Глава 6

Но я ошибался. Нет, не в том что мужики не бухают, оно может и так, — выехали на задание, ничего не нашли, а обратно решили не торопиться, вот только если где они и расслабляются, то явно не здесь. Ни в самой буханке, ни вокруг, никого не было.

— Жаль собак обученных у нас нет, след бы взять... — вздохнул Андрей, разглядывая местами примятую траву.

Собак в селе было много, разных пород и размеров, но все они служили лишь для охраны дома, и если и знали какие-то команды, то только на уровне «сидеть-лежать-лапу».

И это кстати тоже пробел, который надо устранять. Литература по дрессировке по-любому есть, определить ответственных людей, и заниматься воспитанием собачек.

Но если это и будет, то очень не скоро. А пока придется искать потеряшек так, своими глазами.

Где-то вдалеке заревел двигатель, и через пару минут из лесочка выехали две нивы.

— Никого? — из головной машины вышел участковый.

— Особо не искали, но рядом точно чисто. Я думаю если они и ушли куда, то к реке, сидят сейчас где-нибудь под кустом, и водку жрут. — поделился предположением Андрей.

— Твои слова, да богу в уши... — покачал головой участковый, и повысив голос до командного, приказал, — Строимся в цепь, расстояние пять метров. Прочесываем все направления по очереди. Оружие наизготовку.

Мда... Сейчас только прочёсывать. Солнце почти ушло, ещё минут пятнадцать, и совсем стемнеет. А у нас даже фонарей нет. Да и с фонарями в лесу страшно. Здесь же теперь зверья куча, пока доехали кого только не встретили, скорее всего, кроме волков, — а их я уже видел и поэтому боялся, могут быть и более страшные хищники.

Но участковый так не считал, да и никто из мужиков, по-видимому, тоже. Мы быстро выстроились, а кроме нас с Андреем было ещё шесть человек, и молча потопали по сухой прошлогодней траве.

Чтобы не утомлять вас описанием как мы исходили всё в радиусе километра, скажу только, итог получился нулевой. Исчезнувшие мужики так и не нашлись, будто сквозь землю провалились.

Да и вообще, ни следов борьбы, ни каких-то иных признаков того что они тут были, мы не нашли, и часа через два, когда я уже замёрз как цуцик, участковый наконец решил вернуться.

— Машину оставим здесь. — сказал он, когда кто-то предложил перегнать буханку. — Если они потерялись — хотя на мой взгляд это было нереально, чтобы вернуться в село нужно просто идти вдоль реки. — если они потерялись, — повторил участковый, — будет на что ориентироваться.

Спорить никто конечно не стал, хотя все понимали, шансов на то, что пропавшие найдутся живыми, если вообще найдутся, практически никаких. Были бы они алкашами, но ведь нет, пока бродили, выяснилось что все трое непьющие, и очень ответственные ребята.

Вот только что могло с ними произойти? Ладно бы летом утонуть можно, но сейчас, когда лед ещё не сошёл, весьма сомнительно. Да и будь оно так, следы бы остались, а их нет.

Кто-то напал? Но тогда это должно было произойти неожиданно, настолько неожиданно, что никто из них даже выстрелить не успел. Хотя, с другой стороны, даже если и стреляли, в деревне могли не услышать, всё же расстояние приличное, да и лес кругом.

Но всё равно, как-то не верилось, — кто-нибудь, да услышал бы, народ сейчас очень внимательный. Тем более с этой стороны пост расположен, уж там бы точно отреагировали.

Вообщем вывод один, — не стреляли они. Тут что-то другое.

Вернувшись в управу, мы с Андреем направились в столовую, — после такой прогулки есть хотелось неимоверно, но не успели дойти до дверей, как где-то возле реки сухо защелкали выстрелы.

Не сговариваясь мы побежали обратно, и запрыгнув в машину, помчались на правый речной пост.

Мы ведь только сегодня сменились оттуда, оставив вместо себя двоих парней: не вовремя приехавших из города дачников.

Так вот, паникёрами они не были, и если открыли пальбу, значит имелся повод. О том. каким мог быть этот повод, я и подумать боялся, треск выстрелов стоял такой интенсивности, что это могло быть всё что угодно.

Поворачивая в проулок, вывернув руль до упора влево, я едва не перевернул Зяму, но кое-как удержался, и выехав на прямую, утопил газ в пол. Если вы когда-нибудь ездили на уазе, — на карбюраторном, восьмидесятисильном уазе, то вы меня поймете, он ни черта не едет, но ощущения такие, будто вот вот оторвется от земли. И кстати иногда отрывается, опрокидываясь на бок, или колесами кверху.

Но сейчас, слава богу, пронесло. Мы почти приехали, и я закрутил рулём, чтобы в свете фар разобраться что происходит.

Стреляли из окон сторожки, — привезённого кем-то из местных банного сруба, а теперь экспроприированного главой под нужды посёлка. Поставленный почти на самый обрыв, этот сруб использовался как временный сторожевой пост, практически идеально подходя для этой цели.

— По реке стреляют! Заезжай сзади, глуши! — Андрей на ходу выскочил из машины и подбежав прямо к обрыву, тоже открыл огонь куда-то в темноту.

Уаз засвистел тормозами, а я, перегнувшись назад, схватил ружье, и переломив стволы, быстро запихнул два пулевых патрона. Затем, не глуша двигатель, достал фароискатель, воткнул провод в прикуриватель, и протащив через форточку, побежал к обрыву.

По светлому льду быстро двигались какие-то тени, и когда я, направив туда луч света, попытался кого-нибудь зацепить, тени заметались ещё быстрее, и в конце концов просто исчезли.

Стрельба тут же стихла.

*****

— Что это было?

Андрей спешно перезаряжал карабин, а возле сторожки кто-то громко и отчаянно матерился.

— Не знаю. Но точно что-то нехорошее. Ты видел как они двигались?

— Смутно.

— Э-эй! Кто здесь бля?! Отзовись или пристрелю на хер! — матерившийся у сторожки голос переключился на нас, и в знак серьезности своих намерений, пальнул в воздух.

— Свои! Ты чего?

— Андрюха? — голос изменился на удивленный, и заорал ещё громче — Иди сюда! Тут трындец!

Не сговариваясь, мы побежали к срубу, и я совсем забыл про провод фароискателя, который тут же натянулся, и звонко лопнув, ослаб.

— Никита Петрович? — узнав кто перед нами, а это был невысокий мужичок с карабином наперевес, Андрей заметно расслабился, и перекинув оружие за спину, протянул мужику руку. — Что случилось?

— Сам не пойму. — тоже опустил ствол тот. — Стрельбу услышал, сюда рванул, мы недалеко были с Сергеичем, а тут эти скачут, и трупы кругом.

— Где трупы? Кто скачет? — уточнил я, и заглянул в окошко сруба.

— Уй... Мать... — невольно вырвалось у меня. Хоть и в потёмках, — кроме луны фонарей больше не было, а открывшееся зрелище ужасало.

Куски растерзанных тел, причём в самом нехорошем смысле этого слова; кровь, кишки, оторванные конечности. И это только то что я успел увидеть за секунду. Которой мне в общем-то и хватило.

— Вот и я говорю — кабздец. — внушительно подтвердил Никита Петрович.

— Да что там такое то? — Андрей прильнул к окошку — больше похожему на амбразуру, и точно также отпрянул, — ох нифига себе...

На повороте появились фары сразу трех машин, и уже через пол минуты округу наводнили люди с оружием.

— Что тут произошло? — первым подскочил участковый. Мне вообще иногда казалось что он никогда не спит, наверное так попадало, но когда бы я не пришёл в управу, он всегда или находился там, или приходил, или уходил.

— Да чёрт его знает... Вон, в срубе глянь... — объяснить то я всё равно ничего не мог, потому как сам ничего не понял, так что пусть сам посмотрит сначала.

Но в отличии он нас, участковый обошёлся без возгласов, а долго и внимательно всё рассматривал, подсвечивая ручным фонариком, потом сходил к машине, что-то взял, и вернулся обратно.

Фотографирует. — понял я, когда в срубе засверкали вспышки света.

Ну а что, телефоны хоть теперь и не звонят, но нужных функций в них осталось довольно много, хоть тот же фотоаппарат например. Или будильник. Фонарик опять же.

Сразу видно — человек бывалый, даже если сейчас чего не заметит, на фото посмотрит, вспомнит, уточнит. А мы и не подумали даже о таком. Хотя я бы снимать трупы не стал, стрёмно как-то.

— Окна выломаны. — Обратил внимание на оконные проёмы Андрей. Здесь, в этом срубе, стояли обтянутые целлофаном старые деревянные стеклопакеты; их воткнули когда оборудовали пост, в качестве защиты от ветра. Выходило что либо их выбили изнутри, чтобы стрелять удобнее было, либо кто-то зашёл таким образом снаружи.

— Мужики, может по реке пройдемся? — подошёл один из тех кто приехал с участковым.

Ну а что, хорошая идея, столько стреляли, не может быть чтобы ни в кого не попали...

И мы втроём; Андрей, я, и сам инициатор, подсвечивая себе фонариками, осторожно спустились вниз. Обрыв невысокий, метра четыре, в этом месте был достаточно крутым, поэтому все трое закончили спуск на пятой точке, и отряхнувшись, двинулись на поиски.

Впрочем далеко идти не пришлось, почти сразу мы наткнулись на тушу здоровенного волка, — так мне показалось, размерами тот правда был с хорошего теленка. Чуть поодаль лежала ещё одна, а возле противоположного берега темнели какие-то пятна.

— Нихера себе... — присвистнул Андрюха, и направив ствол карабина на голову твари, осторожно её пнул.

— Посвети-ка сюда... — попросил он.

— Ох и чудовище... — вырвалось у меня, когда луч света упал на оскаленную волчью морду.

Хотя называть этого мутанта волком язык теперь не поворачивался, то что лежало здесь на волка совсем не походило; торчащие из пасти огромные клыки никак не могли принадлежать даже самому крупному хищнику из семейства собачьих.

— На лапы гляньте... Это точно не волк...

Уродливо выгнутые назад, и передние, и задние лапы зверя, заканчивались толстыми, острыми когтями, с помощью которых, он, вполне вероятно, мог лазить даже по деревьям.

— Это больше похоже на пуму или ягуара, только крупнее... — тыкая ружьем в залитую кровью шкуру, констатировал Андрюха, — вот только откуда они здесь взялись?

******

— Ты знаешь о чём я сейчас подумал? — через пару часов, когда мы отъезжали от места бойни, пришла мне в голову мысль.

— О чём?

— О том что решетки ставить надо, или вообще окна наглухо чем-то закрывать.

— Ну не зря в домах ставни были, хоть и деревянная, но всё же защита. Только надо было раньше думать, где ты сейчас столько прута найдешь?

— Не знаю, но что-то делать надо. Прикинь такая хрень залезет? Это ж всё, каюк...

Судя по тому что удалось выяснить, береговой пост даже не сопротивлялся, проникнув в сруб через окна, хищники не оставили ребятам никакого шанса, а тревогу подняли позже, когда звери уже уходили. Они почему-то сразу не ушли, а остались на льду, где и были замечены бдительным Никитой Петровичем.

Несколько особей удалось подстрелить намертво, ещё какое-то количество ушло нашпигованное пулями и дробью — о чём говорили многочисленные следы крови, но предположить сколько тварей было изначально, я не мог, следов на реке было много, но это ни о чём, в принципе, не говорило.

Высадив Андрея, я загнал Зяму во двор, и заглушив мотор, закрыл глаза, пытаясь осмыслить прошедший день.

Вообще, если честно, в последнее время я живу как-то по инерции, времени, даже на то чтобы хорошенько подумать, нет совершенно. Дежурства, работа в доме, возня с машиной, какие-то эксперименты — засыпаю не долетая до подушки.

Но сегодня наверное не усну, перед глазами так и стоит деревянный сруб и растерзанные в нем тела. Всегда считал себя фаталистом, а вот сейчас вдруг понял, окажись на дежурстве мы с Андреем, и это нас бы сейчас собирали в мешки.

Ребят конечно жаль, но я искренне радовался что сия участь коснулась не нас. И в то же время понимал, — это лишь отсрочка.

Не особенно разбираюсь в зоологии, но то что подобных существ в наше время не существовало, — знал наверняка. Да и в том что в этих краях вообще когда-нибудь обитал кто-то похожий, — серьезно сомневался.

Вот только что это меняет? Если я не могу ничего изменить, значит нужно смириться? Или всё же попытаться как-то повлиять на ситуацию?

Когда убили забравшего из кургана меч мужичка, я как-то не задумывался, а ведь мне тоже хотелось чего-нибудь прихватить. Потом эти ребята что поехали на поиски и пропали, — Могли мы оказаться на их месте? Вполне.

Здесь также. Сдвинься график дежурства на одну смену, и всё, финита-ля-комедия...

Так что подумать было о чём, и домой я зашёл едва ли под утро.

Встал правда легко, будто бы и не было бессонной ночи и нехороших мыслей.

Ну а утро уже принесло новые хлопоты, и думать стало просто некогда.

* * *

У нас в домах по семь окон, и хотя они не такие большие как в многоэтажках, материала на это нужно довольно много.

— По одному окну на комнату оставить, остальные заложить. — предложил Андрей, задумчиво почесав нос.

— Даже так, всё равно металла столько не найдём, да и сварки нет... Наверное нужно ставни восстанавливать, можно их жестью обить снаружи, жесть у меня есть. Это же не взломщики какие, пусть и страшные, но всё равно просто звери.

— А ты много знаешь зверей, которые вот так вот запросто нападают на людей, тем более через закрытые окна?

— А есть другие варианты? — по мне, хорошо сделанные ставни, — не декоративные, а по-настоящему, из толстых досок, вполне хорошая защита как от зверья, так и от мародеров.

— Надо подумать. — пожал плечами Андрей, — но все равно без сварки особенно не разбежишься...

Сварщик по специальности, он вообще всему прочему предпочитал металл, и будь у нас материал и возможность подключить сварку... Но ни того ни другого не было, поэтому оставалось что-то выдумывать. По сути те же доски; оно хорошо говорить — сделаем из дерева, а где взять то его? Запасов пиломатериала ни у меня, ни у него не было, оставалось только разобрать что-нибудь не особенно нужное. И опять же, — что?

Старые клетки в сарае? — Но они явно ещё пригодятся. Навес? — Тоже жалко... Перебрать давным давно снятые и напиленные на дрова полы? — Очень может быть. Главное чтобы по длине подошли, окошки у нас мелкие, сантиметров семьдесят на метр двадцать примерно, так что вполне вероятно и сгодятся.

Так что сразу с утра, мы первым делом пошли ворошить запасы, и через некоторое время двор украшала знатная такая кучка дров.

Доски, шпалы, куски столбов, — тоже когда-то привезенные на дрова — в ход пошло всё. Ведь требовалось не только сделать ставни, но и наглухо закрыть часть окон.

Вытащив стеклопакеты из проёмов, мы выпилили подходящие по размеру шпалины, и заложили ими образовавшиеся дыры. И вроде бы всего ничего делов, но закончили с этим мы уже перед самым дежурством, и наскоро перекусив, поехали в клуб.

— Сегодня катаетесь по поселку, — сообщил дежурный, заставляя попрощаться с мечтами о поспать. Это хорошо когда стоишь на одном месте, делать особенно ничего не нужно, можно и покемарить по очереди. Ну а коли линейным выставили — так называют курсирующий по поселку экипаж, покоя не жди, гонять будут по поводу и без повода.

Но приказы не обсуждаются, тем более что альтернатив особенно и не было. Все кто не задействован в охране поселка, пахали на других участках, самым важным из которых считалось возведение забора, или, как его громко именовали в администрации — «охранного периметра». Оно может конечно и будет так в дальнейшем, но пока мы просто ставили столбы и натягивали на них колючую проволоку. Ров, вал, и колючка — это тот минимум что решено было сделать. То есть, если смотреть изнутри, сначала идет вал, за ним ров, а уже дальше столбы с колючей проволокой. Причём не в один ряд.