Глава 6

Таисса уже засыпала в роскошной гостевой спальне, когда послышались шаги. Жалобно скрипнул матрас, кто-то с размаху сел на кровать, и Таисса подобрала вокруг груди простыню.

– Вернон? – сонно позвала она в темноте.

– Нет, кондитер из Флоренции, – огрызнулся Вернон. – Пришёл узнать, какой шоколадный крем ты хочешь к торту на день рождения.

– Шоколадный, шоколадный или шоколадный?

– Именно.

Таисса закуталась в простыню плотнее, садясь на кровати. К её досаде, тёплых одеял у Бониты не было, а отопление холодной венецианской весной работало едва-едва.

Совсем немного осталось до дня рождения Вернона. Они были знакомы целый год. Так удивительно – и так чертовски странно.

– Я так понимаю, ты вдоволь насладился обществом Бониты и пришёл за продолжением? – сухо поинтересовалась Таисса.

Вместо ответа Вернон рухнул на спину. Таисса едва успела сдвинуть ноги с его пути.

– Кто-то только что пытался взломать мой линк, – произнёс он вслух.

Таисса вздрогнула.

– Кто?

– Почём я знаю. Защита держится, само собой. Но Элен так легко не сдастся.

– Она найдёт нас здесь? – быстро спросила Таисса.

Вернон покачал головой, лёжа на простыне.

– Весь город вверх дном им не перевернуть. А Бонита нас не выдаст.

– Ты так и не сделал ей внушение?

– Представь себе, я люблю, когда девочки ублажают меня по своему желанию, – лениво отозвался Вернон. – А у неё это, между прочим, прекрасно получается.

– Например, сегодня ночью?

Таисса прикусила язык. В её голосе явно слышалась горечь, и это было плохо.

Но Вернон, кажется, не обратил внимания.

– Стимуляторы не помогают, – произнёс он вслух. – Наверное, стоило бы позволить регенерации идти своим чередом, расслабиться и получать удовольствие. Но нет времени, проклятье, совсем нет времени. Ещё и ты под боком, и я до сих пор не знаю, чего от тебя ожидать.

– Я твоя союзница, – тихо сказала Таисса.

Вернон перекатился, глядя на неё. Обвёл взглядом её голые плечи.

– Вообще-то, – медленно произнёс он, – именно на это я и рассчитываю.

– Что я помогу тебе с твоим планом? – уточнила Таисса.

– С каким, к дьяволу, планом, когда я подыхаю от боли? – Он фыркнул. – Повеситься? Спасибо, я обойдусь сам. Нет, Таисса-затворница, любые планы требуют силового вмешательства, а пока я лежу пластом, вероятность успеха равна нулю. Собственно, поэтому я и здесь.

Он внезапно потянул её за простыню, вынуждая наклониться, чтобы тонкий шёлк не сполз с её груди. Таисса чуть не пнула его ногой, но в последний миг вспомнила, насколько ему сейчас должно быть больно.

– Что – ты – делаешь? – прошипела она.

Он словно и не обратил внимания.

– Ты обрела свои силы совсем недавно, верно? – произнёс Вернон ей в лицо.

– Да.

– Тебе кто-то рассказывал о них? Объяснял, на что ты способна?

Таисса сглотнула, вспоминая.

«Ты даже не представляешь, на что ты будешь способна, моя кровь».

«На что?»

«На всё».

– На всё, – хрипло сказала она.

На лице Вернона медленно проявилась улыбка.

– Я так и думал.

Он был обнажён по пояс: в темноте Таисса почти не видела шрамов, но знала, что они были.

Вернон перехватил её запястье и поднёс к своей груди.

– Огонь обжигает, – произнёс он. – Но огонь и лечит. Ты можешь всё, Таисса-волшебница. Так покажи мне.

Таисса открыла рот.

– Ты пришёл за… исцелением?

– Думаешь, у меня есть выбор?

Таисса молча смотрела на Вернона в темноте. Короткий ёжик волос, шрамы через бровь и щёку, кисти рук, с виду всё те же, но только с виду.

И такие знакомые серые глаза.

Ему непросто было попросить о помощи. Он едва знал её: как он мог доверять ей?

Но Вернон был её единственной защитой, и они оба знали об этом. Как и то, что она не решилась ударить его и сбежать, когда у неё была такая возможность.

Таисса коснулась его груди кончиками пальцев, ощущая загрубелый рубец. Почти над сердцем. Дьявол, Светлые его чуть не убили!

– Очень больно? – прошептала она. – Даже сейчас?

Вернон мрачно улыбнулся:

– Я разбил пять пар фиксаторов, когда был в сознании. Сколько я размолотил, пока был в отключке, тебе не скажет никто. Догадайся, что они со мной делали, чтобы не дать мне разбить шестую пару.

– Препараты? – тихо спросила Таисса.

– Сначала – да. Потом нанораствор. Не представляешь, как глубоко эта дрянь в меня въелась. Я начал предугадывать приказы до того, как Александр открывал рот.

Таисса зябко поёжилась. Вернон коснулся её щеки.

– Ты понимаешь, как я тебе доверяю? – пробормотал он. – Я нашёл тебя рядом с моими мучителями и всё же не извожу допросами, позволяя тебе сохранить твои тайны. Мне очень, очень, очень нужна твоя помощь.

Таисса перевела дыхание.

– Да, – прошептала она.

– Тогда помоги мне. Или нас ждёт очень долгий и очень тяжёлый разговор на разные и разнообразные темы. Я здорово ослаб, но чтобы испортить тебе ночь, меня хватит.

– Будешь всю ночь рыдать в простыню и не давать мне спать?

– Не поверишь, что ещё я могу сделать с простынёй, – мрачно произнёс Вернон. – Давай, Таисса-всевластие. Ты можешь меня исцелить. Исцеляй.

– Я не знаю как, – прошептала Таисса. – Но… я попробую. На себе.

Таисса нерешительно откинула простыню, обнажая правую ногу выше колена.

И сосредоточилась на ладонях. Именно так в прошлые разы срабатывала сила Источника, верно? Тёмный огонь, ледяной холод на коже, тьма, охватывающая разум и тело, и ощущение…

Власти. Далёкой власти, которой Великий Тёмный наградил свою наследницу. В душе Таиссы шевельнулось что-то похожее на сожаление. Не уничтожь она Источник, всё это принадлежало бы ей и в её собственной реальности.

Ровно до того момента, как Источником не завладел бы кто-то вроде Виктории. Нет.

Яркие и резкие воспоминания толкнулись внутри: смерть Виктории, боль Вернона, её собственная боль. Таисса вздрогнула и едва подавила вскрик, когда кожу обожгло диким и внезапным холодом. Бедро пробрало до кости, больно было так, словно с неё заживо сдирали кожу. По щекам потекли слёзы, и Таисса не сумела подавить всхлип. Её плечи вздрогнули, потом ещё раз, и она с трудом удерживалась, чтобы не разрыдаться.

В следующий миг Вернон сгрёб её в охапку, прижимая к себе.

– Тихо, тихо. Не получилось? Или получилось слишком хорошо?

– Больно, – прошептала она. – Очень.

– Лучше, чем ничего. Терпи, пройдёт.

Таисса поморщилась: бедро и впрямь переставало ныть, но участок кожи будто омертвел. Она коснулась его пальцем, но совершенно ничего не почувствовала.

– Я просто зря искалечила сама себя, – с горечью произнесла она.

– Источник бы этого не позволил. Ты можешь всё, Таисса-целительница. И лечить тоже. – Вернон насильно положил её ладонь себе на живот, и Таисса вздрогнула, ощутив совсем свежий рубец. – Давай. Плевать на боль: хуже уже не будет.

– Вернон… я… я не могу. Если я вдруг ошибусь, если ты…

– Некому будет тебя защитить, – кивнул Вернон. – Знаю, детка. Но что-то мне подсказывает, что ты скорее разобьёшь себе лоб, чем заденешь меня, верно?

Таисса непонимающе моргнула:

– Что?

– Что слышала. – Вернон приподнял её подбородок. – Мы знакомы чуть больше одного дня, а ты уже искусала все губы, пока мы с Бонитой нежничали за столом. Если это не любовь с первого взгляда, я даже и не знаю, как ещё это назвать.

– Никак, – мстительно произнесла Таисса. – Если мне и нравится Вернон Лютер, то это какой-то другой Вернон Лютер. Не ты.

Вернон с шумным вздохом перевёл взгляд с запястья на Таиссу.

– Иногда мне кажется, что для тебя нужен какой-то другой нейросканер, – сообщил он. – Кстати, если твоего Светлого поклонника зовут Дир, как же зовут Тёмного?

Таисса улыбнулась.

– Л.

Вернон фыркнул:

– Серьёзно?

– Мы даже обезвредили бомбу вместе, – серьёзно сказала Таисса. – Нет, у него, конечно, есть и настоящее имя, но он вне игры. Его чувства ко мне мертвы, и искать меня здесь он не будет: ни в Венеции, ни в Лондоне, ни в Сингапуре. Вы не встретитесь ни при каких обстоятельствах.

А если встретятся, вселенная, скорее всего, взорвётся.

Вернон вздохнул:

– Как же я от тебя устал, Таисса-загадка. Но ты единственная в целом мире, кто может хоть как-то мне помочь, так что сеанс целебного окунания головой в ледяную воду оставим до завтра. Заодно и лёд успею заморозить.

Он прижал её ладонь плотнее к животу, даже и не думая отпускать.

– Давай, – повторил он. – Будет больно, но мне, а не тебе. Или ты предпочитаешь провести тут пару месяцев наедине с Бонитой? Может, мне вывесить на двери спальни расписание?

Таисса сжала зубы. И медленно, по капле, потянула силу Источника в себя.

Голова закружилась. Который раз за сутки Таисса касалось древнего артефакта? Четвёртый? Пятый?

Но в этот раз у неё должно было получиться.

Таисса вспомнила зеленоватое свечение сферы Храма. Силу, которая обогрела и исцелила её, убирая самые страшные из ран. Вернона, отдавшего Таиссе свой единственный шанс на жизнь.

Сила. Воля. Исцеление.

– Ну же, – процедил Вернон. – Или ты ни на что не способна, дочь Великого Тёмного?

Таисса с шипением вскинула обе ладони, чувствуя, как по ним пробегает знакомое чёрное пламя, искристое и колючее, и с резким выдохом опустила их на грудь Вернона.

Его глаза закатились, и он без звука откинулся на простыню. Таисса подавила вскрик: по его телу бежала тёмная волна, словно сам воздух вскипал вокруг его кожи ледяным чёрным пламенем, оставляя за собой обугленные клочья одежды. Таисса едва успела на сверхскорости содрать линк с его запястья: вряд ли сила Источника пощадила бы тонкую электронику.

– Вернон, – хрипло сказала Таисса. Она боялась к нему прикоснуться, боялась взять за плечи. Она легко могла бы перенести его на подушки одной рукой, но что, если пламя Источника сработает снова?

– Вернон, – снова позвала она. – Всё хорошо. Открой глаза.

Короткий стон дал ей знать, что она не совсем запорола дело. Голова Вернона мотнулась.

– Пирс, – выдохнул он. – Принеси воды.

Таисса бросилась на кухню, успев иронически хмыкнуть: на сверхскорости она воду ещё не носила. Впрочем, сейчас она бы побежала через весь город даже за блинчиками с кленовым сиропом, лишь бы Вернон открыл глаза.

Когда она вернулась и поднесла стакан к его губам, Вернон бессмысленно моргнул, вцепился в простыни и с его уст слетело краткое ругательство.

– Дьявол! – вырвалось у Таиссы. – Я всё испортила, да? Стало только больнее?

– Тише, – выдохнул Вернон. – Такое… ощущение… будто отлежал всё тело. Даже руку поднять тяжело. Но…

– Но?

Вместо ответа Вернон приник к воде и начал пить, проливая воду на собственный подбородок и пальцы Таиссы.

– Принести ещё?

– Не суетись. – Он поморщился. – А то получается какая-то вконец уже несусветная глупость: лучшая целительница в мире носится и кудахчет, как бестолковая курица.

– Ну хоть канарейкой не обозвал, – вздохнула Таисса.

А потом до неё дошло.

– Лучшая целительница?

– Ничего не болит, – просто сказал Вернон. – Вообще.

Голова Таиссы вдруг сделалась ужасно лёгкой.

– Я…

– Не вздумай никому говорить, – предупредил он. – Ни слова.

Таисса молча кивнула.

– Никому.

Вернон с трудом приподнялся, но тут же вновь повалился на кровать.

– Дьявол… это пройдёт, я уже чувствую, как оживаю. Но так медленно, чёрт, ужасно мед…

Он осёкся, глядя на Таиссу. Медленно поднял брови, и Таисса наконец осознала, что простыня, прикрывающая её от груди до пят, давно сползла на пол, а одежды, кроме узкой полоски белья, на ней не было вообще.

Не отворачиваясь, она медленно подобрала простыню и снова закуталась. Вернон усмехнулся:

– Иди сюда.

– Это ещё зачем?

– Поможешь мне нормально улечься, – невозмутимо сказал он. – Положишь мою голову на подушку, подоткнёшь одеялко и так далее: я сейчас слабее котёнка.

Таисса вздохнула, но послушно подхватила его под плечи и бёдра и подняла в воздух. Это выглядело странно: крепкий и сильный молодой человек на руках у хрупкой девушки, но они оба были Тёмными и плевать хотели на условности.

– Вообще я предпочитаю таскать девушек на руках сам, – пробормотал Вернон. – Но ты едва ли являешься девушкой, Таисса-властительница, верно? Ты лишь полезный инструмент.

– И с твоей стороны, конечно же, очень умно об этом говорить.

– Пфф! – Его голова коснулась подушки, и Вернон открыл глаза, глядя Таиссе в глаза. – Отдай мне мой линк, детка.

Таисса безропотно отдала линк, и пальцы Вернона тут же накрыли его. Синий огонёк нейросканера осветил их, и Таисса, увидев, что сталось с его руками, подавила крик.

– Тихо, – устало сказал Вернон. – Ногти восстановятся, остальное мелочи. Зато пальцы хотя бы перестали дрожать. Смотри на меня. Нет, ляг рядом.

Таисса осторожно опустилась на кровать напротив Вернона. Положила голову на подушку, и Вернон смерил её внимательным взглядом.

– Ты сейчас сильнее меня, – проговорил он. – На минуту или на десять – не имеет значения. Просто помни, что сейчас мне нечем тебе угрожать. Я могу только спросить.

– О чём?

– О вопросе твоего отца, Таисса-увёртливость. У тебя есть в планах нанести вред всему миру, используя Источник?

Таисса мысленно застонала. Чёрт! Он не забыл. Конечно же, Вернон не забыл. В прошлой реальности он был Верноном Лютером, остроумным и изобретательным, мастером многослойных планов. «Королевский доступ», его противостояние с Майлзом Лютером – вряд ли Вернон из этого мира был намного глупее.

И что она ему скажет? «После того как мой план осуществится, этот мир исчезнет, и возникнет новый?»

– Допустим, я хочу разрушить мир, – вместо этого произнесла Таисса. – И использую тебя как средство добраться до Источника. И что?

Вернон поперхнулся:

– И что? Серьёзно?

– Серьёзно. Что ты выберешь? Свернёшь мне шею и станешь прежним Верноном Лютером, прозябающим в тени своего отца? Или всё-таки попытаешься меня использовать, пока можешь? Помни, я способна на всё.

– На всё, – медленно произнёс Вернон. – Допустим. И чего же хочешь ты сама? Что произойдёт, когда ты доберёшься до Источника?

Таисса бросила взгляд на огонёк нейросканера.

– Я не хочу рассказывать, – помедлив, произнесла она. – Не сейчас. Но знай, что, если я окажусь у Источника одна, это будет безопасно: ничего не произойдёт. Чтобы я достигла своей цели, со мной у Источника должен оказаться мой спутник. Вдвоём мы действуем как катализатор.

– Кто этот спутник? Дир?

– Нет. Его имя тебе незнакомо.

– Ещё один наследник Великого Тёмного?

Таисса покачала головой:

– Крови Великого Тёмного в нём совершенно точно нет. Он не один из потомков. По крайней мере, насколько мне известно, – поправилась Таисса. – Тут другое. Просто…

Она осеклась. Замолчала. Что бы она ни сказала сейчас, будет только хуже.

Вернон понимающе кивнул:

– Не скажешь.

– Не скажу. А попробуешь выпытать – буду очень сильно против.

– Словно я сейчас способен что-то выпытать, – фыркнул Вернон. – Ты понимаешь, что это теперь мой новый смертельный враг?

Таисса пожала плечами:

– Он не желает тебе зла.

– Я убью его, – спокойно сказал Вернон.

– Не убьёшь.

– Не подпущу к Источнику.

– Попробуй. Это честная игра.

Вернон хмыкнул:

– Ну, допустим, вовремя огреть тебя по затылку я смогу, Таисса-строптивость. Кстати, а ты можешь нейтрализовать людей Элен? Сделать их вновь людьми, Тёмными, Светлыми, неважно?

Таисса вздрогнула. Это было именно то, что она хотела сделать. С Диром и Хлоей Кинни, с Элен. Но вряд ли это будет так просто.

– Я не знаю, – произнесла она вслух. – Одно дело – швыряться шарами огня, и совсем другое – перекроить кому-то душу. К тому же это Элен. Мать моего отца. Я… я просто не смогу действовать бездумно.

Вернон вздохнул.

– Ладно. Давай спать, Таисса-пессимистка. Надеюсь, утром я хотя бы смогу пошевелиться.

Таисса неуверенно коснулась его виска.

– Шрамы на голове… мы можем их скрыть, – тихо сказала она. – Твои волосы можно вырастить заново. Есть бальзамы, ускоряющие регенерацию…

– Дурацкая штука для изнеженных Светлых. Нет.

Таисса едва заметно улыбнулась.

– Думаю, беспощадным Тёмным они тоже подойдут.

Вместо ответа Вернон протянул руку и провёл пальцем по шраму на её левой щеке.

– Откуда у тебя это?

– По сравнению с тем, через что пришлось пройти тебе, это сущая мелочь, – тихо сказала Таисса. – Меня хотели ослепить. Потом меня похитили, и я едва избежала куда худшей участи.

– Тогда ты знаешь, каково это – чувствовать себя совершенно беспомощным. – Вернон усмехнулся. – Что ж, добро пожаловать в клуб.

Таисса наклонилась над ним, вглядываясь в глаза.

– Всё будет хорошо, – сказала она негромко. – Мне… мне очень жаль, что Александр сделал это с тобой. Но всё позади. Он не сломал тебя.

Вернон невесело улыбнулся:

– Меня сломали давным-давно, детка. Знала бы ты…

Стукнула дверь.

– Вернон, ты…

Бонита стояла на пороге, оторопело глядя на них двоих.

– Детка, это не то, что ты подумала, – устало сказал Вернон. Таиссу чуть не пробрал нервный смех от банальности этой фразы. – Пирс лечила мои чёртовы шрамы. Ты же хочешь встречать со мной рассвет голой, счастливой и измотанной?

Бонита громко всхлипнула.

– Ты… ты…

Вернон попытался приподняться, но она отшатнулась.

– Не приближайся ко мне! Мог бы развлекаться с ней где угодно, но нет, ты привёл её домой! Ненавижу!

Она бросилась прочь. Послышались сдавленные рыдания.

– Чёрт, – пробормотал Вернон. – Как не вовремя.

– Ну, после того как вы только что спали вместе, а потом она увидела тебя в моей постели, – осторожно сказала Таисса, – её вполне можно понять.

Внезапная мысль посетила её.

– Или ты, гм, отправился ко мне, оставив её без сладкого?

– Ну а ты как думаешь? – огрызнулся Вернон. – Я едва на ногах стою.

В подтверждение своих слов он, пошатнувшись, встал, и тут же вновь опёрся о кровать. Таисса вскочила, предлагая ему руку, но он отмахнулся.

– Пошла вон. Дьявол, ноги не слушаются… ничего, дойду как-нибудь.

Таисса могла лишь гадать, чего ему это стоило, но он дошёл до двери и закрыл её за собой.

Она осталась одна на шёлковых простынях, совершенно опустошённая. Но медленно, мало-помалу, она начала осознавать.

Здесь, в этом мире, она способна на что угодно. Вообще на что угодно. Вряд ли ей удастся развить свои возможности даже на самую малую часть: некому её тренировать, и слишком мало времени. Но ничего невозможного для неё больше не существовало.

Осталось только в это поверить.