Глава 16

Неожиданно Катька рассмеялась — чисто, звонко, и это совсем не вязалось с её образом «кровожадной городской хищницы», что смутило Стаса, и он даже растерялся.

— Что ты знаешь о моей душе, Север? — произнесла она, опуская шикарные ресницы а-ля не целованная скромница.

— Ничего. — честно ответил Стас, поплотнее закрывая за собой дверь. — Ты вроде поговорить пришла? Начинай…

— Да. Как ты себя чувствуешь? — Глупый вопрос. — Стас действительно так считал, и не собирался елозить перед этой нагловатой девицей. — Ведь, по сути, тебе на это плевать.

— Вовсе нет. — быстро ответила та. — Видишь ли, я за тебя отвечаю, нравится мне это или нет. Ты часть моей стаи.

Стасу захотелось рассмеяться в голос. Что здесь происходит? Массовая истерия с помешательством на оборотнях? Детсад, честное слово…

— А ты типа альфа, да? — всё же не удержался от улыбки Север.

— Типа да. — в тон ему ответила Катя.

И вот тут он не сдержался, долго силясь остановиться. Девушка, раздражённо поджав губы, ждала, когда приступ смеха оставит Стаса в покое.

— Извини. — закругляясь, произнёс он. — Просто в фильмах обычно альфа это здоровый волосатый мужик, а не кукла вроде тебя, с маникюром и прочими прелестями…

— Кукла, говоришь?

Катька осторожно огляделась по сторонам, дабы убедиться, что за ними не наблюдают, а потом резко притяну ла парня к себе, зажав горло согнутой в локте рукой. Чего- чего, а силища этой барышне было не занимать, Стас отчаянно сопротивлялся, захват душил его, но ничего, совершенно ничего, парень не мог поделать.

— Навеселился? — бросила она, понимая, что тот вот-вот задохнётся, и когда Стасу удалось согласно кивнуть, грубо отпихнула его подальше от себя.

Север, закашлявшись, схватился за горло ладонями и уставился вмиг покрасневшими глазами на эту ненормальную, что преспокойненько ждала, когда того отпустит, чтобы продолжить разговор.

— Да что ты такое⁈ — хрипло выдохнул Стас, когда вновь научился говорить.

— Что ты и сказал — альфа. — невозмутимость блондинки сейчас только бесила. — Но не совсем. Видишь ли, альфа нашей стаи исчез. Давно. И никто не знает, где он и что с ним. А посему Сила — та, что нас объединяет и разделяет, нашла сосредоточение во втором человеке (если про нас можно так сказать) в стае. То есть, во мне. Нянчиться с тобой у меня нет никакого желания, но пока ты новенький и не знаешь наших законов и правил, тебе придётся мне подчиняться. Впрочем, и после тоже.

— Да иди ты к чёрту. — беззлобно бросил Стас. — Мне и без ваших шуток дел хватает…

— Это не шутки! — Катька вновь приблизилась, хищно сморщив лицо. Ну, или Стасу это уже казалось. — Ты нужен нам, своей стае! Как ты не понимаешь⁈ Та стая, что напала на вас в лесу, пришла туда не случайно! Они вылавливают нас по одиночке и убивают, чтобы занять территорию. Мы и так их уже слабее. Без альфы слабее… Но с каждой смертью члена стаи наша Сила идёт на убыль. Да, приходят новые, такие как ты, и если я успеваю, то жизнь удаётся спасти… Но не думаешь же ты, что всем так везёт⁈

— Откуда ты знаешь про нападение? — насторожился Северский.

Катька посмотрела на него как на ненормального.

— А кто, по-твоему, вас спас⁈

— Лиса и… другие волки…

Бровь Катерины издевательски поползла вверх в вопросительной дуге.

— Постой. — опешил Стас. — Это были вы⁈

— Бинго!

— Но… — Северский всё не мог связать концы с концами. — Та лиса — это и есть ты?…

Катя мило и наигранно улыбнулась.

— Наконец-то! А я всё размышляла, когда ты спросишь…

— А та стая…

— Наши враги. — жёстко отчеканила Катерина. — И пока ты как девочка ломаешься, они наращивают мощь и строят свои злобные планы по захвату наших территорий. Поэтому я жду тебя вечером на берегу Садовского пруда — вижу ты не в состоянии продолжать разговор. Пока это перевари. И не вздумай ослушаться! Тебе ещё многое предстоит узнать…

— Сеня, а ты не пробовала там принцесс всяких рисовать? Нет? Это что за ужастик у тебя тут получился? Лицо девочки сделалось виноватым, и Дана тут же пожалела о своих словах. Первым её желанием было скомкать лист с леденящим сердце рисунком, так напоминавшем ей о страшном сне. Увы, случившемся не впервые… Только тогда, на берегу пруда, это скорее было видением. Сейчас же — полноценным кошмаром. Но вот откуда Сеньке стало про него известно, был ещё тот вопрос. Совпадение? Хм… — Сень, выкинь его, этот рисунок. — попросила Дана. — В печке сожги… Девочка потупила взор. — Не могу… — Почему?

Но та упорно молчала, насуплено опустив голову. И Дана предпочла не давить. Пора было подниматься и приводить себя в порядок. Какие там оборотни, колдуны и прочая нечисть, когда настоящий ужас творится у тебя на голове? Неплохо было бы и помыться. Благо, природная краска бровей и ресниц позволяла исключить использование косметики, и на том спасибо. А вот с мытьём было сложнее… — Сень. — вновь обратилась она к девочке, собиравшей свои карандаши с пола. — Ты не знаешь, у бабушки летний душ живой? — Живой. — кивнула та. — Она меня в нём прошлый раз от травы отмывала… Дана прошла к старинному шкафу, где хранилось постельное белье и полотенца, и с удивлением извлекла из него своё любимое детское полотенце с жирафом. Надо же, прошло столько лет, а бабушка всё ещё хранила его, не иначе как для Даны.

— А можно мне с тобой? — подорвалась Сенька.

— В душ? — брови Данки поползли кверху.

— Да нет! — отмахнулась девчушка. — Я рядом постою, посторожу…

— Ну, идём…

Вода в баке была тёплой, вернее, чуть прохладной — самое то, чтобы освежиться. Благо, ей хватило ума прихватить из города шампунь и гель, а то пришлось бы довольствоваться «мыльной травкой», да прочим подсобным материалом. Из всех косметических средств бабушка признавала лишь хозяйственное мыло, но, надо отдать ей должное, волосы её до сих пор были густыми и крепкими, а кожа чистой и вполне здоровой.

Дана разделась, с наслаждением ощущая, как тонкая струйка воды растекается по её телу, затем набрала на ладошку геля и провела им по коже. В голове совершенно ни к месту появилась мысль «а что, если бы это сейчас сделал Стас?», и в животе предательски зашевелились бабочки. Затем дошла очередь и до шампуня. Густые длинные волосы тяжело было промыть, и Дана с тоской подумала, что придется топить баню каждую неделю — набаловка ежедневной ванной сейчас сказывалась особенно остро. И в тот момент, когда волосы были уже почти идеально промыты, ей послышалось, как Сенька с кем-то спорит, на довольно повышенных тонах. И судя по голосу этим «кем-то» был Мишка. Наспех завершив водные процедуры, Данка обернулась в полотенце, в очередной раз сетуя, что грудь полностью скрыть не удастся, и спешно отдернула клеёнчатую занавеску, чтобы застать следующую картину. Сенька, вперив руки в бока, с весьма грозным видом загораживала путь пытающемуся обогнуть её Царю, и сдерживала натиск не на жизнь, а на смерть — настоящая боевая подруга.

— Что здесь происходит?

Завидев Данку в таком виде, Мишке расплылся в похотливой улыбочке, не стесняясь, уставившись на девушку пожирающим взглядом.

— Он к тебе пытался прорваться, а я не пустила! — гордо заявила Есения, не меняя боевой позиции. — Я сказала, что ты Стаса любишь, а ему здесь делать нечего!

Девушке захотелось стукнуть себе по лбу. Ну, Сенька, ну партизанша!

— Ты молодец. — серьёзно произнесла Дана, обращаясь к девочке. — А теперь беги в дом, дальше я сама.

Сенька нехотя кивнула, но послушалась. Дана же обратила свой вопросительный взор на Мишку, что, несомненно, ждал сейчас её внимания.

— Хороша… — протянул он, едва девочка скрылась из виду, не отрывая нахальных глаз от фигуры девушки. — Стаса, значит, любишь?

Его язвительный тон раздражал Дану, но она пока сдерживалась.

— Ты сутра пьяный? — равнодушно спросила она. — Или с ночи никак не отпустит?

Мишка рассмеялся, тряхнув головой. Но, как и Дана, не ответив на заданный вопрос.

— Ты зря это, Ватруша. — вдруг сказал он. — Не пара тебе наш Стасик, ты и сама знаешь.

Что-то неприятно полоснуло внутри, словно девушке внезапно открылась и без того очевидная истина. Но виду она не подала.

— А твоё какое дело, Царь? Я вроде совета не спрашивала.

— Ну ты это, не злись. — неожиданно сменил тон Мишка. — Я ж как лучше хочу. Он же бабник, козёл наш Север. А ты… Ты получше себе найдёшь. Зачем тебе эти проблемы?

— Козёл, говоришь? — усмехнулась Данка. Ей и правда стало смешно. — Вы же раньше друзья-не-разлей-вода были?

— А сейчас… — Царь внезапно распахнул рубаху, Дана даже растерялась, неверно истолковав его намерения. Но он только хотел продемонстрировать рваную рану на боку, почти повторяющую след от укуса на теле Стаса. — Смотри, что он сделал!

Опешив, Данка едва не отпустила концы полотенца, так старательно сдерживаемого ей за краешки на груди.

— Ты вместе с ним на волков охотился⁈

— Ага. Почти. — криво усмехнулся Мишка. — Ватруша, да пойми ты, что он и сам — волк…

Дане уже порядком надоело выслушивать эту чушь, и она демонстративно закатила глаза.

— Ты же говорил — козёл. Так определись, козёл или волк…

— Зверь! — глаза Мишки вспыхнули каким-то неестественным светом. — Вот самое подходящее название ему! Зверь!

И больше не говоря ни слова, Мишка развернулся и побрел прочь. Данка ожидаемо это не расстроило, скорее, даже обрадовало. И всё же что-то в его словах насторожило девушку. Или даже напугало…