Глава 13

Таисса задумчиво глядела на себя в зеркало, поправляя чёрную перчатку.

Чёрное платье было великолепно.

Открытые плечи и кружевные накладки-рукава, пышная юбка в пол, узкий корсаж, подчёркивающий стройную фигуру. И, конечно же, кольцо на пальце, подчёркивающее её новый статус.

Катаны ей не хватало. Или хотя бы нунчаков Вернона. Если она всё-таки вернётся домой, обязательно попросит его научить её с ними обращаться. Правда, сначала придётся переодеться.

Таисса закусила губу. Как жаль, что и в этот раз ей не придётся насладиться Парижем. Другим Парижем, который она ни разу не видела и не увидит. Другой весной. Невозможной весной из другой реальности.

Но когда она станет свободной, она вернётся сюда. В своём мире. Обязательно.

Возможно, её даже обвенчают в этом соборе по-настоящему. Вопрос только с кем.

Таисса взялась за вторую перчатку. Всё-таки её идея, чтобы и жених, и невеста были в перчатках, отлично сработала. Да, будет некоторая странность, но это привлечёт меньше внимания к искалеченным рукам Вернона. Кроме того, эта маленькая хитрость помешает ей извлечь яд из-под ногтя, пока на ней перчатки. А это значило, что она сможет никого не отравить. Таисса поморщилась от боли при этой мысли. Впрочем, по сравнению с приступами агонии, сотрясавшими её когда-то по милости нанораствора, это было сущей малостью.

В дверь раздался лёгкий стук.

Таисса перевела дыхание. Кто это мог быть? Время для её выхода ещё не настало.

В соборе они появились совсем рано. Никаких туристов: площадь была оцеплена, хотя официально о венчании, разумеется, объявлено не было – только в узких кругах, близких к Майлзу Лютеру. Вернон расставил своих людей и Тёмных из собственной службы безопасности, хотя все понимали, что это скорее формальность, чем действительная защита. Если Элен Пирс захочет, она явится с армией, несмотря на все предварительные договорённости.

Впрочем, Элен Пирс захочет сохранить хотя бы видимость перемирия и переговоров. Кроме того, у них были козыри.

Таисса взглянула на матовый линк на руке. Конечно же, Дир поставил на него все возможные ограничения. Но ещё этим линком можно было управлять одним лёгким движением запястья: достаточно было чуть повернуть его, сжать пальцы или напрячь мышцы.

«Да, пока ты не владеешь всей силой Источника. Но это не страшно, Таис. Элен об этом не знает, а мы сделаем всё за тебя».

Таисса улыбнулась.

– Войдите, – позвала она.

Дверь открылась, и Таисса замерла.

На пороге стоял Майлз Лютер.

– Жениху не стоит видеть невесту до свадьбы, – вырвалось у Таиссы первое, что пришло ей в голову. – А отцу жениха, стало быть, можно?

– Когда ещё начать первый раунд переговоров? – развёл руками Майлз Лютер. – Вряд ли мы доберёмся до банкетного зала без потерь.

Таисса невольно фыркнула. У этого Майлза было чувство юмора.

И он совершенно не пугался её новых глаз, бесстрашно глядя ей в лицо. Хотя ему неоткуда было видеть её в таком виде раньше. Или они получили фотографии, когда Таисса входила в собор через боковой вход?

– Мы венчались здесь с Элен, ты знаешь? – задумчиво произнёс он. – Свадьба столетия. Я вижу, Вернон решил повторить мой подвиг. Похоже на него: он любил копировать меня в детстве. Вырезал мои фигурки, рисовал меня… я так и не похвалил его ни разу.

– Ещё не поздно, – тихо сказала Таисса.

Майлз Лютер покачал головой:

– Сейчас это будет выглядеть как издёвка.

– Я так понимаю, вы здесь, чтобы предложить мне миллионы, если свадьба не состоится? – полюбопытствовала она.

– Напротив.

Таисса моргнула:

– Ч-что?

– Как только ты станешь частью семьи, Элен не посмеет тебя тронуть. Она будет держать тебя на расстоянии, разумеется, но через год-два смягчится. Особенно если вы тут же подарите Эйвену внуков.

Таисса чуть не поперхнулась. Кажется, она вовремя собирается исчезнуть из этой реальности. Если бы её время здесь растянулось на год-полтора и она вернулась бы домой с ребёнком на руках, настоящий Вернон вряд ли был бы счастлив этому событию.

Впрочем, она была бы не прочь увидеть лицо Вернона в тот момент. На миг Таисса даже задумалась о том, чтобы его разыграть, но тут же покачала головой, отгоняя фривольную мысль. Кажется, она и впрямь перенервничала перед свадьбой, раз уж ей такое приходит в голову.

Да и будет ли Вернон жив к тому времени? Как сейчас течёт время в ей реальности? Скучают ли по ней? Ищут ли её? Или там прошла лишь одна секунда? Мгновение, которое растянется в несбывшуюся вечность, если Таиссу сегодня убьют?

Таисса подумала о бомбе, которую Дир почти наверняка заложил в собор. Вернон не ошибался в таких вещах. А если Элен пошлёт дрона с бомбой к собору?

Но здесь Майлз Лютер. Её муж.

Ну и что? Майлза можно предупредить. Он Тёмный, умеющий переходить в сверхскорость и ломать стены. Что до остальных, взрыв будет такой силы, что они просто не успеют улететь.

– Кстати, – небрежно произнёс Майлз Лютер, – тебе стоило бы внимательнее отнестись к списку гостей.

Знал бы он, кто составлял этот список. Нет, со стороны всё выглядело очень прилично: свадьбу организовывал Вернон и его доверенные люди. Но, разумеется, без ведома Дира они не могли даже выбрать закуски на банкет.

– А что там? – спокойно спросила Таисса. – Мы забыли позвать прабабушку?

– Вернон составил список с большим размахом, девочка. И… как бы это тебе сказать? Он был очень, очень популярен среди красавиц всех мастей. Ты меня понимаешь?

Таисса подняла брови, идеально подведённые к свадьбе:

– Вернон пригласил всех своих любовниц? Любопытно будет посмотреть на их кавалеров.

Майлз Лютер прищурился:

– А тебе ведь не плевать. Мой сын тебе не безразличен. Он успел стать тебе дорог. Верно?

Таисса пожала плечами.

– Я желаю знать настоящую цель этой свадьбы, – с внезапной резкостью произнёс Майлз Лютер. – Сейчас. Я сильнее тебя, девочка. И поверь, Элен не будет возражать, если я сейчас устрою небольшой допрос… с пристрастием.

Вот чёрт! Нет, она, конечно, может закричать… но стены толстые, звукоизоляция хорошая и люди Майлза наверняка ждут в коридоре.

Таисса невольно сделала шаг назад.

– Мой отец будет против.

– Поверь, у меня есть план и на этот случай.

Таисса не успела осознать миг, когда он вошёл в сверхскорость. Просто в одну секунду Майлз Лютер стоял на противоположной стороне комнаты, а в следующую Таисса оказалась с вывернутыми за спину руками, сжатыми до боли пальцами, и вторая рука сдавила её горло.

– Ну? – холодно поинтересовался Майлз Лютер. – Помогли тебе твои способности?

Он резко дёрнул кружевную ткань вниз, на миг отрывая руку от её горла, и платье угрожающе затрещало.

– Надеюсь, тебе есть во что переодеться, – произнёс он ей на ухо. – Такая жалость, если свадьбу придётся отменить. Впрочем, есть же прекрасная традиция похищения невесты.

Таисса скорее почувствовала, чем увидела, как Лютер-старший достаёт что-то, и времени на решения не осталось совсем. Она едва заметно шевельнула запястьем, одновременно сгибая ноги в коленях и принимая устойчивую позу.

– Получай! – выдохнула она.

И пол под ногами тут же чудовищно затрясло.

С потолка посыпалась пыль. Пол ходил ходуном, задрожали стены, и на миг Таисса всерьёз испугалась, что тут их и похоронит под обломками. Вот-вот.

Майлз Лютер не удержался на ногах и рухнул, увлекая её за собой. Из его руки выпала ампула странной плоской формы – и мгновенно разбилась. Таисса перекатилась, вырывая руку, упала на колени и тут же вызвала вокруг себя тёмный барьер.

Что же было в ампуле? Вряд ли снотворное: Элен сработала бы тоньше. Что именно? Таисса коснулась линка, подтверждая, что всё в порядке. Теперь осталось считать секунды и молиться, чтобы собор не разрушился. Тридцать восемь… тридцать девять…

– Ну и хватит, – с деланой небрежностью произнесла Таисса, сделав жест рукой.

И обернулась.

Гул утих мгновенно. Инженеры Дира сработали безупречно: локальное землетрясение улеглось. Возможно, пострадают витражи на соседней галерее, восстановленные после недавнего страшного пожара, но больше ничего.

В её реальности собор остался цел. Здесь же случайный пожар вызвал страшные разрушения, которые пришлось восстанавливать несколько лет, а сейчас ещё и Таисса добавила реставраторам работы. Но иначе она поступить не могла. Данные с видеокамер поступали Диру, и он ясно дал ей знать, что сам запустит сотрясение собора, едва на неё нападут.

Таисса обернулась к чертыхающемуся Майлзу Лютеру. Кажется, он упал очень неудачно, головой на каменное изваяние: по виску бежала кровь.

– Не советую повторять, – проговорила она, выбрав самый холодный тон, на который только была способна. – У меня сейчас очень плохое настроение.

Майлз Лютер поднялся на ноги.

– Это… заметно, – выдохнул он.

– Что это за дрянь вы хотели мне вколоть? – светски поинтересовалась Таисса.

– Витамины.

Нейросканер у Лютера-старшего завибрировал, и они засмеялись одновременно.

Таисса взмахнула пальцами, и стена чёрного огня возникла перед ней. Всего лишь на одну секунду, но, судя по лицу Майлза Лютера, эффект был достигнут.

– Вы можете попробовать снова, – проронила она, опуская руку. – Можете броситься на меня всей толпой и разорвать мой барьер, если рискнёте. Но разве вы здесь для этого? Ваш сын женится, и мы хотим перемирия.

– Ещё скажи, что вы любите друг друга, – издевательски сказал Майлз Лютер.

– Нет, – просто сказала Таисса. – Но это взаимовыгодное партнёрство. Мне нужен защитник, а Вернону я нравлюсь.

Нейросканер на руке Майлза Лютера вновь завибрировал. Чёрт!

– Где ты соврала? – уточнил он. – В том, что ты ему нравишься, или в том, что вы друг друга не любите?

Таисса молча смотрела на него. Мог ли он знать, что в параллельной реальности чуть не убил своего единственного сына?

– Я не совру, сказав, что вы отвратительный отец, – внезапно сказала она. – Вернон будет вас любить, даже если вы окажетесь в криокамере под нанораствором. – Майлз Лютер вздрогнул. – А вы не остановитесь ни перед чем, лишь бы угодить Элен. Серьёзно? Вам настолько безразличен сын, который умер бы за ваше одобрение?

– Может, хватит читать мне мораль? – поинтересовался Майлз Лютер.

Таисса скрестила руки на груди, не разрывая щита.

– Вы совершенно правы, – ровным голосом сказала она. – Не мне это делать. Ведь я не брала детей в заложники, правда? Уверена, это очень поучительный опыт.

Она указала Майлзу Лютеру на дверь, втайне изумляясь себе и собственной смелости. Откуда у неё вообще взялась эта самоуверенность?

– Спасибо… за витамины, – добавила она. – Попытка была хорошая.

Он хмыкнул:

– Не заигрывайся, девочка. Танцы только начинаются.

– Уверена, Вернон будет счастлив видеть, как вы перетанцуете со всеми его любовницами. – Таисса поморщилась, вспомнив, как Майлз Лютер чуть не сломал ей руку в другой реальности. Как угрожал лишить глаза. Её передёрнуло.

– Почему вы такой мерзавец? – неожиданно произнесла она.

Это прозвучало ужасно наивно, но Майлз Лютер вдруг улыбнулся:

– Потому что это жизнь, девочка. Элен не завоевала бы мир добротой и светом. Тебе нужно ещё многому учиться.

Он кивнул на её перчатки.

– Я не хотел убивать тебя, – проронил он. – Просто… уравнять шансы. И теперь, после твоего фокуса, я думаю, все признают, что я был прав.

– Вы хотели меня ослабить, чтобы я не зачерпнула силу Источника?

– Разумеется.

Таисса долго смотрела на него.

– И Вернона вы тоже хотели ослабить, если бы со мной не получилось? – утвердительно сказала она.

Майлз Лютер наклонил голову.

– Угадала. Элен, насколько я знаю, запланировала именно это.

Нейросканер на его руке молчал, но в глазах вдруг мелькнула неуверенность. Впрочем, должно быть, Таиссе показалось.

– Мы знаем, насколько он силён, девочка, – твёрдо сказал Майлз Лютер. – Это простая предосторожность.

– И у кого же вторая ампула? У Элен?

Майлз Лютер пожал плечами.

– Думаешь, я тебе скажу, есть ли она вообще? Я бы экипировал всех наших людей, но Вернон поставил слишком точные сканеры. Чтобы пронести эту ампулу, мне пришлось… – он поднял руку, и Таисса увидела, что прозрачный блестящий линк на его руке лишился части крышки, – пойти на ухищрения.

– У Элен, конечно же, линк другой модели. И в нём ничего нет.

– Конечно же.

– Зачем это вам двоим? На случай, если всё-таки придётся меня похитить? А как насчёт скандала?

– А как насчёт того, что мы сами не знаем, на что ты способна? – отпарировал Майлз Лютер. – И я не желаю подвергать любимую женщину опасности?

Таисса вздохнула.

– Мы можем так спорить вечность, а мне ещё нужно привести себя в порядок. – Она оглядела всё ещё целое платье на плечах. – Впрочем, у меня есть запасной наряд. Розовый.

Майлз Лютер фыркнул:

– Элен никогда не любила этот цвет.

Элен… Таиссу обожгло грустью. Она так хотела узнать настоящую Элен Пирс – через тёмную ауру, через два мира, через всё, что их разделяло…

Но если Элен сделает шаг ей навстречу, это будет шаг к реальности, где Элен будет лежать в коме. Возможно, что и навечно. Иногда Таисса чувствовала себя куда большей злодейкой, чем Майлз Лютер.

Он кивнул ей:

– Любопытно, как долго продлится ваш брак. Не поверишь, но я и впрямь не желаю тебе зла.

– Если сможете меня контролировать.

– Не без этого.

В дверях Майлз Лютер обернулся.

– Не смей причинять моему сыну боль, – тихо сказал он, и Таисса вздрогнула. – Я видел его глаза, когда он говорил о тебе. Не стоит с ним играть, девочка.

Знал бы он, что сейчас она играет с целой реальностью…

– Если вы знаете, насколько он силён, – глухо сказала Таисса, – то знаете и то, что ему осталось жить совсем недолго. Побудьте с ним. Хотя бы эти дни.

– Испортить тебе медовый месяц? – Он усмехнулся. – У нас ещё будет время.

«Не будет», – хотела было сказать Таисса, но дверь уже закрылась за ним.

Таисса осталась одна перед зеркалом. Причёска и макияж остались целы, ей всего лишь пришлось чуть поправить кружево на груди.

Совсем скоро она выйдет замуж. Удивительно сюрреалистичная мысль.

Будь рядом отец, она спросила бы его, как он решился на брак с её матерью, когда они оба были ещё совсем юными. Впрочем, Таисса уже спрашивала, и не раз, и он никогда не отделывался от неё отговорками.

Просто… его ответ всегда был одним и тем же.

«Потому что мы оба этого хотели».

Но они с Верноном хотели чего угодно, только не этого брака.

А в её собственной реальности всё было ещё хуже. Сначала Вернон был помолвлен с Хлоей, а потом, едва эта угроза ушла с горизонта, случилось непоправимое.

Конечно, Таисса могла закрыть глаза и надеяться, что Вернон полюбит её вновь. Но внушение, сделанное наследницей Великого Тёмного через осколок Источника, не преодолеть. У него не осталось никаких чувств к ней. Точка.

Таисса глубоко вздохнула и взялась за ручку двери.

Как они с Диром планировали, Таисса должна была пройти на узкий и неприметный балкон, чтобы получить новые инструкции. Для всех остальных она просто войдёт в туалетную комнату, а на самом деле нырнёт в неприметную лестницу за ней. Проще было связаться с Диром по линку, но, зная, какие меры безопасности предприняла Элен, они рисковали бы слишком многим.

Времени до её торжественного выхода оставалось совсем мало, поэтому Таисса ускорила шаг. И остановилась, увидев в нише за мраморным ангелом своего отца. С вазочкой мягкого клубничного сорбета.

Таисса моргнула, пытаясь убедиться, что не спит.

– Ну ты нашёл время, – вырвалось у неё.

Её отец поднял голову и улыбнулся ей одними глазами:

– Идеальное?

– Ещё бы.

Они смотрели друг на друга. Эйвен Пирс едва заметно поднял бровь:

– Очень особенное платье, Таис.

– Единственное в своём роде, – серьёзно сказала Таисса. – Очень символичное.

Она едва удержалась, чтобы не поморщиться от боли. Этого говорить было нельзя. Дир очень жёстко проинструктировал её по поводу того, что она могла сказать своему отцу, и, кроме погоды и просьбы об отцовском благословении, особенно интересных тем для разговора среди них не было. Благословения на принудительный брак Таисс просить не очень хотела, да и вообще эта традиция имела не самые приятные корни из тех времён, когда несогласие родителя могло обрушить все надежды. А с обсуждением погоды, похоже, лучше было и вовсе подождать.

– Необычные глаза, – тихо сказал её отец. – Тебе не больно?

Таисса покачала головой. Её глаза в эту минуту клубились тёмным пламенем, она знала.

– Я вижу ясно, и мне не больно. Но реакции других людей порой… утомляют.

– Могу себе это представить.

– Извини, что не привлекли тебя к свадебным приготовлениям. Вернон настоял на секретности, и всё такое. Я даже не могла дать тебе знать, где мы.

– Я понимаю, Таис.

Он извлёк из кармана одноразовую ложку в тонкой плёнке.

– Угощайся.

– Ты мог поджидать меня здесь с кастрюлей супа и пирожками с луком, – задумчиво сказала Таисса, беря ложку.

– Оставлю это твоей бабушке.

Они тихо засмеялись. Таисса съела крошечный кусочек клубничного сорбета, мягкого, тающего во рту, и невольно улыбнулась.

– Я не знаю, о чём Вернон будет говорить с твоей матерью на переговорах, – честно сказала она. – Но, кажется, ты не на моей стороне, да?

Её отец помолчал.

– Главная опасность таится в неизвестности, – произнёс он. – Допустим, небольшое землетрясение от взволнованной невесты меня не удивит. Твоё желание, чтобы моя мать прекратила создавать новых Тёмных, от чьих взглядов идёт мороз по коже даже у меня, мне вполне понятно. К Источнику я тоже испытываю противоречивые чувства. Но ты сама… – Он покачал головой. – Ты самая опасная загадка, которую я когда-либо видел.

Видел и разгадал. А потом снова забыл, и Таисса ни словом, ни жестом не могла ему напомнить.

– Сегодня вечером на банкете, – негромко сказал Эйвен Пирс, – моя мать потребует от Вернона ответов. Откуда ты, почему владеешь такой силой и чего хочешь на самом деле? И что-то мне подсказывает, что ответы её не удовлетворят.

– Но я уже буду частью семьи.

Её отец лишь взглянул на неё.

– Понятно, – вздохнула Таисса. – Не буду. Не на самом деле. И мой новоиспечённый муж – далеко не идеальная защита. Но я не могу… – она запнулась, понимая, что ступает на опасную почву, – не желаю бежать. Я решила довериться Вернону. По-моему, он единственный, кто не желает уложить меня в кому, в криокамеру или на лабораторный стол до скончания времён.

Или в кресло излучателя.

Её отец потёр лоб.

– Я не очень-то хорошо помню наш разговор в том бунгало у моря, – произнёс он, и Таисса вздрогнула. – Но…

– Я знаю, – тихо сказала Таисса. – Я тебе важна, но ты не разделяешь моих целей. И не хочешь оставлять меня на свободе.

– Я не буду говорить ничего вроде «будь ты обычной Тёмной, я защитил бы тебя», – просто сказал её отец. – Я всё равно хочу тебя защитить, Таис.

– Но защитить мир от меня не менее важно, – мрачно сказала Таисса.

– Ну, кто-то должен этим заниматься.

Они невесело улыбнулись друг другу.

– К алтарю, само собой, я иду одна, – произнесла Таисса в тишине. – Хотя было бы забавно, если бы к алтарю Вернона подвела его мать, будь она здесь. По-моему, вышла бы интересная аллегория.

Лицо Эйвена Пирса оставалось совершенно серьёзным.

– Думаю, Вернон был бы против.

– Ну вот и я против, – просто сказала Таисса. – Хотя… честно, если бы ты захотел, я бы даже отправилась с тобой к алтарю на воздушном шаре, лишь бы ты улыбнулся. – Она вспомнила легендарный побег из замка Майлза Лютера. – Ну, или на подводной лодке.

Короткая улыбка.

– Боюсь, в этом случае нам придётся быть очень осторожными с меню.

Таисса взяла отца за руку.

– Я очень многое хочу тебе сказать, – тихо сказала она. – Не представляешь как. Но даже если мне не выпадет шанса, я была очень рада тебя обнять. Там, в тропиках, и сейчас – ну, если бы я так не боялась помять платье.

Тёмные глаза внимательно смотрели на неё.

– Луна и шоколадный торт?

– Луна и шоколадный торт, – подтвердила Таисса. – И клубничное мороженое. И уроки фехтования с Верноном. Я бы очень хотела на них посмотреть. Знаешь, я как раз хотела его попросить дать мне пару…

Она не договорила: послышались женские шаги, и из-за угла пахнуло чужой Тёмной аурой. Таисса мгновенно выставила щит. И напряглась ещё больше, когда из-за угла вышли две очаровательные юные девушки в нежно-розовых нарядах, гибкие и прелестные, как орхидеи: в высоких причёсках красовались именно эти цветы.

На щит вокруг Таиссы и её глаза, полные тьмы, девушки глядели без ужаса, лишь с любопытством. Похоже, они отлично знали, кто она.

Они обе были Тёмными. И, похоже, обращены Источником.

А ещё они были безумно, ослепительно красивы. Должно быть, Элен выбрала самых изящных и утончённых человеческих девушек, чтобы сделать их Тёмными.

– Предполагалось, что самой красивой на свадьбе будет невеста, – вырвалось у Таиссы.

– Уверена, у жениха в этом не будет никаких сомнений.

Таисса вздрогнула.

– Это подружки невесты, – бесстрастно произнесла Элен Пирс, выходя вслед за девушками. – Возражения?

Таисса сжала губы. Ей нужно быть сильной и безжалостной. Впереди переговоры. Выказывать слабость смертельно опасно.

На ладони Таиссы появился шар тёмного огня.

– У меня никогда не было подруг среди Тёмных, – произнесла Таисса бесстрастно. – Как-то они не выживают в этом климате.

Её отец закашлялся.

– Более того, – подумав, произнесла Таисса. Шар в её руке сделался больше. – Я хочу, чтобы эти девушки ушли из собора вообще. Сейчас.

Возможно, этим приказом она спасёт им жизни.

– А иначе? – поинтересовалась Элен.

Таисса пожала плечами, медленно, даже замедленно размахнулась – и швырнула шар в конец коридора.

Пламя вспыхнуло с такой силой, что опалило стены. Оно не дошло считаных метров до девушек в розовом, и одна из них дико вскрикнула, глядя на гаснущие языки огня.

Таисса бесстрастно смотрела на Элен.

– Предлагаю отложить девичник.

Эти слова, этот тон, эти жесты… Таисса мысленно застонала. Она не хотела играть, не хотела быть уверенной и холодной наследницей Великого Тёмного, она всего лишь хотела быть собой. Но Дир велел не саботировать его план, и это включало в себя самоуверенную маску.

– Убирайтесь, – холодно сказала Таисса. – Мой жених, думаю, не будет возражать против пары стриптизёрш на подиуме, когда я буду слишком занята, но сейчас вы чересчур одеты.

Элен засмеялась. Сделала знак девушкам, и те бесшумно исчезли в конце коридора.

– Мне почти нравятся твои новые манеры. В отличие от твоих глаз.

– Так уж вышло, – коротко сказала Таисса.

– Эйвен, ты действительно относишься к ней как к своей дочери? – поинтересовалась Элен. – Ты?

Эйвен Пирс посмотрел вверх, на окна галереи. Таисса с облегчением заметила, что витражи остались целы.

– Я не вижу смысла в противостоянии, пока есть надежда на компромисс, – просто сказал он. – Что до инстинктов, их никуда не скроешь, неважно, хочу я этого или нет.

– Ей нужен Источник, – резко сказала Элен. – Ты понимаешь, что она может с ним сотворить?

Эйвен Пирс наклонил голову.

– Более чем. Но, насколько я понимаю, Вернон сейчас имеет на тебя большое влияние, Таис? И если он настойчиво попросит тебя ограничить свои… особые способности и свои амбиции, ты прислушаешься?

– О, я тоже очень хотела бы это знать. – В глазах Элен Пирс появился очень странный блеск. – Если твой будущий муж согласится играть на моей стороне безоговорочно, как поступишь ты?

План Дира. Она будет действовать так, как ей приказано.

– Я последую за Верноном, – спокойно сказала Таисса. – Полностью.

Элен коснулась узкого линка на своей руке. Усмехнулась и удовлетворённо кивнула.

– Ты говоришь правду, – кивнула она. – Очень хорошо. Это именно то, что мне нужно. – По её губам скользнула очень странная улыбка. – Очень нужно. Ты даже не представляешь насколько.

Она оглядела чёрное платье Таиссы. Подняла бровь:

– Не очень-то ты рада такому внезапному браку, я вижу?

– Это была любовь с первого взгляда, – серьёзно сказала Таисса. – Правда, когда Вернон приставил лезвие меча к моей шее, я стояла к нему затылком, но это же такие мелочи, правда?

Элен вдруг едва заметно улыбнулась:

– Как странно. Я встретила Майлза очень похожим образом.

– Ты никогда не рассказывала, – заметил Эйвен Пирс.

– Как и о том, как погибли мои родители, – голос Элен на миг стал резким и полным боли. – Есть случаи, когда слова не нужны. Только месть.

Таисса вздрогнула. Родители Элен? Её прабабушка и прадедушка?

– Как они погибли? – вырвалось у неё. – Кому я должна мстить?

– Ты? – Элен холодно рассмеялась. – Ну уж нет. Впрочем, у тебя появится шанс, если ты будешь слушаться мужа во всём… так, как хочу я.

По её губам снова скользнула та же самая странная улыбка.

– Майлз прокрался в наш особняк, – произнесла Элен мягче. – Чтобы украсть мою катану, веришь ты или нет. Он давно интересовался восточными искусствами, и мальчик это у него унаследовал. Букву, не дух, разумеется: убийственные приёмы, не философию.

– Майлз Лютер всегда был прагматиком, – произнесла Таисса.

– И всегда хотел стать победителем, – кивнула Элен с одобрением. – Тебя хорошо подготовили. Так вот, он сумел пробраться внутрь, думая, что совладает со спящей девчонкой. Вот только он не знал, что девчонка никогда не спала безоружной.

– Ты выбила из его рук меч?

– Вакидзаси, – улыбнулась Элен. – Очень тонкая работа. Майлз тогда ещё не освоил бой двумя руками, а потом и вовсе от него отказался, но даже тогда у него получилось зрелищно.

– И… чем всё закончилось?

– А чем могло закончиться, по-твоему? – Глаза Элен сузились. – Чем бы оно закончилось, если бы на месте меня и Майлза были его сын и ты?

Это было испытание для неё, и Элен ждала ответа? Или ей действительно было интересно? Таисса прикрыла глаза. Что произошло в первую встречу Майлза и Элен? Что бы случилось, будь на их месте она и Вернон?

Насмешливые серые глаза, отчаянная пальба, поцелуй в бешено несущемся автомобиле… Вернон не был искренен с ней в ту минуту. Не до конца. Адреналин, возбуждение, облегчение, радость, но не любовь. А вот прошлой ночью, которую они провели вместе, едва коснувшись друг друга…

– Вы пробрались бы на кухню и взяли оттуда что-нибудь вкусное, – внезапно сказала Таисса. – Шоколадное печенье. И отправились смотреть… нет, не мультики на экране. Слишком просто, а вы хотели удивить друг друга, но слишком устали для баталий. Потому…

Она невольно взглянула вверх.

– Вы взлетели над облаками, – тихо сказала она. – И долго смотрели на звёзды. Обнявшись.

Элен долго-долго смотрела на неё. Наконец её губы дрогнули.

– Майлз, – проговорила она негромко. – Глупый мальчишка: он тараторил без остановки, хвастаясь. Но, кажется, я влюбилась, когда он замолчал и посмотрел на меня. Так, словно никогда раньше никого не видел.

Её лицо сделалось расслабленным, почти нежным. Лёгкая улыбка, опущенные веки – она была почти прежней Элен в эту минуту. Словно призрак прежней Элен проступил в ней. Почти. Совсем ненадолго.

И Таиссу вдруг обожгло внезапной мыслью.

Внутренний свет, который Таисса получила в далёком космосе. Неземной свет умершей инопланетной Светлой, заснувший глубоко внутри Таиссы. Может быть, он подействует на Элен? Хоть немного?

…Когда-то Таисса и Дир стояли друг напротив друга, и в его глазах была любовь, а вокруг и внутри Таиссы был свет – тепло и безусловное принятие. Словно её тело говорило Диру: «Я всегда на твоей стороне». То, что он так мечтал услышать.

Таисса мысленно обхватила это воспоминание, словно руки отца, обнимающие её. А потом она почувствовала, как тьма в её глазах погасла. Тёмный щит исчез. Тихое сияние охватило её руки. Ладони лодочкой, выставленные вперёд, словно полные воды.

– Элен, – тихо позвала Таисса. – Поговори со мной, пожалуйста.

Элен протянула руку к её ладоням. Коснулась подушечками пальцев. Голова Таиссы начала кружиться, но она не опустила кистей рук.

– Как странно, – прошептала Элен. – Что это? Это даже не Светлая аура…

– Свет. Наверное, так и выглядит настоящий свет. Ко мне он попал… случайно.

– Ты его не заслуживаешь.

– Нет. Но, может быть, его заслуживаешь ты?

Элен молчала.

Таисса обернулась на своего отца. Его лицо было спокойно, но глаза выдавали изумление. Печальное, не радостное. Словно он вдруг вспомнил о чём-то, чего всю жизнь был лишён.

– Так легко, – прошептала Элен. – Как в детстве. Помнишь, Эйвен? Нам принадлежали звёзды. И мы совсем не хотели их присваивать.

– Только смотреть, – проговорил отец Таиссы. – И радоваться, как красив этот мир.

– Я скучаю по этой лёгкости, – глухо сказала Элен. – Любоваться звёздами. Делать то, что правильно, просто потому, что хочется. Быть собой, не безжалостной королевой. Любить и не делать никому больно.

Она подавила всхлип.

– Александр, – вырвалось у неё. – Я не хотела!

Сердце Таиссы замерло. Свет, струящийся из неё, вдруг начал обретать форму. Облако света окутывало Элен, её туфли… руки… колени. Словно ещё немного, ещё чуть-чуть, и Элен вновь обретёт себя. Осталось лишь сделать один-единственный шаг. Какой? Если она сейчас это поймёт…

Таисса вдруг почувствовала, как свет внутри неё, её собственный свет, начинает таять. Сердце панически застучало. Неужели она сейчас его лишится?

В следующую секунду Элен моргнула, будто просыпаясь от сна.

– Ты хочешь сделать меня прежней, – прошептала Элен.

Её глаза вдруг сверкнули яростным пламенем.

– Чтобы я проиграла!

Таисса не успела заметить удара, но он был такой силы, что Таисса отлетела в другой конец коридора.

Элен на сверхскорости рванулась к ней, но на её пути возникла преграда. Силуэт двоился в глазах оглушённой Таиссы, но она тут же узнала этот силуэт.

– Не надо, – негромко сказал Эйвен Пирс. – Таис ничего бы тебе не сделала. Ты сама это чувствуешь.

– Она и до тебя дотянулась, – с отвращением произнесла Элен.

– У неё почти начало получаться, – тихо сказал он. – Она могла вернуть тебе тебя.

Элен фыркнула:

– Даже мой сын против меня. Великолепно.

Она вдруг улыбнулась, но эта улыбка была полной горечи.

– У неё всё равно не получилось бы, – промолвила она с горькой иронией. – Против меня у истинной любви нет шансов. И ей лучше не стоять у меня на дороге.

Она повернулась к Таиссе:

– И ты не менее цинична, правда? Ты тоже используешь высокие чувства, чтобы добиться своих целей. Тёмный и Светлый, говорила ты? Держу пари, ни один твой поцелуй не пропал даром.

– Прекрати! – выдохнула Таисса. – Пять минут назад ты думала иначе.

– Вставай, дурочка. Мне нет дела до твоих мыслей. Мне лишь нужно, чтобы ты пошла к алтарю.

Таисса, пошатываясь, поднялась. И замерла, вдруг почувствовав волну тёмной энергии, исходящей из Элен. Волну, вдруг запульсировавшую между ней и Таиссой.

Один раз Таисса уже ощущала эту волну. И она помнила, что случилось потом.

Таисса бросилась вперёд.

– Нет!

Поздно.

Чёрная молния метнулась от хрупкой фигурки Элен в сторону, прожигая стену, и впечаталась в грудь того, кто стоял между ней и Таиссой.

Эйвен Пирс без звука упал на пол.

– Нет, – прошептала Таисса. – Нет, только не ты, пожалуйста, не надо…

В её глазах застыли слёзы.

А потом Эйвен Пирс открыл глаза, полные клубящейся тьмы, и Таисса подавила крик.

– Не такая уж и большая разница, – заметил он, поднимаясь. Его глаза погасли, вновь сделавшись обычными, тёмными. – Во всяком случае, никакого немедленного желания убивать. Впрочем, определённый соблазн всё-таки есть.

– Разницу ты скоро почувствуешь, – сухо сказала Элен. – Не этой судьбы я для тебя желала… впрочем, без толку жалеть.

Она протянула ему руку.

– Сопроводи меня в зал. Вот-вот будет торжественный выход невесты. – Она бросила уничтожающий взгляд на раздавленную Таиссу. – Уверена, зрелище будет прелюбопытное.

Эйвен Пирс обернулся к Таиссе и долго-долго смотрел на неё. Её сердце перестало стучать.

– Похищение? – прежним спокойным тоном спросил он, поворачиваясь к Элен. – Сейчас самое время.

Таисса застыла.

Элен с улыбкой покачала головой:

– У меня другой план. Девочка не пойдёт у нас на поводу, если мы её похитим. Я хочу получить контроль над Верноном Лютером, а он уже приведёт ко мне свою жену. Тогда моя власть над Источником будет абсолютной.

Эйвен Пирс поднял бровь, без слов глядя на свою мать. А потом кивнул:

– Я понял, как именно ты хочешь им управлять. Изящное решение.

Элен тихо засмеялась:

– Я знала, что ты меня поймёшь.

– Майлз будет возражать.

– Не будет. Это ради его же блага. Я его уговорю.

Эйвен Пирс пожал плечами:

– Как скажешь. Не то чтобы меня волновали его чувства. Или благополучие Лютера-младшего, раз уж мы об этом.

Таисса беспомощно смотрела на своего отца. На того, кто только что отрёкся и от Вернона, и от неё.

Элен только что обрела могущественнейшего союзника. А она, Таисса, – потеряла.

Но терять лицо она не имела права. Ни Эйвен Пирс, ни её мать не знали, что она под нанораствором, и они не должны были об этом узнать.

Таисса щёлкнула пальцами, и по обе стороны коридора возникли стены огня, а по стенам и потолку побежали дорожки чёрного пламени.

– Надеюсь, церемония вам понравится, – светским тоном сказала она. – Кстати, если мне хоть кто-нибудь попробует вколоть очередную дрянь, я не отвечаю за то, что произойдёт потом.

Она опустила руки, и пламя погасло.

– Мы поняли, – бесстрастно произнёс Эйвен Пирс. – Мне жаль, что я не могу играть для тебя прежнюю роль: твоё доверие бы всё упростило. Увы, ты слишком хорошо понимаешь, насколько я изменился, так что в притворстве нет смысла.

– Никакого, – таким же ровным тоном произнесла Таисса. – Я знаю, что с этой минуты я тебе чужая. Лишь ценный инструмент и опасное существо, ничего больше.

Он кивнул ей:

– Совершенно верно. Увидимся на церемонии.

Элен бросила на неё прощальный взгляд, ледяной и равнодушный, но Таисса вдруг разглядела в нём что-то странное. Сожаление. Неужели Элен всё-таки хотела стать собой? И у Таиссы получилось, получилось бы, если бы она только…

Таисса на миг задумалась, кусая губы. Что же она сделала не так? До чего не додумалась? Она была на правильном пути, её свет почти победил тьму Источника, но… в последнюю минуту она испугалась. Испугалась, что её свет иссякнет.

Неужели дело было в этом?

– Я и впрямь хотела тебя похитить, – уронила Элен, оборачиваясь через плечо. – Но это было бы слишком прямолинейно, слишком топорно, слишком грубо. Куда проще завербовать Вернона, чтобы тягал тебя на поводке. – Снова холодная улыбка. – И я добьюсь этого. Сегодня.

Таиссу вдруг пронзило нехорошее предчувствие. Очень нехорошее. Но Вернон был на стороне Светлых, правда? И переубедить нанораствор было невозможно.

Что же задумала Элен?

А потом издалека зазвучала торжественная музыка, и время для размышлений закончилось.