут и останутся не у дел. Всё пытаются пристроить их в другие врата. — Олли опустила пирожок, на мгновение задумалась. — Скажи, тебе обязательно становиться храмовым служителем? Вон, посмотри на него, неужели прельщает такая жизнь? Есть столько хороших, даже прибыльных профессий.

Курт повернулся в сторону, куда указала эльфийка. Найти в толпе серокожих эльфов кого-то в кипенно-белой тоге проще простого. Курт сразу обратил внимание на привратника у ворот. И скривился от едва сдерживаемого раздражения. Караульный нагло дрых на ступеньке, в то время как должен был чинно стоять на месте. Курт многое готов отдать за продвижение по службе, а этот негодяй смеет храпеть в две носопырки в свою смену.

Да, врата не работают уже давно. В былое время на пост выставляли лучшего выпускника храма. Стоять на карауле и ждать своего вызова было вершиной в рейтинге храма. Теперь всех лучших стараются пропихнуть в другие ворота, а здесь ставят местного выпускника, так сказать, второго сорта. В надежде, что когда-нибудь врата всё же засияют божественным призывом.

Однако Курту не светило даже это! Несмотря на то, что он был лучшим! Он выигрывал любое соревнование, знал несколько божественных языков, сдал даже тест по кулинарии, хотя видят боги, как трудно сдать у этой серой жабы. Но как бы он ни старался, вперёд двигали кого-то из деток высших. Да, он пробился на стипендию, но так и остаётся на побегушках у старейшин. Ну где справедливость? Ещё старейшина Динкл подливает масла в огонь: «Ты молод, Курт. И ещё не сдержан. Найди свой баланс между смирением, спокойствием и смелостью. Тогда ты станешь замечательным домовым эльфом». Р-р-р, как же раздражает. Может, правда всё бросить?

— Не стоит, — наконец нашёлся с ответом для подруги. — Я выбрал свою дорогу. Думаешь, я не вижу, как смотрят на других парней без белой тоги? Не служишь — не мужик. Ох, сколько я уже наслушался. Но Боги с ними, этими взглядами. Я не могу торчать здесь! Работать на чужого эльфа, выпрашивая у него милостыню? Эльфы — дети магии, меня тянет к её источникам. Я нормально жить хочу, увидеть мир за пределами Врат.

— Прости, — уныло протянула девушка.

— Нет, это я должен был извиняться. — Запал схлынул мгновенно. Курту стало стыдно. Боги, он не должен был всё это на неё вываливать. — Ты — единственный глоток свежей маны в этом болоте.

— Как и ты для меня, — прозвучало в ответ. Друзья обменялись понимающими взглядами. Дальнейший смех разнёсся над парком так же синхронно.

Они проговорили ещё минут пятнадцать. Эти короткие обеденные перерывы стали чем-то вроде ритуала, традиции для них двоих. И каждый раз, когда Олли уходила, Курт ещё минуту смотрел ей вслед, затем подходил к Вратам с короткой молитвой и наконец отправлялся к себе. Работа в храме, а после и помощь отцу не заставляли себя ждать.

В этот раз всё шло, как и обычно. Проводив эльфийку, Курт приблизился к Вратам. И, стараясь смиренно игнорировать уснувшего караульного, поднял взор к арке. Массивный золотой обод обрамлял непрозрачную плёнку. Сколько раз ему снилось, как эта плёнка мерцает и он делает шаг в новый мир.

Курт склонил голову в тихой молитве. Мать Магия и Сыны её Боги, даруйте милость свою. Молиться необязательно, боги отсюда не услышат, это каждый эльф знает. Более того, маги — это дети магии, и ключевое слово здесь — дети. Вся вера эльфов построена на том, что они, преданные слуги Магии, взрастят неразумных богов, пока те не станут полноценными сынами магии, высшими богами. Тёмные Боги — это самые маленькие дети, Светлые Боги уже чуть старше, но по-прежнему дети. И молиться таким богам бессмысленно. Но древесный жук бы их всех подрал, как он в своём отчаянии готов на любое суеверие.

Успокоившись, собравшись с силами, он уже развернулся, чтобы уйти. Но тут! У левого края арки разгорелся первый символ. Курт не поверил своим глазам. Следом за ним зажёгся второй. Быть не может!

Курт обернулся, понимая, что некоторые эльфы в толпе также заметили активность и уже направляются к вратам. Мельком глянул на привратника. Разбуженный нарастающим шумом и уже начавшимися возгласами, он ещё только озирался, не понимая, кто и по какому поводу кричит.

Скорее на эмоциях, но набравшись смелости, Курт сделал то, на что он не имел ни малейшего права. Эльф перемахнул через низенькое ограждение и со всей мочи побежал.

— Курт! Стой, дрянь! — Быстро опомнился сонный страж. Он знал этого парня, вместе ходили на занятия. И, прости Буно, но оценки у них отличались не в пользу сегодняшнего дежурного. Да-да, на физкультуре тоже выигрывал Курт. Так решилось и сейчас.

Хотя Буно постарался, дело в мотивации. Добежали до мерцающей мембраны почти вместе. Курт, понимая, что может не успеть, с силой оттолкнулся. Буно успел лишь слегка зацепить одноклассника, из-за чего Курт влетел во Врата спиной. Но это не важно, главное, что он первый! Курт видел злое и испуганное лицо часового, видел изумлённые лица других эльфов, спешащих к ним.

— Первый-нах! Выкусите, с-ки! — Крикнул им вдогонку, прежде чем мягкая пелена перехода накрыла с головой.

Ударившись о холодный твёрдый пол, Курт не почувствовал боли. Адреналин ещё стучал в острых ушах. А лихорадочный мозг ещё не успел оценить всего.

Лишь мельком обозрев небывало громадное, но слишком мрачное помещение, эльф повернулся к будущему, как он надеялся, хозяину. Ого! Ему говорили, что боги выше эльфов. Но он не думал, что они такие. Бог выглядел точь-в-точь, как люди в учебниках. Руки, ноги, голова. Отличался деталями. Бледная кожа, тёмно-коричневые спутанные волосы, с парой светлых локонов, карие глаза, прямой нос. Курт не знал, насколько его новый бог был красив по меркам людей. Но вот мягкое сияние маны, исходившее от него, делало этого человека невероятно прекрасным по меркам эльфов.

Дальше он действовал, как учили. Пока проходил ритуал, мысли земляными блохами прыгали в голове. Неужели это случилось? Мечта всей жизни, вот так, по щелчку пальца. Но, как хороший домовой эльф, он постарался выбросить туман из головы и сосредоточиться на хозяине.

Стоило ритуалу закончиться, как бог решил познакомиться. Гонт? Это он уже слышал. Один из аристократических родов Европы. И, к лёгкой досаде Курта, чаще всего представители этого рода были тёмными. Хозяин представил своего друга. Блэк. Тоже не белее. Ну теперь-то точно — его хозяин тёмный бог. Ничего страшного, просто другая специфика работы. Нужно быть более осторожным и не злить хозяина.

Чего? Азкабан? Да что тут происходит? Но спрашивать, разумеется, не стал. Он обдумает это после. Вместо этого два часа развлекал хозяина, отвечая на вопросы о мире эльфов и изменениях за последние триста лет. Незаметно вылил все переживания о реалиях мира Семи Врат. Очень радовался, что человек не спросил о квалификации эльфа. Всё же несколько боязно, что пролез вне очереди.

Параллельно молодой эльф отмечал странности. Его хозяин не стал сразу приказывать ничего сложного. Просто познакомился с ним и спросил о мире, о семье. Он знал, что боги редко интересуются такими вещами. Даже господин Блэк слушал хоть и с интересом, но такого любопытства, как у хозяина, не наблюдалось.

А затем случилось то, что в очередной раз чуть не выбило почву у него из-под ног. Хозяин встал, протянул к эльфу длань и поделился с ним маной. Впервые в жизни он чувствовал такой поток. Приятная, согревающая волна прокатилась по телу и менталу, окутывая, защищая, даруя тепло и сытость. Оценив, сколько дал хозяин, он обомлел. Иные высшие эльфы столько не получают за десять лет работы! Нет, теперь понятно, почему хозяин в Азкабане. Он же светлый! Хозяин из благого двора, хотя семья из тёмного! Свои же наверняка засунули. Надо будет разобраться с этим подробнее. Всё, что касалось хозяина, казалось неимоверно важным. Но не сейчас. В данную минуту в голове шумело, словно от хмеля. Аванс? Как пожелаешь, хозяин. Уж он-то умеет быть благодарным.