16

Я говорила, что глупая и доверчивая балбеска?

Нет?

Теперь говорю.

Как можно было так банально попасться на крючок? Легко и просто. Проведу бесплатный мастер-класс, обращайтесь.

Непроходимая идиотка. Сама себя же загнала в ловушку. Решила, называется, сбежать от Мансура. А Калим вызвался помочь, добродетель хренов.

Пообещал с три короба, мол, от реки поедет машина с беженцами, и я смогу с лёгкостью среди них затеряться.

А я и рада уши развесить.

В общем, охранник развел меня, как сопливую дурочку. Только на подходе к импровизированному лагерю я поняла, что никакими беженцами здесь и не пахнет.

Только незнакомые боевики шныряют между деревьями. Вот и приплыли, вот и приехали. Остаться рядом с Мансуром мне уже не кажется плохой идеей.

Ничего, нормально так с ним рядом находиться. Да, страшно, да жутко. Но от него хотя бы знаешь примерно, чего ожидать.

А тут, туши свет. Я, конечно, попыталась было дёрнуться в обратном направлении, но мне быстро погрозили пистолетом.

Вообще, Калим предложил отвезти меня подальше отсюда и выгодно продать. В бордель, в гарем, или какому-нибудь бизнесмену, без разницы.

И то, что я стою рядом с ним, и неизвестным мне Фаридом, Калима вообще никак не смущает. Он говорит вдумчиво и спокойно, так, словно меня здесь нет.

И пока меня держат на мушке, я пытаюсь лихорадочно придумать план спасения. Хотя, шансы невелики. Если побегу, пристрелят без лишних раздумий.

Поджимаю губы и пытаюсь подавить внутри себя истерику. Спокойно, слезами проблеме не поможешь. Надо думать, как теперь выкручиваться.

Может, Мансур заметит мою пропажу?.. Да, очень надеюсь. Я готова получить нагоняй и расцеловать его в обе щеки за мое спасение.

Хотя, на счёт второго ещё подумаю.

— Амали, не прыгай возле края, — Фарид прерывает негромкий разговор с Калимом, что-то на счёт оружия, и делает резкое замечание своей дочери.

Шум горной реки приглушает зычный окрик. Кажется, девочка вовсе его не слышит. Продолжает задорно прыгать, придерживая в руках удлиненную тунику.

Чёрные косички беззаботно движутся вслед за своей неугомонной хозяйкой. Эх, счастливая малышка. Я себе такое поведение и времяпрепровождение позволить не могла.

Замечаю, как песок под её ногами осыпается. Всего несколько секунд, и Амали с громким визгом летит вниз с обрыва, прямиком в горную бушующую реку.

Это происходит настолько резко и неожиданно, что я едва успеваю моргнуть. Быстро срываюсь с места, по пути скидываю куртку.

И непонятно, почему никто не кинулся спасать ребёнка. Столько амбалов кругом, а помощи никакой. Вот тебе и суровые боевики.

То, что меня держали на прицеле, сейчас уже совсем не важно. Я не раздумывая бросаюсь следом, ныряю "рыбкой", умело группируясь в полете.

Последнее, что слышу, перед тем как холодные воды смыкаются над моей головой, это громкий крик Калима.

— Куда, дура?! Там же сильное течение!

Холод скручивает вплоть до костей. Я нахожу в себе силы вынырнуть и уже начинаю стучать зубами, отбиваю монотонную дрожь.

Вода заливается в уши и нос, из-за чего мне приходиться разом и отплёвываться, и откашливаться.

Энергично гребу вперёд, помогаю себе ногами. Хотя, течение беспощадно несёт меня дальше. Ладно, я не растерялась и не потратила драгоценные секунды, прыгнула крайне вовремя.

Достигаю Амали и с усилием подтягиваю к себе. Девочка тут же испуганно обвивает меня ногами и руками, за талию и шею, отчего я на пару секунд теряю равновесие.

Мы камнем уходим под воду, но почти тут же выныриваем на поверхность.

— Детка!.. — пытаюсь перекричать бушующие всплески, оглушающие и мешающие сосредоточиться. Горло саднит от холодной воды.— Перебирайся ко мне на спину. Так мне будет проще попробовать зацепиться за что-нибудь!..

— Я боюсь!.. — Амали испуганно прижимается ещё ближе.

— Давай, маленькая, — как могу, пытаюсь подбодрить девочку, а заодно, удержаться на плаву и не впечататься с размаху в какой-нибудь камень. — Ты сможешь! Я буду тебя придерживать.

Амали громко вздыхает. Чтобы перебраться ко мне спину, ей нужно около десяти секунд. Этого времени нам хватает, чтобы маневрировать среди огромных мокрых валунов.

Я из последних сил пытаюсь грести к берегу, хотя течение упорно сносит нас в сторону. И груз на спине в виде ребёнка, всё сильнее утягивает ко дну.

Будь я одна, ещё могла бы побороться со стихией. Впереди замечаю поваленное дерево, корнями свисающее вниз, тянущееся вплоть до самой воды.

Это наш единственный шанс. Если не смогу, нас с ребёнком или разобьёт о скалы, или выбросит вниз с водопада.

Амали похоже понимает мою задумку и начинает активно бултыхать ногами. С трудом, но нам удается подобрать правильный и слаженный ритм.

Мелкими рывками, спустя какое-то время, нам удаётся добраться до корней. Я боялась, что не успеем, что течение просто снесёт нас дальше.

Обессиленными дрожащими пальцами хватаюсь за мокрые корни. Прижимаюсь к камням всем телом, чтобы хоть как-то обезопасить себя от дальнейшего опасного плавания.

Ощущаю, как Амали чуть приподнимается и её кто-то вытягивает сверху. А потом, сильные мужские руки вытаскивают и меня.

Оказавшись на твёрдой земле, чувствую, как на плечи падает моя куртка. Закутываюсь посильнее и не перестаю стучать зубами. Онемевшими пальцами убираю прилипшие ко лбу волосы и только тогда осматриваюсь.

Боевики спешно разводят костёр, а Фарид укрывает дочь своей большой курткой. Она прижимается к отцу, но не сводит с меня удивлённого взгляда.

— Благословит тебя Аллах, — Амали испуганно шмыгает носом. Хмурит брови и хлопает ресницами. — Спасибо тебе.

— Ты или бесстрашная, — Фарид слегка укачивает на руках ребёнка. — Или сумасшедшая. Но за дочь спасибо. Горные реки коварны, выбраться из них порой не под силу и взрослому мужчине.

Один из боевиков накидывает на меня ещё и тёплую фуфайку. Я благодарно киваю и протягиваю озябшие ладони ближе к огню.

— Отпущу, — Фарид кивает в мою сторону. — Не знаю, Калим, что у тебя за разборки с Мансуром, но больше не тащи ко мне никого на продажу.

— Но...

— Молчать! — от властного тона меня повторно накрывает озноб. — Я всё сказал. Все женщины Палача - его должницы. Сколько, девочка, у тебя долга перед ним?

— Т-три м-миллиона.

— За дочь заплачу полтора. Половину то есть.

Я аж испуганно подпрыгиваю на месте. А Калим выглядит крайне раздражённым.

Выкуси, помощник недоделанный.