13

После завтрака, состоящего из остатков вчерашнего ужина, мне заметно легчает. Да я просто голодная была. Вот и устроила целую трагедию в собственной голове.

Идиотка.

Как будто не знаю, на что способен отец. Да он за каждую лишнюю копейку удушится. Всегда знала, что я для него лишь инструмент. Точнее, один из.

Не испытывает он ко мне родственных чувств. Не испытывал и никогда не испытает. Пора бы уже повзрослеть и взглянуть на ситуацию открыто.

Да, я зависима от него. Казалось бы, долг, который мне придётся выплатить, даже не мой. Пусть Князь и решает свои проблемы. Каким боком здесь я?

А правда, каким?..

Я смотрю на сидящего напротив Мурата, словно сквозь мутную пелену. Это он так влияет на мой разум?.. Или его рассказ расставил, наконец, всё по своим местам?

Да, отец дал мне все блага. Но он же отнял у меня детство. Я не знала родительской любви, ласки и заботы. Только вечные указания и дурацкие правила.

Что же, один-один.

Может, я уже оплатила ему "долг"? За четыре года работы принесла заметную прибыль в отцовский бизнес, завлекла в бордели пару десятков постоянных клиентов. И ещё много чего по мелочи.

Но разве ребёнок должен что-то родителю, только потому, что родился на этот свет?..

Нет, не должен. Я не должна страдать из-за того что отец зазевался и не смог вовремя решить свои проблемы.

— Что будет, если я не сумею довести проект до конца? — складываю руки на столе.

Посуду помыла, маломальский порядок на кухне навела, пока Мурат молча наблюдал за моими нехитрыми действиями. Даже в очередной раз обдумала своё нынешнее положение.

— Тогда, Мансур спросит с Князева по полной, — Мурат задумчиво взбалтывает в пиале горячий чай.

— Что будет со мной? — рассматриваю, как Вита жадно лакает из железной миски свежее молоко. — Я знаю, как решаются дела, когда должник не может выплатить семейный долг.

Мурат прищуривается. Я, осознающая все риски, решаю говорить прямо и открыто.

— Мансур убьёт меня?

Поражаюсь, на сколько хладнокровно звучит мой голос. Что это?.. Та самая безнадежность? Точка не возврата? Как-то резко я окончательно смирилась с происходящими переменами.

— Думаю, нет, — Мурат поднимается.

Чуть отводит голову в сторону окна и подходит ближе. Даёт мне ладонь, помогает встать. Я смотрю на наши переплетённые пальцы в непонимании.

Что он делает?..

— Я думаю, — ладонями опирается на стол, прижимает меня к столешнице. Склоняется ниже и шепчет в самое ухо. — Мансур скоро сам осознает, что ты ему ещё пригодишься.

Я тяжело сглатываю вязкую слюну. По коже пробегают мурашки. Мужчина настолько близко, что у меня от жара его тела начинает кружиться голова.

Меня прошибает острой судорогой. Только он, вместе со своим неадекватным братом, может не соблюдать дистанцию. От любого другого человека я сама отойду.

Не люблю, когда нарушают личные границы. Хотя, если это делает Мурат, я отношусь спокойно. А если Мансур, мне просто страшно ответить ему отказом или сделать шаг в сторону.

Сумасшествие. Кто-нибудь... Я чувствую лёгкий трепет, тем не менее, сковывающий меня по рукам и ногам. Почему мне хочется податься вперёд?.. Хотя, куда ещё ближе?

Мужские губы оставляют лёгкий поцелуй на мочке уха. Я не двигаюсь. Пытаюсь осознать, какие эмоции сейчас испытываю.

Наверное, это своего рода болезненная привязанность к первому партнёру. Ведь именно Мурат показал, что не все мужчины те ещё подонки. Существуют и нормальные.

— Блядь! — грозный и чересчур громкий рык доносится со стороны двери. — Мурат, какого хуя ты творишь?

Мурат чуть отстраняется. На губах блуждает ленивая и довольная усмешка. Он явно провоцирует брата. Но зачем?

— Ты же ушёл, — поворачивает голову, но продолжает меня удерживать. — К тому же, почему я не могу проявить интерес к красивой девушке?

Я вижу, как Мансур заметно бледнеет. Зло стискивает челюсть. Брови сурово сдвигаются к переносице. Складывается ощущение, что сейчас он что-нибудь сломает.

Надеюсь, это будет не мой хребет.

— Ты женат, — цедит крайне недовольно.

— Ты знаешь, мои отношения с женой уже давно переросли в сожительство, — спокойно парирует в ответ. — У нас же не приветствуются разводы.

Мансур буквально мрачнеет на глазах. Я уже искренне жалею, что вышла на кухню и столкнулась с ним. Правда, мне очень жаль и уже хочется вернуться в комнату.

Мансур долго не думает и оттаскивает от меня Мурата. Но он даже не сопротивляется. И выглядит подозрительно довольным.

К чему бы это?

— Не трогай её, — почти тут же отпускает брата и надавливает на его плечи. Поворачивается в мою сторону. — А ты, Княжна, не смей крутить хвостом.

— Я не кручу, — моментально начинаю заводиться. — Я уже говорила, не смей приписывать мне подобное.

— Идиотская привычка, спорить со мной, — подходит ко мне. В глазах - чистое недовольство, которое он даже не скрывает. — Может, тебе объяснить, хорошенько приложив ладонью по затылку?

— Себе приложи!.. — здравый смысл тут же улетучивается. Словно Мансур отключает все мои здравомыслящие шестерёнки одним своим внешним видом. — Пропусти меня, ты, нахал!..

— Нормально попроси, — рычит с лёгкой хрипотцой в голосе.

Я перестаю бояться. Словно по щелчку. И нагло вскидываю голову. Сама удивляюсь внезапно появившейся смелости. Ещё пару часов назад тряслась, как загнанный кролик.

А сейчас готова вцепиться наглецу ногтями прямо в лицо. Не знаю, почему у меня такая острая реакция на Мансура. Он, своим диким поведением, выводит меня на эмоции.

Заставляет язвить в ответ. Дурак...

Оба продолжаем сверлить друг друга тяжёлыми взглядами. Естественно, я сдаюсь первая и опускаю голову. Сердце отбивает беспокойный ритм.

Не та реакция, как на Мурата. Чем-то схожа, но отличается на корню. А какая?.. Никак не могу сообразить.

— Мансур, — Мурат нарочито громко зовёт его. — Ты вроде свалил по делу, разве нет?

— Парни сообщили, — делает глубокий вдох. Продолжает стоять рядом и доводит меня своим присутствием до белого каления. — Что видели тех отморозков в соседней деревне. Я решил подготовить Княжну сегодня же. Пусть знает, с чем ей предстоит иметь дело.

— Я не буду выплачивать долг Князева, — чуть отхожу в сторону и беру на руки Виту. Прижимаю к груди.

— Что? — впервые вижу растерянность на лице Мансура. Удивляюсь, что он вообще способен на такую эмоцию.

А Мурат тихо кашляет в кулак, пытаясь скрыть приступ смеха.