5
Единственное, на что мне хватает сил, так это вцепиться пальцами в край его рубашки. Ощущаю под тканью твёрдые крепкие мышцы. Такие напряжённые, что у меня у самой невольно возникает пульсация почему-то в низу живота.
Жар чужого тела опаляет. Кажется, ещё мгновение, и я сгорю заживо. Все мысли из моей многострадальной головы мгновенно улетучиваются, а сердце замедляет свой ритм.
Что я там говорила? Глаза выцарапаю? Обманула. Причём, бессовестно так. Мне даже не хватит сил с места сдвинуться. Максимум, пальцем пошевелить. И то, с мужского разрешения.
Его запах опьяняет. Блокирует рецепторы страха на корню. Здравый рассудок отходит куда-то в глубины помутневшего сознания. А ещё, я ощущаю какой-то странный прилив смутной сладострастной неги.
Что это такое?.. Не испытывала чего-то подобного от близости с мужчиной. Хотя, эта самая близость была у меня всего лишь один раз.
Несусветная глупость... Какая ещё нега?.. Это же Мансур. Он же такой отвратительный...
Судорожный громкий вдох против воли вырывается из лёгких слишком резко. Мужчина всего лишь чуть приподнимается, чтобы не сильно вдавливать меня в матрас своим внушительным весом.
— Княжна, — нарочито медленно растягивает губы в ухмылке. — Да ты и правда дикарка.
Его большой палец властно надавливает на мои приоткрытые губы. В этом движении я ощущаю его неконтролируемую похоть. Или мне это только кажется?.. Ведь он пока ничего не делает...
Пока?!.. Я что, не в своём уме? Как вообще могу позволить подобное? В груди, помимо какого-то непонятного предвкушения, медленно нарастает беспокойство.
Он ведь остановится?.. Не посмеет меня принудить.
— Ты тяжёлый, — наконец, нахожу в себе силы упереться ладонями в мужской торс. — Немедленно слезь с меня... Да что ты вообще себе позволяешь?..
— Как-то быстро ты потеряла свою спесь, — мужчина легко перехватывает ладонью мои запястья и тянет к себе. В глазах появляется нездоровый блеск. — Глупая, маленькая Княжна. Ты ещё не поняла, что находишься в моей власти? И я могу делать с тобой всё, что захочу.
Он дёргает за запястья так резко, что я успеваю издать только возмущенный тихий писк. Его горячие ладони грубо ложатся на мои бёдра и стремительно сдавливают.
Рывок - и я против воли оказываюсь перевёрнута на живот. Успеваю только громко ахнуть, когда мужская рука обхватывает за горло и вынуждает приподнять голову.
Чужие пальцы бесцеремонно касаются моей кожи, оставляя на ней своеобразные отметины. Я действую на инстинктах. Тело само подаётся назад, упирается ягодицами прямиком в мужской твёрдый пах.
Сама не знаю почему, но я всхлипываю. Вероятно, от страха. Какое-то нездоровое сумасшествие. Я не должна так остро и неадекватно реагировать на близость незнакомого мужчины.
Тем более, на Мансура. Он же дикий и неуправляемый. Сам себе на уме.
В затуманенном мозгу почему-то резко пропадают все слова. Даже многочисленные маты, известные мне, не приходят на ум.
— Отпусти меня... — ладонями пытаюсь нащупать подушку. — Мансур...
Собственная реакция на эту неожиданную близость пугает. Наверное, даже больше, чем сам мужчина. Как я упустила момент, когда перестала хоть как-то контролировать и понимать происходящее?..
— Тебе ведь не больно, — склоняется ниже, к самому уху. Его дыхание опаляет и без того покрасневшую от стыда кожу, вызывая колючие мурашки. — Ты собственных мыслей боишься, Княжна.
Звучный шлепок заполняет пространство. Я коротко взвизгиваю и тут же прикусываю язык, когда его ладонь неожиданно и с размахом опускается на мою ягодицу.
— Расслабься, — перекатывается на спину и ложится рядом. — У меня нет никакого желания брать тебя против воли. По крайней мере, на данный момент. Просто хотел посмотреть, как отреагируешь. Я даже ничего не сделал, а уже подпортил твоё высокомерие.
Я утыкаюсь носом в подушку и настороженно замираю. Этот дурацкий дурман, на несколько минут лишивший меня адекватных мыслей, нехотя отступает.
И ко мне приходит острое, но запоздалое осознание чужих слов.
Мансур может делать со мной всё, что захочет.
Эта жестокая мысль набатом стучит по вискам, отдаётся пульсирующей болью в затылке.
Это неправильно... С одной стороны, гуманной и человечной, так точно. Но с другой, криминальной и жестокой, он в праве мной распоряжаться по собственному усмотрению.
Идиотская расписка!.. Мне придётся в самые короткие сроки принять тот факт, что отныне моя жизнь в руках этого страшного и дикого мужчины.
Как бы мне не укоротили язык после всех сказанных мною слов...
Ха, пусть только попробует.
Вздрагиваю, когда сверху на меня падает тёплое одеяло. Мужская ладонь тут же опускается на спину. Под её тяжестью мне хочется провалиться куда-нибудь под кровать.
— Не дёргайся, дикарка, — повыше натягивает одеяло. — Ночи холодные, а условия в гостинице аскетичные. Отопление на минимуме. Но если замёрзнешь, только попроси, и я согрею.
Я тут же забываю про здравый смысл и резко поворачиваю голову. Мансур нахально улыбается, вальяжно закинув руку на верх подушки.
Его спокойный взгляд сталкивается с моим негодующим и недовольным.
— Не хмурь брови, — легонько щурится. — Спи, Княжна. Завтра утром у нас самолёт.
— Куда это? — послушно укладываюсь, хотя внутри кровь вскипает от возмущения. Гад какой!..
— В эмираты, — замечает мой растерянный и напуганный взгляд. Насмешливо улыбается. — Да не боись, дикарка. Я тебя там не оставлю, даже не надейся. Мне нужно успеть на свадьбу неродной племянницы и моего хорошего приятеля. А ты в съёмной квартире меня будешь ждать.
— Глупости... — недоверчиво фыркаю и тут же испуганно замолкаю.
— Тут я тебя не оставлю, — широко зевает, прикрывает рот ладонью. — Будешь со мной ходить, пока я не решу, что с тобой делать.
Ответить я не успеваю. С улицы доносятся чьи-то пьяные мужские голоса.
Конечно, это же окраина. Здесь могут устроить потасовку только из-за бутылки водки. А через минуту, после мордобоя, спокойно обниматься и пожимать друг другу руки.
Мансур тихо матерится сквозь зубы и достаёт из шкафа ещё одно одеяло. И вдруг неожиданно резко сгребает меня в охапку, прижимает к себе.
— Так будет теплее, — на удивление, сейчас его тон в действительности серьёзный и вдумчивый. — Утром мне спасибо скажешь.
Я закатываю глаза, благо, в темноте этого не видно. И неожиданно быстро проваливаюсь в крепкий сон.