Глава 5

Проехав ещё тринадцать километров, — мы наткнулись на целую цепь курганов. Их было много, и все разные. От маленьких, едва ли с метр, и до огромных, в разы больших чем тот на котором мы только что были.

— Здесь завод стоял, а когда его строили, всё повырыли. — озвучил кто-то всем известный факт.

— Ага, а вот отсюда город начинался, где-то тут каблуха сороковая...

Сороковое училище при советах, потом техникум и колледж. Крайнее здание перед степью, так и осталось крайним, хотя хотели расстраивать дальше, только не успели, началась перестройка.

Но я отвлекся, вернусь к истории курганов, и построенного на их месте завода.

А история эта простая и грустная. Перед началом стройки, — а место под будущие цеха было действительно удобным, решили раскопать все курганы, чтобы спасти их от верной гибели. Нагнали археологов, студентов, технику, и принялись сносить один за другим эти древние памятники. И разворотив почти всё, ценного ничего не нашли. Так, оружие бронзовое, скребки всякие, черепки. Но золота, неизменного спутника подобных некрополей, не было, от слова совсем. И вот уже в самом конце экспедиции, когда в спешке сносили бульдозерами всё что не успели раскопать, один из зевак школьников заметил в отвале что-то интересное. Золотую гривну. Говорили поначалу он решил что это змеевик от самогонного аппарата, но потом выяснилось её совершенно иное происхождение.

Символ власти скифских царей, гривна из чистого золота, весом больше килограмма. Вот чем являлся змеевик школьника.

Естественно найденный прилюдно артефакт спереть не удалось, — а то, что самое ценное было украдено самими археологами, после такой находки становилось понятно всем и каждому, и только благодаря случайности, хоть что-то отправилось в музей. Ну а мальчишку поощрили поездкой в пионерский лагерь на берег черного моря. Такая вот история.

Но вернёмся к нашим баранам.

Следов какой-то жизнедеятельности мы не заметили, во всяком случае здесь, на этом огромном некрополе точно никто не жил, а спускаться вниз, к устью, было бы очень недальновидно. Вниз то мы ещё как-то скатимся, а вот обратный подъём будет тем ещё испытанием.

Может через недельку другую, если не будет дождей, и земля более-менее подсохнет, тогда да, попробуем прокатиться, поискать, а сейчас только время потеряем. Да и чувство какое-то появилось нехорошее, даже не знаю как объяснить, может интуиция включилась, а может просто нервы уже сдают...

— Ну и какие наши планы? — разбавил я воцарившуюся тишину.

— Надо до реки доехать, а потом домой — предложил одутловатый мужик из нашего «экипажа».

— Меня терзают сильные сомнения... Земля не подсохла ещё, дорог здесь нет, плюс крутой спуск, и, следовательно, такой же крутой подъём. — как мог вежливо и доходчиво, объяснил я свою позицию.

— Зассал чтоль? — Ожил человек-обезьяна, и скорчив рожу, противно заржал.

Я даже как-то потерялся от такого обращения, но лезть в бочку не стал, и ещё раз всё спокойно объяснил, тем более что объяснять, по сути, было и нечего.

— Я тоже так считаю, — поддержал меня Андрей, — по-любому тут никого нет, а застрянем, кучу времени потеряем, да горючки сожжём. Тем более, кое-что мы всё же узнали, и чем скорее сообщим в штаб, тем будет лучше.

Вообщем спорить никто не стал, желающих грязь месить ради сомнительной пользы, не нашлось, даже тип этот, на обезьяну похожий, промолчал, хотя и скалился в мою сторону.

И мы, постояв ещё немного на вершине самого высокого кургана, покатились обратно, только уже не по своим следам, а по прямой, но экономии не получилось, прибыли мы в село уже к ночи, застряв каждый по нескольку раз.

Но главе, когда он нас выслушал, позднее время не помешало, и объявив общий сбор, он собрал в актовом зале клуба всех членов совета.

Собственно вопрос на повестке дня, точнее ночи, был один. Скифы. Но в итоге, этот один вопрос вылился во множество других:

Что мы будем делать, когда они вернутся на свои кочевья? Возможно ли с ними договориться? Как противостоять им? На каком языке они говорят?

Что нам известно про время в котором мы оказались?

И, кроме этого, всплыло ещё столько всякого, что дожидаться окончания"процесса" мы не стали, а тихонечко прикрыв за собой дверь, удалились.

Ведь кроме того что устали как собаки и хотели спать, ещё и дел дома было предостаточно.

Да и выспаться как бы хотелось.

Хорошо хоть старшие дети и у меня, и у Андрея, совсем взрослые: по шестнадцать лет, мужики уже. На них кстати и легли мужские домашние дела; дрова, вода, генератор и ещё куча всякого такого, о чём мы раньше даже не подозревали.

*****

— Ты знаешь, наши химики наконец-то освоили производство пороха. — сообщила Анна, пока я переодевался в домашнее.

— Так они ведь уже делали его?

— Делали. Только это был черный порох, а сегодня отдали на испытания первую партию белого, бездымного.

— Ну да... Это конечно радует, и наверняка очень нам пригодится.

Я сразу представил расставленные вдоль колючки пушки с картечью, и разбегающихся во все стороны скифов, ведь теперь, когда порох можно делать самим, надобность в экономии отпала, и можно пофантазировать куда более масштабно.

Ну а что, сделать пушку, — по типу тех что использовали в восемнадцатом веке, по силам даже мне, тем более есть из чего. Те же толстостенные трубы подойдут, а их в селе очень даже не мало. Естественно на что-то серьезное я не замахивался, но что-нибудь вроде пищали, вполне мог воспроизвести. Ведь по хорошему, пушка должна быть небольшой по размеру, и не сильно тяжелой, чтобы любой человек мог управляться с ней в одиночку.

Плюс можно делать взрывпакеты, для людей диких, а в этом времени дикие все без исключения, взрыв будет наносить не столько физический, сколько психологический урон.

— Как прокатились кстати? — поправляя висящую над столом двенадцативольтовую лампочку, спросила Аня. И я, стараясь чтобы это звучало не особенно трагично, пересказал события сегодняшнего дня.

— Вот как-то так.

— Прикольно. А тот скиф которого вы раскопали, он во что одет был? — молча выслушав, неожиданно спросила Аня.

— В доспехах каких-то, вроде бы... А зачем тебе?

— Да просто интересно. Помнишь в Аркаиме были? Там видели в реконструированном кургане, вождей скифских, мужчину и женщину. Похож он на них?

Я попытался вспомнить тех скифов, понятное дело там там были не мумии, а куклы, и одеты они были во что-то яркое, явно не лежавшее в земле пару тысяч лет. Но ведь и здесь, труп совсем свежий. Только одежда точно не похожа.

— Нет. Он какой-то серый, и сам скиф, и доспехи его. Штаны вроде черные, кожаные наверное, куртка... Тканевая. А может тоже кожа. Я как-то не разглядывал его... Вот акинак неплохой был, длинный такой, не такой как в книжках рисуют. Вроде меча...

— Ясно. Но это всё понятно, там вожди были, а здесь простой воин, вот тебе и разная одежда. Акинак не прихватил случаем?

— Нет. Хотел поначалу, только это ведь не археология получается, а хрен знает что. Мужик один взял, ты его должна знать, такой, на обезьяну похож, мелкий и противный как мышь.

— Ты уж определись, обезьяна или мышь? — усмехнулась супруга.

— Да хрен его знает. Но тип очень неприятный.

Я обычно не сужу по внешности человека, не приучен, но тут это было сильнее меня, была бы возможность сделать ему гадость, я бы сделал даже не задумываясь. Не знаю почему.

— Ясно. Я поняла про кого ты говоришь. — Муж продавщицы из магазинчика на остановке.

— Не знаю. Может быть. — уж чего-чего, а кто чей муж, я точно не знал, как то не приходилось интересоваться. — А у тебя как день прошел? Запустили операционную?

По профессии Аня ветеринар, но и человеков знает неплохо, а учитывая её любовь ко всякого рода операциям, — причём чем больше крови и швов, — тем лучше, её определили в создающийся на базе фельдшерского пункта госпиталь, в качестве ассистента хирурга. Хирургом кстати там была бабулька старенькая, в прошлом хороший врач, она давно не делала операций, но так как подобных специалистов в селе больше не было, пришлось привлекать её.

Вообще докторский состав был весьма малочисленным, три фельдшера, одна из них пенсионерка, бабушка-хирург, дед-костоправ, четыре медсестры без опыта, и Аня, — ветеринарный врач.

Набрав людей, и определившись с дальнейшими действиями в этом направлении, всё оборудование ФАПА перенесли в здание школы, — всё же каменные стены понадежнее, да и места побольше, и больных разместить, и в качестве кабинетов и операционных. А в том что операционные нам вскоре понадобятся, никто и не сомневался.

— Пока нет. Осталось ещё по мелочи доделать, а так, если не придираться, весьма основательный госпиталь получился. Нам бы ещё зубной кабинет, и вообще красота...

— Это ты так шутишь?

— Вроде того. Сегодня мужичку одному зуб дёргала, так он мне чуть пальцы не откусил... Какие уж тут шутки...

— А дёргала ты наверное щипцами для вырывания клыков свиньям? — пошутил я, но получив утвердительный ответ, причём совершенно серьёзно, посочувствовал бедному больному.

— Ну ладно, пойду спать уже, а то вставать скоро. — Аня поднялась из за стола, и я, закинув в печь пару хороших поленьев, тоже последовал её примеру.

*****

Кошмары этой ночью мне не снились. Но утром, когда проснулся, и позавтракав, поехал в клуб, они меня всё же настигли, только уже наяву.

— На седьмую. — скомандовал один из оккупировавших мой уазик казаков. Едва я подъехал, как сразу же оказался вовлечен в какое-то действо, и судя по серьезности на лицах моих пассажиров, действо не самое приятное.

От клуба до седьмой — а у наших улиц названия были только для почтальонов, местные различали их по номерам, — десять минут ходу, а на машине и того скорее. Поэтому уже через пару минут я затормозил возле ничем не примечательного домишки с корявой крышей и покосившимся забором.

Мужики молча вышли, и ни слова не говоря направились в дом, я же, заглушил мотор и на всякий случай прихватив револьвер, двинулся следом.

Вот только лучше б я этого не делал. Сразу же на входе, возле калитки, лежал, — мертвее мёртвого, тот самый, похожий на обезьяну мужик.

То что это именно он, я понял сразу, его отделенная от тела голова, смотрела прямо на меня, открытыми, но потухшими глазами.

Стараясь не пялиться, я прошел в дом. Там, на полу возле разбитого окна, лежал ещё один труп; полная женщина с залитым кровью лицом и неестественно вывернутыми руками.

— Трое. — услышал я чей-то голос. — Все убиты холодным оружием, возможно саблей, или шашкой.

— Когда это произошло? — этого я узнал, — Сергей Алексеевич собственной персоной.

— Тела уже окоченели, значит не позже четырех часов утра.

Заглянув в комнату где шёл разговор, я краем глаза заметил еще одного покойника, и радуясь что не позавтракал, поспешил на улицу. И так хрень всякая снится, ещё и трупы эти... Кому понадобилось их убивать?

Постояв ещё немного во дворе, я вышел на улицу и отогнал машину в сторону, припарковавшись так, чтобы не мешать проезду. Скорее всего за телами пришлют Газель, а ей тут толком то и не развернуться.

— Зря он вчера из кургана меч взял. — Подошёл один из тех казаков, с которыми вчера ездили.

— Ты что же, думаешь кто-то позарился на акинак?

Казак молча пожал плечами.

— Да кому он нужен то? — продолжил я, — Тем более сейчас. Мужика этого конечно жаль, человек всё же, но согласись, противная личность. Вот только убивать ради железяки?

— А ты помнишь за что Иваныча порешили? За два мешка картошки и десяток кур.

— Помню. Но одно дело еда, и совсем другое бесполезная железка. Да еще и способ убийства какой-то неправильный.

— А бывает правильный? — нахохлился казак, но отвечать я не стал, вопрос риторический, и он, докурив сигарету, зашёл обратно во двор.

Забегая вперед скажу, дальше всё было как обычно, просто и буднично. Волос на себе никто не рвал, хотя чуть попозже к дому потянулись родственники покойных. Может не показывали на людях чувства, но скорее всего эту семейку действительно никому не было жаль.

Тела увезли в госпиталь, я так понимаю на экспертизу, хотя на мой взгляд тут и так все ясно, и причина смерти, и орудие убийства. Тем более акинак так и не нашли, значит им и воспользовался убийца.

Вероятнее всего в доме его знали, поэтому и открыли среди ночи. Хотя... С таким забором и без собак... Не знаю. Хозяин мог и просто в туалет выйти, или покурить перед сном. Так что всё может быть.

Вообще, когда я видел скифские мечи раньше, ещё там, в своем времени, как-то не особенно представлялось что такой железякой можно убить. Нет, убить можно, и просто по башке шарахнув, но чтобы так, голову с плеч...

Конечно может дело в том что дошедшие до нас экземпляры не выглядели оружием? — Ржавые артефакты давно минувшей эпохи, которые и в руки то взять страшно, того и гляди развалятся.

Но здесь был самый настоящий меч, с длинным и острым лезвием, таким легко можно голову снести, серьезный ножик.

— Здорова. — наконец ко мне подошёл Андрей. Он давно уже был здесь, ещё до меня, но из дома не выходил, помогая кому-то из управы. — Видал какую жесть устроили?

Я кивнул. Действительно определение «жесть» подходило как нельзя лучше.

— Сейчас пойдем на обход, будем убивца искать. Явно кто-то из соседей постарался.

— Интересно. И как ты себе это представляешь? Думаешь, даже если это соседи, они вот так сразу и признаются?

— А почему нет? Может нервы сдадут?

— Ага. Нервы, скажешь тоже. У типа который хладнокровно нашинковал на колбасу троих человек? Это у него нервы?

— Да хрен его знает. Может псих какой, или маньяк.

— Нет, я не отказываюсь, ты не думай. Но просто так идти, без подготовки, как-то не очень. Ты не находишь?

— А чего нам готовиться? Оружие с собой, голова на плечах, разберемся как-нибудь.

— Вы по нечетной стороне идите, — прервал наш спор бывший участковый, тоже Андрей, буквально на днях его восстановили в должности, теперь правда уже с учетом местных реалий. — Начните от реки, если что, зовите. — И он, поковырявшись в переброшенной через плечо сумке, достал оттуда здоровенную рацию.

— Вот, ничего не переключайте, ничего не крутите. Всё уже на настроено.

— Понятно. Если вдруг найдём того кто это сделал, валить его?

— Только если будешь полностью уверен. Но... Лучше... Вообщем по обстоятельствам. — расплывчато сформулировал мысль участковый.

Хорошее напутствие конечно, — действовать по обстоятельствам можно по разному, но опять же, учитывая «обстоятельства», по другому тут и не скажешь.

Так что оставив уазик, мы отправились к крайнему от реки дому, решив начать разговор со стандартных вопросов: Слышали чего, видели?..

Но после первого же опроса, не давшего никаких результатов, я сказал Андрею,

— На этой улице примерно шестьдесят домов, наших тридцать, на каждый по пятнадцать минут, — такими темпами мы будем опрашивать их до лета, и всё равно ничего не узнаем.

— Что ты предлагаешь?

— Ничего. Забить и заниматься своими делами. Тем более вечером нам на дежурство.

— Ну хорошо. Скажем что никто ничего не видел и не знает. — развел руками он, и посмотрев мне за спину, нахмурился, — Что это там?

Возле ворот дома где случилось убийство, явно засуетились. Подъехала буханка, оттуда кто-то вышел, и собрав вокруг себя нескольких человек, загрузился с ними обратно и буханка уехала.

Естественно мы пошли туда, поинтересоваться что случилось, и оказалось что какая-то бабка видела поздно ночью убегающего отсюда человека, и его же заметили в конце улицы, на ведущей к свалке дороге.

Причём человек этот держал в руке что-то похожее на палку, и это «что-то», вполне могло оказаться орудием убийства.

Вот и отправили набранную тут же группу на поимку преступника. Только зачем ему убегать из села на свалку? Ведь если до переноса дорога шла дальше, то сейчас просто обрывалась в степи.

Для нас же с Андреем это означало определенную свободу, во всяком случае до вечера, и мы отправились доделывать начатый ещё на прошлой неделе ветряк.

Принцип его был прост. Мачта, снятый с легковушки генератор, самодельный редуктор, пара старых аккумуляторов, не совсем ещё дохлых, и автомобильный же преобразователь. Конечно не панацея, но хотя бы освещение подключить, да так, по мелочи чего нибудь. Главное что топлива не требует, а то хоть и малый расход у бензинового, но за день прилично получается, даже если экономно включать.

Сам генератор я когда то купил на разборе, так, по случаю. Приезжал за компрессором кондиционера, ну и его прихватил до кучи, тем более что просили за него сущие копейки. Ну вот он и пригодился...

Вообще пробный пуск мы делали ещё вчера, но не угадали с редуктором, ток пошёл, но уж больно слабенький, оборотов не хватало. Хотя и ветер довольно сильный дул, и вся система работала неплохо, но вот один косячок, — и дело не заладилось.

А вообще, вы знаете, ощущения от запуска нашего генератора очень необычные. Вроде бы ничего особенного, но есть что-то такое, не знаю как описать... Волнительное, что-ли... Наверно нечто похожее испытывали запускавшие первую ракету люди, ведь здесь, для нас теперешних, этот крутящийся на мачте пропеллер и есть, в чём-то, та самая ракета, от которой так многое зависит.

Но это я отвлекся, вернемся к нашим стрекозам.

Заменив на редукторе одну шестерню, благо хлама у нас хватало, и удлинив шкиф, мы смогли добиться приемлемой скорости вращения генератора, и в наши дома наконец-то пошло первое электричество.

Несколько светодиодных ламп, зарядка телефонов и ноута, кофемолка и повербанк, всё это сразу же было подключено к новому источнику питания, и, о чудо! Ничего не случилось, — наша самодельная система работала.

Теоретически можно было подключить даже болгарку, преобразователь выдавал почти киловатт, но с этим решили пока не торопиться, а погонять ветряк в щадящем режиме. Да и когда мы закончили с переделкой, времени оставалось лишь на поужинать, и отправляться на дежурство, сегодня нам предстояло охранять посёлок со стороны реки, периодически перемещаясь от края до края.

И только мы помыли руки и сели за стол, как ожила прихваченная с собой рация. Нас срочно вызывали в управу.

— Вот ваш маршрут. — протянул карту дежурный. — Ищем буханку и троих наших.

— Так сейчас стемнеет уже, кого мы там найдем? — возмутился Андрей.

— Поэтому не ждите, езжайте пока не стемнело. — спокойно повернув голову, поверх очков посмотрел дежурный.

Вообще, наш клуб за последнее время превратился в нечто одновременно напоминающее управу шерифа на диком западе и тамошний же салун. Все с пушками, куда-то торопятся, хмурые как черти, жрут, пьют, а вокруг прерии с кишащими там индейцами. Ну а дежурный это нечто вроде бармена, к которому с вопросами всякими обычно обращаются.

Но это ладно. Ждать и спорить мы не стали, тем более действительно за оставшееся до заката время, а это минут сорок, можно много чего успеть. Хотя маршрут нам, к слову, достался не самый перспективный, по ним, по перспективным, уже отправили две группы.

Можно было конечно по следам попробовать найти, но за эти дни так все вокруг изъездили, что понять где след свежий, а где вчерашний, не представлялось возможным.

Мы знаем что поехали они в сторону кладбища, а там, на выезде из села, дороги расходятся в трех направлениях; вдоль реки, на само кладбище, и в сторону трассы. Понятно конечно что потом они так же обрываются в поле, но изначально мужики могли поехать в абсолютно любую сторону.

Доставшаяся нам дорога шла к реке, и достаточно долго извивалась прежде чем исчезнуть, поэтому отъехать мы успели прилично, и когда уже пошли по целине, — так же вдоль речки, впереди заметили нашу потерянную буханку.

Метрах в трехстах, возле деревьев, она стояла к нам боком, и никаких движений вокруг не было.

— Может набухались и спят? — предположил я, хотя сам в это не верил.

— Первый, первый, ответьте четвёртому... — Андрей несколько раз проговорил в рацию, и дождавшись ответа, сообщил наши координаты.

— Проверим? — прикидывая как удобнее проехать, я вывернул руль до упора, и заехав на взгорок повыше, посмотрел на напарника.

— Давай. Все равно туда ехать. Так хоть глянем, может действительно бухают...