Глава 10

Таисса подняла брови, когда они приземлились у заброшенного двухэтажного дома, увитого завядшим плющом.

– Все Светлые мира скрываются здесь? – с иронией спросила она. – Серьёзно?

– Да уж, доставщики пиццы сбиваются с ног, – хмыкнул Вернон. – Кстати, как насчёт позднего завтрака?

Дир шагнул на крыльцо.

– Боюсь, компания, которую вы встретите внутри, надолго отобьёт вам аппетит, – проронил он. – Проходите в дом.

– Ещё предложи разуться и достать тапочки, по вашему обычаю, – пробормотал Вернон. – Держу пари, они будут великолепно смотреться в комплекте с гильотиной.

Таисса представила Вернона с сигарой, в халате и тапочках, с великолепной небрежностью всходящего на эшафот, и чуть не начала истерически хихикать.

А потом они зашли в дом, и Таисса невольно охнула.

Люди. Незнакомые ей мужчины и женщины стояли вокруг овального стола в обшарпанной гостиной. Ни одной Светлой ауры.

Гул голосов стих при их появлении. Две женщины, стоящие ближе всех, отшатнулись от их Тёмных аур. Ни Светлых, ни Тёмных, кроме них троих, в зале не было.

Дир коротко обменялся приветствиями со всеми и сделал жест, чтобы Таисса и Вернон следовали за ним.

– Почему здесь лю… – начала Таисса – и вдруг разом поняла.

– Бывшие Светлые, – хрипло сказала она.

Дир наклонил голову.

– Те, кого мы смогли спасти. Казни длятся до сих пор.

– Но их уже лишили…

– Лишение способностей – не амнистия, Таис. Элен не знает жалости. – Он подхватил её под руку. – Идём. Решения принимаются не здесь.

Бывшие Светлые расступились перед ними, и Дир провёл Таиссу и Вернона к лестнице в самую обычную кладовую. Отодвинул неприметный люк, приложил ладонь к панели, поморщился, когда проступила кровь, и набрал что-то с линка.

В следующий миг раскрылся второй люк, за которым мерцало силовое поле. Дир набрал ещё один код, и оно исчезло.

– Жалкое зрелище, – прокомментировал Вернон. – Думаешь, если Тёмные вас найдут, это вам сильно поможет?

– Нет, – спокойно сказал Дир. – Но это даст нам нужные минуты и спасёт жизни.

– Тайные ходы, – понимающе кивнул Вернон.

– В том числе.

Они спустились по низкой тёмной лестнице и вышли в превосходно оборудованный зал совещаний. Таисса замерла, разглядывая сверкающий хром и пластик, огромные экраны на стенах и высокие потолки. Влево и вправо уходили отростки коридоров: похоже, здесь Светлые и впрямь устроили нечто вроде центра управления.

Впрочем, что ещё она ожидала увидеть? Палаточный городок?

Зал был почти пуст, но немногие люди и Светлые тут же обернулись к Диру, едва завидев его.

– Это Таисса Пирс и Вернон Лютер, – в полной тишине произнёс Дир. – Они не причинят вам вреда. Мне нужен Ник и малая переговорная в закрытом режиме.

– Я настаиваю на сопровождении, – резко произнесла седовласая Светлая, чем-то напомнившая Таиссе Елену. – Лютер опасен даже с нанораствором. А эта Тёмная…

– Риски я беру на себя.

Светлая вздохнула. Кивнула темноволосой девушке, и та, отключив виртуальную клавиатуру со своего линка, быстро вышла.

– Ник только что вернулся из ночного рейда и спал полтора часа, – обвиняющим тоном произнесла Светлая. – Дай ему хотя бы пару часов.

Дир покачал головой:

– Ни мгновения. Дело слишком срочное. Пусть вколет хоть три стимулятора, но он мне нужен через пять минут.

Светлая бросила очень холодный взгляд на Таиссу.

– Я послала Лину за стимуляторами, – неохотно сказала она. – У нас кончается военный запас, а гражданские – уже не то, ты же знаешь. Нужны лаборатории, а они разгромлены и закрыты. Если бы мы нашли Александра…

– Поиски идут, – утомлённо сказал Дир. – Мы найдём и Александра, и Лару. Тот, кто их укрывает, неопытен и плохо ориентируется в… текущих реалиях.

– Тьен учился у тебя, – тихо сказала Таисса. – Вряд ли ты учил его плохо.

Вернон засмеялся:

– Да уж, наследственность не скроешь. Надеюсь, ему достались мамины мозги.

Дир чуть поморщился.

– В переговорную, – негромко приказал он. – Поговорим по существу.

Простые белые стены и аскетическая обстановка переговорной напомнила Таиссе процедурную. Впрочем, разве здесь в каком-то смысле и не планировали хирургические операции?

Таисса устроилась на обычном табурете возле полупустого кулера. Вернон, пожав плечами, сел прямо на полу.

– Итак, – произнёс Дир. – Совета больше нет, и практически все решения мне приходится принимать в одиночку. Ник поддержит мой план или будет возражать, но это по большому счёту неважно: ответственность лежит на мне в любом случае.

– У тебя уже есть план? – спросила Таисса.

– Разумеется.

– Что-то мне подсказывает, что мы оба будем от этого плана в восторге, – хмыкнул Вернон. – Нам уже идти вешаться?

– Думаю, многие здесь были бы не прочь на это посмотреть, – раздался новый голос.

Таисса вздрогнула, поднимая голову.

Она прекрасно знала этот голос, но Светлого, стоящего в дверях в строгом плаще, она видела в первый раз в жизни. Высокий, ещё не старый, с высоким лбом и начинающими седеть волосами. Он выглядел чудовищно усталым и измотанным, но глаза смотрели цепко и ясно – и не очень-то приветливо.

А ещё на его лице не было ни единого шрама.

– Ник, – тихо сказала Таисса. – Здравствуй.

– Мы незнакомы, – уронил Ник Горски.

– Знакомы, и очень хорошо, – вздохнул Дир. – Только, боюсь, не здесь. Но оставим фантастические подробности на потом. Ник, мы можем получить координаты Источника уже через несколько дней.

Лицо Ника дрогнуло.

– Невозможно.

– Возможно, – бесстрастно сказал Дир. – Боюсь, приготовления займут некоторое время. Но вероятность неуспеха практически нулевая.

– Интересно.

– Чего вы хотите? – спросила Таисса. – Уничтожить Источник? Или сделать с его помощью много маленьких Тёмных, которых перевербуют в Светлых? Или…

Она осеклась. Дир знал про спутниковую аппаратуру и про внушения всему миру. Он знал и это. Он знал всё. И едва Источник окажется в его руках, колебаться он не будет.

Таисса беззвучно застонала. В её голове больше не осталось мыслей. Один ужас.

Ник Горски уселся на табурет напротив Вернона и долго глядел на его руки.

– Дир, ты знал об этом? – негромко сказал он. – О пытках?

Дир покачал головой:

– Узнал, но ничего не успел сделать. Александр перевёл особо ценных пленников в другой бункер, и мне не хватило времени выяснить какой.

– Польщён, что вы вообще обо мне вспомнили, – лениво произнёс Вернон. – Так что у тебя за блестящий план и можно ли будет тебя убить? Можешь ответить только на второй вопрос.

Дир бросил быстрый взгляд на Таиссу.

– Вернон Лютер, я запрещаю тебе использовать внушение на мне или моих союзниках без моего разрешения. – Он потёр переносицу. – Таиссу Пирс ты тоже не тронешь. Попытаешься – умрёшь, и я не шучу.

Вернон оторопело смотрел на него.

– Светлый, ты перегрелся? – наконец спросил он. – Может, в облаках дождиком промочило? Я не могу коснуться её сознания. О твоём я вообще молчу.

– Моё ты и не сможешь тронуть. Как и я – твоё. А вот другие Тёмные тебе подвластны, и я собираюсь это использовать.

Вернон заметно побледнел, глядя на Таиссу.

– Какого чёрта ты ему об этом сказала? – хрипло сказал он. – Почему не рассказала мне, идиотка?! Я мог вломиться в сознание Элен прямо тогда! Мой отец был передо мной как на ладони, запрета вламываться в его сознание не было!

– Не было времени тебя учить, – устало сказала Таисса. – А если бы и было, думаешь, я рискнула бы стать следующей после Майлза и Элен?

– Идиотка, – повторил Вернон. Умолк, обхватив лицо ладонями.

– Итак, план прост, – бесстрастно продолжил Дир. – Устроить Лютеру встречу с отцом. Майлз Лютер наверняка знает координаты Источника.

– Вам нужен будет чертовски хороший предлог для этого, – хмыкнул Вернон. – Мой родитель не очень-то обожает круглые столы.

Дир холодно усмехнулся:

– О, предлог будет очень хорош. Тебе понравится.

– Допустим, ты его заинтересуешь. – Вернон пожал плечами. – И что? Думаешь, мой обожаемый папаша согласится на разговор наедине, чтобы я вскрыл его сознание, как консервную банку? Может, мне ещё и подчинить его волю целиком, вместе заманить Элен Пирс в тёмную подворотню – и вуаля, война выиграна?

– Слишком рискованно, – произнёс Ник Горски мрачно. – Нанораствор – не внушение, Лютер сохранит свободную волю. Кто гарантирует, что он не предпочтёт покончить с собой?

– Предпочту, – с готовностью согласился Вернон. – Буду долго кататься по полу в агонии и по пути выдам все ваши тайны. К примеру, то, что у тебя отвратительный одеколон.

– Дезодорант, – машинально поправила Таисса.

– Ещё хуже.

– Приманка будет слишком соблазнительной, чтобы твой отец остался в стороне, – невозмутимо продолжил Дир. – Тебе останется лишь сделать свою работу, Лютер. Но очень осторожно: твой отец почувствует контроль сознания. Сопротивляться твоему натиску он не сможет, но закричать, понять, что происходит, дать кому-то знать – вполне. Когда твоя мать, Виктория Талль, взяла Таиссу в заложницы, я не мог сделать внушение: Виктория перерезала бы Таиссе горло быстрее, чем я бы её обезвредил.

Ник вдруг резко дёрнулся.

– Что?

– Это была не она, – тихо сказал Дир. – Я объясню.

– Не мели чушь, – с отвращением произнёс Вернон. – Таисса и моя мать никогда не встре…

Он осёкся. Вспомнил её ответ. «Да. И нет».

– Какого чёрта здесь происходит? – резко сказал Вернон. – Эти ваши перемещения во времени?

– Долго рассказывать.

– Надеюсь, мне ты расскажешь, – сдержанно произнёс Ник Горски. – И очень скоро.

– Самую важную часть, – кивнул Дир. – Не всё. Поверь, Таисса поведала мне вещи, которые приводят в ужас даже меня.

– Это какие? – полюбопытствовал Вернон. – Ты узнал, что тебе пришлось переступить через себя и провести ночь с женщиной, чтобы зачать ребёнка? Я тоже был бы в ужасе.

– Вернон, не надо, – тихо сказала Таисса.

Дир словно бы его не услышал.

– Прежде всего нам нужно разобраться с отцом Таиссы. Эйвен Пирс догадался, что мы с Лютером способны на внушения Тёмным, и, что куда хуже, знает, что Таисса под контролем Светлых. И это крайне неприятный фактор.

– Не настолько неприятный, как ты думаешь, – подал голос Ник Горски. – Вряд ли он уже сообщил Элен, где и под чьим контролем находится девочка. Эйвен будет надеяться вызволить её сам. Я ставлю на это.

– Пятьдесят на пятьдесят, – кивнул Дир. – Ник, Эйвен верит твоему слову: ты можешь организовать встречу один на один и устранить его? Или просто устроим засаду после встречи. Эйвен не так хорошо защищён, как его мать: от опеки её людей он отказывается наотрез.

Таисса побелела.

– Не смейте, – прошептала она.

– Убить Эйвена? – Ник Горски покачал головой. – Чудовищная идея, Дир. Он – практически нейтральная фигура с незапятнанным прошлым. Едва об этом узнают, мы лишимся последних союзников. Все шансы на любые переговоры полетят к чертям. Остатки нашей репутации…

Дир вздохнул.

– Хорошо. Ты организуешь встречу со старым другом и предложишь ему обсудить судьбу дочери. Дашь своё слово, что меня там не будет. Я уберу из его сознания все воспоминания о нанорастворе и внушениях другим Тёмным и заставлю его забыть, что Таисса и Вернон Лютер находятся под нашим контролем. А заодно и проверю, что, кроме него, об этом никто не знает.

Ник поморщился.

– Моё слово?

– Твоё слово, – ровно сказал Дир. – Ставки слишком высоки.

– Я никогда…

– Не нарушал его. И оно ценно, Ник. Я знаю. И о вашей с Эйвеном дружбе я знаю тоже. Но ничего другого я придумать не могу.

Ник долго молчал.

– Я свяжусь с ним, – тяжело сказал он. – Назначим встречу сразу же, в ближайшие часы. Я был бы очень не прочь наконец-то выспаться.

Таисса беспомощно взглянула на Вернона.

Тот едва заметно покачал головой. Нет. Они тут ничего не могут сделать.

Осталось лишь понадеяться на изобретательность её отца. Вот только Эйвен Пирс поверил ей, Таиссе. Поверил Вернону, мальчику, которого он учил фехтованию. А значит, поверит и своему единственному другу среди Светлых.

Другу, который ни разу не нарушал данное слово.

Неужели её встреча с отцом окажется напрасной, они будут по разные стороны баррикад и именно его рука не пустит её к Источнику? Не позволит ей вернуться домой?

«Там была я. Я знаю, это дурацкая причина, но… это было не так плохо. Правда».

«Правда. Но иногда этого недостаточно».

– Не отбирай у него ничего больше, Дир, – тихо сказала Таисса. – Не надо. Я не хочу, чтобы мой отец забыл меня целиком.

Дир промолчал.

– Может, ты всё-таки сядешь, Светлый? – раздражённо произнёс Вернон. – Хватит уже мельтешить над душой. Или хотя бы прими живописную позу и принеси мне мольберт.

– Я думала, ты баловался наскальной росписью, – заметила Таисса.

Вернон моргнул. Посмотрел на неё. Посмотрел на Дира.

– Так, – произнёс он. – Этого не просто никто не может знать, этого вообще никто не может знать. Даже мой отец не спускался настолько глубоко в подземелье, чтобы оценить мои экзерсисы. И с чего бы Источнику показывать тебе такие мелочи?

Таисса промолчала.

Вернон кивнул, глядя на Дира:

– А вот Светлый совсем не удивлён. Кое-кто знает очень интересную правду о нашей гостье, верно? И мне тоже очень не мешало бы её узнать. Выкладывайте, оба.

– Её история тебе не нужна, – сухо произнёс Дир. – Лучше порадуйся за себя самого. Я пообещал Таиссе, что, когда мы захватим Источник, ты будешь свободен и мы сделаем всё, чтобы обратить эффекты пыток. Если ты не станешь выступать против нас, нанораствор больше тебя не побеспокоит.

Глаза Вернона сузились.

– Очень благородно. А с ней вы что будете делать?

– Ничего, – устало сказала Таисса. – Со мной ничего не нужно делать: я прекращу своё существование сама по себе через месяц-два. Такая вот интересная плата за всезнание.

– И всемогущество, – машинально произнёс Вернон. У него был вид человека, который совершенно не понял, что ему только что сказали. – Подожди, что?

Светлые переглянулись. Ник бросил странный взгляд на Таиссу:

– Мы можем что-нибудь сделать?

Дир молча покачал головой.

– Дир, она наследница Элен, – с нажимом произнёс Ник. – Новый голос Источника. Ты уверен, что мы её потеряем?

– Я хотел бы, чтобы было иначе, – негромко сказал Дир. – Но довольно, Ник. Сейчас твоя задача – Эйвен.

– А твоя? Попробуешь научиться влезать в сознание сильного Тёмного за пару часов? – Ник покачал головой. – А потом начнёшь учить этого мальчишку? Дир, это взрывоопасно.

Дир глядел на Таиссу не отрываясь.

– Думаю, – глухо сказал он, – я справлюсь очень быстро. Мне… рассказали про похожий опыт.

В его взгляде вновь промелькнуло сожаление, и Таисса вдруг в ужасе поняла, что он собирается делать. То, что Дир должен был сделать с самого начала, едва она рассказала ему об этой способности. Подчинить её и её сознание.

Таисса не знала, почему он промедлил раньше. Из симпатии ли, жалости, сострадания, чувства вины? Может быть, из-за крошечного бутона влюблённости, о котором он сам едва начал подозревать?

Но больше Дир медлить не будет.

Сердце Таиссы пустилось в бешеный галоп. Адреналин хлестнул в глаза, дыхание сделалось быстрым, паникующим. Последние секунды свободной воли: она должна, обязана была что-то сделать…

Её отец не нашёл выхода. Его аналитики не нашли выхода.

Но Вернон когда-то уговорил нанораствор слушаться. Просто мягко поставил Таиссу перед фактом, что найти и заполучить Источник для всех Светлых было важнее всего на свете, а Источник мог найти только он.

Стало быть, она могла освободиться от воли нанораствора. Вот только как? Главой Совета был Дир, и в этой реальности его воля была решающей. Не было ни единого фактора, способного изменить эту ситуацию.

Кроме…

Таисса вдруг вспомнила.

«Я очень любил Элен. Всё ещё люблю, наверное. Но я отдал бы и её жизнь, и свою, чтобы место нашей реальности заняла ваша».

Александр. Её дед. Он дал ей непрямое разрешение вернуть прежнюю реальность, чтобы ей вновь правили Светлые.

Глаза Таиссы зажглись торжеством. И это было важнее приказа Дира! Статус Александра не просто был выше – его выбор был куда более светлым. Пожертвовать всем, но перенести миллиарды людей в реальность, где они и их потомки будут счастливы, где Светлые победят. Будущее, где дети будут рождаться Светлыми.

Чёрт подери, да! Таисса изумлённо выдохнула, чувствуя, как отступает боль. Да! Она была свободна!

Больше не сомневаясь, Таисса выбросила вперёд руки, и волны чёрного пламени полились с них, отрезая Дира и Ника Горски от них с Верноном. Температура в комнате резко упала.

– Убираемся отсюда! – крикнула она. – Вернон, мы свободны, я…

Она осеклась. Как подобрать слова, чтобы он понял?

Дир перехватил инициативу мгновенно.

– Лютер, она нас уничтожит! Обезвредь её!

Дьявол! Таисса вскинула ладонь вверх, посылая в потолок столб глухой тьмы. Она зачерпывала силу Источника щедро, не таясь и наплевав даже на предупреждение Великого Тёмного: ей нужно было выбраться и сохранить свою волю.

Потому что, если она потеряет себя, её не спасёт никто. Даже Тьен.

Чёрный столб дыма упёрся наверху в силовое поле: у Таиссы заныли зубы. Она послала вверх новую волну силы и всей кожей почувствовала, как золотистое поле начинает прогибаться.

Вернон вцепился ногтями в стену, оставляя на побелке трещины, тратя последние силы, чтобы не атаковать Таиссу.

– Что… происходит? – выдавил он. – Пирс!

Чёрт подери, он не поймёт! А времени для того, чтобы подобрать слова, у неё не было.

– Светлая этика, – выдохнула Таисса. – Александр важнее Дира, и он предпочёл бы реальность, где… – Она запнулась. – Я права, а Дир нет! Поверь мне!

В следующий миг фигура на сверхскорости ринулась через страшное ледяное пламя. Волосы мгновенно обуглились, руки… Таисса страшно закричала, глядя, во что превратился Дир. Регенерация исцеляла его на глазах: он не был истощён многодневными пытками, как Вернон. Но выглядел он чудовищно.

– Александр не одобрил твой план, – хрипло, отрывисто выдохнул он. – Ты только думаешь, что он выбрал бы твою реальность, верно? Мой приказ важнее.

– Нет, – прошептала Таисса.

Его взгляд впился в неё. Давление на сознание вдруг сделалось невыносимым, но тут в Таиссу хлынула сила Источника, удерживая её на плаву. Тьма заполняла её, безжалостно изгоняя щупальца чужой воли из её сознания, и Дир пошатнулся, прижимая ладонь к окровавленному лицу.

– Ты проиграл, – шевельнулись её губы. – Сдайся.

Дир тряхнул её за плечи.

– Нет! Лютер, останови её! Живо!

Таисса даже не обернулась, когда рука Вернона захватила её сзади за шею. Взмах пальцами – и Дир отлетел в одну сторону, а Вернон – в другую. Она едва стояла на ногах, но чёрный столб над ней уже почти прогрыз поле, ещё немного, и она будет свободна…

– Тьен, – шевельнулись её губы, – я найду тебя.

Источник звал её так властно, что казалось, ещё секунда – и она поймёт, куда идти. Сейчас. Сейчас!

А потом перед её глазами вспыхнул свет. И серые глаза, принадлежащие этому миру, беспощадно потянули её обратно, из мига всемогущества – на землю.

– Это моя реальность, – твёрдо и холодно сказал Дир. – И ты не сотрёшь здесь ни одного Светлого. У тебя нет права решать иначе.

Боль.

Яркая и резкая вспышка, резанувшая по рукам так, что Таисса ожидала увидеть фонтаны крови. Перед глазами потемнело.

Нет. Нет же! Александр хотел…

Таисса закрыла глаза, пытаясь отрешиться от белых стен переговорной. Не выходило.

– Я сильнее, – негромко приказал Дир. – Прими это.

Она себя почти убедила. Почти.

Но боль была сильнее. Её подсознание не соглашалось.

Таисса застонала и опустилась на пол, обхватив голову. Чёрное пламя погасло, угас и столб дыма над ней, так и не пробив до конца силовое поле.

Она почувствовала, как Дир заново усаживает её на табуретку. Спокойно, будто ничего не случилось. Таисса выдавила усмешку:

– Может быть, тебе просто посадить на моё место манекен?

– Ты чуть не убила Вернона Лютера, – проронил Дир холодно. – Он изо всех сил сопротивлялся нанораствору, пытаясь тебя не задеть, и едва не погиб. Довольна?

Он коснулся запястья обожжённой рукой, отключая белый струящийся свет.

Обычное экстренное освещение. А она-то подумала, у Дира вдруг открылись способности Великого Светлого.

Таисса открыла глаза, глядя на Дира.

– Во что бы ты ни верила, чему бы ни служила, – негромко произнёс Дир, – в другом мире, правда это или нет, ты мать моего ребёнка. Но это ничего не изменит, Таисса.

– Ты дашь мне умереть.

– А ты хочешь, чтобы на твоём костре сгорел весь мир?

За их спинами Вернон слабо застонал, приподнимаясь.

– Дьявол, – прошептал он. – Если это Источник издали, не хотел бы я оказываться вблизи. Пирс, как ты вообще выжила?

Таисса пожала плечами:

– Я попыталась представить, что могу победить. Увы, у меня слишком бедная фантазия.

– В следующий раз бери у меня… уроки, – выдохнул Вернон.

Дир, пошатываясь, набрал воды из кулера. Обошёл Таиссу и протянул стакан Вернону за её спиной. Второй стакан достался ей самой, и Таисса едва удержала его пальцами, расплескав половину.

Ник покачал головой. Он совершенно не пострадал в своём углу комнаты: через пламя, в отличие от Дира, он кидаться не стал.

– Что бы ты там себе ни придумала, – хрипло проговорил Вернон за её спиной, – попробуй это ещё раз, Таисса-недоучка. И ещё раз. И ещё. Потому что другого выхода на свободу нам с тобой, похоже, не дадут.

– Достаточно, – прервал Дир. – Вернон, ты будешь тренировать свой контроль сознания на Нике под моим присмотром. После его встречи с отцом Таиссы, разумеется. Без моего разрешения ты не смеешь никого тронуть.

Он уже почти восстановился, с изумлением увидела Таисса. Впрочем, с его силой и регенерацией это было неудивительно.

– Ник, – позвал Дир, глядя на Таиссу, – ты видишь то же, что и я?

Ник выпрямился. Сделал шаг вперёд – и замер.

– Да, – хрипло сказал он. – Что это, чёрт подери, такое? Источник?

Дир нахмурился, и Таисса вдруг ощутила что-то странное. Будто она облечена в чёрную ледяную корку и по этой корке раз за разом скользит лезвие тупого ножа, пытаясь пробраться внутрь. Пробраться в неё.

– Ты… пытаешься контролировать моё сознание, – утвердительно сказала она. – Но у тебя не получается.

– Сними барьер, – резко сказал Дир. – Сейчас же!

– Какой барьер? Я ничего не делаю.

Светлые переглянулись.

– Разберёмся с этим позже, – сухо сказал Дир. – Хотя лучше бы прямо сейчас. Таисса, ты помнишь, что тебя держит здесь сила Источника? Что ты иссякнешь, как только иссякнет она? Что тебе нельзя зачерпывать слишком много?

Таисса неслышно вздохнула. Ну да, конечно, она же сама рассказала ему всё. Всё, включая и это.

– Да, – ровным голосом сказала она. – Я помню.

Кажется, сейчас она должна была дрожать от страха. Сжимать потными ладонями виски, умоляя силу Источника оставить её в покое, и пусть даже Дир десять раз взломает её сознание, пусть, лишь бы выжить, лишь бы не умирать. Но проигранная схватка вымотала её так, что на страх просто не осталось сил.

Она подумает об этом потом. Если успеет.

– Сейчас сила Источника в тебе, и ты используешь её каждую секунду, чтобы защититься от любого вторжения в сознание. В твоих интересах перестать как можно скорее, иначе времени у тебя не останется совсем.

– Времени для чего? – устало сказала Таисса. – К Источнику, кажется, вы твёрдо намерены меня не подпускать.

Дир наклонил голову.

– Разумеется. Но для первой части плана ты нам нужна. И… пожалуй, твой теперешний вид вполне подходит. Мы начнём приготовления немедленно.

– К чему? К встрече Вернона с Майлзом Лютером? Боюсь представить, что может быть настолько грандиозным, чтобы Лютер-старший явился, забыв об осторожности.

Дир бросил взгляд на Вернона, сидящего на полу где-то позади неё.

– О, он явится.

– Скажи же нам, – хмыкнул Вернон. – Мы в нетерпении, о Великий Светлый. Что нас ждёт?

– Ваша с Таиссой свадьба, будущий Вернон Пирс, – с очень холодной улыбкой произнёс Дир. – Ведь ты возьмёшь фамилию невесты, не так ли?

Табуретка под Таиссой с треском сломалась.

Некоторое время царила тишина.

– Да вы издеваетесь, – наконец сказал Вернон.

– Это лучшее предложение о перемирии, которое только может быть, – бесстрастно сказал Дир.

– Может, тебе сразу выйти за нас двоих? – съязвил Вернон. – Чтобы перемирие было полным?

– Ты скоро увидишь, что невеста нам более чем подойдёт. – Дир кивнул Таиссе. – Обернись к нему, пожалуйста. Думаю, момент настал.

Таисса недоумённо моргнула. Момент для чего?

– Не шевелись, Пирс, – устало сказал Вернон. – Кажется, в соревновании «кто из нас умрёт раньше?» ты пока побеждаешь с разгромным счётом.

Послышалось, как он встал и сделал два шага к ней, чуть подволакивая ногу. Искалеченная кисть легла на стол, и Таисса обернулась…

…К своему жениху.

Вернон отшатнулся от неё с такой силой, словно увидел перед собой дружелюбно ухмыляющийся скелет. Таисса заморгала.

– Что со мной?

Дир сделал жест, и перед Таиссой вдруг вспыхнула серебристая плёнка виртуального экрана. Лёгкая рябь, и она превратилась в зеркало.

Почему-то посмотреться в него было сложнее всего.

Таисса невольно попыталась прикрыть верхнюю часть лица ладонью, но тут же поняла, как жалко она будет смотреться со стороны.

Трое мужчин молча глядели на неё. А ведь за те мгновения, что она была свободной, она успела бы их прикончить. У неё не было умений, чтобы парализовать их или лишить сознания, но убить – запросто.

Но она не смогла. Не сумела. И теперь за эту слабость, похоже, будет расплачиваться целый мир. Её мир.

Таисса отняла руку и посмотрела в собственное лицо.

В собственные глаза, клубящиеся чернильной тьмой.

Если у кого-то и оставались сомнения в том, что перед ними наследница Великого Тёмного, сейчас они должны были исчезнуть окончательно.

– Я собираюсь потребовать развод, – чуть дрогнувшим голосом произнёс Вернон. – Сообщаю заранее, чтобы не слишком больно ранить твоё самолюбие.

Таисса слабо улыбнулась:

– Настолько не хочешь оставаться вдовцом?

– И нести все расходы на твои похороны? Не дождёшься.

Вернон помог ей встать с покорёженной табуретки.

– Ну? – поинтересовался он. – Чем ещё вы удивите нас в это чудесное туманное утро? Как насчёт помочь моей соблазнительной невесте не угробить себя своими способностями хотя бы до вторника?

– Дир, я не собираюсь скрывать от неё Вернона, – негромко сказал Ник. – Да и не смогу: про то, что он здесь, уже знают все.

– От кого? – резко спросил Вернон.

Дир вздохнул, потирая переносицу:

– Конечно. Отведи его.

– Пирс отправится со мной, – очень холодно сообщил Вернон. – Куда бы вы меня сейчас ни потащили.

– К твоей матери.

Наверное, даже сообщение об их с Таиссой скорой свадьбе не произвело на Вернона такого эффекта.

Вместо холодного, жёсткого и уверенного наследника династии Лютеров перед ней был мальчишка. В неверии, в изумлении… в радости.

Майлз Лютер сказал, что Виктория Талль попала в плен к Светлым. Таисса поражённо вздохнула. Так это была правда?

– Идём сейчас же, – отрывисто сказал Вернон. – Пирс, ты останешься… ладно, неважно. С нами так с нами.

Ник Горски распахнул перед ними дверь. А у Таиссы сжались кулаки.

Она не знала, что сделает, когда вновь увидит женщину, которая скормила ей медленный смертельный яд. Женщину, которая мучила и ослепила её отца, изуродовала Ника, пытала Светлых и Тёмных годами. Да, это было в другой реальности, но на сердце Таиссы остались слишком жестокие шрамы, чтобы это сейчас имело значение. Она не сможет смотреть на Викторию Талль без дрожи, она знала.

Но не пойти она не могла.

– Идём, моя дорогая невеста, – произнёс Вернон. Его лицо было непроницаемо. – Пришла пора просить материнского благословения.

И протянул ей руку.