45

Слышу, как разъезжается молния. Парень неуклюже стягивает с себя широкие джинсы вместе с бельём, неловко заваливается на меня сверху.

Продолжает крайне неумело имитировать поцелуи на шее, ладонями жадно скользит по моим обнаженным бёдрам.

Аккуратное платье миди, которое я надела сегодня на работу, он беспощадно задирает до самых трусиков. Утыкается лбом в моё плечо, шепчет что-то неразборчивое.

Я ощущаю, как сильно он вспотел. Но едва ли могу держать глаза открытыми, безвольно раскинувшись в той позе, которая удобна Дикому.

Перед глазами какая-то белесая дымка наваждения от непонятного препарата. И сквозь неё я всё-таки могу различать весь спектр его эмоций.

Парень поднимается выше, склоняется надо мной. Пальцами вожделенно приоткрывает губы. Нижняя челюсть тут же расслабляется, из-за чего рот открывается почти сразу.

Дикий торопится. Движения слишком нелепые и несуразные. Словно мальчик в первый раз увидел обнаженную девушку, и теперь пытается понять, основываясь на свой опыт в просмотре порно, как же к ней правильно подступиться.

Его пах оказывается в опасной близости от моего лица. Засада, опять.

Но если тогда у меня была возможность сопротивляться, сейчас я уже едва ли улавливаю суть происходящего, пытаюсь удержать вялое сознание на последнем издыхании.

Его член настолько маленький даже в возбуждённом состоянии, что с лёгкостью скользит в рот сразу на всю длину. Более того, я подбородком ощущаю его мошонку.

Дикий сквозь зубы глухо стонет, начинает неуверенно двигать бёдрами. Я же, абсолютно в беспомощном состоянии, даже не могу укусить.

Лишь послушно вбираю его плоть, хотя мне ничего не нужно для этого делать. Член сам скользит, обильно смазанный слюной.

Туда-сюда. В такт настенным часам над головой, стрелки которых стучат неестественно громко. Тик-так.

Чтобы не забыться и не впасть в беспамятство, бездумно начинаю отсчитывать секунды. Надеюсь, это хоть как-то поможет мне не потерять сознание.

Один... Два... Три...

— Не бойся, девочка, — пальцы Мурата ласково скользят по моей щеке. — Я не сделаю тебе больно.

Пятнадцать... Шестнадцать... Семнадцать...

— Возьми, — протягивает мне аккуратную бархатную коробочку. — В качестве моего тебе подарка. Пусть напоминает о твоей красоте и невинности.

— Но ты же забрал её?.. — вопрошаю тихо, удобно устроившись в объятиях моего первого и такого взрослого мужчины.

— Я о другой невинности, малышка, — пальцами проводит по моей обнаженной груди. — О той, которую ты сохранишь здесь...

Шестьдесят... Шестьдесят один...

Дикий дёргается в каком-то судорожном порыве. Тихий мужской стон заполняет как будто всё пространство. Ощущаю на языке терпкий вкус семени.

Гримаса на юношеском лице близка к удовольствию. То, как его перекосило, сложно назвать какой-то человеческой эмоцией. Больше похоже на животный инстинкт.

Дикий поспешно отстраняется, начинает натягивать на себя джинсы. Поправляет на мне одежду, даже вытирает рот салфеткой, чтобы избавиться от густой липкой спермы.

Расплывается в самоуверенной ухмылке, возвращает мою бедную челюсть на место. Костяшками пальцев скользит по скуле.

— Понравилось, милая? — озабоченно проводит большим пальцем по моим губам. — У тебя просто охуенный сладкий ротик. Созданный только для моего члена.

Я смотрю на него бессмысленным и отупевшим взглядом. Что ему ещё нужно?.. Пусть уже проваливает.

— Возбудилась, милая? — оставляет на скуле неловкий слюнявый поцелуй. — Афродизиак мощный, поверь мне. Я буду трахать тебя долго. Так долго, что сама будешь умолять меня дать тебе кончить...

Договорить не успевает. Дверь с оглушающим грохотом врезается в стену. Как мне кажется по звуку, чуть не слетает с петель.

Мансур оттесняет Дикого от кровати, сжимает ладонь в кулак и с силой бьёт парня в челюсть. Да так мощно, что слышится глухой хруст.

А тот отшатывается к противоположной стене с громким болезненным стоном.

— Сука, убью, — Мансур дёргается в его сторону.

Но его тут же останавливают Шамиль и ещё один неизвестный мне мужчина. Халидов нехотя отступает назад, переводит на меня жёсткий взгляд.

В родных глазах - чистейшее безумие.

— Оставь, — Шаман кивает на своего знакомого. — Мы с Лесником устроим ему незабываемое удовольствие.

— Отвезем его в мои охотничьи угодья, — мужчина легко подхватывает скулящего парня за шиворот. — И устроим на него охоту.

Дикий начинает болтать ногами в воздухе. Лесник же сжимает ладонь всё сильнее, растягивая губы в устрашающем оскале.

— За что?!.. — скулит так громко и как-то по-девчачьи, что у меня на несколько секунд возникает болезненный шум в ушах.

— За то что молодых девчонок пытался втянуть в свой бизнес. Мою Аню собирался трахнуть. И за Княжну, которая тебе не принадлежит.

— Я не трахал!.. — двумя ладонями хватается за удерживающую его руку.

— Нет, — Лесник нехорошо так прищуривается. — Потому что Аня тебе не позволила и почти сразу ушла. А прикоснись ты к ней хоть пальцем, я бы тебе член отрезал.

Мансур разворачивается в мою сторону. Осторожно усаживается рядом, обхватывает мою холодную ладонь своей тёплой. Стискивает челюсть, чтобы не сорваться.

— Ты чё ей дал, урод? — шипит сквозь зубы, не сводит при этом с меня тревожный и потерянный взгляд.

— Препарат семнадцать х, — натужно скулит, когда Лесник прикладывает его головой о бетонную стену. — У него долгий эффект!..

— Падаль, — мужчина небрежно откидывает Дикого на пол. — Где я сейчас должен взять антидот? Теперь девку только трахать и трахать, пока в себя не придёт.

— Она не девка, — Мансур предостерегающее цокает языком. — Фильтруй базар.

— Твоя девка, — Лесник прикрывает глаза. — Тебе и трахать.

Герман появляется на пороге в тот момент, когда Шаман и Лесник уводят скулящего парня из комнаты. Пропускает их вперёд, останавливает на мне виноватый взгляд.

— Не поведусь больше на твои сомнительные авантюры, золотце, — не обращает внимания на полный ярости взгляд Мансура, направленный в его сторону. — Так и думал, что что-то не так пойдёт.

— Выйди, Герман, — Халидов властным кивком головы указывает на дверь.

— Золотце, моргни, если хочешь, чтобы я оставил тебя с ним.

— Блядь, не называй её так!

Я с усилием заставляю себя моргнуть. Ещё разборок мне тут не хватало. Мансур и поколотить может моего начальника, с него станется. А мне проблемы не нужны.

И без того патовое состояние...