25 глава. Переговоры

Владыка больше не стал спорить, у него нет времени выяснять отношения, которых никогда и не было. В постель с женой он за всю их супружескую жизнь ложился дважды, под сильнодействующими зельями, притупляющими восприятие, иначе супружеский долг он выполнить бы не смог. Его тошнило только от одной мысли, что придется занять место ее любовника. Делить женщину с собственным родителем для него было омерзительно. Но папаша требовал наследника, поэтому пришлось идти на некоторые ухищрения и подключать дворцовых лекарей, чтобы зачатие произошло быстро. С тех пор он больше не касался этой женщины и встречи сократил до необходимого минимума.

Когда владыка выходил из покоев жены он улыбался, а в след ему неслись проклятья и грязные ругательства, которые приличным эльфийкам и знать не положено.

Быстро добравшись до своих покоев, переоделся, заплел волосы, снял венец, в котором обычно появлялся перед своими подданными и надел простой золотой обруч, накинул длинный плащ и спустился в свою личную сокровищницу, вход в нее находился у него в покоях.

Собрав в ларец самые редкие драгоценные камни, он вышел из сокровищницы и по тайному ходу покинул дворец. На выходе из тайного входа его ждали пятеро гвардейцев замотанный в темные плащи.

— Тень, — сказал владыка запрыгивая на коня, — к заставе на границе с племенем Драха.

Один из его гвардейцев кивнул и поднял руки. Сразу стало тихо, даже листва на кустах и деревьях перестала шевелиться. Воздух вокруг застыл, уплотнился и начал давить со всех сторон, сразу стало трудно дышать. Владыка сцепил зубы, когда чернота поглотила его и потащила вперёд. Воздух вышибло из лёгких, но через пару ударов сердца все прекратилось. Снова появились звуки, в лицо пахнуло дымом и запахом степных трав. Истраэль моргнул и громко выдохнул. Их отряд стоял в тени деревьев у заставы. Владыка передёрнул плечами, и тронул коня направляя его в степь. Вдали мигали точки костров, чернели шатры и ветер доносил приглушённый рев ярков. До рассвета ещё было время. Истраэль ехал медленно, чтобы его точно заметили. Вскоре на встречу ему вышел небольшой отряд орков, верхом на ярках. Когда между ними осталось не более десяти шагов, владыка спрыгнул с коня, приказав воинам ждать и пошел навстречу рослой орчанке, которая вела его связанного сына, как пса, на верёвке. Соиледиаль выглядел бледным и испуганным, увидев отца он чуть не разрыдался от облегчения, но поймав его ледяной взгляд пристыженно опустил голову.

— Вождь племени Драха Ыркхе, — владыка учтиво склонил голову.

— Владыка Западных лесов Истраэль Лёгкий бриз, — в тон ему ответила орчанка так же склонив голову. Взгляды скрестились.

— Я получил твое послание и готов заплатить за нанесенное тебе оскорбление.

— Платить должен оскорбивший. Твой наследник...

— Сын, — поправил ее владыка. Орчанка вздернула бровь, а Соиледиаль вздрогнул и потрясённо посмотрел на отца, — Соиледиаль не может больше быть наследником, став причиной конфликта. Такой правитель в будущем — горе для народа. Поэтому сейчас перед тобой стоит отец, уважаемая Ыркхе, которому стыдно, что он плохо воспитал своего сына. Я готов нести ответственность за его необдуманные слова, — владыка преклонил колени перед орчанкой. Соиледиаль еле сдерживал слезы, глядя на склоненную голову отца. Он, владыка Западного леса, могущественный и величественный, стоял на коленях перед дикаркой, вымаливая оставить жизнь его сыну. Соиледиалю было больно смотреть на это и осознавать, что он стал причиной унижения отца. Мужчина прикусил губу, но не смог удержать жалкий всхлип. Орчанка цыкнула и скосила на него презрительный взгляд.

— Встань владыка, — повелительно сказала она, — твой сын достаточно взрослый, чтобы нести ответственность за собственные слова и действия. Но я даже из уважения к тебе не могу спустить ему оскорбление, так что ты зря приехал. Твой сын умрет на рассвете.

— Я понимаю, но возможно мне удастся переубедить тебя? — спросил владыка, вставая. Он спокойно и уверенно смотрел на орчанку, потому как не первый год общался с орками и прекрасно знал, что они обожают торговаться. Ыркхе заинтересованно вытянула шею, когда владыка достал из заплечного мешка ларец и открыл его. Орчанка ахнула и закусила губу от восторга. Истраэль затаив дыхание наблюдал, как алчно она рассматривает драгоценные камни, как закусывает от волнения пухлые губы, и ждал.

— Дары прекрасны, но чтобы искупить вину твоего сына этого недостаточно, — наконец вымолвила женщина и посмотрела на бледного и понурого бывшего наследника, — За камушки я могу только гарантировать сохранность его никчемной жизни.

Владыка напряжённо ожидал, когда женщина продолжит. Пришлось закрыть ларец, потому что она не могла оторвать взгляда от драгоценных камней и постоянно на них отвлекалась.

— Что ты имеешь в виду? — поторопил владыка.

— Я заберу себе камушки и мальчишку, — очаровательно улыбнулась орчанка и подтянув к себе за верёвку Соиледиаля, хлопнула его по заднице. Бывший наследник выпучил глаза и покраснел, как маков цвет, а брови владыки полезли вверх.

— В каком смысле? — сипло спросил Истраэль.

— В прямом. Твой сын будет наказан за оскорбление и отбывать его будет у меня в шатре, — ухмыльнулась орчанка, — Это единственная возможность для него сохранить жизнь.

— Но, — владыка потерял дар речи, ошарашенно переводя взгляд с вождя на сына и обратно, — что он делать там будет?

— Давно хотела себе раба купить, чтобы хозяйством занимался, да все до горных никак не доеду, — досадливо сказала орчанка.

— Раба значит, — владыка прищурился и посмотрел на трясущегося сына, — а знаешь? Я согласен, — Соиледиаль вскрикнул и упал на колени, сгорая от стыда и унижения

— Отец! — воскликнул бывший наследник, — Эльфов нельзя продавать в рабство! Это запрещено законом!

–Да неужели? Что ж ты раньше не вспомнил об этом? Мы сейчас находимся на землях, где рабство обычное дело, независимо орк ты или эльф, и это достойное наказание для того, кто дважды потерял свою честь, — зло прошипел владыка, а Соиледиаль в страхе поднял на него глаза. Весь вид отца говорил о том, что ему все известно, — Только хотелось бы обговорить срок наказания и получить гарантии, что после ты мне его вернёшь живым и невредимым, — деловито сказал владыка, переводя взгляд на Ыркхе.

— Гарантии могу дать, — орчанка приложила кулак к груди, что означало, обещание выполнить уговор, — а срок, — женщина задумчиво пожевала губу и посмотрела на молодого эльфа, сидевшего в пыли, понуро опустив голову, — Год, — и протянула раскрытую ладонь владыке. Он крепко пожал ее и отдал ей ларец.

— Через год увидимся сын и знай ты меня очень сильно разочаровал, — с этими словами владыка развернулся и не оглядываясь пошел прочь.