Глава 59.

– Олег! – выкрикиваю сквозь слезы, – ты же вернешься?

Смотрит на меня шокориванно. К себе прижимает.

– Конечно, вернусь!.. Ты чего?..

– Мне показалось, что не придешь больше…

– С ума сошла?

Потом, словно очнувшись, осматривает меня и сильно хмурится.

– Бл*дь… ты чего голая выскочила, Саша?!

Сама себе ответить не могу. Трясет, больше от страха и нервов, нежели от холода.

Олег ругается, быстро меня к машине тащит и, открыв заднюю дверь, пихает внутрь.

Я, поджав ноги, в комочек сжимаюсь. Наблюдаю за тем, как он суетится – заводит мотор, кнопки на панели приборов нажимает, и понимаю, что не хочу снова его терять. Я не смогу снова это пережить. Так же, как не смогу быть рядом и не быть с ним.

Я просто не смогу простить себе, если не дам наш шанса.

И я просто обязана закрыть дверь в прошлое.

– Замерзла? – спрашивает обеспокоенно, усаживаясь рядом со мной, – сейчас согреешься.

С этими словами снимает куртку и накидывает ее на мои плечи. Затем, не говоря ни слова, притягивает к себе и целует. Поначалу нежно и осторожно, но когда я сама касаюсь его языком, тут же усиливает напор. Обхватывает лицо обеими руками и толкается в рот.

Нутро мое, сердце, душа и вся сущность трепещут от восторга. На коже россыпь мурашек.

Кладу руку на плечо, пальцами шеи касаюсь. Затем, скользнув выше, короткий ежик на затылке трогаю.

Боже-е-е-е… Не верю!.. Не верю, что это не сон…

Вкус его чувствовать, запах, прижиматься к нему – я снова могу все это делать.

– Сань… Саня-а-а-а… – выстанывает Олег, – что происходит, маленькая?

– Обещай мне, что я не пожалею, Олеж…

– Не пожалеешь, клянусь!

Кончиками пальцев щетину его трогаю, губами дыхание теплое ловлю.

– Скажи еще раз, что любишь!

– Миллион раз, мышонок… Всю жизнь говорить это буду, – шепчет торопливо, – люблю… люблю тебя! Люблю!

Господи…

Скидываю с себя его куртку и на забираюсь к нему на колени. Целуемся бешено, гладим друг друга. Забираясь руками под халат, Олег губами мою шею ласкает.

Я вспыхиваю, как спичка. Возбуждаюсь до рвущихся из горла стонов, до дискомфорта между ног. Инстинктивно в него бедрами вжимаюсь.

Понимаю ведь, что остановиться надо, что я во дворе дома, где меня все знают, и что поговорить нам еще не мешало бы.

Но… знаю, что все, тормоза сорваны, и наша жажда в жизненно важную потребность превратилась.

Тяну вверх его водолазку. Он, неверяще глядя на меня, послушно руки поднимает.

– Саша…

Я его каменные плечи глажу и поверить не могу,что это наяву.

– Ты уверена, Саша?..

Меня крупная дрожь сотрясает. Киваю, встречаясь глазами с его горящим взглядом. Снова промежностью на твердый пах насаживаюсь.

– Твою мать… ты понимаешь, что это все?.. Не будет пути назад…

– Да.

– Я уже не отпущу тебя.

– Не отпускай.

Склонившись, сама его целую. Прохожусь языком по губам, мягко нижнюю втягиваю.

Олег руками к ягодицам моим продвигается. Забирается пальцами под резинки трусов и на себя дергает.

Уровень моего возбуждения максимальный. Там мокро и очень чувствительно. Есть опасение, что я могу кончить уже со следующим его движением.

Спустясь рукой вниз, дергаю за пряжку ремня на его брюках. Олег судорожно выдыхает. Съезжает немного вниз и помогает мне ее расстегнуть. Наши пальцы сталкиваются, путаются, расстегивая ремень пуговицу и ширинку. Хватает мое запястье, когда я ладонью напряженного члена через ткань боксеров касаюсь.

Сверкнувшая молния между нами, столкновение взглядов, влажный от нашего дыхания воздух в салоне. И плавящий кости жар.

Я не знаю, что генерирует его. Наши тела или включенная на максимум печка. Мне все равно. Когда его ладони на моей обнаженной груди смыкаются, когда он влажно и порочно целует меня, когда я, оттянув пальцами резинку трусов, его член освобождаю – мне абсолютно все равно.

Плевать, если кто-то увидит и сочтет меня падшей. На данный момент – Олег центр моей Вселенной. Он и то, что между нами сейчас происходит.

Ладонью его обхватываю, сжимаю, наслаждаясь твердостью и отчетливой пульсацией. В глаза смотрю.

Вздрагиваю и коротко стону, когда он там меня трогает. Осторожно, бережно кончиками пальцев прикасается, а мне умолять хочется, чтобы поторопился.

Умру, если не прямо сейчас!

Гладит, мягкое давление оказывая и целует, целует, целует…

– Олег, защита… – вспоминаю каким-то чудом.

– Бл*дь… Нету, Саша…

– О, черт…

– Я чистый, – проговаривает твердо, глядя на меня исподлобья.

И столько в его глазах отчаяния, замешанного на боли, что мгновенно задыхаюсь. Мои опрометчиво сказанные слова все еще сидят в его памяти и все еще сильно ранят.

– Прости меня… – бормочу, прижимаясь к его лбу своим.

Слышу шумный выдох и чувствую, как полоска моего белья отодвигается в сторону, и к моей промежности прижимается головка его члена. Проходится вдоль губок, собирая соки и начинает проталкиваться внутрь. Медленно, но настойчиво Олег наполняет меня.

Ощущения ошеломляют. Я не помню, чтобы это было так же крышесносно три года назад. Опускаюсь на него до упора. Замираю.

– Моя-а-а-а-а… – стонет Олег.

Губами сталкиваемся, цепляемся, языками узоры друг на друге чертим и двигаться начинаем.

Сначала медленно и с малой амплитудой, но вскоре, желая удовлетворить обоюдную дикую потребность, разгоняемся до бешеной скачки. Однако на пик темпа и мой пик приходится.

Гуляющие вдоль бедер теплые видрации в судороги быстро превращаются. Схватывают низ живота и с очередным толчком бедер Олега взрывают меня ярким наслаждением.

С ритма сбиваюсь и в подсознательном желании поделиться с ним тем, что чувствую, за шею хватаюсь и изо всех сил прижимаюсь.

Он, крепко обняв, одной рукой фиксирует мои бедра и с безумной скоростью вдалбливается в меня снизу. Замирает в какой-то момент, дергается хаотично и, резко вынув член, изливается на внутреннюю поверхность бедер и лобок.

Смотрим туда оба, потом взглядами переплетаемся.

Целуемся.

– А если забеременею?

– Сделаешь меня еще счастливее…

– Я поступать хочу в этом году.

– Значит, поступишь. Все будет, милая, – бормочет, лениво прогуливаясь губами по моем лицу, – только не сомневайся во мне.

– Не обманывай меня, Олег, – прошу тихо, – я умру, если предашь.

– Не предам, Саш. Я никогда тебя не предавал…

Не сдержавшись, тяжело вздыхаю и в глаза его смотрю.

– Я все знаю, Олеж.

Хмурится. Не понимает.

– Что именно?

– И про Олесю, и про Любу… – перевожу дыхание, – и что с женой все то время встречался.

– Чего?!

Замолкаю внезапно, сбитая с толку его реакцией.

– Чего?! – встряхивает меня, – повтори, что ты сказала!